В книгах всё было по-другому

      Сокджин стоял напротив зеркала, внимательно разглядывая живот. Ему кажется или живот стал круглее? Поднял футболку, покрутился, опустил футболку и еще раз покрутился. Никаких видимых изменений. Со стороны эти выкрутасы наверняка выглядели странно, но что он мог поделать? Не каждый день Сокджин узнает о своей беременности, причем от кого-то другого. Живот был еще плоский, но эта мысль не укладывалась в голове, вынуждая каждые минут десять подходил к зеркалу и смотрел на живот, где бы он ни был: дома, в университете или в любом другом месте с туалетом и зеркалом. Вчера в первый раз он решился сделать это в университете. Сокджин просто сорвался на перемене в туалет, не в силах терпеть. Перепуганный Тэхён тогда побежал за ним следом, думая, что Сокджину плохо. Но когда он застал старшего с поднятой кофтой, крутящимся перед зеркалом, не выдержал и расхохотался.              Было до приятного удивительно, что на следующий день Тэхён подошел к нему с широкой улыбкой и обнял его так, будто это не он вчера тащил на спине Сокджина до медпункта Бдуто помогать внезапно беременным омегам входит в список его ежедневных дел. Он по возможности старался находиться рядом. Даже сопроводил в больницу, где старший сдал кровь на ХГЧ.              — Твой живот начнет округлятся ближе неделе к шестнадцатой, — Тэхён перекатился на спину, снизу вверх глядя на старшего. Любой чих, вздох, движение, — все это было сигналом для поиска новой информации. Еще чуть-чуть и младший сможет написать собственную книгу про беременность, при этом не имея детей.              Их совместная попытка позаниматься после университета провалилась сразу же, стоило им переступить порог квартиры. Засунув свой любопытный нос в каждый угол, Тэхён предложил заказать пиццу и включить какой-нибудь фильм.              — Откуда знаешь?              — Интернет.              Сокджин усмехнулся и все же отошел от зеркала, бросив тоскливый взгляд на конспекты. Заниматься не хотелось совсем, несмотря на тщетные попытки. Завтра их курса важный тест, но Тэхён голосом истинного дьяволенка призывал забить на все и подпевал какой-то новомодной женской группе. Внезапно он встрепенулся и посмотрел на часы.              — Ой, хён, я совсем забыл. Я обещал брату встретиться с ним.              — У тебя есть брат?              — Старший, — голубоволосый лезет обниматься и врет, не краснея. — Прости, но я правда обещал.              Сокджин потрепал его по волосам, в очередной раз отмечая про себя их мягкость, и проводил до дверей. Если Тэхён говорит, что ему надо идти, то почему он должен его задерживать?              Тэхён вышел из подъезда и спрятался за угол, загадочно оглядываясь в духе шпионских фильмов. Не хотелось бы, чтобы Сокджин его случайно заметил из окна. Хотя в этом не было смысла. Мало ли, просто остановился, чтобы сделать звонок или набрать сообщение. Но ощущение совершаемой подлости все равно не покидало.              Чем дольше Тэхён слышал гудки вместо басовитого голоса брата, тем больше раздражался. Счет пошел уже на минуты. Намджун был порядочным. Как правило. Но узнав о том, что он сделал беременной незнакомую омегу, молодого парня-третьекурскника, у которого все только впереди, то повел себя не самым лучшим образом.              — Да?              Тэхён выдохнул, когда Намджун удосужился все-таки ответить.              — Что — да? Я три раза тебе звонил. Ты к Джин-хёну собираешься?              Повисла пауза.              — Я забыл.              Тэхён любит брата, правда, но иногда ему хотелось его чуть-чуть побить. Иногда не чуть-чуть. Иногда не только побить.              — Чтобы через двадцать минут был у него дома. Если ты к нему не приедешь, я узнаю. А поверь мне, я узнаю. Понял?              Нечленораздельное бурчание. Как и любой альфа, имеющий дело с омегой во все оружии, Намджун не мог противиться этому влиянию. Благо его дорогой братишка не часто этим пользовался.              — Скину адрес смс-кой. Повторно. А то я тебя знаю.              Через пятнадцать минут черный AUDI остановился напротив классической невзрачной многоэтажки. Машина смотрелась достаточно инородно в этом относительно небогатом районе, чтобы прохожие оборачивались и останавливались посмотреть. Детишки тыкали пальцем и увлеченно шептались, боясь подойти поближе. Какой-то пацан сделал фотографию.              Намджуну было плевать на повышенное внимание — невпервой. Это закономерно. Он богат, красив, у него достойная машина. Разумеется, как минимум одна из этих вещей будет привлекательна для завистливых плебейских взглядов. Сверился еще раз с адресом и, прежде чем выйти из машины, посмотрел на водителя.              — Чонгук, — молодой альфа моргнул в знак того, что слушает, поймав взгляд начальника в зеркале, — жди меня здесь. Особо назойливых отгоняй от машины.              Парень дернул бровью, как бы говоря: «можно было и не просить».              Намджун проскользнул за какой-то аджумой в подъезд, криво улыбаясь на ее вопросительный взгляд и бросая что-то про забытые ключи от домофона. Звонить не хотелось. Омега мог банально его не впустить. Хотя и не было гарантии, что Намджун не получит дверью или чем-то тяжелым по носу. Будет очень удивительно и странно, если не произойдет чего-то подобного. Если так называемый Сокджин хотя бы не закатит ему небольшую истерику, значит у него совсем нет самоуважения, а таких омег Намджун особенно не переносил на дух. Поездка в лифте на седьмой этаж показалась куда более долгой, чем на его двадцатый. Аджума, составившая ему молчаливую компанию, бросала уж очень наглые взгляды. Да, Намджун смотрится не к месту в дорогом костюме, стоя в этом обшарпанном лифте, но не до такой же степени. И вообще, какое ей дело? Может он родителей приехал навестить.              Стоило оказаться перед нужной дверью, как уверенности в разы поубавилось. Вся эта ситуация была достаточно унизительной. Кто знает, сколько раз в теории Намджун уже мог стать отцом, но еще ни разу ему не приходилось приходить на поклон к одной из его одноразок. У него даже не было четко выверенного плана. Хотелось позорно сбежать, но палец уже коснулся звонка. За дверью послышалось копошение, после чего она открылась.              Сокджин тупо уставился на незваного гостя. В чем они оба сейчас точно были уверены, так это в невероятности и немыслимости происходящего. Намджун снова не мог не отметить, что омега все-таки очень красив. Будь обстоятельства несколько иными, возможно, но только возможно, был бы шанс, что у них могло бы что-то получиться.              — При...              Дверь резко захлопнулась.              — ...вет.              Ну, собственно, это было ожидаемо. Намджун даже подумал о том, чтобы уйти по-тихому, но дверь снова открылась.              — Заходи.              Под пристальным взглядом омеги Намджун вошел внутрь. Разувшись и поставив свои лакированные оксфорды рядом с потрепанными жизнью кедами, проследовал вглубь квартиры в сопровождении сверлящего взгляда. Прекратив изображать памятник самому себе, омега проводил незваного гостя на кухню, указывая рукой на стул.              — Чай или кофе?              — Кофе, — Намджун слегка ослабил галстук. В помещении было действительно душно или ему кажется? — С молоком и двумя ложками сахара.              Сокджин нахмурился такой бесцеремонности, но никак не прокомментировал, готовя для альфы кофе. Без молока и сахара. Обойдется.              — Спасибо, — Намджун попытался в дружелюбную улыбку, принимая кружку, но омега не выглядел впечатленным. Кофе оказался противных, горьким с кислинкой, а самое главное — дешевым и без добавок. Вот же паршивец. Атмосфера стала более гнетущей.              — Откуда у Вас мой адрес?              — Давай лучше на «ты», я не настолько старый, — Намджун помялся, силясь вспомнить специально заготовленную Тэхёном речь. — В общем, мне стало вроде как... стыдно? Да, стыдно. И я решил разузнать, где ты живешь. Это было довольно затруднительно, учитывая то, что мне было известно только твое имя.              Сокджин не выглядел убежденным, а Намджун не старался его убедить. Скука на лице альфы была плохо замаскирована, весь его вид говорил о том, что он не должен и не хочет тут находиться. Оба понимали, что этот приход с повинной не мог быть правдой с самого начала. Альфа, подцепивший омегу в клубе для одноразового секса, не мог вдруг в один прекрасный день проснуться с чувством вины и желанием если не исправить, то загладить ситуацию, потому что его случайный партнер залетел.              — Допустим, — Сокджин покладисто кивнул. Если Намджуну так хочется, он может подыграть. — Ты хочешь, чтобы я сделал аборт?              Вопрос заставил Намджуна растеряться. Идя к Сокджину, он не особо старался запомнить заготовленный текст. Было ли там что-то про аборт? Вряд ли, это же Тэхён писал, а тот за мир во всем мире и за то, чтобы дети рождались вне зависимости от условий. Наивный сопляк, жизни толком не знавший. Намджун уставился на живот омеги, от чего тот прикрылся руками и посмотрел максимально враждебно.              — Я не буду делать аборт, чтобы ты не говорил. Если я сделаю его сейчас, то нет гарантий, что смогу родить в будущем, — не стопроцентная правда, учитывая современную медицину, но в глубине души Сокджин надеялся, что это поможет немного разжалобить визитера. — Мне не нужно от тебя ничего. Мне не нужны твои деньги. Я не собираюсь заставлять тебя участвовать в моей жизни и жизни нашего ребенка в будущем. Ты занимаешься своими делами, я своими. Это мое решение.              Если Намджун и удивился, то виду не подал. Вообще-то это он тут должен был быть жестко радикальным, выставлять свои условия и говорить как настоящий взрослый альфа. К счастью, омега не стал плакать и валяться ногах, умоляя. Его опрометчивые слова хотя бы по части денег явно были сказаны в порыве эмоций, но так даже лучше. Условия, который Сокджин выдвинул, думая, что делает альфе хуже, были очень выгодными и удобными, оборачивая ситуацию в пользу альфы. Намджун, конечно, порой задумывался о семье, но она не входила в его планы на ближайшие лет пять, минимум. Ему двадцать семь, его компания, перешедшая в наследство от отца, в самом расцвете, и омега с детьми ему никуда не уперлись. Хотелось свободы и отсутствия обязательств.              — Я согласен.              — Отлично.              Получив быстрое согласие и отсутствие каких-либо возражений, Сокджин оскорбился, но виду не подал. Хотелось все-таки сохранить чуть больше достоинства, чем осталось. Романтичная часть него все-таки надеялась, что Намджун внезапно одумается и воспылает к нему чувствами. Будет как рыцарь-плохиш исправлять свои косяки и делать все возможное для их прекрасного светлого будущего.              Намджун вышел из подъезда в смешанных чувствах. Разговором он был доволен, но неприятный осадок щекотал его нутро. Почему? Хотелось бы ему самому знать. Прежде чем сесть в машину, Намджун бросил задумчивый взгляд на окна Сокджина. Ему показалось, или штора как-то странно дернулась?              — Чонгук, — привлеча внимание водителя, альфа отправил ему сообщение. — Видишь эту слащавую мордашку? Зовут Сокджин. Запомни, как он выглядит и всю имеющуюся на него информацию. Я хочу, чтобы ты присмотрел за ним. Это приказ.              Если Чонгук и удивился, то виду не подал. Удивляться, в принципе, была не его работа. Как и задавать вопросы.