Я ведь с тобой завязала

Тина поморщилась и открыла глаза, она нахмурила брови, приподнялась на локти и оглядела комнату, — где я? Девушка увидела свою сумку на стуле возле двери, перекатилась с правой стороны кровати на левую и потянулась за рюкзачком. Кароль достала мобильник, 10:27. Она открыла камеру, вместо зеркальца, — о господи, Тина. Девушка свесила ноги с кровати, поднялась и направилась в ванную. Умыла лицо, причесала волосы и вышла из комнатки, — Дан?! — Ты проснулась, доброе утро, — он улыбнулся, — как ты себя чувствуешь? — У меня голова болит, а еще… я плохо помню, что было вчера  — она виновато опустила голову вниз. — Ты напилась, — засмеялся он, — тебе нужна таблетка, малыш, — мужчина налил воды в стакан, нашел в своей аптечке лекарство и протянул Тине. — Я виделась с Мирой вчера…почему ты не брал трубку? — Кароль запила таблетку и поставила стакан на тумбочку. — После того, как ты ушла, я тоже… я напился, совсем забыл зарядить телефон. Зарядку я оставил в квартире, с которой съехал. Пока нашел новую в магазине, пока номер забронировал, ты написала как раз тогда, когда я поставил его заряжаться, — улыбнулся Балан, делая шаг ближе. — Я тебе писала… — девушка смущенно прикрыла лицо, — это я помню. — Значит все, что там написано, правда? — Балан притянул Тину за талию, — посмотри на меня. Тина не выдержала долгого зрительного контакта и накрыла его губы своими. Полный любви поцелуй, такой неторопливый и чувственный. — Не вздумай снова сбегать, — Балан прошептал ей в губы, чмокнул в нос и крепко обнял, — пойдем на кровать, — он легонько потянул ее за запястье. — Это что, твоя футболка? — Тина указала на светлую ткань на своем теле, — я надеюсь, я сама переодевалась? Дан лишь хитро улыбнулся. Они улеглись на белоснежную постель. Повернулись лицом друг к другу, любовались. — Тина, прости меня, прости. Я не хотел, чтобы из-за меня ты чувствовала себя так плохо. Не хотел разбивать тебя. Я так сильно скучал по тебе, — он провел ладонью по ее волосам, — в тот день, на твоем концерте, я так боялся подойти, боялся, что твои чувства ко мне угасли. Эта Мира, хоть она и редкая сука, я благодарен, что она смогла тебе все объяснить, хотя это должен был сделать я. Но ты бы не стала слушать меня, правда? — они оба тихонько засмеялись, — я хочу, чтобы ты всегда была со мной, мне никто не нужен, никто, слышишь? Только ты, — он потянулся и оставил легкий поцелуй в уголке ее губ. — И ты меня прости, пожалуйста, Дан. Все уже было хорошо, но ее звонок на твой телефон снова все перечеркнул. Я не знала, что думать, что делать. В ту ночь я поняла, что я не смогу без тебя, — по лицу побежали слезы, — но мысли о том, что ты был с другой меня разбивали. Балан вытер ее слезы большим пальцем и поцеловал в лоб, — я не был с ней, я никогда не предам тебя, слышишь? Я люблю тебя, Тина Кароль. Люблю. — Я тоже люблю тебя, Дан. Девушка потянулась к нему за поцелуем, забралась на него сверху. Тина зарылась пальцами в кудрявые волосы Балана. Они исцеляли друг друга. Любили друг друга. Просили друг друга об одном: пожалуйста, останься, будь рядом. Они целовались, казалось вечность. — Кому-то пора побриться, — улыбалась Тина, проводя подушечками пальцев по щетине мужчины, — поверить не могу, что ты мой, — она убрала прядь темных волосы с лица, ты — мой, прошептала она Балану в губы. — Ты с ума меня сводишь, Тина, — шептал он ей в ответ. Руки Дана покоились на бедрах Кароль, легонько сжимая их, — послушай, мне нужно отвезти тебя в одно место. — И куда же? — она нависла над ним, опираясь руками по обе стороны его плеч. — Это сюрприз, малышка, — Дан приложил ладонь к щеке Тины, и она зарылась в нее носом, словно котенок, — иди ко мне, — он потянул ее к себе. Девушка положила голову Балану на грудь, слушала как бьется его сердце. — Давай полежим так еще немного, — тихонько пролепетала Кароль. — Хоть целую вечность.