Хроники Палара: Старые раны

      — Итак, пора снова браться за дело, а так же выводить из отпуска шутки про моего любимого автора.       — Подожди, ты только поэтому дал Николасу его имя?       — Ну да, у нас это взаимное. Он меня стебёт, а я его. Никто не в обиде. Хорошо же, когда можно найти столь изящный выход из ситуации.       — Хорошо, допустим, и каким персонажем ты его сделаешь?       — Да так, ничего такого, простой очередняра. А вот персонажи из его работы… я сделаю с ними то, что он не смог. Скоро увидишь.

***

«Беда не приходит одна: войны, темные ритуалы… почему всё это происходит тогда, когда Николас напивается?»

***

      1059 год После битвы на полях Мифреля. 12 день Звезды.       Нет зрелища более ничтожного, чем то, что представлял из себя Николас Рассел находясь вне службы. Сейчас в этом опухшем от самогона лице с заплывшими глазами, в которых полопались сосуды, было совершенно не узнать того энергичного и задорного капитана, который наравне с рядовыми пробегал дистанции и подбадривал их, всегда относился к ним как к братьям.       Его оловянные глаза упорно сверлили награды, вручённые императрицей за верную и самоотверженную службу. Особенно медаль «За борьбу с потусторонними силами» вручённая ему за победу на Фарнале. Её он презирал больше всего. Очередным резким движением он влил рюмку самогона в рот, казалось, вояка уже и вкуса не чувствовал. Лишь жгучая боль в горле останавливала от того, что бы пить с горла и заливать своё горе.       Картины батальных сцен, которыми был увешан его дом, вновь вызывали презрение. Он мог бы их снять, но не сейчас, когда и шагу по прямой не мог сделать, только вот беда в другом: когда он трезв, картины вселяют радость.       Ухватившись за бутыль, дабы налить ещё одну рюмку, он увидел своё лицо в отражении. Секунду помедлив, всё же попытался налить самогон, которого там не оказалось.       — Последняя, ну и катись к ильду! — Николас рявкнул и запустил бутылку в дверь, раздался звук бьющегося стекла, и весь пол в мгновение был усеян прозрачными осколками.       — Опять мало взял, хоть в петлю лезь — Почти нечленораздельно промычал капитан и заснул прямо за столом.       Сон был всё тот же, что мучал солдата каждый раз, когда он напивался, в попытке сбежать от духов прошлого. На трезвый рассудок это было сложнее, а потому бутылка и забвение в спирте стали естественным выходом.       Сейчас, как и раньше ему снился его поход: Рассел ведёт свой личный отряд на зачистку Фарналя, резко видение сменяется и перед ним уже лежат его разорванные на части друзья. Их конечности висят в воздухе, продолжая посмертно дёргаться. В очередной раз видение сменяется: его одного, в окружении десятка тел находит разведотряд. Его ведут во замок, а дальше всё как в тумане.       Хлопок дверью вырывает его из сна, то был Матиас. На его лице смешалась радость и привычная грусть, заменившая большую часть эмоций.       — Чего такой весёлый?! — Заорал Николас во весь свой просевший от возлияний голос, что отозвалось жгучей болью в горле, провоцируя кашель.       — Отец, прекращай запой, у нас новая работа появилась — Матиас медленно достал из кармана конверт с императорской печатью и протянул его Расселу.       — Что там эта коза старая опять от меня хочет? Скажи ей, пусть идёт на…!       — Отставить! — Матиас стукнул кулаком по столу прямо перед носом капитана, позволив таки себе минутную слабость.       — Повзрослел, уважаю. Ладно, давай сюда письмо, ничего не обещаю.       — Вот, держи, а уважение от пьяницы мне не нужно, проспись сначала — С лёгкой дрожью в руках Матиас передал конверт.       Николас достал письмо и принялся читать. Поначалу ничего интересного не было, только сплошная официальность. Но начиная со второй половины письма, дело приняло интересный оборот.       «...разведчик прибыл из Анкора и принёс не самые добрые вести: активность зверолюдей в Спорных землях резко подскочила,. Они снова начали набеги на приграничные поселения. Дело может принять скверный оборот, вплоть до того, что нам придётся вступить с ними в войну. Вашей с Матиасом целью станет путешествие в Анкор и сбор дополнительной информации, на помощь я вышлю вам отряд красного синдиката, ищите их в здании Совета. Разведку постарайтесь совершить без боя и лишнего внимания. Провокации нам не выгодны.

Сам ты козёл!»

      — Вот ведь коза, ещё и наёмников завлекла в свои сети. Этих-то ребят зачем? Хотя, знает, что ими я размениваться не буду, вот и давит — Николас встрепенулся и вынул из шкафчика экстракт болотника, выпив его залпом — Ладно, снаряжай коней, а я пойду, приведу себя в порядок — Отдал он Матиасу приказ, а сам побрёл в ванную.       «Ну да, ну да, чуть что так я».       Много времени отцу не понадобилось, он быстро сбрил щетину, привёл волосы в порядок и снарядился в дальний путь.       — Это, прости меня, если вдруг что — Несколько виновато произнёс Николас, садясь на коня. Впервые за три недели в его глазах появилось хоть что-то помимо ненависти к себе и всему миру.       — Ничего, всё нормально, честно. Я понимаю, тебя мучает прошлое, но сам подумай, ты ещё успеешь с ними встретиться, торопиться тебе точно некуда — Матиас положил ему руку на плечо — Но расклеиваться не будем, сейчас не время.       — И то верно, всегда успею — Едва слышно произнёс капитан — Ладно, в путь, ехать всего неделю, обернёмся быстро.       Неделю спустя:       Они пришпорили коней и галопом отправились на восток, в самую дальнюю провинцию: Анкор. На границу Спорных Земель, Альмерана и Адмира, этакая точка соприкосновения всего, центр Амлоима. По большей части представляет из себя горы, хребты и плоскогорья, в многочисленных ущельях и пещерах которой раскинулись городки и поселения. Народ тут самый разношёрстный: адмирские эльфы, племена орков, гномьи общины и множество авантюристов — имперцев с Витона. В тени горы Акруд раскинулся город Анкор, центр одноимённой провинции. Именно туда вёл бугристый и пыльный торговый тракт.       — Сколько лет я тут не был, ещё бы столько же не быть… нам туда — Ник указал на большое здание из гранита, окружённое множественными домишками из песчаника.       — Как-то слишком бедно для торговой провинции, не находишь? — Приложив ладонь ко лбу, и окидывая взглядом окрестности, проговорил Матиас.       Ник отрицательно помотал головой.       — Эта местность никогда не была безопасна из-за близости к Спорным Землям, а сейчас, когда Адмир подмял под себя торговые пути в Альмеран, она совсем зачахла, а путь в Альмеран остался лишь один: через скрытые северные горы, вне власти Малькольма.       — Вот значит как, никогда бы не подумал, что тут всё так плохо.       — Поживёшь с моё, и не такое начнёшь замечать. Нас давно уже пытаются душить адмирцы, а Теана ничего не предпринимает для разрешения этой проблемы. Считает, что достаточно тихо сидеть за стенами… но не нам же решать судьбу империи, мы люди маленькие. У нас другие проблемы, которые необходимо решать немедленно — Николас чуть склонил голову, давая понять, что говорить на эту тему ему не очень хочется.       Уже добравшись до здания Совета, небольшой налёт пафоса улетучился: вблизи он был не таким большим, как казалось издали, старые сосновые ворота с ржавеющей железной обивкой скрипели, продуваемые сухим ветром, издавая противный скрежет.       Николас уверенно отворил дверь и вошёл внутрь, в коридор, освещаемый лишь догорающими лампами с масляными фитилями. Они шли и шли, коридору не было конца. На смену резным стенам пришла грубая горная порода. Звук каждого шага многократно усиливался, возвращаясь эхом от стен с полустёртыми барельефами. Наконец, двое вошли в приёмный зал. На небольшом троне сидел уже немолодой мужчина, лет семидесяти, подпирая рукой голову и накручивая завитки на бороде.       — О, вы, должно быть Николас Рассел, ваши друзья уже мне плешь проели своими историями о совместной с вами работе, о вас чуть ли не легенды ходят — Старик попытался приподняться, дабы пожать руку, но резкая боль в боку усадила его обратно.       Николас поднял ладонь, вежливым жестом прося советника не подниматься. Сам, подойдя немного ближе, он поклонился, а советник, решив не терять времени зря, рассказал о положении дел.       — Зверолюдов в последнее время и правда становится больше, но нас они пока не трогают. Чуть к северо-востоку отсюда в горной гряде есть каньон, ведущий в их земли, он надёжно охраняется, правда, три дня назад стража перестала выходить на связь… я опасаюсь худшего. Ваши помощники не так давно отправились туда. Сказали, будут ждать вас на месте.       — Мы немедленно отправимся туда и осмотрим всё. Прошу меня простить, но дело не ждёт — Протараторил Николас как заведённый и развернувшись, ушёл.       Попрощавшись с советником, они вышли наружу и без промедления отправились в путь, в сторону хребта Орво, берущего своё начало у границы со степью Демитрэя, огромной степью, по всей протяжённости которой раскинулся Альмеран — крайне переменчивая империя, которая успела побыть и союзником, и злейшим врагов Делея.       Уже более получаса они плелись вдоль хребта в поисках каньона Спорных Земель, солнце медленно закатывалось за горы, а тьма вступала в законные права, растягивая тени гор настолько сильно, что они уходили за горизонт. Матиас уловил едва ощутимый сладковатый запах, очень и очень знакомый. Было решено спешиться, не поднимая лишнего шума подойти ближе, и наблюдать затаившись за небольшой грудой камней. С небольшой возвышенности открывался прекрасный вид на заставу, которая вопреки всем надеждам представляла собой образ, сошедший с полотна безумного садиста.       В глаза сразу бросилось обилие крови, разлитой тут и там. Грубо сколоченные кресты с подвешенными на них словно скот людьми. Воспользовавшись трубой, я заметил, что они все выпотрошены, большинство висело разорванными надвое и освежеванными, остальные же были абсолютно нагими. Множество рваных ран покрывало их тела, а кровь, по всей видимости, стекла в специальный резервуар, ведь на песке рядом не было видно луж крови. Тела явно висели уже не один день, а потому сладкий запах разложения уже успел разнестись ветром и привлечь внимание стервятников.       Звери перебили всех до одного, не пощадив ни ребёнка, что был повешен на внешней стороне стены, прямо над входом, ни женщин, прикованных железными прутьями к крестам со своими мужьями.       Матиас многое слышал о зверолюдях и их обычаях, всей той первобытной жестокости, с которой они расправляются с раненными и сдавшимися людьми. Многое доводилось слышать и о ритуальных боях на арене, устраиваемых для развлечения толпы. Но одно дело слышать эти истории и совсем другое видеть их воочию, даже история о леснике, рассказанная Тэмаром год назад ни шла в сравнение с увиденным сегодня. Что уж говорить, если даже прожженного вояку Николаса начало мутить.       — Воистину, настоящие звери, и с ними мы должны биться? Никогда до этого мне не приходилось иметь дело с зверолюдами — Эти слова Николаса лишь подлили масла в огонь.       — Тихо, я только что заметил движение на противоположной стороне заставы — Мигом, приложив глаз к трубе, Николас уставился туда, где секунду назад кто-то пробежал.       Больше шорох не повторялся, он на секунду даже подумал, что повидилось, но когда из кустов поднялась рука в латной перчатке и в ней блеснуло что-то наподобие медали, Рассел сразу смог распознать жетон красного синдиката. По всей видимости, это были те самые помощники, посланные императрицей. Он передал сыну трубу и получил подтверждение своих слов, это точно были они. Сняв с головы шлем, Николас ответил им так же одним проблеском. Решив перебраться к наёмникам, Николас и Малькольм сделали небольшой крюк и, обогнув дорогу по кустам, вышли к их укрытию.       — Уж слишком излишне ты предохраняешься — Незнакомец с глубоко прокуренным голосом протянул руку.       — Сказал человек с шестью детьми — Парировал Николас.       — Всё такой же остряк, вечный ребёнок.       – У нас завтра будет достаточно времени выяснить отношения, а сейчас давай по работе, не нравится мне тут.       — Ладно, погорячился, ты стал унылой жабой. А что до работы… ничего тут интересного не происходит, мы второй час наблюдаем за заставой. Никто не приходил и не уходил.       Матиас насчитал по меньшей мере пятерых человек, не считая их лидера, который изо всех сил старался не обращать на меня внимания. Остальная пятёрка вопросительно сверлила малого взглядом, при этом поглядывая на Николаса, будто не решаясь что-то спросить.       — И что ты предлагаешь делать? Если там кто-то из зверей остался, то нас мигом примут ночью — Вряд-ли Николас боялся врага, скорее всего он просто хотел пропустить столь впечатлительный день.       — И то верно, придётся заночевать прямо здесь. На всякий случай будем дежурить, излишне не геройствуем и сторожим по часу, дальше отбой.       Служба научила Лускара тому, что пререкаться со старшим по званию бесполезно, а зачастую ещё и чревато наказанием. Это хорошо знал не только он, но и наёмники, которые в мгновение ока принялись раскладывать спальники и мастерить шалаши. За пару минут лагерь был разбит, а Матиаса назначили дозорным. Следующим был Николас, потом лидер наёмников по имени Айдан, после него шли двое братьев: Терон и Корр, а закрывали круг разведчик Гарет и стрелок Орин.       Все ушли на боковую, оставив самого на должности ловца снов: почему-то в среде наёмников так было принято называть часовых. Он сидел у костра и лениво мешал догорающие ветви своим клинком, пытаясь начертить в пепле хоть что-нибудь внятное. Ночь была тихая, лишь глубоко в лесу шуршали листьями дикие звери. Местные ели были на удивление высокими, порой, будто уходя в небо. Хотя, на деле, они уходили в туман, раскинувшийся чуть выше нескольких метров. Точную причину подобных странностей до сих пор никто не знает, но местные жители с радостью делятся с любым желающим слухами о таинственном разломе глубоко в горах, мол, всё дело в нём. Немногие верят этим словам, но те, кто поверил, назад не вернулись…       Внезапно подувший ледяной ветер, резким порывом задул остатки костра и осыпал ловца снов пеплом. Одновременно с этим в голове послышался дребезжащий смех и звук множественных ударов о стекло. Голос попеременно раздавался то справа, то слева, меняя темп и глубину, неуловимо скача по верхушкам елей и невидимо плещась в его фляге с водой. Уши заложило от создаваемого шума, но никто из наёмников даже не пошевелился, будто всё это слышал только он. Вмиг всё стихло, с тем же звуком битого стекла.       Всё оставшееся время Матиас провёл боязливо озираясь по сторонам. Боясь, что нечто подобное может случиться вновь, он обошёл лагерь кругом раз семь в попытке успокоиться и накрутить себе мысль о том, что всего лишь показалось… очень натурально показалось. Когда подошло время, он незамедлительно разбудил Рассела.       — Как первый караул? Бледный ты что-то — Заметил Николас еле открытыми заспанными глазами.       — Да так, холодно просто стало, да и спать хочется сильно — Матиас демонстративно принялся растирать руки.       — Хех… ну ничего, первый раз у всех не задаётся, привыкнешь ещё — Зевая, он поднялся и принялся растирать затёкшую во сне руку — И правда, холодает. Ложись на моё место, пока тепло не ушло. Утро предстоит непростое, надо быть к нему готовым.       Николас ушёл на дежурство, а Матиас улёгся в спальник и заснул, всё же самовнушение у него было на высоте.       Следующее утро.       Сегодня Лускар впервые за многие годы изменил своему обыкновению и проспал до полудня, причём, его никто не тревожил, даже не было слышно уже привычного стука стальных сапогов Николаса. Стоило только подумать о том, чтобы прилечь ещё ненадолго, как снаружи кто-то затушил водой костёр.       «Покой нам только снился».       Как оказалось, все уже давно проснулись и грелись у костра.       — О, спящая красавица, с пробуждением — Не оборачиваясь лицом, бросил Айдан — Выдвигаемся, или дать время привести себя в порядок?       — Нет, перебьюсь как-нибудь, идём — Идти не хотелось совершенно, но чем быстрее это кончится, тем скорее мы будем дома.       У самых стен заставы он начал замечать неладное. Странное чувство, витающее в воздухе, становилось всё явственней. На земле повсюду были видны звериные следы, правда, не первой свежести.       — Лапы и копыта… приходили сюда ночью, снимали тела — Орин взглядом проводил всю цепочку — Обратные следы немного глубже и расположены кучнее.       – Значит, сейчас нам ничего не угрожает, рассредоточьтесь по заставе, ищите любые бумаги, пригодится всё — Братья опередили своего командира и сами отдали приказ.       Через полчаса:       Как и ожидалось: среди всей той груды писем и отчётов не было совершенно ничего, что могло бы привлечь внимание или помочь в миссии.       — Как я и думал, похоже, придётся двигаться дальше, вглубь Спорных Земель! — Крикнул Гарет, стоя на стене и вглядываясь в сторону родины самых жестоких существ Палара.       — Что ж, твоя правда, вот вернёмся с похода, и я повешу свой меч на гвоздь, хватит на мой век крови — Лицо Айдана, освещаемое всходящей звездой выглядело очень старым, а из-под шлема пробивались чёрные с проседью волосы. Не знай бы я что ему немногим больше шестидесяти, принял бы его за ветерана войны, которому лет глубоко так за сто. Уж слишком он не походил на молодого воина.       — Это, конечно, очень интересно, но попрошу убить шум, прислушайтесь — Тихонько шепнул Николас, толкнув Айдана в плечо.       Лёгкий гул мгновенно рассеялся, оставив лишь шелест веток и звук звериного дыхания. В паре метров от них, за стеной ещё совсем недавно жилого дома раздался тихий свист, похожий на громкое втягивание носом воздуха.       Ни дав и секунды на построение плана обороны на Орина с крыши напал полуволк, и попытался перегрызть горло, но был подстрелен стрелой Гарета на лету. Хрипящий вой умирающего зверя был расценен остальными как призыв к лобовой атаке. Как из улья на наёмников посыпались десятки зверей и зверолюдов.       Близнецы отстреливались из паровых револьверов, позволяя всему отряду уверенно продвигаться к казармам: единственному хорошо сохранившемуся зданию. У самого входа медведь-полукровка подал сигнал из костяного свистка и принялся взбираться по стене на крышу с твёрдым намерением пробить в ней дыру. В ответ на этот сигнал из-за кустов раздался рёв, вспугнувший всех окрестных птиц. В стене напротив появилась дыра, в пыли вырисовывалась высокая и толстая фигура, метра под четыре ростом.       — Огр! Бежим через чёрный ход! — Скомандовал Айдан, молнией влетев в казармы, выхватил ружьё с пояса и выстрелил в уже разрастающуюся дыру. Выстрел здорово посёк медведя, но не убил.       Вбежать успели все кроме Николаса, в ногу которому впился волк. Хоть он и успел высвободиться, вогнав волку нож в шею, но продолжить путь ему было не суждено. Огр успел схватить металлический прут и метнуть его в цель, пробив Николасу бок и пригвоздив к стене, прут длиной в два метра прошёл через его тело, выйдя с другой стороны ворот и чуть изогнувшись. Он сильно приложился головой об неё и мгновенно потерял сознание, даже не успев издать крик.       У Матиаса в голове помутнело, и тот совершенно не понимал что происходило потом, всё было как в тумане, слышно было лишь торжествующий вой зверей. Пришёл в себя он уже внутри, прислонённым к стене.       — Очнулся, хвала предкам… бежать нам всё равно некуда, нас окружили. Придётся отбиваться до последнего, хватай свой клинок и готовься — На лице Айдана виднелся глубокий шрам от когтистой лапы. Кровь, смешанная с чёрной пылью залила всё его лицо и осела плотной коркой — Враг уже давно отошёл зализать раны. Он знает, что мы никуда не денемся. Нас осталось трое, они убили близнецов, сволочи.       — А… а где…        — Не время для вопросов, они снова наступают. Почуяли, что упускают момент. Вставай, давай же — Он одной рукой поднял его за ворот и поставил на ноги.        Топот лап и копыт становился всё громче, но было слышно, что врагов осталось не так много, не более пяти.       — Приготовься — Айдан нырнул за импровизированную баррикаду.       Звери брали в капкан, окружили со всех сторон, но не пытались проникнуть внутрь. Пользуясь минутной передышкой, Матиас снял с тела Терона его револьверы.       – Всё бывает в первый раз, придётся учиться на ходу — Он открыл барабан и вставил последние три патрона, которые удалось найти.        — Чувствую себя совсем зелёным охотником на нечисть, даже шляпы нет — Барабан с щелчком встал на место: запустилась подача пара.       Запомнив примерное местоположение врагов по шагам, он в упор прислонился к стене и нажал на курок. Как и ожидалось от оружия работающего на пару, у револьверов была повышенная отдача, компенсировавшаяся высокой убойной силой. За стеной кто-то взвизгнул и упал, что побудило зверей к активным действиям. У входных дверей раздалось шипение зажжённого фитиля.       — Ложись, они зажгли динамит! — Айдан впервые по-настоящему закричал и нырнул за койку в дальнем конце казарм, бросая так и не пригодившееся укрытие.       Он же не двинулся с места, только лишь сильнее вжался в стену и закрыл уши руками. Раздался взрыв, разорванная в щепки дверь влетела в центр комнаты, следом за которой внутрь посыпались звери, схватили и загрызли одноногого Орина. Пущенные наспех пули не достигли цели, просвистев у них над головой, но смогли посеять лёгкое смятение, которого хватило чтобы Айдан успел бросить кинжал, который тот заприметил у него на ноге ещё утром.       Если не брать в расчёт огра, то их сейчас было поровну: Матиас с Айданом против быка и тигра. Первый с рёвом помчался в сторону наёмника, сметая и круша всё на пути, а тигр неспешно подходил к зажатому в углу Лускару, готовясь к рывку и облизываясь.       — Тебе некуда бежать, нечем отбиваться, просто сдайся, и я убью тебя быстро — Скалясь и брызжа слюной, прорычал он.       — Хрен ты угадал! — Он рванул к своему клинку, что лежал совсем недалеко от него и одновременно стянул сапог с ноги близнеца.       Витиеватый механизм на его ноге был ничем иным, как выскакивающим клинком, что изначально скрыт в утолщённой полости с задней стороны ноги. Мне приходилось ловить одного преступника, тогда он почти выколол мне глаз подобным клинком, только вот пройдоха альмеранец прятал его в руке, на месте безымянного пальца.       — Не позволю! — Как и ожидалось, тигр не заметил манёвра, а потому навалился всем весом и поднёс свою пасть вплотную к лицу Матиаса.       Он прижал только левую руку, ту, которая тянулась за клинком, не замечая не менее грозного оружия в правой.       — Посмотри направо — Матиас кивнул на свободную руку и нанёс удар, приложив на тыльную сторону стопы главный упор.       С тихим свистом кинжал прошёл сквозь шею, Лускар потянул его на себя и прорезал сонную артерию. Кровь хлынула фонтаном. Уже меньше чем через полминуты тигр испустил дух, облив обессилившего воина с головы до ног своей кровью. Жаль обстоятельства не позволяли насладиться триумфом очередного превосходства хитрости над грубой силой, а так же первым в жизни полностью осознанным убийством.       С трудом сбросив с себя тушу весом, наверное, в пару сотен килограмм, Лускар тут же оказался схвачен рыбой покрупнее. Громоздкое тело огра не могло преодолеть препятствие в виде узкого дверного проёма полностью, застряв на половине. Но и этого было достаточно, чтобы крепко схватить его и метнуть в стену, после удара о которую тот потерял сознание.

***

      — Нагнал интриги, сказал бы уж сразу, что тебя Мартин покусал. Убил героев просто так.       — Не совсем, как минимум один выжил.       — Это-то понятно, сценарная броня не пробивается так просто.       — Но зато видал как я отсылки сделал?       — Вот ассасины неплохо получились. А за Ван Хельсинга немного грустно. Проходные герои без характера, созданные лишь для того, чтобы пойти на убой так же не впечатлили.       — Да ладно, не так всё плохо, чего краски густить?       — Впрочем, твоя правда. Пока они не вошли в заставу, вопросов не было, Николас выглядит так, каким и должен быть: побитый алкаш. Разве что исследование заставы и битва подкачали, но крючки наброшены хорошо. Главное, раз ты так расщепился на линии, то может возникнуть проблема с уникальностью.       — У меня все схвачено, главные герои будут как минимум интересными, а второстепенные не будут выглядеть как интерьер локации.       — Не знаю, в твоей прошлой работе именно так и было.