Поверженный

🎵Hurts - Redemption       Вики очнулась на голой земле посреди пустынной местности. Единственный признак наличия здесь кого-то до неё, был человеческий череп, одиноко лежащий неподалеку. Палящее солнце грозилось сжечь ангела заживо, от чего стало жутковато. Живот её ужасно ныл, ощущая все прелести немягкого приземления. Создавалось ощущение, что в бесчисленном количестве Вселенных она выбрала для своего дальнейшего существования самую непригодную.       ― И это Небытие? ― поднявшись на ноги и отряхнув разорванное белое платье, Уокер огляделась. ― Неужели Сэми в Лабиринте наврал мне?       Мысль о том, что она попала так же, как когда-то Том Хэнкс в фильме «Изгой», не вселяла в ее бедную голову никакого оптимизма. Еще и беременная…       Резко вспомнив о своем положении, Вики схватилась за живот, до этого момента забыв, что он может ныть из-за стресса детишек. Все-таки попадание в другое измерение вряд ли могло положительно сказаться на них.       «Ну, не могла же я попасть в жалкое подобие Марса, так? Значит здесь точно есть жизнь!» ― резкий прилив энергии повел Вики вперед, в поисках хоть кого-то или чего-то, что поможет ей разобраться во всем.

***

      Дорога была длинной и не имела цели. Пространство вокруг в действительности напоминало безжизненную пустыню, из которой еще никто не выбирался. Девушка плутала и совсем не думала о времени, размышляя о своем. Пески и дюны утомляли Уокер, платье ее путалось под ногами. Обувь, которая до попадания в Небытие, была новой, превратилась в маленькие бесформенные мешочки, которые только мешали идти. Но это не особо волновало, ведь голова её была забита совсем другим:       «Мальбонте теперь точно не вернется?»       «Наш мир теперь в безопасности?»       «Как там Люцифер?»       Люцифер… Она до последнего хранила тайну своего истинного предназначения, оставив его в неведении. Что теперь будет с ним? Он будет обижен или все-таки будет хоть немного скорбеть над потерей любимой?       Тем временем начало смеркаться, солнце уже давно не грело так сильно, как в то время, когда она очнулась. Вики ощущала нарастающую боль в животе, которую точно можно было списать на беременность. Когда идти стало совсем невмоготу, она упала на колени и закричала, что было сил:       ― Проклятые дети! Кто просил вас появляться внутри?! Так не вовремя!       Почувствовав слезы на щеках, нахлынувшие от безысходности, она услышала протяжный вой, доносящийся будто из ниоткуда и отовсюду одновременно. Вики встрепенулась, предвкушая очередную смерть или, что еще хуже, появление земных волков, ведь её фобия даже с первой смертью никуда не делась.       Вновь поднявшись на ноги, она оглянулась. Никого рядом не было точно так же, как и любого другого намека на живое существо, как вдруг её с ног сшибло огромное пушистое нечто, лапы которого уперлись по обе стороны от лица ангела.       Уокер хотела закричать, но, открыв глаза, увидела огромного желтогривого львенка. Да, именно львенка. Непропорционального, большеглазого, со светлыми крыльями за спиной, который внушал больше умиление, чем даже подобие страха. Он уставился на нее своими светло-фиолетовыми глазищами, и вдруг начал что было мочи облизывать её лицо.       Поначалу она попыталась отпихнуть его, но сдвинуть эту махину с места было труднее, чем убедить Люцифера в том, что он не прав. Смирившись со своей участью быть зализанной до смерти, она улыбнулась, подняла руку и запустила ее в густую гриву, вызывая довольное урчание животного.       ― Откуда ты здесь взялся? ― животное немного отступило назад, что позволило Вики немного приподняться на локтях и рассмотреть его детальнее. Его лапы были размером с ее голову, если не больше, и выглядел он по-настоящему грозно, если бы не нрав маленького котенка.       ― Гек, ну куда ты убежал, я тебя еле наш… О, а это кто тут у нас? ― послышался запыхавшийся голос где-то над головой. ― Опять новенькая, которую занесло в Ахру?       Уокер обернулась и увидела девушку лет семнадцати, с небольшой самодельной сумкой наперевес. Её рыжие кудри беспорядочно ниспадали на плечи и доходили до бедер. Крыльев за её спиной почему-то не было.       ― Кто ты? ― девушка встала в расслабленную позу, задавая вопрос поднимающейся с песка Виктории.       ― Я Вики, очнулась где-то днем в пустыне и шла в поисках хоть кого-то живого. А ты кто?       ― Я Артемида, но можешь звать меня Арти, ― девчушка улыбнулась и протянула руку ангелу. ― Ты же ангел? Но почему у тебя нет крыльев за спиной?       И только сейчас до Уокер дошло, почему идти ей было легче, чем раньше. Теперь за спиной не болтались эти два отростка, к которым она так долго привыкала.       ― Я… не знаю, ― задумчиво ответила светловолосая. ― Обычно Высшие попадают сюда с крыльями?       ― Нет, они все теперь равны людям, мне просто хотелось тебя запутать, ― Арти громко хихикнула, так по-детски и наивно, что Вики невольно улыбнулась в ответ. ― Вижу, ты очень устала. Пойдем со мной, я помогу тебе. А ты, маленький проказник, еще получишь у меня! ― её маленький кулачок наверняка показался львенку очень грозным, так что он склонился вперед, почти упершись мордой в песок.       И Уокер пошла. Ей даже в голову не могло прийти, что с ней могут сделать что-то ужасное, потому что она настолько устала, что ей просто хотелось лечь и заснуть прямо в песках.       Нарастающая слабость, голод и боль в животе настолько сильно ударили по Вики, что она даже не успела ничего крикнуть впереди идущей Артемиде, прежде чем просто рухнула в песок и потеряла сознание. Теперь она точно была уверена, что её не бросят одну и обязательно помогут…

***

      ― Как думаешь, сколько она еще проспит?       ― Не знаю, она же еще и на сносях, её силы будут восстанавливаться ох как долго.       ― Она так похожа на неё…       ― Знаю, Филипп будет шокирован.       Отрывки разговоров то и дело доносились до слуха Вики, которая, очнувшись, почувствовала под собой мягкие перины и теплое постельное белье.       ― Воды… ― тихо прохрипела она, но даже этого звука хватило, чтобы к ней тут же подскочили присутствующие в комнате, а чья-то пухлая рука дала поднесла стакан к губам.       ― Тише, девочка, отдыхай и набирайся сил. Сана тебя поднимет на ноги, того и гляди, ― мягкий низкий голос женщины убаюкивал, и Виктория снова отключилась.

***

      Открыв глаза, Уокер увидела перед собой красивую, дорого обставленную комнату в светлых тонах. Панорамные окна справа от кровати пропускали солнечный свет сквозь светлые шторы, и ветерок сладко посапывал сквозь створки. Она потрогала свой живот, чувствуя на себе не то прекрасное платье, а свободную ночную сорочку.       ― Вики, ты очнулась! ― Арти подскочила к девушке и присела на кровать возле неё, сразу же ощупывая её лоб. ― У тебя был небольшой жар, но это нормально для тех, кто попадает сюда.       ― А где я? ― она как-то по-глупому уставилась на рыженькую, явно не осознавая находящегося вокруг неё.       ― О, ты в Тернитасе, стране вечной жизни, ― резво заявила Арти. ― Здесь живут все, кто попал в Небытие. Ты потом расскажешь, как ты оказалась здесь? Сюда ведь попадают только те, кто погиб там, в Солютусе.       ― Что такое Солютус?       ― О, это…       ― Так, Артемида гава Медина, тебе сколько раз было сказано не заходить сюда и не беспокоить гостью? ― из-за двери доносилось недовольное возмущение, а вскоре Вики увидела ту, кто возмущался.       Крупная миловидная женщина низкого роста стояла в проеме, уперев руки в бока, со свирепым выражением лица, но как только её взгляд встретился с Уокер, то вдруг безмерно потеплел.       ― Дорогая, как ты? Арти говорит, нашла тебя в пустыне, ― женщина подошла ближе и присела в ногах, поглаживая Вики по щиколотке. ― Я обычно не разрешаю этой маленькой негоднице шастать где попало, но вчера она очень удачно меня ослушалась.       От женщины веяло таким теплом и спокойствием, что буйное сердце ангела, до этого момента колотившееся, как угорелое, успокоилось и наконец переняло нормальный ритм.       ― Все хорошо, спасибо Вам! Вы, должно быть, Сана? Я слышала ваше имя тогда, когда очнулась ненадолго.       ― Да, это я, а ты Вики. Арти уже рассказала о тебе. Лучше скажи, на каком ты сроке была, когда, ну…       ― Умерла? ― Вики чувствовала ту неловкость в её словах, поэтому решила как-то помочь Сане. ― Мне говорили, что осталось несколько недель. В том мире, где я была, этот процесс был совсем недолгим, всего пару месяцев.       Женщина вновь наградила её теплым материнским взглядом и вдруг подскочила с кровати.       ― Значит так, до конца срока осталось недолго, твой малыш в порядке, так что теперь мы будем тебя тормошить, чтобы ты не залеживалась, как рыба на базаре, ― Сана уже подошла к Вики ближе и помогла ей подняться.       Силы постепенно стали возвращаться, так что подняться с кровати получилось даже без головокружения.       ― Их двое, Сана, мальчик и девочка, ― Уокер сказала это тихо и с едва заметной гордостью, но здесь вряд ли было чем гордиться: дети все равно останутся без отца.       Женщина отпустила её руки, прижав к своим щекам, и громко охнула:       ― Радость-то какая! Здесь рождение двойняшек такое редкое явление, а я и вовсе видела его лишь однажды! ― она подошла ближе и крепко обняла Вики, которая в этот момент готова была растечься лужицей от счастья, вмиг переполнившего её. То ли это гормоны, то ли облегчение после долгого поиска пристанища, но она все равно чувствовала огромное облегчение.

***

      Арти и Сана взяли Вики под руку и повели из комнаты, чтобы показать их быт и подробнее рассказать о городе, в котором теперь она будет жить до конца своих дней. Как-то мрачно и небезоблачно, но все равно это уже хоть что-то.       Они спускались вниз по лестнице, и Уокер оценила весь размах их жилья: огромная центральная и две боковые лестницы спускались вниз и переходили в огромный светлый холл. Это был дворец, не меньше. Спустившись и завернув куда-то направо, они попали на огромную кухню, в которой кипела жизнь: куча кухарок носились туда-сюда. Готовя различные кулинарные изыски – так изначально Вики показалось. Еще ей показалось, что этот дом вмещает в себя довольно большое количество людей, и вполне мог оказаться какой-то важной исторической постройкой этого города, но это еще предстояло узнать.       ― Сана, скажите, вы здесь давно живете? Такой большой светлый дом, чувствую себя в нем маленькой букашкой, ― хило усмехнулась Вики, задавая вопрос.       Если честно, то в её голове краски со светлых менялись на красные и черные, и сразу же перед глазами представал замок Люцифера, в котором однажды прогремела его свадьба. Вики громко сглотнула, пытаясь прогнать воспоминание.       ― О, я здесь уже около двадцати местных лет, слежу вот за этой негодницей, племянницей нашего хозяина, ― она указала на нахмурившуюся Арти. ― Вся его семья погибла и единственной родной душой осталась только она.       ― А кто ваш хозяин? ― пока Вики проговаривала это, её уже усадили на стул, и поставили перед ней тарелку с ароматным супом.       ― Он у нас голубых кровей, ― передразнила Сану Арти. ― Мой дядя был первым рожденным в Тернитасе, и когда вырос, стал его королем. Филипп весьма… своеобразный правитель, но его любят все в городе, и уважают, потому что он помнит о каждом живущем здесь. Сегодня он хотел бы видеть тебя на ужине и…       Договорить Арти не успела, потому что дверь в кухню отворилась и на пороге появился…       ― Люцифер?       Вики потеряла дар речи, выронив из рук ложку, аккуратно поднесенную ко рту. Неужели она до сих пор спит и ей мерещится?       ― Прошу прощения, вы, должно быть, Вики? ― мужчина, до этого стоявший в проеме, прошел вглубь комнаты, направляясь к столу. ― Я Филипп. Арти уже рассказала о вас. Рад, что вы оказались здесь и сейчас находитесь в безопасности.       Уокер не могла отвести от него своего взгляда. В белых льняных рубашке и брюках, мужчина напоминал ей самую большую любовь всех её жизней, только без татуировок. И волосы были немного светлее. И глаза были карими.       Она не знала, куда себя деть. Её чувства были смешанными и настолько реактивно носились в голове огромным роем, что она вот-вот должна была вновь оказаться в забытье.       ― С вами все хорошо? ― мужчина подошел к ней и мягко положил ладонь на её плечо. ― Вы бледная.       ― Да… спасибо, ― слишком невнятно пробормотала большенеангел и резко, насколько ей позволяли возможности организма, подорвалась из-за стола и опрокинула эту несчастную тарелку супа. ― Простите, мне нужно выйти.       Она задыхалась. Бежала по лестнице и не знала, что должно произойти такое, чтобы она хоть немного пришла в себя. Если до этого момента она пыталась не думать о том, кого она оставила одного в том мире, то теперь все воспоминания и мысли обрушились на нее огромной разрушительной лавиной.       В груди щемило так, что хотелось вскрыть грудную клетку и вырвать сердце к чертям. У нее стремительно начиналась паника от безысходности. От того, что больше не увидит здесь никого из тех, кто был с ней рядом до этого. Что больше не поболтает с Мими, не подшутит над Ади, не выскажется Дино, не поцелует Люцифера…       Она больше не будет чувствовать их энергии рядом с собой. Больше не будет чувствовать себя в безопасности. Она будет одна. Всегда одна. И никакие Арти и Сана ей не помогут. Она обречена на вечные страдания в Небытие.       Вики даже не заметила, как оказалась сидящей на полу в комнате, где она приходила в себя после пустынных прогулок. Куча мыслей была в голове, но единственная, что вышла на первый план, была: что же будет дальше? Могу ли я выбраться отсюда? Могу ли я отправиться назад?       То ли гормоны, то ли навалившиеся разом события, вдруг запустили кучу рваных механизмов в ее организме: она начала плакать и задыхаться с новой силой. Не от того, что она останется одна, а от того, что больше никогда не увидит её Люцифера. Самое большое счастье и самая большая проблема в её жизни. Благодаря ему она почувствовала себя действительно нужной, почувствовала себя любимой. Теперь она поняла, что он любил её. Её чудовище, её проклятие, её благодать.       Как он там? Пришел ли в себя после того, как узнал настоящую суть пророчества? Проклинает ли он её за то, что она не призналась ему сразу? Что не позволила увидеть ему его же детей?       Слезы катились крупными каплями, падая на бежевый ковролин. Теперь они с демоном по разные стороны баррикад, но получится ли у них встретиться снова? Жизнь, даже после второй смерти, не имела никакого смысла без человека, который и был смыслом.       Уокер раскачивалась вперед-назад, как психбольной с кататоническим возбуждением, не зная, что ей делать дальше. Не реагируя на раздражители извне, она очнулась только в тот момент, когда почувствовала на своей щеке теплое прикосновение.       Подняв голову и сфокусировав зрение, она снова увидела его. Нет, просто не бывает таких поразительных сходств между людьми!       Филипп сидел перед ней на коленях, заглядывая прямо в глаза. Мягко поглаживая Вики по щеке, он пытался успокоить её. И ей это помогло.       На миг боль в груди притупилась, и Вики почувствовала, как она будто набирается сил. Она видела, что он шевелил губами, но не понимала ни слова, потому что чувствовала себя рыбой под толщей воды. И вдруг она начала возвращаться в реальный мир:       ― Все хорошо, я рядом с вами. Я никуда не уйду. Я понимаю, как вам тяжело оказаться в чужом мире. Вы жили, радовались, и вдруг произошло непоправимое. Прошу, будьте сильной ради детей, ― его голос был очень похож на голос Люцифера и безмерно успокаивал. Она прикрыла глаза и опустила голову в сторону его руки, что все это время мягко поглаживала её по щеке. Так она представила, что это он её успокаивает. Это он гладит её по щеке, и пока она сидит с закрытыми глазами, он улыбается.       Когда она отошла от истерики, открыла глаза и увидела, что на руках мужчины не было татуировок. Ни одной. Но тем не менее, они были будто разлученными близнецами. Это было просто немыслимо!       ― Простите меня за этот концерт не по заявкам, Филипп, ― Вики отпрянула от мужчины, пытаясь подняться на ноги. ― Мне просто нужно время, чтобы принять все произошедшее. Да, безусловно, это тяжело, но я справлюсь.       Филипп посмотрел на неё с долей восхищения и уголки его губ поползли вверх. Он подал ей руку и помог подняться, усадив следом на кровать.       ― Вы моя гостья, но можете чувствовать себя, как дома. Отдыхайте, Сана и Арти будут рядом, если вам что-то понадобится.       Он убедился, что она пришла в себя и удалился, услышав последнюю, но такую приятную для его ушей фразу:       ― Спасибо вам.

***

      Увидев её на кухне, всю такую растрепанную и вкушающую свежеприготовленный стю, он не был готов. Арти говорила, что она так похожа на Кэтрин, но не думал, что настолько. Все, что ему оставалось, только смотреть на неё и представлять, как его любовь также ест свое любимое блюдо. Все его попытки сдерживаться готовы были пойти крахом, как вдруг она подскочила на месте, задев животом тарелку и повалив её на пол, и убежала в свою комнату. Он хотел сразу побежать за ней и прижать к себе, но его остановила Сана, покачав головой.       ― Я знаю, как тебе тяжело, Филипп, но не стоит. Дай ей время.       Он метался из стороны в сторону, бесцельно измеряя шагами коридор. Это точно не она? Не его возлюбленная, так печально и быстро покинувшая этот мир? Сомнения слишком глубоко закрались в его голову, и ему было жизненно необходимо искоренить их. Она уже не вернется, она навсегда останется рядом только в его сердце.       Филипп крепко сжал кулаки, решая, подняться к ней или все-таки дать ей время. Отбросив все за и против, он побежал по лестнице через одну ступеньку, чтобы как можно скорее оказаться рядом с ней, и то, что он увидел в комнате, испугало его: она сидела на полу, обняв себя за плечи, и раскачивалась вперед-назад. Глаза были пустыми и безжизненными.       Он подошел к ней, присаживаясь рядом, и попытался сначала не касаться её, но у него не вышло. Положив руку ей на щеку, он ощутил самое настоящее блаженство, которого не испытывал бесконечно долго. Такая же теплая и нежная кожа, такие же голубые глаза, такие же пухлые губы. Как же тяжело ему было сдерживаться! Но у него получилось. Он, мягко поглаживая Вики, обращался к ней, в надежде хоть немного облегчить её страдания.       Когда она пришла в себя, он попытался как можно скорее покинуть её комнату, чтобы перевести дух, но она добила его последней фразой:       ― Спасибо вам.       Казалось бы, ничего особенного, просто слова благодарности. Но именно они были одними из первых, которые сказала ему его самая большая любовь, которую он никак не может отпустить.       Они до одури похожи, хоть и разные. Кэтрин была импульсивной, страстной, огненной, а Вики – её полная противоположность, но у них есть одна общая черта – целеустремленность. Кэтрин выгрызала зубами свое место под солнцем, и Вики, судя по тому, как быстро она пришла в себя и уже приготовилась бороться, была точь-в-точь такой же. Но, все-таки, невооруженным глазом было видно, что она намного мягче. Быть может хватит в его жизни импульсивных и взрывных? Может самое время для спокойной, размеренной жизни с той, которая пытается найти успокоение так же, как и он?