Поверженный

От лица Вики.       Вернулась я обратно с надеждой, что Дино покажет мне что-то действительно интересное.       После поцелуя с Люцифером я окончательно убедилась в том, что мои чувства к ангелу ― исключительно дружеские. С Дино мне спокойно, уютно, просто. Порой задумываюсь о том, что он слишком сильно прикипел ко мне, а я этого совсем не заслуживаю. Да, возможно, в будущем я буду к нему ближе, ведь тоже хочу жить подле Эдема, а не Лимба. Но Дино… Он слишком многое отдает мне, жертвует своим временем, своими отношениями с отцом, всем, что ему дорого, тем самым подписывая себе может и не смертный приговор, но очередной купон на избиение от Фенцио точно. И все ради меня ― той, у которой голова забита другим.       Водоворот выплюнул меня в главном коридоре школы, где пару недель назад большими красными буквами какой-то вандал написал о Мальбонте. Я могла бы прибыть к самому саду Адама и Евы, но почему-то вновь не смогла сосредоточиться на собственных мыслях и оказалась именно здесь.       Уже на подходе к крыльцу школы, с которого я могла бы за пару секунд долететь до сада, меня резко кто-то хватает на шкирку.       ― Далеко собралась, Непризнанная? ― спросил меня до жути знакомый голос.       ― Что ты делаешь, Люцифер? Немедленно отпусти меня! ― проворчала я, но он продолжал держать меня в воздухе, как будто я котенок, который сходил мимо лотка.       ― И не подумаю. Опять направляешься к своему ангельскому дружочку? Спешу тебя расстроить, но сегодня ваша встреча отменяется, ты ведь помнишь про наказание? ― его наглая ухмылка вызывает глубоко внутри меня желание дать ему в нос.       Черт, наказание. Совсем забыла, что мне предстоит целую неделю любоваться этим усмехающимся лицом, которое никогда не упустит возможности лишний раз поиздеваться надо мной. Нашел же шута себе, гаденыш!       ― Конечно, я помню, ты меня вообще за кого принимаешь? ― и снова будущий ангел Вики врет. ― А теперь отпусти меня наконец, ты мне порвешь рубашку!       Он резко разжал руку, которой схватился минуту назад за ворот, и я, как обычно, поцеловала коленками холодный пол.       ― Ну спасибо, ― прошипела я.       ― Давай, поднимайся быстрее, у меня вообще-то еще помимо твоего наказания есть дела, а мы тут прохлаждаемся, ― сказал сын Сатаны с гримасой легкого отвращения на лице.       ― Моего наказания? ― это звучало так абсурдно, что я даже засмеялась. Ладно, сейчас нет смысла препираться с ним, я все равно понимаю, что он пытается вывести меня на эмоции.       Я поднимаюсь и, не глядя в сторону Люцифера, отправляюсь в библиотеку, но спиной чувствую, как он сверлит меня взглядом. Что же, сверли, сверли, да вот мало тебе не покажется, когда совсем «неожиданно» на тебя свалится стеллаж с самыми древними фолиантами и прижмет твою недовольную мордашку к полу.

***

      Мы пришли в библиотеку школы. Я всегда восхищалась тому размаху, который был здесь создан. Несметное количество книг любого жанра, любой направленности, любого вида, любого возраста. Фолианты, современные энциклопедии, огромные сборники священных текстов. Тут даже есть христианские псалтыри с огромным количеством псалмов, которые я вряд ли успею прочесть даже до окончания своего бессмертия. Ни одна земная библиотека не сравнится с красотой и размером этой небесной альма-матер научного и ненаучного познания.       Мои размышления прервала прекрасная пожилая женщина с крыльями молочного цвета. Она обратилась к нам:       ― Добрый день, Мисс Уокер и Мистер Денница, вы пришли очень вовремя, я как раз нашла вам задание.       Спасибо, мы «очень рады», что успели вовремя.       ― Пройдемте в сектор писаний Эдема, там вчера произошла небольшая потасовка и все свитки и письмена находятся не на своих местах, ― продолжила эта милая старушка.       Она очень похожа на тех бабушек, которые живут через дорогу от тебя и всегда мило с тобой здороваются. На Земле, по соседству со мной, жила такая ― Миссис Диккенсон. Она похоронила своего мужа в прошлом тысячелетии, а в настоящее время жила с двумя своими котами, которых любила до потери пульса. Выходила из дома она только для того, чтобы забрать почту или съездить в магазин на своем стареньком Кадиллаке 1973 года.       Из моих очередных размышлений меня выдернули слабые, но достаточно агрессивные толчки в спину, призывающие меня идти вперед.       ― Я не понимаю, ты всегда такая медлительная? Всегда залипаешь на одном месте и стоишь, как столб, ― Люцифер уже начал раздражаться. ― Ну же, шевелись.       Я неохотно двинулась вперед, все еще дуясь из-за его дурацкого замечания. Нет, я вовсе не медлительная, просто люблю проваливаться в свои размышления и не замечать ничего и никого вокруг. Я ведь могу себе это позволить? Никто ведь не может мне это запретить?       Когда мы дошли до сектора писаний Эдема, я ужаснулась: там все было разбросано так, словно ураган Катрина хозяйничал здесь, по меньшей мере, месяца два. Кучи разорванных пергаментов на полу, многие свитки валялись, как попало, стол стоит вверх ножками, а стеллажи накренились, как две Пизанские башни. Шепфа, что же здесь произошло?       ― Мда, все, как я люблю, ― Люцифер нарушил тишину первым. ― Еще и способности заблокированы, так что одним взмахом волшебной рученьки мы все это убрать не сможем. Класс!       Я подошла к милой женщине, кстати, её звали Аурелия, и мельком взглянула ей в глаза. Не знаю, зачем я это сделала, мне просто захотелось. Вдруг я начала видеть те события, которые произошли здесь вчера:       Резкий гулкий звук удара, а затем падающих стеллажей. Аурелия быстро направлялась на место событий, как вдруг её остановил… Геральд.       ― Тише, Аурелия, не беспокойтесь, все хорошо, вам не нужно это видеть, ― попытался он увести её, но она все равно краем глаза смогла увидеть ангела Фенцио и какого-то парня, который швырял свитки в разные стороны.       ― Тебе нельзя покидать башню, как ты здесь оказался? ― разрывался от крика Фенцио.       ― Не вашего ума дело! Оставили меня гнить в четырех стенах, с кувшином воды и кроватью в надежде, что я буду там сидеть и радоваться? Черта с два! ― не менее громко отвечал ему тот подозрительный юноша.       ― Как часто ты приходишь сюда и забираешь себе священные письмена? ― Фенцио не унимался.       ― Так же часто, как вы вспоминаете Ребекку Уокер, Ангел Фенцио, ― сказал виновник сея переполоха и ухмыльнулся собственной искрометной шуточке.       Затем Геральд взял Аурелию под руку и вывел из библиотеки.       Кто же это такой? При чем здесь моя мама? Почему именно писания Эдема, а не романы Джоан Роулинг? Почему Фенцио так остро отреагировал на его присутствие в библиотеке? Как много вопросов, и как мало ответов. От лица Люцифера.       Резко открыв глаза, я вспомнил, что у нас с Непризнанной невыполненное наказание, и мне пришлось отправиться наверх.       Я очень вовремя объявился, ведь она как раз неслась сломя голову к своему ангелочку, который обещал что-то показать ей. Надеюсь, не свой член, потому что я до сих пор полностью не уверен, что этот парнишка адекватный. Кто знает, что на этот раз взбредет ему в голову. Она вот-вот хотела выпорхнуть из школы, как вдруг я схватил её за шиворот, как маленького нашкодившего котенка. Она была такой легкой, словно пушинка, поначалу я даже немного испугался, не сломал ли я ей чего.       ― Далеко собралась, Непризнанная? ― спросил я как можно спокойнее.       ― Что ты делаешь, Люцифер? Немедленно отпусти меня! ― она возмущалась, переживая за свою драгоценную рубашку.       ― И не подумаю. Опять направляешься к своему ангельскому дружочку? Спешу тебя расстроить, но сегодня ваша встреча отменяется, ты ведь помнишь про наказание? ― я не мог позволить ей так просто отправиться к Дино.       ― Конечно, я помню, ты меня вообще за кого принимаешь? ― ну да, конечно, помнит она. Девочка, ты говоришь с существом, естество которого наполовину состоит из умения лгать и лицемерить. ― А теперь отпусти меня наконец, ты мне порвешь рубашку!       Вдруг я отпустил её, и она упала, больно ударившись коленями. Я подавил в себе желание помочь ей подняться. Все-таки слова Отца отложились у меня на подкорке, и я не мог подвергать её опасности, ведь что бы Сатана ни говорил, все его слова нужно делить на два. Кто знает, может произойдет так, что он подошлет своих адских шавок и они заберут жизнь Вики.       ― Давай, поднимайся быстрее, у меня вообще-то еще помимо твоего наказания есть дела, а мы тут прохлаждаемся, ― я сказал это, пытаясь вложить максимум презрения в свои слова.       ― Моего наказания? ― она вскрикнула и рассмеялась. Согласен, я сказал глупость, но не мог же я не воспользоваться случаем и не подколоть её? Она посмотрела на меня равнодушно и, ничего не отвечая, зашагала вперед.       Пока мы шли до библиотеки, я рассматривал её округлые бедра и острые плечики, которые так и манили, чтобы я прикоснулся к ним.

***

      ― Добрый день, Мисс Уокер и Мистер Денница, вы пришли очень вовремя, я как раз нашла вам задание, ― Аурелия, как и всегда, буквально источала этот зловонный запах ангельских доброты и милосердия.       ― Пройдемте в сектор писаний Эдема, там вчера произошла небольшая потасовка и все свитки и письмена находятся не на своих местах, ― пока она что-то говорила, я наблюдал за Непризнанной. Она так прониклась симпатией к этой бабуле, что буквально заглядывала ей в рот. Что же, ангелы ангелов видят и чувствуют всегда и везде.        Вскоре я начал закипать, потому что Уокер снова застыла на одном месте и смотрит в одну точку, будто опять увидела Субантру.       ― Я не понимаю, ты всегда такая медлительная? Всегда залипаешь на одном месте и стоишь, как столб. Ну же, шевелись, ― она насупилась, как злой сумоист, и медленно пошла вперед, одарив меня напоследок очередным злым взглядом. Сомневаюсь, что он был самым страшным и пугающим из всего её арсенала.       В секторе творилась самая настоящая вакханалия из свитков и ошметков досок от шкафов, столов и стульев. Наверное, сюда забрел раненый морской дракон, которого покалечили его собратья. Уокер смотрела на все происходящее так удивленно, что мне хотелось засмеяться и хлопнуть её по лбу за такую нелепую гримасу на её лице. Я щелкнул пальцами в надежде, что у меня получится убрать все это за несколько секунд, но наш любезный Серафим Кроули лишил меня этой возможности, превратив в подобие Непризнанных.       ― Мда, все, как я люблю. Еще и способности заблокированы, так что одним взмахом волшебной рученьки мы все это убрать не сможем. Класс!       Мне до ужаса не хотелось марать руки об это глупое наказание. Надо же, сын Сатаны и убирается в библиотеке? Что за чертов вздор? Я хотел обратиться к Непризнанной и сказать, чтобы она управилась тут сама, но как только увидел, как она резво отрывается от Аурелии и нервно шагает в сторону разрухи, мне захотелось остаться и посмотреть, что еще выкинет этот светловолосый комок злости и ненависти ко мне.