Invincible (Кое-что из частной жизни детектива и его блогера)

Мы оказались в одном из живописных предместий Лондона. Чёрный автомобиль британского правительства заехал на территорию усадьбы, утопающей в художественной запущенности английского сада, заботливо организованной умелой рукой преданного садовника. В центре уютного двора возвышался старый, но ухоженный особняк. Могу поспорить, что этот образчик викторианской архитектуры числился на балансе канцелярии кабинета министров. На пороге дома угрюмыми церберами стояли всё те же двое джентльменов в сером. Один из них протянул Шерлоку руку в требовательном жесте. Детектив, натянуто улыбнувшись, полез в боковой карман пиджака, откуда извлёк фолию с той самой запиской, помедлив немного, он всё же отдал её. После чего нас сопроводили внутрь здания, точнее, в небольшой холл, обставленный неброско, но в лучших английских традициях. У дверей ведущих в гостиную нас встретила высокая дама, затянутая в узкую чёрную юбку-карандаш, длинной, аккурат, в два пальца выше колен. Поверх белой блузки была надета армейская кобура. Кожаные ремни соблазнительно сдавливали выпуклость небольшой, но упругой на вид груди. Непроницаемое выражение высокомерного лица и поза, в которой она стояла, указывали на армейскую выправку. Три четверти рукава её блузки позволили даже мне заметить характерную татуировку на запястье правой руки. Определённо, она проходила службу в миротворческих силах, и точно, не в медицинском корпусе. Не удостоив меня более чем почтительным кивком, дама тяжеловесной походкой подошла к детективу и обратилась вкрадчивым тоном: - Мистер Холмс, расстегните пиджак, руки в сторону, ноги на ширине плеч. В ответ на эту просьбу Шерлок собрался что-то возразить, но вовремя пересёкся со мной взглядом и сразу понял, что стоит проявить сдержанность. Он повиновался. Хорошо тренированные на подобную работу руки ловко проникли под воротник и во внутренний карман пиджака, обследовали спину, стремительно повторили линию плеч и рукавов, переместились на борта, слегка похлопывая по зонам, где располагались днища вшитых карманов, из которых тут же извлекли смартфон, ключи, лупу и несколько фунтов мелочи. Опустив в небольшой лоток временно конфискованные вещи, охранница нагнулась, приняв весьма пикантную позу, и бесстрастно скомандовала: - Поднимите левую ногу, - она осмотрела подошву левого ботинка. - Поднимите правую ногу, - действие повторилось. Наконец её ловкие пальцы тщательно изучив икры обеих ног, неторопливо поползли вверх к бёдрам. Такие манипуляции раздражали моего друга. Шерлок закинул голову и уставился в потолок, он едва сдерживался от язвительного замечания. Меня же зрелище личного досмотра единственного в мире консультирующего детектива завораживало, вызывая не только чувство детского восторга, но ощущение тесноты брюк в области паха. Когда проворные пальцы охранницы поднялись так высоко, что можно было вообразить, как она хватает его за яйца, я буквально затаил дыхание. Женские руки плавно очертили линию бёдер и достигли задних карманов брюк. Это продлилось несколько секунд, но я заметил, а Шерлок должен был почувствовать, как цепкие пальцы слегка сжали его ягодицы. Да, он почувствовал, потому что шумно выдохнул. Чему дама усмехнулась. Личный досмотр Шерлока Холмса был завершён и охранница, увеличив дистанцию между ними, скомандовала: - Можете пройти в гостиную, Мистер Холмс. Из этих слов следовало, что к её высочеству допущен только детектив. Он тут же встрепенулся и посмотрел на меня, а потом выдвинул своё требование: - Мой друг пойдёт со мной, и это не обсуждается. Шерлок умышленно сделал акцент на «мой друг» таким образом, чтобы у дамы не возникало сомнений в том, какой именно характер носят наши дружеские отношения. Это был ответный жест на недопустимые действия при ощупывании задних карманов брюк. Задумавшись на пару мгновений, она окинула меня пристальным взглядом. В отличие от Шерлока, я не возражал, против того, чтобы быть облапанным воинственной амазонкой. Но у неё на этот счёт были другие соображения, она просто учтиво попросила: - Капитан Ватсон, выньте всё из карманов и положите в лоток. - Вы не станете его обыскивать? – в вопросе Шерлока смешались досада и ирония. - В этом нет необходимости, - всё так же бесстрастно ответила охранница. - Почему? - удивился Шерлок, видимо позабыв, что в своё время я послужил короне и отечеству. Охранница смерила детектива презрительным взглядом. - У вашего друга есть кредит доверия, - она тоже умышленно сделала акцент на «вашего друга». - А я, значит, свой исчерпал? – обиделся Шерлок. Дама промолчала, но по выражению её лица, ответ мог быть следующего содержания: «У вас его никогда не было». После чего она распахнула дверь в гостиную. Никакой кредит доверия не менял того факта, что её высочество, видимо, окончательно разочаровавшись в мужчинах, предпочла в качестве личного телохранителя женщину. Едва мы вошли в уютную гостиную, как дверь за нами торопливо закрылась. И хотя помещение было обставлено удобными креслами и диваном, ни мне, ни Шерлоку не пришло в голову присесть. Вскоре дверь снова открылась и в гостиную вошла молодая стройная блондинка с аккуратной короткой стрижкой идеально обрамляющей миловидное, даже кроткое лицо. Разумеется, я неоднократно видел этот образ на фотографиях в светской хронике, поэтому сразу узнал её высочество. Миледи была одета просто, но элегантно. Поверх бежевого тонкого трикотажа платья был накинут изящной работы шерстяной палантин, практически скрывающий её тонкую фигуру. Всем своим обликом она являла полную противоположность доминатрикс. С появлением принцессы мой друг преобразился. Как бы детектив ни гнал на королевскую семью и дружескую связь с ней его старшего брата, благоговейное почтение к главной реликвии британской нации впиталось в его кровь вместе с молоком матери. Шерлок торопливо застегнул пиджак и, даже не смея смотреть ей в лицо, почтительно склонил голову. Приветливо улыбаясь, она направилась к нему, протягивая левую руку. Изогнувшись в элегантную дугу, как какой-нибудь расторопный вельможа, Шерлок невесомо коснулся губами кончиков её пальцев. Миледи мягко произнесла: - Рада знакомству, Мистер Холмс. После чего её высочество таким же образом обратило внимание и на моё присутствие. Боже мой! Сама будущая королева протянула мне руку! Меня охватил трепет, и покинуло самообладание. Пришлось бороться с побуждением преклонить колена и присягнуть на верность прямо здесь и сейчас. Припав губами к королевским перстам, я вдруг на мгновение почувствовал себя рыцарем из куртуазного романа. - Доктор Ватсон, я почитательница ваших писательских талантов, с нетерпением жду выхода книги. Едва не задыхаясь от переполнявшей меня гордости, я раболепно промямлил: - Ваше высочество, для меня это огромная честь. Не придав моей реплике никакого значения, принцесса широким жестом дала понять, что мы можем присесть на диван, сама она заняла место в кресле напротив нас, после чего, одарив Шерлока загадочной улыбкой, спросила: - Чем могу помочь, Мистер Холмс? В ответ на её обращение Шерлок сдвинулся на самый край дивана, едва ли не касаясь одним коленом поверхности персидского ковра, устилающего пол гостиной, он втянул воздух сквозь сжатые зубы и посмотрел на меня таким взглядом, словно нуждался в поддержке. Но, не имея никакого представления о том, как следует просить об услуге принцесс, в подобном деле я ему точно был не помощник. Наконец-то собравшись с духом, он озвучил причину, по которой добился аудиенции. - Речь идёт об одной известной нам особе. Без вашего покровительства она вряд ли смогла бы пересечь границу Великобритании, не рискуя попасть в лапы спецслужб. Я хотел бы её увидеть. Принцесса выдержала подобающую её сану паузу, а затем ответила: - Мистер Холмс, боюсь, вы обратились не по адресу. После известных вам событий меня вряд ли интересует судьба этой особы. Ответ её высочества не мог не разозлить моего друга, он нахмурил брови и прикусил нижнюю губу, а лимит благоговейного почтения исчерпался в одно моргание серых глаз. Детектив включил того Шерлока Холмса, которого знал и побаивался весь Лондон. - Помилуйте, ваше высочество! – его тон уже был очень далёк от почтительного. – Мы оба знаем, что фотографии так и не обнаружили, потому что их вообще не было. Чистая утка, уловка, блеф, на которой должны были повестись остолопы из МИ 6. Фотографий не было, но отношения были. Она воспользовалась вами, но не предала. Я знаю, вы поддерживаете эту связь. Выражение лица принцессы даже не изменилось – вот это тренировка, вот это соответствие статусу. - Насколько мне известно, с вами она поступила так же, Мистер Холмс, - голос принцессы никоим образом не выражал смущения контекстом или возмущения почти хамским поведением детектива. - Я не представляю, где она сейчас. Детектив в нервном импульсе откинулся на спинку дивана. Теперь в его взгляде угадывалось отчаянье. - Она должна была мне сообщить кое-что, но не сделала этого. И в этот момент принцессе почему-то стало грустно – печаль отразилась и на её лице, и в интонациях голоса. - Как бы женщина не любила, кого бы женщина не любила, она имеет право на личную тайну. Шерлок не заметил или сделал вид, будто не заметил, перемену в настроении сановней особы, он и сам был далеко не весел. - Ваше высочество, если это одна тайна на двоих, то у обеих сторон равные права обладания. И вот тут принцесса горько усмехнулась. - Мистер Холмс, зачем она вам понадобилась? – её высочество перевела взгляд на меня и добавила. – Вы же сделали свой выбор. От этого красноречивого намёка я почувствовал, как краснею, но моего друга беспокоил совсем другой намёк. Он продолжал гнуть свою линию. - Прошу вас, хотя бы намекните, где её искать. - Я не знаю, где её искать и как найти, - её высочество оставалась непреклонной, собственно, этого следовало ожидать, не представляю, на что вообще рассчитывал Шерлок. - Ложь! – крикнул он так громко, что принцесса вздрогнула, я ужаснулся, понимая, что после такой выходки, аудиенция будет окончена. В самом деле, принцесса тут же встала и быстрым шагом направилась к двери, мы вскочили со своих мест. Как я и предполагал, аудиенция скоропостижно завершилась, но Шерлок успел крикнуть в след уходящей принцесе: - Пожалуйста, передайте ей, что я должен её увидеть, просто увидеть. Её высочество будущая королева вышла в услужливо открытую телохранительницей дверь, даже не обернувшись. На пороге особняка нас ожидало ещё одно разочарование – автомобиль, на котором мы прибыли в это место, увёз принцессу, и нам предстояло добраться до города своим ходом. Спустя четверть часа Шерлок быстрой походкой шёл в направлении Лондона, точнее ближайшей остановки, я едва поспевал за ним. Не могло быть и речи о возможности обсудить случившееся прямо сейчас. Вдруг детектив отановился и спросил меня: - У тебя найдётся фунтов сто? - Да, - подтвердил я. Он достал смартфон и, определив по функции локации наше местоположение, позвонил в службу такси. Ему вскоре перезвонили, сообщив, что машина прибудет в течение четверти часа. Нам осталось только стоять и ждать. Я не придал значения тому, что из-за поворота показался стального цвета гибрид с тонированными стёклами, я даже не придал значения тому, что ехал автомобиль по другой полосе на подозрительно малой скорости, а, поравнявшись с нами, вовсе остановился. Спустя мгновение правая дверца отворилась и из машины вышла женщина. Пресвятые угодники! Это была не просто женщина, это была неизлечимая травма головы единственного в мире консультирующего детектива – Ирен Адлер собственной персоной, неумирающая и невредимая, на ней были чёрные, очень узкие брюки и чёрная рубашка, провалиться мне на месте, та самая шерлоковская рубашка. Губы моего друга скривились в самодовольной гримасе – приятно, чёрт побери, когда даже члены королевской семьи идут у тебя на поводу, да ещё и не заставляют себя долго уговаривать. Ирен Адлер стояла на краю другой стороны дороги, явно не имея намерений подойти к нам. Она не слишком изменилась с того времени, когда я увидел её впервые, разве что немного округлилась: острые черты лица сгладились, бёдра стали шире, рельефнее; грудь заметно увеличилась. Однако прибавка в весе эту женщину ничуть не портила, напротив, сделала ещё более аппетитной. Удивительно, но так настойчиво желая этой встречи, Шерлок не слишком торопился перейти дорогу на её сторону, всего лишь приблизился к краю обочины. Они стояли и смотрели друг на друга. Ничего такого в их лицах я не смог прочесть, но пространство будто-то бы разделилось надвое, освобождая проход для канала телепатической связи. Они общались, но только им одним известным способом, и вряд ли нашёлся бы кто-то способный разгадать этот код. Лишь в самом конце Шерлок улыбнулся – это был укор, в ответ она тоже улыбнулась, и это было сожаление. Вскоре из-за горизонта, словно чёрт из табакерки, на дорогу выпрыгнул чёрный катафалкоподобный автомобиль - к нам приближалось заказанное Шерлоком такси. Ирен Адлер села в машину и тут же отъехала. Меня не покидало чувство, что я видел её последний раз в своей жизни. От этого места мы отъехали минут через пять, конечно же в направлении противоположном тому, в котором удалился стальной гибрид, увозя в своём салоне, одну из самых загадочных женщин, из тех, что мне приходилось встречать. Всю дорогу Шерлок был непривычно притихшим, молчал, прислонившись лбом к боковому стеклу, но от него исходила особенная энергия, невероятно чистая и добрая. Я не представляю, зачем он хотел видеть Ирен Адлер, точнее, что он хотел увидеть в ней, но, похоже, он этого добился. В какой-то момент моя рука сама собой потянулась к его. Он вздрогнул от прикосновения, словно оправился от забытья, и ухватил мои пальцы, сильно стиснув их, и отпустил только, когда мы подъехали к Бейкер Стрит. На пороге дома он вдруг заговорил: - Продай мою машину. Я опешил от неожиданной просьбы, поэтому переспросил: - Прости, что? - Займись продажей моего автомобиля, мне могут потребоваться деньги, много денег. - Зачем? – искренне встревожился я. - Это моё дело. Когда мой друг говорил подобное, означало, что тема была закрыта для дальнейшего обсуждения. В ту ночь он был невероятно нежен со мной, долго оглаживал и покрывал пылкими поцелуями каждый квадратный дюйм моей кожи, то и дело шептал романтические глупости. А меня не покидали едкие мысли: он сейчас любит меня или её; он сейчас это говорит мне или ей. Измождённый его ласками и сомнениями, я уснул на рассвете. Что бы там ни случилось накануне, что бы их не связывало, но это я сейчас был в его объятиях, в его постели, в его жизни. И мне оставалось лишь надеяться, что так будет всегда.