Поверженный

🎵Tommee Profitt feat. Quivr - Shoot To Kill 🎵Lawless feat. Sydney Wayser - Dear God От лица Люцифера.       ― Как вы посмели упустить её!? ― мой рев оглушил меня самого, раздавшись на весь Замок.       ― Повелитель, её способности слишком сильны, она использовала руны, а мы не см… ― продолжал причитать Стражник, которого уже связали и повели в темницу.       ― Довольно! ― перебил его. ― Отрубить пустую голову, немедленно! ― отдав указание Стражникам, что не были задействованы в охране, я направился в школу, потому что ей больше негде искать приключения на задницу.       Я убью её! Бессовестная лгунья и безответственная мамаша. Шепфа, почему же она всегда действует так, как решит её воспаленный разум? Так хочет умереть? Я ей не позволю!       Прибыв в школу, меня встретил Геральд, будто снова поджидая.       ― Где она? ― крикнул я, стремительно приближаясь к нему. ― Я знаю, что ты снова покрываешь её.       ― Сам её ищу, Люцифер, ― врал Учитель.       ― Геральд… ― я терял последние крупицы своего самообладания. ― Ты ведь демон, а я Король всех демонов. Не боишься, что я за вранье прикажу казнить тебя? ― он даже не шелохнулся.       ― Я для тебя слишком много значу, Люций, так что нет, не боюсь, ― ухмыляясь, он сложил руки за спиной, ожидая моих следующих действий.       Действительно, он значил для меня много, так же, как Астарот. Он вошкался со мной с дошкольного возраста, именно благодаря ему я научился летать и считывать энергию правильно. В свое время Геральд очень много в меня вложил. Я никогда не смогу убить его, но пару дней поистязать в пыточной – запросто.       ― Просто скажи, где она, и я отправлюсь дальше, ― проговорил я монотонно, пытаясь успокоиться. ― Ты же понимаешь, что она не сможет выйти против грязнокровки.       ― Понимаю, ― Учитель поник. ― Но согласись, Шепфа со своим пророчеством никак не ожидал, что Избранную настигнет бык-осеменитель в твоем лице, ― чертов шутник, все-таки насчет казни я еще подумаю.       Не дослушивая новые колкие фразы Геральда, я отправился прямиком в её комнату, но, как назло, там не оказалось никого. Чувствую себя идиотом, которого обвели вокруг пальца. Она делает из меня глупца, что слепо верит ей. Нет, она точно не ангел, она самая настоящая демоница, в чары которой я впутался, как в сети, а теперь страдаю.       Я увидел Дино, который шел прогулочным шагом в сторону учительских кабинетов. Он направляется к своему папаше? Вряд ли. Связано ли это направление движения с возможным местонахождением Вики? Определенно.       ― Ангелок, постой-ка, ― в попытках остановить его, проговорил я. ― Случаем не к Вики направляешься?       ― Нет, мне нужно к Отцу, ― спокойно проговорил Дино, никак не показывая свое волнение. Разве что крылья немного подрагивали, а так – идеально натренирован врать. Эх, как не по-ангельски! Вот ты и прокололся, белокрылый, ведь если бы сказал, что не знаешь о её местонахождении, то я, быть может, и поверил.       ― Не делай из меня идиота, Ди-но, ― преграждая ему путь, говорю я сквозь зубы. ― Говори, где она.       ― Я не знаю, Люций. Мими сказала мне, что видела её на стадионе, ― по щелчку я оказался посреди зеленого поля и, как ни странно, не почувствовал её здесь.       Вернувшись обратно, я ощутил шлейф энергии ангела, который направлялся в кабинет… Геральда. Ну, конечно, здесь без вариантов.       Распахнув дверь кабинета Учителя, я увидел исчезающий водоворот. Блядский ангелок! Я порву его на части, как только встречу снова! Он хочет отобрать её у меня. Не позволю!

***

От лица Вики.       Мы приземлились в странном помещении с одним окном, расположенным под самым потолком. Антураж напоминал больше тюремную камеру, но размер комнаты, изысканная резная мебель, несколько репродукций эпохи Возрождения и шкаф на несколько сотен книг этому противоречили.       ― Мы в башне, абсолютно запечатаны. Здесь он не найдет тебя, ― с беспокойством проговорил Дино, нежно складывая руки на мои плечи.       ― Я не боюсь этого, наоборот, мне хочется, чтобы он нашел меня, ― мой обреченный голос отозвался эхом из-за хорошей акустики в комнате.       Внутри меня идет ожесточенная борьба, в которой схлестнулись два важных пункта: ужасно, что я умолчала о пророчестве и прекрасно, что я умолчала о нем. Здесь нет золотой середины: либо знает, либо нет. И я предпочла второе. Дура? Определенно. Поступила правильно? Конечно, нет. Простит ли он меня? Вряд ли. Для меня не будет никаких последствий, а для Люцифера они станут фатальными. Я представляю, как он, несмотря на свою природную жестокость, уже спланировал нашу жизнь и жизнь наших детей. Да, каким бы он ни пытался казаться холодным, злым или жестоким, у него тоже есть сердце. Если он мягок с кем-то, то это исходит именно из глубины его души. Искренне, без какой-либо подоплеки. Со мной он именно такой. Я чувствовала его энергию во время особенно эмоциональных совместных моментов: она будто становилась светлее, и если раньше она была темной с оттенками венозной крови, то сейчас при взаимодействии со мной казалась похожей больше на цвет спелой клубники. И запах с терпкого древесного менялся на более мягкий. Легкие нотки кедра, перемежающиеся с мускусом и кардамоном – опасное и одновременно манящее сочетание. Мог ли он приворожить меня при помощи этого запаха? Даже не знаю, потому что у него получилось привязать меня к себе так крепко, что мне не хочется покидать его. Хочется остаться рядом с ним навсегда, но, увы, наша жизнь всегда играет с нами в весьма жестокие и несправедливые игры.       Мое желание оказаться рядом с Дьяволом разъедало изнутри, а карапузы, ощущая мою тягу к их Отцу, начали свои неугомонные шевеления. Ах, если бы вы появились раньше, я бы ушла спокойно, оставляя частицу себя в этом мире. Да и ваш Отец не стал бы несчастным, а теперь… А что будет теперь?       Уокер, почему ты так категорично рассуждаешь о том, как будет здесь Люцифер? Может он даже и страдать не будет, предпринимая попытки найти верную спутницу, которая будет сидеть рядом с ним на пьедестале тронного зала Самаэльского замка. Может он забудет все, как страшный сон и продолжит жить так, как жил раньше: кровь, боль, оргии, Ад? Нет! Нет! Нет! Он будет скучать – в этом я уверена на миллион процентов. Наши души связаны теснее, чем нам обоим кажется, и разорвать эту связь уже невозможно. Я не позволю разорвать её! Даже кулон ощущал все то внутреннее напряжение, переполняющее меня, и мерцал ярче любой звезды.       ― Вики, нам нужно некоторое время побыть здесь, пока Люцифер не покинет школу, ― слова Дино доносились до меня так, будто я была под толщей льда: тихо, размыто, так, будто я нахожусь в подобии вакуума.       ― А он покинет её? ― не возвращаясь в реальность, будто сама себе говорю я. ― Он никуда не уйдет, пока не заберет меня.       ― Высшие уже пришли за ним, так что, возможно, нам не удастся увидеть его на Балу, ― заключил Дино и сел на кровать, стоящую в углу комнаты. ― Прости, Вики, я понимаю, как это тяжело, но знай – мы будем рядом, ― тон ангела был похож на колыбельную, в которой моя душа нуждалась именно сейчас.       ― Ты не при чем, ― выйдя из прострации, заявила я. ― Прошу тебя, после того, как я уйду, не бросай Люцифера – это единственное, о чем я хочу тебя попросить, ― ангел поднялся с кровати, направляясь ко мне и заключая в объятия. ― И да, еще одна просьба – не забывайте меня, потому что я вас никогда не забуду, ― последние слова вырвались перед хриплым всхлипом и последующими слезами. Самыми горькими за последнее время. Дино прижал меня к себе ближе, пытаясь успокоить.       ― Мы выйдем через несколько минут, потому что Бал начнется через час, ― нехотя отпрянув, заявил он.       Я спокойно кивнула и уже приготовилась к тому, что мы покинем эту комнату спокойно, без лишних глаз и лишней суеты, но вдруг с улицы ворвался оглушительный крик Люцифера:       ― Уокер, где бы ты ни была, знай, я скоро вернусь! ― безумец.       Я подлетела к окну под потолком и, лавируя в воздухе, увидела, как его под руки ведут несколько Высших, а он рьяно вырывается. Шепфа, как же я люблю его! Почему ты разлучаешь меня с ним? Дьявол не видел меня, но я отчетливо ощущала его отчаяние и осознание того, что он здесь бессилен. Ему уже сказали, что исход один? Или, может, он просто принял ту правду, что существует для всех?       ― Выходим, Вики, ― после того, как я спустилась, ангел подтолкнул меня к двери. Я послушно вышла, а потом Дино щелкнул пальцами. Мы оказались у входа в главный зал Школы, мысленно готовя себя к худшему.       ― Все уже собрались, наша задача – войти в эти двери, ― пытаясь подбодрить меня, сын Фенцио уже направился к величественным дверям, распахивая их прямо передо мной. Меня ослепила вспышка света, а потом я увидела прекрасную картину: огромный зал в золотых тонах, мраморные полы, в которых можно увидеть собственное отражение и много-много украшений, указывающих на то, что сегодня здесь огромный праздник. В самом конце зала была сцена, на которой самозабвенно играли на арфах прекрасные девушки-ангелы, глядя на которых начинаешь желать скорейшего вступления на сторону добра, а перед ними стоял весь преподавательский состав в тандеме с Серафимами.       Зал уже был полон ангелов, демонов и Непризнанных, что вот-вот примкнут к одной из сторон. Все выглядели такими красивыми и счастливыми, что мой внутренний эстетик содрогался в ликованиях. Размах этого торжества был просто нереальный, несмотря на тяжелую ситуацию на Небесах – самый настоящий «пир во время чумы».       Никто не видел моего положения, потому что Геральд еще перед приходом Мими помог мне его скрыть. Видели лишь мое чудесное платье, мое «счастливое» лицо, на котором, несмотря ни на что, сверкала поистине искренняя улыбка. Я была рада за всех тех, кто здесь находится. Они заслуживают этого торжества, они заслуживают стать теми, коими всегда стремились стать.       Проходя через коридор, выстроенный присутствующими, я видела их лица, встречающие меня различным взглядами: добрыми и злыми, чистыми и порочными. Мне было все равно, я чувствовала себя прекрасно, я была готова поразить каждого на этом мероприятии. Мы подошли ближе к сцене, на которой уже стоял Кроули в сопровождении Учителей и нескольких Серафимов, в составе которых была и моя мама. Увидев меня, идущую под руку с Дино, он снисходительно улыбнулся и начал свою речь:       ― Я рад приветствовать всех на сегодняшнем мероприятии. Конечно, его нужно было бы отменить, но Шепфа пожелал, чтобы каждый Непризнанный ощутил все чудеса становления ангелом или демоном и по-настоящему насладился прекрасным мероприятием. Как вы все знаете, ситуация сейчас достаточно сложна, так что, если вдруг вы обнаружите что-то подозрительное, сразу сообщайте Учителям, ― он окинул рукой позади стоящих Мисселину, Геральда и Фенцио, которые уже предвкушали, как Непризнанные поднимаются на эту сцену никем, а спускаются с неё полноправным высшим существом.       ― Итак, мы начнем обряд Посвящения, ― провозгласил Кроули. ― Я буду называть имена Непризнанных, которые должны будут подняться на сцену, торжественно произнести клятву и испить благодать из божественного сосуда. Вы узнаете свою сторону по изменению энергетического потока и цвета крыльев. Дональд Квинси Олдридж, ― Серафим пригласил первого Непризнанного.       Кареглазый парень среднего роста, облаченный в серый смокинг, вышел из толпы и направился к сцене. Поднимаясь на сцену, он запнулся на последней ступени и почти полетел кубарем, но Фенцио придержал его, спасая от падения.       ― Не торопись ты так, твоя сторона от тебя никуда не денется, ― с усмешкой произнес Кроули. Весь зал, включая Учителей, подхватил эту шутку, начиная смеяться, но Донни это не смутило.       ― Торжественно клянусь принимать верные решения, независимо от стороны, и жить, служа на благо Рая и Ада. Клянусь быть путеводной звездой для отчаявшихся и потерявшихся людей. Клянусь сделать все ради сохранения Равновесия, воссозданного Шепфа, ― громко проговорил Донни. Уриил поднес к его губам огромный серебряный кубок, инкрустированный драгоценными камнями оттенка ясного неба, и Непризнанный сделал глоток. Через несколько секунд над ним поднялась белая дымка, что свидетельствовало о присужденной стороне – ангел. Вдруг его крылья также начали перевоплощаться, и на смену серым перьям пришли белые с голубоватым отливом. Все выглядело как перевоплощение Мистик из Людей Икс, но при этом очень завораживало. Да, соглашусь с Шепфа, ведь это действительно прекрасно.       Далее пошли остальные Непризнанные. Все выглядели абсолютно по-разному: наряды пестрили всеми цветами радуги, а украшения и аксессуары говорили красноречивее любых слов – каждый желал показать себя. Этот Бал стал отрадой для всех нас, потому что в последнее время напряжение достигло своего апогея: многие Непризнанные боялись покидать свои комнаты, не говоря уже о том, чтобы заниматься крылоборством и другими небесными науками. Учителя также метались из стороны в сторону, не зная, за что браться и кому помогать, но сейчас на их лицах сияли хоть и несколько вымученные, но искренние и чистые улыбки.       ― Виктория Элизабет Уокер, ― громогласный возглас Кроули разрезал мои путанные мысли. Я подалась вперед и пошла к сцене. Каждый мой шаг сопровождался шепотом: был он осуждающий или восхищенный – все равно. Поднявшись по лестнице, я предстала перед Серафимами и Учителями. Каждый из них улыбался мне так тепло, что мои мрачные думы мигом покинули мою голову. Даже Фенцио наградил меня своей ослепительной ухмылочкой. Я буду скучать по нему, очень сильно. Мама ободряюще положила руку на мое плечо, а Геральд шептал слова поддержки на ухо.       Я произнесла клятву и отведала благодати из божественного сосуда. Над моей головой загорелось ослепительно белое облако, белее, чем у предыдущих Непризнанных, принявших сторону ангелов. Крылья начали перевоплощаться в кристально белые. Перышко за перышком. И вот когда последнее перо приобрело желаемый искрящийся ослепительный оттенок, раздался оглушительный удар, после которого двери распахнулись, слетая с петель. Устремив взгляд на них, я увидела того, кто украл мой покой навсегда:       ― Вот мы и встретились, Избранная…

***

От лица Люцифера.       Я бежал в сторону башни, мечась из стороны в сторону. Куда же ты пропала, Вики? Это уже совсем не смешно! Твои выходки доведут меня до белого каления, а твои тараканы в голове - самые безжалостные соперники, которые только могли повстречаться на моем пути.       Меня видели Учителя, видели Серафимы, подоспевшие на церемонию, видели Непризнанные из окон своих комнатушек. Я выглядел жалко. Бегу, но не знаю, куда. Как слепец, который бежит в поиске своего поводыря. Я бегу, как Люцифер, что ищет свой путеводный свет, которым стала Виктория Элизабет Уокер.       ― Остановись, Люций, хватит, ― обернувшись, я увидел Астарота, тянущего ко мне свои руки. ― Они не отпустят её, а ты нужен нам в Аду.       Позади Высшего стояли Мамон и Бельфегор. Их выражения лица выражали глубокое сочувствие, словно я вот-вот потеряю её. Я ведь не потеряю её?       ― Люцифер, ты вернешься к ней после того, как решишь все дела в нашей обители, ― грубый голос Бельфегора напомнил мне мое предназначение, но вместе с этим наполнил мою душу клокочущей яростью. Как я могу вообще уйти отсюда, пока она неизвестно где находится? Как?       ― Я никуда не пойду, пока не найду её! Если кто-то из вас приблизится ко мне хотя бы на шаг, я не ручаюсь за себя и за Аластера, который отрубит ваши головы!       ― Прости, у нас нет иного выхода, ― боль пронзила меня насквозь. Я не осознал, что происходит и очнулся только в тот момент, когда меня тащили к водовороту под руки.       Отчаявшись окончательно, я крикнул, надеясь, что она услышит меня:       ― Уокер, где бы ты ни была, знай, что я скоро вернусь! ― я не посмею бросить тебя здесь. Только решу пару важных делишек и стану полностью твоим. Только не двигайся, а то вдруг причинишь себе увечья или вляпаешься в очередную передрягу!

***

      В Аду я окончательно пришел в себя: наваждение спало, сметая слепую пелену с глаз окончательно. Я показал огромную слабость, тем более при всех. Если бы Отец был рядом, то не оставил бы от меня живого места.       Так, нужно собраться. В конце концов, Уокер проворная и расчетливая, она сумеет победить Мальбонте, тем более если с ней будут рядом Ребекка и остальные. Я постараюсь успеть к тому моменту, как он начнет громить школу.       ― Понимаю, что вы увидели меня в самом невыгодном свете. Король Ада не имеет права на слабость, так что теперь я собран и готов выслушать вас, ― проговорил я, попутно прочищая горло.       ― Легион уже у врат Диса, ожидает дальнейших указаний. Нам кажется, что Мальбонте начнет именно со Школы, а мы будем после, ― Асмодей, по щелчку появившийся в кабинете, объявил о состоянии армии. ― Десять тысяч бойцов сейчас в Эдеме, также ожидают указан...       Высший демон даже не успел полностью закончить мысль, как вдруг в зал ворвался демон из прислуги, истошно крича:       ― Армия Мальбонте уже здесь! Дис в огне!       А ничего, что Дис – город раскаленного железа? Он и без того всегда в огне, тупица. Асмодей, несколько секунд находясь в прострации, подтвердил, что кто-то чужой уже у врат города.       ― Подключай легион, ― приказав Высшему, я направился в город, чтобы рассмотреть масштабы возможных разрушений.       Город не был разрушен, потому что адский легион сдерживает нападающих. Взлетев над городом, я отправился в сторону Сикстинских врат, и увиденное поразило меня: нападали и ангелы, и демоны, и даже люди. Я знал, что Мальбонте, а если быть точным, то его душа, находясь в заточении, не прохлаждалась, и вербовала всех без разбора, путешествуя по мирам и вселяясь во всё, что двигалось. Для людей, оказавшихся в нашем мире, последствия будут фатальными, и они даже в Ад для истязаний не попадут.       Их было несколько тысяч. Обратив внимание на отдельных индивидов, я заметил, что они будто зомбированы: глаза их полностью белые, а движения несколько медлительные, что свидетельствует об одном – они не отдают отчета о своих действиях. Что же, очень жаль, что они все погибнут, потому что я не стану жалеть их и оставлять в живых только из-за того, что они ничего не осознают.       ― Люцифер, нужна твоя помощь! ― кричал Асмодей, расчехляя своё оружие – алебарду.       Я спустился вниз в эпицентр боя, попутно образовывая глефу. Острый клинок с одного взмаха разделил на две части двух ангелов, чьи лица даже не сменили выражения. Удручает тот факт, что даже такие тормоза убили многих демонов из адского легиона. Я обязательно задам вопрос об отборе, который организовал Асмодей.       Мы с Высшими демонами боролись бок о бок: никто не пожелал оставаться в стороне, когда дело коснулось их Родины. У нас получилось сделать все, чтобы ни один не попал в город. Количество чужих не убывало ровно до того момента, пока не раздался оглушающий крик Астарты, находящейся в тот момент в укрытии, где находились дети и жены Высших:       ― Он в Замке! ― даже находясь в городе, она смогла докричаться до нас, все еще находящихся у врат Диса.       Я по щелчку переместился к Замку, встречая в главном холле Аменадиила, глаза которого также были покрыты пеленой.       ― Посланник Мальбонте, ты ли это? ― прищурившись, ухмыльнулся я, наблюдая за реакцией бывшего Серафима.       Ничего не отвечая, он двинулся на меня, сметая расправленным крыльями огромные вазы с цветами, стоящими вдоль стен. Первый же удар крылом отбросил его на десяток метров назад, к лестнице, но он не издал ни звука. Такое ощущение, что я дерусь с ожившим манекеном.       ― Мальбонте убьет вас, ― скандировал он, глядя в никуда.       Следующий удар пришелся глефой по плечу, отсекая руку полностью. Кровь хлестала всего несколько секунд, а потом рана затянулась, не восстановив при этом конечность. Такого не должно быть! Регенерация при использовании священного оружия не работает!       Аменадиил испарился, и уже в следующее мгновение я ощутил сильный толчок сзади. Впечатавшись в ступени грудью и лицом, я тут же поднялся, оборачиваясь на этот объект вожделения режиссеров фильмов про зомби-апокалипсисы.       ― Мальбонте убьет вас, ― вопил он, постепенно увеличивая напор. Это мне начало надоедать.       ― Ты знаешь другие слова, кусок идиота? ― ноль реакции. Удивительно.       Я больше не желал затягивать эту шарманку из бессмысленных препирательств и оторванных конечностей, так что следующий удар пришелся аккурат в грудь, в район сердца. Серафим упал на одно колено, а через несколько секунд поднялся прямо с воткнутым копьем.       ― Невозможно, ― неверяще заявил я. ― Священное оружие, воткнутое в сердце, должно было убить тебя.       Серафим вытащил из себя глефу и откинул ее далеко в сторону. Мой взгляд пал на место зажившей раны, где зияла окровавленная дыра в рясе ангела. Я не успел даже сориентироваться, прежде чем у Серафима в руках появился священный клинок, которым он ударил меня под левую ключицу. Провернув и резко вырвав из меня лезвие клинка, Аменадиил отпрянул назад, а я, не теряя времени, ринулся за глефой, одной рукой придерживая кровоточащую рану.       Он замер в одном положении, стоя ко мне спиной, что только сыграло мне на руку: я приблизился к нему и отрубил голову, которая покатилась в сторону входных дверей, и остановилась у ног Астарота.       ― Это было… странно, ― мои последние слова перед тем, как в глазах потемнело.