Как неделя для композитора стала Адом.

Устремивши в небо взгляд, Обессилев я кричу: "Отдай же мне себя назад, иначе мне жизни нет!" Я всё время борюсь с собой, Словно кто-то живёт внутри. Решения, что принял я, не только мои. Я томлюсь, я бегу, я страшусь я знаю точно - бой завязан, И с безумием в себе я снова мирюсь. Но нет ни сил, нет ни слов сказать, что душа взбешена. Однако, вырваться отнюдь желаю я - Навсегда! (с) Авторские слова на песню "Orion" Сацуки Синомии.

Четверг. Раннее утро. Солнце недавно взошло, и природа, ещё толком не проснувшись, просто нежилась в солнечных лучах. Ни ветра, ни облаков - летнее приятное сонное утро. Такой же сонной была и Харука, ведь ночью ей не удалось поспать хотя бы больше пяти часов. И посмотрев на время (а времени было начало восьмого), можно было ещё немного поспать, ну или попытаться. Именно этим девушка и хотела заняться. Но в дверь тихо постучали, и голос за дверью позвал её по имени. Нанами сразу узнала его. Это был Сё. Девушка, наспех одев платье, открыла дверь. - Сё-кун? - Извини, что я так рано, но сегодня с тобой будет Сацуки. Если что-то вдруг... станет не так, держи, - Сё протянул Харуке очки, - оденешь. У меня тоже будут. На всякий случай. Я прикрою тебя. Курусу весело и белозубо усмехнулся, поправляя шляпу на голове. Сегодня она была чёрная с белой лентой. Она была ему особенно к лицу. Харука бы и хотела сказать, что всё будет хорошо, но язык не поворачивался. Как тут может быть хорошо, если с тобой планирует провести эту неделю вся группа по очереди, а Президент сказал, что она должна их избегать? - Не парься, Нацуки тоже будет в программе! - Ага, - только и смогла выдавить композитор. Дверь за Сё закрылась. Сацуки. Харука не волновалась, что он сделает что-то плохое, но вот сомнений в том, что если он увидит Сё, тому не поздоровится, не было никаких. К тому же девушка всегда хотела с ним поговорить. Всё-таки он был ещё и композитором - родственная душа. И песня "Орион", которую она слышала, и которая им же была написана, была просто блестящей. "Так называемый гений," - вспомнила она слова Сё. Действительно, Сацуки гениален. Продолжая размышлять в этом же духе, Нанами сама не заметила, как вышла в коридор. Рядом никого не было, да и вообще на стенах Магистратуры висело объявление, что весь рабочий персонал уезжает на какую-то конференцию, так что никого быть и не должно. Кроме семи парней из "Стариш", и четырёх из "Квотэт Найт". Певцов почему-то на эту конференцию не позвали. Какой-то частью своего рассудка, которая понимала, что Сацуки для окружающих опасен, композитор радовалась, что именно сегодня тут никого нет. Значит, и риска меньше. Сидящий с нотными листами парень на улице под деревом, склонивший голову и чёркающий карандашом привлёк внимание Харуки. Даже не говоря ничего, не двигаясь, он всё равно не был похож на милого Нацуки, потому что тот бы, находясь на месте Сацуки в данный момент, ловил бабочек, или мечтал, или пытался что-нибудь приготовить. Нанами подумала, что не видела никогда Нацуки поглощённого каким-нибудь серьёзным делом. Кроме случая, когда он снимался для рекламы помады, если это дело можно назвать достаточно серьёзным. Крадучись, чтобы не помешать парню, она приблизилась. Почему она не убежала, имея такую замечательную возможность? Наверно, она понимала, что если выбирать между словами Директора и Сацуки в данный момент, то выбрать нужно последнее. Особенно, если Сацуки заранее её предупредил, чтобы она не убегала. Зверя будить не хотелось, который по сути, был и так уже разбужен. Нанами села рядом, прислонившись так же спиной к стволу дерева, и тихо, как шелест листьев на ветру, обратилась к нему: - Синомия-сан? Глаза парня чуть сощурились, но он не перевёл взгляд с листа. Харука вздохнула с облегчением. Не кинулся с кулаками - уже хорошо.