face/off

Венеция взлетела на воздух. Вернее, в воздух. Это не взрывы, ставшие прозой жизни в изуродованном войной мире, а маленькая девочка, открывшая в себе таланты радиантки. Ее зовут Аллегра Моретти, ей восемь лет, и она заперлась в соборе Святого Марка — вот что передавали по центральным телеканалам лощеные дикторы с бездушными лицами. Национальная гвардия оцепила собор, а несколько крупных организаций уже направили туда своих агентов. В том числе Атлас, одержимый идеей создания армии радиантов, и Валорант. Феникс отбыл в Венецию рано утром. — Там должна была быть я. Когда Сейдж злилась, ее голос дрожал, а акцент становился заметнее. Она крепко сжимала в руках кружку с кофе, и ее хорошенькое скуластое лицо искажалось гримасой каждый раз, когда на экране возникало изображение куполов и ажурных шпилей венецианской базилики. Сова, который настраивал дрона в паре метров от нее, изредка настороженно поднимал голову. Сейдж — воплощение нефритового дао на земле, но он хорошо знал, какой смертоносной может быть эта женщина, когда прикрывает спины агентов, держа у бедра тяжеленный пулемет. — Феникс один из лучших агентов Валорант. Я думаю, он справится. Рука Совы дрогнула, и из дрона вылетел крохотный болтик. Со звоном отскочил от стола и упал на пол. Сова наклонился за ним и пропустил горящий взгляд Сейдж. Ее злость можно было понять. Когда на поверхность Земли вышел радионит, превосходящий по мощности все известные человечеству виды энергетического сырья, тут и там стали рождаться особенные дети. Кто-то поэтично называл их «сияющей кровью», в официальных документах закрепилось название «радиант». В век высоких технологий люди все еще боялись их и предпочитали держать на расстоянии, а лучше бы в закрытых исследовательских центрах. Сейдж приходилось скрывать свои способности, чтобы получить высшее образование, в детстве ее семья моталась по китайским провинциям, гонимая недовольством соседей — она рассказала об этом после долгой и сложной операции, связанной с захватом партии радианита. Радианты для Сейдж были частью большой сложной семьи, в которой вот-вот появится новенькая — крохотная итальянская девчушка, запуганная, запертая за тяжелыми дверьми в базилике на парящем островке Венеции. — И как хорошо Феникс разбирается в маленьких напуганных девочках? — Если вы оба заткнетесь, мы это узнаем, — Сайфер махнул рукой, сворачивая голографический экран, на котором экстренный выпуск новостей прервался рекламой ментоловых пластинок для свежего дыхания. Хорошенькая девушка с белыми и крупными, как у коня, зубами заманчиво улыбнулась и исчезла. — Ни черта не слышно. Перепрошивка наушника агента — строгое нарушение правил Валоранта. Не только потому, что эта тонкая техника, способная передавать сигнал на колоссальные расстояния, стоит столько же, сколько стоил бы ее втрое увеличенный аналог, выполненный из чистого золота. Но потому что прошитые наушники проще взломать, особенно тому, кто сам занимался прошивкой. Сайферу пришлось проявить смекалку, чтобы присоединиться к каналу, по которому Валорант передавал сообщения Фениксу, и сейчас он подслушивал, маячками камер косясь на экран планшета: проверял, не засекли ли его, чтобы успеть отключиться за секунду до разоблачения. — Есть что-то интересное? — Сейдж облизала искусанные губы и села поближе. Сова снова вернулся к дрону, но затаил дыхание. Проблемы радиантов долгие годы обходили его стороной, но он не встречал еще никого, кто мог бы поднять в воздух целый город. — Только двенадцатый альбом Канье Уэста, — отозвался Сайфер, стараясь пробиться через речитативы о деньгах, блестящих тачках и Господе нашем Иисусе Христе, чтобы услышать звуки окружения. На фоне ритмично стучали лопасти вертолета, кто-то едва слышно пересчитывал запасные магазины. — Если я правильно понял, они готовятся к высадке. Сова закрепил крышку на спинке дрона и потряс его, проверяя фиксацию. Потом активировал КПК и подключился к дрону: изображение с его камер передавалось напрямую через имплантат в правом глазу. Робот загудел, дернулся и оторвался от стола. Пары кругов по просторному конференц-залу оказалось достаточно, чтобы понять, что он работает исправно. Сова поднял дрона к потолку и пикировал им вниз, как хищная птица, прямиком к двум черным макушкам: волосам Сейдж, схваченным в высокий хвост, и гладкой маске Сайфера. Дрон пролетел прямо над ними, чудом не задев дном. Сова весело прыснул, как мальчишка, а Сейдж рассерженно замахала руками. — Сова, прекрати! — Вам не кажется, что вы просто слишком серьезно относитесь к произошедшему? Да, нечасто встретишь девочку, которая отрывает от планеты куски суши, но ей всего восемь лет. Она точно не тянет на доктора Зло. — Верно подмечено, скаут. Девочка еще не научилась кататься на двухколесном велосипеде, а по ее душу уже отправлена национальная гвардия и лучшие агенты десятка разных организаций, в том числе террористических. Как ты думаешь, зачем она нужна Валоранту? Сова моргнул. Сначала — потому что его назвали скаутом, а эта глупая шутка приелась ему за первые полгода работы в Валоранте. Агенты, узнавшие о его охотничьем воспитании в горах Алтайского края, спрашивали, убивал ли он белок на завтрак (нет), валил ли деревья без топора (да) и есть ли у него ручной медведь (серьезно?). Через мгновение Сова осмыслил вопрос целиком и снова недоуменно мигнул. До этого момента ему казалось, что Феникс во главе команды оперативников отправился на спасательную операцию, но полумеханический голос Сайфера оставлял горьковатое послевкусие. Сова решительно отодвинул от себя дрон и поднялся. — На что ты намекаешь? — Тише. Начинается. Канье в наушнике Феникса, наконец, замолк. Сайфер услышал шум, шелест, шорох бегущих по земле ног в тяжелых военных ботинках. Поступила информация о снайпере национальной гвардии, устроившего гнездо в часовой башне. Сайфер услышал стрельбу, отрывки команд, шипение пламенной стены, поднятой Фениксом. Он открыл на планшете карту, стараясь определить по геолокации, где именно сейчас находится Феникс и как далеко от него спрятана Аллегра. Сова дернул его за плечо. — Сайфер, я с тобой разговариваю. На что ты намекаешь? Пальцы Сайфера (разумеется, в плотных перчатках, поднимающихся высоко в рукава) тесно сомкнулись на предплечье Совы. Ответный рывок — и в заживающем после выстрела плече взорвался салют острой боли, искрами рассыпался по нервам, передав дрожь по всему телу. Сайфер вынудил Сову наклониться к себе. Его безжизненные голубые окуляры оказались вровень с глазами охотника. — На то, что Валорант не занимается благотворительностью. И не спасает никого просто так. Сова освободил руку из хватки, потер больное плечо и сосредоточенно нахмурился. Если Бог, о котором ему рассказывала бабушка, на самом деле существует, то Сова попал к нему в немилость в тот день, когда подписал контракт с Валорантом. Иногда задания включали в себя нанесение тяжких телесных повреждений, убийства, хищение, разрушение собственности гражданских — и Сова мирился со своей совестью, а теперь она стояла у него перед глазами в образе восьмилетней Аллегры Моретти, крохотной девочки, ради способностей которой люди открыли стрельбу. Он склонился к планшету вместе с Сайфером и Сейдж, от волос которой доносился свежий запах корня имбиря и косметических масел. Маленькая красная точка — вероятно, Феникс, наушник которого передавал сигналы на личные устройства Сайфера — медленно продвигалась по узкой улочке Святого Бассо к собору Святого Марко под брошенными бельевыми веревками, мимо магазинчиков битого муранского стекла. По правую сторону от точки маячила часовая башня с расположившимся в ней снайпером, но точка пошла налево, через галерею белых столбов. Собор Святого Марка — величавая черепаха на карте Венеции — был на расстоянии марш-броска от Феникса, но по шумам в наушнике и редким отчетам команды Сайфер понимал, что не только Валорант старается побыстрее добраться до Аллегры. Когда точка вплотную приблизилась к базилике, в наушнике что-то загудело. Выстрелы, до того превратившиеся в фон, зазвучали чаще обычного. Феникс закашлялся и сообщил, что собор задымлен, и видимость почти нулевая. Точка медленно двигалась вперед, а потом замерла. Через помехи и тяжелое дыхание Феникса Сайфер едва расслышал его сообщение. «Девочки... здесь... нет». — Включите телевизор, — севшим голосом велел Сайфер ошарашенным агентам. Сейдж активировала голографический экран и приблизила его. Очередной экстренный выпуск с ведущей в строгом кремовом пиджачке пестрел громкими заголовками и истеричной бегущей строкой. — ...цию по штурму собора Святого Марка. По нашим данным, Аллегры Моретти внутри не оказалось. На данный момент никто не взял на себя ответственность за ее похищение. Мы будем держать вас в курсе событий, а сейчас интервью с мэром города Венеция... Кадр переключился, и теперь камера показывала немолодого носатого итальянца с высокими залысинами, который, потрясая руками, давал интервью на фоне его подданства, держащегося в небе. Он говорил, что есть вещи пострашнее взлетевшей Венеции — это упавшая Венеция, ведь при падении историческая часть города, охраняемая всеми международными организациями, повредится, к тому же, пострадают дома горожан. Глядя на него, разевающего рот в полувое, Сова думал, что, если Аллегра покинула Венецию, и она не упала вниз, значит, она и вправду одна из сильнейших радианток своего времени. Не хотелось даже думать, зачем она нужна была террористам, Атласу или Валоранту. — Феникс обосрался, — Сайфер приблизил изображение на экране планшета, наблюдая за тем, как мигает на одном месте красная точка. Кто бы ни похитил Аллегру Моретти, он оказался быстрее не только национальной гвардии, но и одного из лучших ударных отрядов Валоранта. А такие, как Феникс, не умеют проигрывать. — Бедный ребенок, — Сейдж сокрушенно опустила голову на ладони и закрыла глаза. — Что с ней будет дальше? Сова положил руку на хрупкое женское плечико. Ни он, ни Сайфер не взялись отвечать на вопрос Сейдж — они не знали, но догадывались, что ничего хорошего Аллегру не ждет. Телевизор все бормотал, смешивая новостные сводки с назойливой рекламой, цены на которую взлетели до небес. Сейчас, когда все прилипли к экранам, показ эффекта геля после бритья или нового соуса, похожего на тысячу островов с чипотле, стоил чуточку дороже годовой аренды экранов на Таймс-сквер. Ребенок поп-певицы рекламировал пачку кукурузных чипсов со вкусом сыра чеддер в то время как другой ребенок был похищен. — Что-то известно о Фениксе? — Они возвращаются. И, судя по тому, что в наушниках у него старая попса, он не в лучшем настроении. — Сайфер смахнул с экрана планшета карту и отключил наушник. Проверил электронную почту, бросив в корзину спам из магазинов электроники, и приготовился уходить. Валорант редко задерживает агентов на базе, обычно у них всегда есть работа. Но в редкие дни, когда их никто не трогал, Сайфер успевал подготовиться к магрибу, а Сова — созвониться по видеосвязи с бабушкой. Шпион уже поднялся, когда КПК на запястье завибрировал. Пришло сообщение. — Час от часу... — Сбор в шесть утра, да? — спросил Сова, так же опустивший голову к КПК. — Да. Похоже, им кое-что известно о местоположении Аллегры. Сейдж, у тебя тоже? — У меня нет, — Сейдж несколько раз обновила программу внутренней почты, но так и не нашла новых сообщений. — Почему это снова не я? — Они не хотят рисковать тобой, — Сова улыбнулся. Несмотря на тень щетины на щеках и два уродливых шрама, крестом пересекающих глаз, он оставался располагающим и добродушным. — Потому что, ну... Ты знаешь. Ты можешь воскресить других, но не себя. — Надеюсь, на этот раз не придется никого воскрешать, — Сейдж тяжело вздохнула и внимательно посмотрела на Сову. — Если вы найдете девочку, поберегите ее. Обещаете? — Ага, — Сайфер поднял вверх руку и скрестил пальцы, пятясь назад. — Сделаю все, что в моих силах. Вы как хотите, а мне нужно выспаться. Сова цыкнул, глядя вслед уходящему Сайферу. Нутро — та самая загадочная русская душа, над которой ломал голову весь цивилизованный мир — подсказывало ему, что он неплохой человек, но старается казаться хуже, чем есть на самом деле. Сова подобрал дрон и закрепил его в специальном гнезде на поясе. — Все будет хорошо, Сейдж. Я обещаю. Слушай, можно попросить тебя?.. Сова указал на плечо. Сейдж кивнула. В штате Валорант было несколько радиантов, способных исцелять агентов. Но, помимо этого, у них был лазарет с лучшими врачами и современными лекарствами, способными поставить на ноги даже тех, кто этих ног лишился. Чисто технически, конечно, ведь ноги будут железные. Способности радиантов использовали редко, потому что им требовалось время на восстановление. Сейдж положила руку чуть повыше ключицы Совы, прощупала заживающую рану и нажала на нее, вместе с тем посылая в пальцы поток целебной энергии. Со стороны видно было, как ее рука окуталась мятного цвета туманом, который пах горной водой и утренней свежестью, и миндалевидные глаза вспыхнули. Ноющая боль, пробужденная Сайфером, ушла, к тому же Сова чувствовал себя так, будто готов пробежать триатлон. Он был уверен, что на задание выйдет здоровым. — Никогда к этому не привыкну. Спасибо, Сейдж. — Не за что. Помни, ты должен позаботиться о девочке. Ты обещал.