Как неделя для композитора стала Адом.

- Ты же обещал, Сесиль! Мы все договаривались! ТЫ ОБЕЩАЛ НАМ! - Я ничего не помню... Разговор этот состоялся в зале для вечерних собраний группы. После ухода Президента, Сесиля выволокли из комнаты ошеломлённой Харуки и решили допросить с пристрастием. - Ты мне обещал, не прикидывайся дурачком! Я приходил в понедельник вечером! Я тебе передал то, что было принято на собрании! - разгорался всё сильнее огонь яростного недовольства в Сё, и с каждой его фразой голос становился на октаву выше. Разговор этот "вечера" понедельника запомнить Айдзиме было сложно. Курусу, пришедший к спящему принцу в двенадцать ночи, заговорил сразу по сути дела. Сесиль же, не сумевший даже толком проснуться, и не понимавший из бормотаний Сё ничего ровным счётом, просто кивал в ответ, и заснул сразу же, как только гость затих. - Значит, это твоя вина, Сё-кун. Надо было говорить громче. - подытожил Масато. - Я не мог! Там спал Камус. К слову, это было верно. В ту ночь Камю действительно спал (причём, лёг довольно рано) и на момент прихода Сё его сон был здоров и крепок. - Да, Айдзима, перехитрил ты всех. Браво! Твой актёрский талант плюс стечение обстоятельств по вине нерадивости Курусу сделали своё дело. - Вот сам бы шёл и предупреждал, Рен! Хватит мне мешать вообще! Надоели! После этой заключительной гневной тирады Сё выскочил из зала и громко топая ногами, ушёл. Остальные же остались в лёгком замешательстве, так как не могли понять, чем они ему помешали, и почему надоели. - Тогда это получилось нечестно, Сесиль-кун. Значит, Харут-тян тебя не выбирала. - А ведь и то верно. Ты сам ей навязался. Так что сердце Козочки тебе не принадлежит. - В любом случае... - замялся в выражении Хидзирикава, - будь внимательным к тому, что тебе говорят. Сесиль с серьёзным лицом кивнул, почувствовав себя виноватым перед группой. Рен с Масато переглянулись. Они думали об одном и том же: битва ещё не проиграна. Вечернего собрания в тот день не состоялось по трём причинам. Во-первых, Отоя точно не знал о случившемся инциденте, а ставить его в известность - лишь напрасно огорчать. Во-вторых, парни не знали, был ли в курсе Токия. Если бы был - он пришёл бы (во всяком случае такая высказывалась мысль), а если всё-таки не знал, то его тоже не стоит оповещать. Ну и последняя причина заключалась в том, что нечего было обсуждать, ведь Рен, Нацуки, Масато, Сесиль и Сё уже оговорили самое важное, а повторно затрагивать эту неприятную тему им не хотелось.