3
6 июня 2020 г., 09:56
Сокджин в панике. В небольшой такой. Его не покидает тревожное ощущение настойчивой слежки. Каждый раз по дороге в универ и обратно он чувствует пристальный взгляд и незримое присутствие. Оборачивается изредка, но видит лишь случайных прохожих, да проезжающие мимо машины. Старается незаметно принюхаться, улица полна разнообразными запахами, смешанными в единое целое и практические не подлежащими идентификации. Так и становятся параноиками.
— Что-то произошло? — Тэхён обеспокоен состоянием старшего с момента встречи в универе. Каждую перемену тот задумчиво смотрит в окно, словно пытается кого-то высмотреть. — Ты еще ни разу не посмотрел на свой живот в туалете.
Сокджин фыркнул. Эта маниакальная стадия у него уже прошла. Он больше не бежит при любом удобном случае в туалет, чтобы посмотреть на пока еще плоский живот. Мысль о беременности с трудом, но улеглась в голове. Токсикоз не мучил, хотелось только есть. Постоянно. Много. Добрые тётушки в кафетерии, полюбили Сокджина как родного сына и каждый раз старались положить ему где-то побольше еды, где-то самый вкусный кусочек. Такими темпами он округлиться до формирования плода.
— Мне кажется, что за мной следят, — Сокджин обнял себя руками и слегка растер предплечья. — Уже несколько дней. Это странно?
— Нет, что ты, хён.
Тэхён выдавил ободряющую улыбку и бросил взгляд в окно. Конечно не странно. Каждый день за кем-нибудь кто-то да следит. Стандартная ситуация. А что, за вами не следят? Странные вы какие-то. Слежка за Сокджином, значит. Что же ты задумал Намджун?
— Не грузись слишком сильно. Все будет хорошо. Может... просто стресс? Переутомление? В конце концов, на тебя столько всего свалилось. Беременность, опять же.
Сокджин подвис. Возможно, он правда уставший, измотанный. За короткий срок ему многое пришлось пережить и не все из этого было приятным. Интересно, а как он отреагирует, если Сокджин все расскажет? Будет кричать или отвесит парочку профилактических подзатыльников? Его поведение иной раз сложно предугадать, и от этого Сокджину вдвойне страшно. Но он ведь все равно любим, верно? Рано или поздно все равно придется рассказать.
Ему пришлось задержаться в университетской библиотеке, проклиная информацию, которую в век высоких технологий можно найти исключительно в библиотеках. Сокджин ненавидел это всеми фибрами души вместе с преподавателями. Ему не нравилось оставаться допоздна, а потом идти по темным дворам, перебегая от фонаря к фонарю, и трястись о том, как бы по дороге на извращенцев не нарваться. А их в Сеуле хватает, к сожалению, при всех этих камерах и полицейских патрулях. Благо, что они ведут преимущественно ночной образ жизни, иначе сердце Сокджина не выдержало бы. В такие моменты ему хотелось вернуться в старый добрый Анян. Как давно он там не был? Порядка десяти лет точно.
Сокджин всхлипнул и дотронулся до своей щеки, стирая соленую дорожку. Беременность сделала его до ужаса сентиментальным. Не то чтобы Сокджина это раздражало, просто порой это было не к месту. С этим можно было бы жить, если б не причины слез. Он мог запросто разреветься, меняя постельное белье, потому что одеяло не хотело засовываться в пододеяльник с первого раза. Когда увидел бездомного котенка и не смог его забрать домой. Когда куриные шашлычки пахли до одури вкусно, но он не мог позволить себе лишние траты. Тэхён тихонько посмеивался и с улыбкой утешал, что тут любой бы разревелся. Сокджин мог расплакаться, потому что ему могло показаться, что молоко как-то неправильно стоит в холодильнике, не эстетично, а потом полчаса пытался поставить его так, чтобы общая картина содержимого холодильника радовала глаз. В общем, мог разреветься по любому поводу. Оставалось только радоваться тому, что это происходит дома и что никто не видит его слез, за исключением в редких случаях Тэхёна. Младший включает какой-нибудь фильм и заваливает старшего вкусняшками.
Когда ему наконец удалось покинуть здание университета, было уже семь вечера. Зато доклад готов, осталось только красиво оформить. Ох уж эти маленькие радости студента. Он точно не ляжет раньше часа ночи. Сокджин чувствует нервозность. Опять этот странный взгляд и уличное буйство запахов. Дневной город постепенно засыпает, подготавливаясь для ночной жизни. Только скопище машин со спешащими после очередного трудового дня людьми и сигналы светофоров издают звуки. Это хорошо. Сокджин не любит, когда тихо. Но сейчас ему хочется, чтобы звуки исчезли полностью. Если не по запаху, так может по звуку шагов он убедится, что за ним кто-то следует. Станет ли от этого легче? Вряд ли, но уверенность в правдивости своих опасений появится.
В какой-то миг мир вокруг приглушается, даже бродячие собаки перестали лаять. Сокджин пользуется моментом и напряжённо прислушивается. Да. Вот оно. Едва слышимые шаги прям позади него на небольшом расстоянии. Стоит обернуться? Наверное, нет. Тогда он может спугнуть или того хуже — спровоцировать преследователя. А вдруг это маньяк. Сокджину даже отпор нечем дать.
Свернуть в темную арку при таких обстоятельствах не самое лучшее решение, но ноги несут вперед, а рука посильнее сжимает лямку рюкзака. Осталось совсем чуть-чуть. Преследователь не собирается отставать. Он то приближается, то отдаляется, то ускоряется, то замедляется. Может взять эффектом неожиданности? Со стороны Сокджин наверняка не выглядит как человек со способностями к драке. Он вообще физической мощностью не отличается. Когда Сокджину кажется, что преследователь подбирается достаточно близко, он резко разворачивается и с закрытыми глазами бьет рюкзаком наугад. Что-то падает. Сокджин распахивает глаза и оглядывается, пока не смотрит под ноги. На земле без признаков сознания лежал молодой парень. Еще и альфа.
Одни панические мысли сменяются другими. А вдруг он ошибся, и это случайный прохожий, которому по совпадению нужно в тот же подъезд? Но теперь еще страшнее, потому что неизвестно, что может сделать этот парень, когда очнется. Все же у Сокджина есть совесть, поэтому он проверяет наличие пульса у альфы и вызывает скорую, прежде чем скрыться в родном подъезде.
***
— Чонгук! Намджун с Хосоком вздрогнули, услышав этот возмущенный крик. Искомый никак не отреагировал, методично размешивая дополнительную порцию сахара в кофе из автомата. У него выдалось несколько свободных минут и дикие вопли младшего брата босса их не испортят. Тэхён ворвался в кабинет подобно урагану, беспорядочно размахивая руками и швыряя рюкзак на ближайший стул. Альфы терпеливо ждут, пока нарушитель их спокойствия наконец успокоится. — И тебе привет, — Хосок осторожно улыбнулся, бросая взгляд на мимикрирующего под интерьер водителя-охранника. Тэхён смотрит на него как на идиота. — Чонгука тут нет. — Он таскается за Сокджином! Намджун нахмурился. — Он знает? — Нет, это я догадался, — Тэхён потер глаза. — Ты скажи ему быть более сдержанным, что ли, а то у Сокджина уже паранойя развивается. — В смысле? — В прямом. Хён говорил мне о том, что постоянно чувствует на себе пристальный взгляд. — А я говорил тебе, что мелкий на маньяка похож, — Хосок строго посмотрел на Чонгука. — Довел беременную омегу. От тебя беременную, между прочим. — Ты меня теперь лицом в это до конца жизни тыкать будешь? — Намджун вспыхнул. Он ценил участие друга, но иногда он подбешивал. — Мы с ним обо всем договорились. Я не лезу в его жизнь, он — в мою. Хосок перенес праведное недовольство на Намджуна, сверля его самым укоризненным взглядом из своего арсенала. Злость в его груди начала подниматься, затуманивая разум. Он терпеть не мог, когда альфы с пренебрежением относились к омегам и ни во что их не ставили. Тэхён молчал, но не без интереса следил за разговором. Чонгук мирно пил кофе напротив окна. — Хочешь сказать, что оставишь ребенка без отца? Взвалишь все на плечи бедного парня? — Что ты хочешь от меня?! — Рявкнул Намджун и ударил ладонями по столу. Тэхён вжался в спинку стула; омега внутри него жалобно заскулил, почуяв злость доминантного альфы. — Мы уже все решили! Сколько раз я должен тебе это повторить, прежде чем до тебя дошло? Мы, блять, даже не истинные! Хосок упрямо поджал губы. — Ты должен хотя бы материально его обеспечивать. — Он сказал, что ему не нужны мои деньги. Тэхёну стало неуютно находится меж двух огней. Хотелось спрятаться куда подальше, но бушующие гормоны позволили лишь спешно пересесть на диван, прижимая рюкзак к груди как импровизированный щит. Намджун и Хосок, конечно, и раньше ссорились, но никогда, чтоб настолько, чтоб воздух искрился от напряжения. Старающийся обычно придерживаться нейтралитета Тэхён в данной ситуации был целиком и полностью на стороне Хосока. Сокджин не заслуживал этого. — Да твою мать, Намджун! — Хосок зарычал. — Ты совсем идиот или как? Я не заставляю тебя жениться на нем, устроить семейное гнездышко и бросить компанию. Ты сделал его беременным, так будь мужиком и возьми на себя ответственность! Окутай его элементарной заботой, поддержи материально, — это минимум твоих обязательств. Естественно, он сказал, что ему ничего от тебя не нужно, в нем говорят злость, обида, задетая гордость и гормоны. Сокджин нуждается в этом, как и любая другая омега. Как ты этого не понимаешь? — Закончил? — тон Намджуна похолодел, стеклянный взгляд выражал глухое равнодушие. — А теперь уйди. Хосок вылетел из кабинета, напоследок хлопнув дверью посильнее. Намджун поймал испуганный взгляд Тэхёна. — Только ты не начинай, пожалуйста. — Хосок-хён все сказал, но даже этого недостаточно, чтобы достучаться до тебя. Когда дверь за младшим закрылась, Намджун швырнул кружку в стену.***
Сокджин устал накручивать себя. Мысли то и дело возвращались к валяющемуся на земле бессознательному молодому человеку. Может это все-таки был обычный прохожий, и Сокджин по своей дурости навредил ему. Может теперь у него сотрясение, ведь рюкзак был достаточно увесист и убийственен для удара по голове. Наверное, надо было дождаться скорую и поехать в больницу, чтобы убедиться, что здоровью парню ничего не угрожает. Зато он был жив. — Это невыносимо, — прошептал Сокджин, зарываясь носом в подушку и обхватывая ее руками. — Нужно перестать думать об этом. Часы показывали девять вечера, а у него еще доклад. Нужно хорошенько постараться над оценками в следующие несколько месяц, ведь он собирается учиться до тех пор, пока не наступит время рожать. А потом... А потом как-нибудь разберется. Академ вполне неплохой вариант. Неожиданно раздавшийся звонок в дверь вырвал его из раздумий. Сокджин нахмурился. Он никого не ждет так поздно. А вдруг... Да нет, маловероятно. Тот альфа не мог сюда прийти. Он же не знает этаж с квартирой, верно? Хотя, если он следит за Сокджином продолжительное время... Звонок раздался еще раз, и омега метнулся на кухню, хватая первое, что попалось под руку, — половник — какое-то подобие защиты. Медленно, шаг за шагом подходил все ближе и ближе к двери. Слегка приподнявшись на носочках, заглянул в глазок и чуть не выронил половник. По ту сторону стоял невысокий парень с чемоданом и очень усталым видом. Только сила воли помогала ему держаться на ногах, в противном случае он уснул бы прям возле двери. Сокджин моргнул и почти прирос к полу, вздрагивая, когда трель звонка раздалась у него прямо над ухом. Выдохнув, он рывком открыл дверь, напряженно вглядываясь в такое родное лицо. Подождал, пока зависший парень не прекратит мучить кнопку звонка и не посмотрит в ответ. Природный запах забился в нос Сокджина, щекоча рецепторы и давая ощущение, будто он сейчас находится в лесу. Четыре года прошло, а он все еще помнит его, будто дышал им только вчера. Не может быть. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Юнги, — сердце пропустило удар, глаза заслезились. Боже, как же он соскучился. — Ну привет, братишка, — альфа напротив широко улыбнулся, обнажая десна. — Я дома.
