Парадокс любви

Маленькой Вареньке пришлось остаться с больной матерью одной. Мужа, как ожидалось, дома не было. Офицер все же. Как бы ему не хотелось остаться рядом с женой, полк генерала ждать не будет. Таковы правила. А потому, Екатерина Фёдоровна уже третий день лежала в постели. Ее кузина уже ехала из соседней губернии, что было совершенно необязательно. Маленькая Варенька сама прекрасно справлялась. То чай заварит, то мёду принесёт, то компрессы поменяет. Смышленая она была. И все маменьку уговаривала в постели полежать. А Рылеева только и думала, что о собраниях и о восстании. - Мама, ты ведь ещё больна. Я не выпущу тебя из дома. Тебе ещё отлежаться нужно, хотя бы ради меня. - Варенька в который раз упрашивала Екатерину не выходить из дома, когда дверь неожиданно хлопнула, запуская в дом нежданного гостя - Послушайте дочь, Екатерина Фёдоровна, она ведь правильно говорит. Вас никто не потеряет. И войну никто не начнёт. Будьте спокойны. - Трубецкой только зашёл с мороза. В руках у него были две больше банки: с вареньем и с мёдом. - Варенька, принеси-ка ещё чаю, и возьми 2 чашки. Екатерина удивленно смотрела на гостя. Кто ж знал, что Трубецкой приедет. Он терпеливо сидел дома, хотя знал, что Рылеева больна. Не хотелось вызывать никаких подозрений, но когда ему принесли письмо, написанное детским старательным почерком, Трубецкой сорвался. Варенька просила помощи с матерью. И Сергей приехал. - Сергей Петрович, вы с ума сошли. В такой мороз и на другой конец города. Вы же закоченели. Идите к камину, я разожгу... - только Екатерина хотела встать, как Трубецкой поднялся из кресла и взял ее руки в свои. - Я не позволю вам вылезти из постели. В другой ситуации я бы остался в ней с вами. Но делать этого я не буду. Из уважения к вашей дочери, естественно. - настроение Трубецкого было явно радостное. - А ещё я куплю вам минимум три огромных тёплых шубы. И с температурой вы выйдете на площадь только через мой труп. - Со стороны это все очень подозрительно. Я скоро поправлюсь, не переживайте, я... - И слышать ничего не хочу. Что же я не могу навестить своего друга и государственного деятеля? Вы важны для меня, Екатерина, вы же знаете. - Вы бредите... - Слушайте, моя милая, я вас люблю, и , если восстание пройдёт удачно... - Так и будет, - перебила Рылеева. - Я заберу вас с Варенькой к себе, я обещаю, что мы будем вместе, и нам ничего не помешает. - Трубецкой нежно гладил руки Екатерины Фёдоровны, целуя прекрасные тонкие пальцы. - Пожалуйста, ответьте что-нибудь, что угодно. Если хотите я уйду... - Сергей Петрович, вы хотите развестись с супругами? Такой скандал будет. Разве можно так? А Варенька как это воспримет? - Екатерина разволновалась и, кажется, температура вновь поднималась. - Ответьте мне честно, вы любите мужа? - А вы любите жену? Оба глупо улыбались, потому что знали, что ответ одинаковый - никто из них уже не любил супругов. Маленькая Варенька тихо выглядывала из-за дверного косяка. Она не могла поверить, что этот красивый дядя станет ее новым папой(своего она видела редко). Красивый дядя станет маминым новым мужем. Варенька уже думала, какая красивая комната будет у неё в новом доме. - Екатерина Фёдоровна, окажете ли вы мне честь, стать моей женой?, - Трубецкой опустился на одно колено перед кроватью возлюбленной, достал красивый серебряную коробочку и открыл ее. Позади молодых людей раздался детский вздох, и маленькая девочка подбежала к ним. - Маменька, ну почему ты не отвечаешь да? Ты же хочешь новую семью? - Я отвечу, мой дорогой, что вы сумасшедший. И я согласна разделить с вами жизнь. В Петербурге вечер тихо опускался на заснеженные улицы. В домах загорались окна. Семьи собирались за столом. В большой квартире на береге Невы три человека стали самыми счастливыми на свете.