face/off

— Эй, Сова. Феникс стоял в тени полуразрушенного здания и обмахивался полами куртки. Подкладка из кевлара тускло отсвечивала, как змеиная кожа. Зная агрессивный стиль боя Феникса, Сова предполагал, что в куртке есть еще и пара-тройка защитных металлических пластин, в накладных карманах на груди — соты карбида кремния. Автомат, снятый с предохранителя, стоял у бедра. Эта операция должна была быть простой, как вареное яйцо. Зашли, заложили бомбу и быстро вышли. По донесениям разведки, примерно через сутки здесь состоятся переговоры алжирских берберов с проиранской исламистской группировкой. В нужный момент бомба активируется дистанционно. Секунда — и переговорщики, их охрана, оружие и поставки взлетят на воздух, а на личные счета агентов Валоранта упадут приятные круглые суммы. — Чего тебе? — Не жарко тебе в мехах? Сова оттянул пышный воротник. Жарко. Уссурийского енота, чей мех обнимал его шею, он собственноручно подстрелил в ходе последней экспедиции в Китай. Он был теплым, мягким, по-домашнему уютным, но совершенно неуместным в центральной Африке. По Сахелю мчался суховей, земля трескалась из-за затяжной засухи. Даже песок раскалялся и пощипывал щеки, обжигал глаза. Все, чего хотел Сова после задания, — это баночка холодной лимонной содовой с листиком мяты сверху. — Хотя... посмотри на Сайфера. Ты хотя бы не носишь маску из спандекса. Разведчик ненадолго оторвался от КПК на запястье и молча вернулся к работе. Маска сделана не из спандекса, мембраны респиратора защищали от лезущего в рот песка, а Феникс был редкостным придурком — вот и все, что он думал об этих пустых разговорах. Он установил камеры по периметру, но ни одна из них не фиксировала подозрительной активности. Только брошенный глиняный город, исписанные граффити стены, подорванные автомобили и старые перегоревшие вывески. Здесь было тихо. Слишком тихо, чтобы расслабляться. — Ну что там? — крикнул Феникс, с которого сходил восьмой пот. Сайфер закончил осмотр и кивнул: «Начинайте». — Сова, запускай. С того дня, когда китайцы додумались смешать селитру, уголь и серу, технологии шагнули далеко вперед. Человечество начало осваивать космос, телеужин разогревался сам (стоило лишь потрясти баночку), а потерянные в бою конечности успешно заменялись кибернетическими аналогами. С установкой современной бомбы справился бы даже средней сообразительности школьник, а Сова был профессиональным наемником. Конечно, расстреливать врага из лука интереснее, чем прятать среди груды мусора сложное взрывчатое вещество, но работа есть работа. Ее не выбирают. Феникс лениво поднял с земли автомат. Пару месяцев назад он щедро заплатил Сайферу, чтобы он перепрошил его наушник, и теперь там, помимо голосов сослуживцев, звучала жесткая электронная музыка. Этот канал, передающий сигнал от смартфона Феникса, не отслеживался руководством и был грубейшим нарушением правил. Но Феникса не волновали правила. Поэтому он не услышал, когда Сайфер подал сигнал об опасности. — Окно справа. Повторяю, окно справа, трое. Феникс! — просвистел выстрел, и линза камеры посыпалась крошкой. Сайфер снова погрузился в КПК, проверяя остальные устройства. Как минимум, два из них были повреждены и предавали изображения с помехами. — Черт. — Сова, не отвлекайся! Возьму их на себя. Враги были прямо над его головой. Он слышал быстрые шаги в тяжелых военных ботинках и ждал, когда первый из них спрыгнет вниз. Феникса потряхивало, и низ живота тянуло в сладостном предвкушении бойни. Он не боялся смерти и не боялся провалить задание. Один неосмотрительный прыжок вниз — и их спины разорвутся от автоматной очереди. От стрельбы сверху Феникс был защищен грязным бетонным козырьком. Ругаясь на русском, Сова спрятался за мусорным контейнером, дырявым, как решето, и попытался закрепить бомбу в новом месте. Лук крепился за спиной. Хотелось стрелять. Так сильно, что сердце ладони чесалось, и пальцы подрагивали над дисплеем бомбы. Зафиксировав колбу со взрывчатым веществом на подушке из битого стекла, Сова подключился к управлению. Первый раз ввел код подтверждения неверно — отвлекла стрельба за контейнером. В своем наушнике он слышал, как Сайфер ведет переговоры со ставкой командования. — На нас напали. Трое неизвестных. Форма без опознавательных знаков. — Устранить, — распорядился холодный голос агента из ставки командования, и Сова мог поклясться, что Сайфер усмехнулся. — Ни разу не слышал, чтобы Валорант давал приказ отступить. — При необходимости активируйте бомбу. Сова чертыхнулся. Подслушивая, он снова неверно ввел код. Валорант заботился о безопасности своих изобретений. Кроме личного идентификационного номера, необходимо было ввести сложный многосоставный код, а также подтвердить свою личность отпечатком пальца. Дисплей мигал, предупреждая, что осталась последняя попытка для ввода. В случае ошибки последует незамедлительный взрыв. Сова шмыгнул носом и по русской привычке матом помянул Бога. Наконец, получилось. Дисплей мигнул сообщением об успешной регистрации устройства в базе, объявил о поиске ближайшего спутника и погас. Сова вытащил из-за спины лук и положил на тетиву шоковый болт. Выглянув из-за укрытия, он запустил его в стену чуть правее сражающихся, чтобы не задеть Феникса, который забывал обо всем в угаре боя. После упругого хлопка электрический разряд ударил в спину противников, и те пошатнулись, превращаясь в легкие мишени для автомата Феникса. — Феникс, правый переулок, четыре человека. — Добавим жару! Сова пригнулся и, установив свой Бульдог на крышке мусорного контейнера, веером пуль выстрелил над головами врагов. Воспользовавшись этим, Феникс вытащил из подсумка гранату и кинул ее в сторону прохода, отмеченного Сайфером. Граната — стильный глянцевый шарик с огненными язычками, облизывающими чеку — отскочила от стены, заглохла на секунду и взорвалась яркой огненной вспышкой. Ни грамма осколков, только чистая термобарическая смесь. — Феникс, двое отступают на запад. — Ха! От меня не убежать! — Феникс перепрыгнул через остывающие на земле трупы и, опустив автомат к бедру, побежал вперед. Сова не успел даже слова сказать, как его спина в фирменной куртке пропала из виду. — Действительно. Контрольные для слабаков, — вздохнул Сова и вышел из тени мусорного контейнера, который принял за него пару шальных пуль. Феникс — энтузиаст и горячая голова. Он бросался в бой без тени страха, и устранение цели воспринимал как травмоопасный спорт. Сова — профессиональный наемник, который с детства держит в руках оружие. Только в прицеле больше не белки и маралы, а люди. Сова снял с пояса Гост и выпустил несколько пуль в голову лежащего на земле тела. Просто на всякий случай. Хоть оружие становилось все мощнее, но и средства защиты все упорнее. Он обыскал труп. Ни шевронов, ни номеров, ни личных вещей. Не нужно быть семи пядей во лбу — Сова ловил себя на том, что думает по-русски, и в голову ему приходят русские песни: «чужой земли мы не хотим ни пяди, но и своей вершка не отдадим» — чтобы догадаться, кто их послал. И как они здесь оказались. Разведка Валоранта сработала не так безукоризненно, как они думали. Один из нападавших был совсем молодым. Сова стянул с его головы шлем вроде тех, что надевают, когда седлают мотоцикл, и досадливо присвистнул. Совсем еще мальчишка. Острым камешком торчит на шее кадык, и щеки темнеют в неровной некрасивой поросли. Война ужасна, об этом всем известно. Но мало кто говорит о том, как она притягательна. Для таких, как Феникс. Для таких, как этот юноша, глупых идеалистов, тела которых водружают на флагшток. Сова соврал бы, скажи он, что ненавидит войну. Она дает ему работу, она кормит его. Но видеть совсем молодых парней и девушек, распростертыми на земле с оружием в ослабших руках, ему было грустно. Он выпустил две пули в лоб парнишки и потянулся к следующему шлему. — Сзади! — Сайфер снова появился в наушнике. Сова отреагировал молниеносно, и это спасло ему жизнь. Он перекатился по горячей пыльной земле, не глядя паля из Госта куда-то вверх, но вражеская пуля, более точная и пущенная с близкого расстояния, прошила защитный слой его плаща. Мех, над которым смеялся Феникс, окропился кровью, и тело Совы прошибла горячая боль. В голове зазвенело. Пуля вошла в левое плечо и застряла в теле. Сейдж говорила, что адреналин оттягивает кровь от кожного покрова и сужает второстепенные сосуды, что позволяет сохранить до литра крови при ранении. А Сове была очень дорога его кровь. Охотник перекатился еще раз. Пули врезались в землю у его ног. Ему удалось добраться до груды обломков, в которую он заложил бомбу, и снова спрятаться за злосчастный мусорный контейнер. Он слышал медленные шаги человека, который пытался добраться до него, но из-за шума сердца не мог различить, с какой стороны он движется. Сова вскинул Гост: дисплей под предохранителем сообщал, что в магазине осталось ровно два патрона. В ногу, чтобы отвлечь. И в голову, чтобы добить. Сова накренился вправо и прогадал. Противник появился слева. Выстрел из Маршала был оглушительным. Человек пошатнулся и упал, по инерции пролетев почти четверть метра. Тело с грохотом рухнуло на землю у ног Совы, который не мог разжать подрагивающие от напряжения пальцы. Он снова вспоминал Бога, но на этот раз без ругательств. — Сайфер! — зло огрызнулся Сова в микрофон. — Где ты был раньше? — Занимал позицию, — послышалось в ответ. — Отбой тревоги. Больше никого. Я все проверил. — Я ранен. — Я знаю. Сова запрокинул голову, затылком болезненно прикладываясь о дырявый бок мусорного контейнера. За прошедший час эта железка спасла ему жизнь два или три раза, а завтра она взлетит на воздух. Сова испытал сиюминутное желание забрать его с собой и рассмеялся, прикрывая глаза. О нет, это последствия выброса андреналина. И солнце, напекшее незащищенную макушку. Вот поэтому в пустынях люди сходили с ума, не добираясь до оазиса. Сайфер не заставил себя ждать. Он опустился на колено перед Совой, бегло осматривая его ранение. Несмотря на тошнотворный вид крови, сквозное отверстие иногда предпочтительнее закрытого. Будь Сова пробит насквозь, Сайфер смог бы обработать его в полевых условиях. Рана неопасная, важные артерии остались целыми. Охотник по команде шевелил рукой, верно называл количество пальцев — в общем, был в полном порядке, только потяжелее на вес шальной пули. — Ты был не очень-то продуктивен, — пошутил Сова, безуспешно всматриваясь в лицо Сайфера. Плотная темная маска, тонкий респиратор, маска с камерами. Агенты Валоранта до сих пор не были уверены, есть ли у него настоящие глаза. — Я спас тебе жизнь. — Предварительно чуть не погубив ее... Но да, спасибо. — За тобой должок, — даже вблизи голос Сайфера звучал немного механически. Это из-за маски и мембран в ней, которые не только чистили воздух, но и меняли звуковые волны для сохранения инкогнито. — Подожди немного. Феникс, где ты? Сайфер активировал КПК и подключился к камере в западной части города. Огоньки механических глаз погасли, вызывая у Совы ощущение легкого отвращения. Люди постоянно придумывали что-то новое, их тела модернизировались, и никто не мог бы сказать, где заканчиваются здравые изменения и начинается фанатичная киборгизация. Сова тоже носил протез, но вернись он в тот день — разве не сделал бы все возможное, чтобы сохранить глаз в целости? — Я в порядке. С этими покончено, — весело отчитался Феникс в микрофон. — У-у-уху, это было круто. Вы там в порядке, парни? Кажется, я слышал выстрел из снайперки. — Мы живы. Я вижу хорошую посадочную площадку в сотне метров от тебя. Высылаю координаты. Вызывай транспорт, встретимся там через пару минут. — Заметано. Сайфер снова «включился» и помог Сове подняться. Он жестом велел ему опереться на себя и медленно двинулся вперед. Лук болезненно стучал его по пояснице при ходьбе. Огромный, неуместный и устаревший даже со всеми девайсами, зафиксированными на нем. Восхитительный атавизм. Сайфер хотел бы покопался в его начинке, но знал, что Сова не разрешит ему сделать это даже за спасение жизни. Привязанность к своему оружию у охотника была поистине нездоровая. — Сейдж и ее девочки тебя подлатают, будешь как новенький, — пообещал Сайфер, когда услышал, что Сова шипит от боли. — Думаешь, это первая пуля, которая в меня попала? — И не последняя. Слышишь? — Сайфер остановился, приподняв голову. Сова слышал: это лопасти маленького маневренного вертолета, посланного за ними. Но черная маска Сайфера закрывала и уши в том числе. И все-таки он слышал. — Это за нами. Соберись и начинай думать, чем планируешь вернуть должок. Подсказка: я люблю финиковую брагу.