Время прошлого

      Задумывалась ли о своем прошлом Малефисента? Почему она была воспитана на Топких Болотах тремя феями? Где ее мама? А папа?       Когда-то думала, но стоило счастью, мести и снова счастью коснуться ее, так она и позабыла об этих вопросах. Или вернее они стали не такими важными. Зачем ворошить прошлое, когда строиться такое прекрасное будущее. Правильно, незачем. Да, и не хотела она это узнавать. Мало ли какая истина сокрыта. Почувствовать боль и чувство того, что тебя бросили, ей не хотелось. Поэтому она и не ворошила этот кокон прошлого, вдруг там осы, что будут жалить, а не прекрасные бабочки, что переродились. Но Малефисенту никто не спрашивал.

***

      Существовала на свете колдунья по имени Сильфида, вернее темный эльф. Когда-то она тоже любила и ее тоже предали, но по-другому. Ее любили и предали не за власть, а из-за страха. Люди бояться непохожих. Но что вызывает страхи? Истории, сказки, выдумки созданные для того, чтобы запугивать детишек, которые были непослушны и могли запросто забродить куда недобро. Но время меняет все. И сказки стали, словно, былью, которой боялись уже и взрослые.       Но находились и такие, кто не поддавался этому страху. Они пытались доказать, что это вымысел.       Так один парень, лет 19, забрел в лес, что был вблизи его королевства Мрэмора. Он шел по еле заметной тропе и наткнулся на домик. Паренек постучал, но никто не отозвался, он хотел было зайти как, вдруг, его окликнули: - Ты кто? - голос донесся откуда-то сверху. Мальчик не резко, но быстро развернулся и посмотрел вверх. На дереве, что располагалось в добрых 10 метрах от него сидела свесив ноги красивая, но не простая девушка. У нее были длинные красивые и ребристые рога. Черные волосы, собранные в красивую густую косу, а из-за спины торчали огромные, словно вороньи, крылья. Хотя у воронов не бывает когтей на верхушке сгиба. Скорее, как у у летучих мышей. Девушка была одета в простенькое, но красивое черное платье, которое завязывалось лентой на талии. Но самым прекрасным в это незнакомке - были ее глаза. В них можно было тонуть и тонуть, ибо они были, словно, глубже океанов и морей и горели они изумрудным цветом, - так ты назовешь свое имя или будешь любоваться мной? - Ааа... эээ…- пытался сказать парень. Девушка тоже с интересом его разглядывала. Юноша был одет в белую рубашку и черные штаны, а так же на нем была обувь. Девушка не понимала, как люди могут в этом ходить. Незнакомка поняла, что он точно не деревенский мальчик, так они не одеваются. Так же об этом говорило то, как были аккуратно подстрижены его волосы. Удивительно, что с его темно-коричневыми волосами ему были дарованы удивительной голубизны глаза. Из размышлений девушку выдернул кашель. Откашлявшись парень наконец произнес,- Меня зовут Роланд, а как тебя? - Сильфида. Зачем ты тут? Пришел за моей головой? Или за каким волшебством?- Сильфида явно не собиралась мило с ним беседовать. Пусть она и решила поселиться близ людей, надеясь, что они не так ужасны, как ей рассказывали, но все же она не была и столь наивной. - Нет-нет. Что ты. Я вообще не знал, что ты тут живешь. Я просто так сюда зашел. Хотя, честно говоря, меня привлекал этот лес из-за волшебства, но не в плохом смысле. Просто мне кажется, что это прекрасно, - быстро парень пришел в себя, после потрясения. Он явно множество раз представлял себе встречу с обитателями леса. Хоть и не мог представить кого-то похожего на человека. Но ве же готовился ко всему. - Так ты хочешь подружиться? - девушка спрыгнула с ветки и подошла достаточно близко к мальчику, заглядывая в его глаза. - Ну, если ты не против, конечно, - чуть тише, но с легкой и доброй улыбкой сказал юноша. - Посмотрим,- с некоторой задумчивостью сказала Сильфида.

***

      С этой первой встречи прошло лет шесть. Мальчик и девочка сильно подружились, а вскоре эта дружба переросла в нечто большее. Пара сыграли свадьбу, о которой никто не знал. Не людскую, а там, в лесу, но не менее прекрасную. Время шло, и они скрывали это ото всех. Вскоре, Сильфида уже ждала дитя. Но они все же не решались сказать об этом сестре и отцу Роланда, но теперь уж пора открыть все карты. И вот истина открылась. Отец и сестра оказались достаточно дружелюбны, но это оказалось лишь лицемерием. Как выдалась возможность, они рассказали королю о том, что ведьма околдовала их сына и брата и чтобы король помог им или ведьма обязательно нападет на их мирное королевство. А сил ей не занимать.       Король же, попросил их вызвать юношу к ним. Роланд был озадачен тем, что король желает встретится с ним, но то, что он из семьи достаточно влиятельных дворянин, заставило его не переживать особо по этому поводу . Когда Роланд прибыл, то не ждал такой западни. Стоило зайти в тронный зал, как его схватили и кинули в темницу.       Две недели его там держали и пытали. Заставляли пойти на предательство демона. Внушали, что он очарован. И у короля это получилось. Пытки его сломали, но еще больше его сломали отец и сестра своим предательством.       Сильфида была уже на позднем сроке и должна была родить недели через три. Она не видела мужа уже 2 месяца и сильно волновалась. Но не знала зачем он понадобился королю и решила, что скорее всего, это что-то политическое и он просто занят.       Вскоре Роланд вернулся, с поручением убить Сильфиду и их недоношенное дитя, а коль посмеет ослушаться его вновь подвергнут пыткам и казнят самой, что ни на есть мучительной казнью. Разум Роланда был затуманен, он не смел и подумать, что они могут просто убежать. Когда он прибыл, Сильфида с улыбкой и облегчением бросилась ему на шею. Живот был уже очень большой. Роланд не смог вонзить кинжал в сердце возлюбленной.       Спустя неделю с его возращения у девушки начались схватки, раньше, чем положено - из-за волнения. Женщина родила прекрасную девочку и взглянув на нее, от бессилия, отключилась. Роланд взял ребенка на руки. И это был последний раз, когда она видела свою девочку. Роланд смотря на свое дитя плакал, у нее были черные крылья, маленькие рожки и изумительные глаза. Малахитовые.       Но прежде чем уйти с ребенком, он сделал еще кое-что. Надпилил кончики рогов своей возлюбленной.       Ему было приказано убить демона, да, именно так ее и назвали, а он воротился с ребенком на руках. Отродьем «Демона». Роланд был трусом, но не бессердечным, особенно к родному дитя. Он придумал интересный обряд, сказал, что мол - как бы то ни было, это мое чадо, Моя кровь и Когда она вырастет, то бесспорно станет злом во плоти, но пока она невинна и чиста, он бы хотел отправиться в чудесное место, где похоронена его матушка и там же лишить жизни свою дочь. Теперь с него окончательно спали те чары и он способен увидеть истину и признать злом ту, что является матерью его чада. Ему тяжело было это говорить, но так было нужно. А после возвращения организовать отряд по убийству ведьмы. Король согласился, но спросил, а каково будет доказательство того, что она мертва. И Роланд сказал, что в таком случае, в качестве доказательства, принесет отпиленные рожки девочки.       Ведь такое маленькое и неокрепшее тело, а вернее череп, который еще не сросся в цельную коробку для охраны мозга, просто не сможет вынести такой манипуляции, как отпиливали рогов. Это точно повредит мозг и девочка умрет в любом случае. Король принял такое предложение.       Роланд отправился в долгое путешествие. Но не затем чтобы убить ребенка. А чтобы оставить ее на попечение таких же волшебных существ, пусть и не рогатых. Но тех, что позаботятся о ней. И таковыми оказались 3 феи, трех цветов.       После того, как он вручил им свое чадо, поцеловав в лобик на прощание и прошептав имя, которое той дарует, Роланд воротился назад абсолютно опустошенным. Он отдал королю рожки. И его вознаградили, но этого было еще мало. Еще была жива мать.       На ее была объявлена охота и возглавить ее должен был Роланд. Как и обещал. Ему было тошно, но отказаться он не мог. Он согласился, но понимал, что убить ее не сможет. Эта охота длилась год.

***

      В одно осенние утро Сильфиду все же нашли. Вернее нашла она. Роланд впервые увидел ее с того дня, она сильно изменилась. Морщинки вокруг глаз, холодный взгляд изумрудного цвета, темные волосы убранные в строгую прическу. А чего можно ожидать от женщины, которую предали и разлучили с ребенком в один день. Она год сдерживалась, но видимо, ей это надоело. Она плавно, без спешки, начала подходить к отряду Роланда. Они все видели ее впервые и были явно не готовы. Она их пугала, вернее эти рога и крылья. В этом королевстве было много баек, про все, что связанно с магией или не похоже на них и все они были придуманы ради страха, власти и ненависти к таким, как она.       Сильфида шла мило всех направляясь прямо к нему. У всех этих людей были оружия из метала и когда Сильфида проходила мимо они нагревались. Для нее. Если бы эти люди были похрабрее, то могли бы пустить их в действие, а в прочем один такой нашелся. Паренек, лет двадцати. Хочет быть героем. Хотя куда тут до геройства, одно безрассудство. Колдунья одним взмахом руки отправила его на острее копья своего собрата. То проткнуло его горло. Паренек захлебнулся в собственной крови, а его тело еще какое-то время дрыгалось.       А ведьма продолжала идти. Вот она поравнялась с Роландом. Минуты две они просто смотрели друг другу в глаза. В ее глазах отражалась боль, злость, холод и безразличие. В его боль, но не предательства; злость, но на себя; мольба о прощении, которое он не хочет получить. Он не боится ее, смотрит не отводя взгляд. А через мгновение его ноги оплетают корни деревьев. Медленно, вонзаясь в каждую мышцу, начиная давить. Он чувствует, как корни прорастаю сквозь доспехи, сквозь его ноги. Он понимает, что эта смерть будет безумно мучительной, но именно это он и заслужил. Поэтому он не вырывается, а просто ждет, ждет пока ветви подниматься выше и прорастут через его таз, его желудок, его сердце. Вот они уже в легких. Он еще живой. Она не позволит так просто ему умереть, он будет жив на протяжениями всей казни. До тех пор пока на его месте не вырастет прекрасное дерево. Дерево, что проросло сквозь него.       Вот та казнь, что мучительнее всех. Она свершила еще тогда, когда он взял на руки свою дочурку, когда отдал ее феям, когда предал любовь всей своей жизни. Испугался боли. Это его порок.       На все это воины смотрели и с трудом не отводили взгляда. Их командующий не кричал, но стонал, пока мог. Роланд считал, что и крик он не заслужил. Роланд умер. Легкое ликование пронеслось в душе колдуньи, но месть не способна заполнить ту пустоту, что появилась внутри нее - в день рождения ее дочери.       Остальные солдаты словно очнувшись, побросав тяжелые орудия убийств, бросились прочь. Колдунья их не догоняла и не убивала. Ей было все равно на них. Если вернуться, то убьет. Она спокойно развернулась и направилась в сторону озера, которое стало ей близко в последнее время. В прошлые времена она его сторонилось, оно было каким-то мрачным. Над ним раскинули свои многочисленные ветви густые кроны деревьев. А глубина озера была не маленькой, что несмотря на кристальную воду, все равно было невозможно увидеть дна. А так же в нем невозможно удержаться на поверхности, ходит легенда, что оно утягивает всякого, кто отплывет от берега больше, чем на метр. И что это течение, что уносит в самую тьму, ведет прямиком во врата преисподней.       Сильфида считала вторую часть легенды бредом, а вот первая была фактом. Множество произошло происшествий на этом озере. Озере Зеркал. И еще не мало произойдет. На озере, что не только открывает истину, но и скрывает ее.

***

      С тех пор прошло много лет. В лесу иногда и появлялись люди, но обычно за ягодами. Если же за ее головой, то Сильфида их убивала. Ее владений боялись. Потому и сторонились. Король желал ей смерти вплоть до своей собственной. Но поскольку колдунья никого не трогала пока не трогали ее, то и нападения прекратились. Иногда Сильфида приходила в деревни рядом со своим лесом. Чисто из любопытства, но никто ей не перечил. Ее все боялись. С каждым слухом она становилась все ужасней и ужасней.       В один из таких походов она услышала о болоте на котором живет маленькая фея. Никто не мог сказать как она выглядит, ведь никто не видел ее. Но слухи были не о внешности. Они были о добром сердце. О том, что эта фея охраняет болота так бережно, что восстанавливает даже самые мелкие повреждения деревьев.       Сильфиду почему-то эта девочка заинтересовала. Но других слухов не появлялось и она пусть не забыла о ней, но не вспоминала. До новых слухов. В которых теперь говорилось, что это не фея. А самый настоящий демон. Что король отрубил ей крылья, но та все равно пришла и напустила на бедную принцессу ужаснейшее проклятье. Теперь слухи были и о внешнем виде. Рога, малахитовые глаза, бывалые крылья.       Сильфида отправилась к этой колдуньи. Конечно, она узнала в ней своего ребенка. И как же ей было больно смотреть на ее боль. С тех пор Сильфида была всегда рядом, но не показывала себя.       Она видела месть и ненависть к людям в глазах Малефисенты, так звали ее дочь. Таким именем она и хотела ее назвать. Она видела как ее дитя ненавидит белокурую девочку и как меняется эта ненависть на материнскую любовь.       Сильфида просто смотрела. Наблюдала. И даже начала вновь верить в чудо, как и дочь. И когда Малефисента пробудила Аврору ото сна и когда крылья вернулись ее дочери, то была рада, что не все люди такие алчные и не верные.       Но из тени колдунья так и не вышла. Она просто продолжала наблюдать за счастьем ее дочери, Авроры и Диаваля.       Когда началась новая война с королевством Филлипа, с Ингрид, та надежда, которая зародилась, рассыпалась на части. Не из-за Ингрид, не из-за кого-либо еще. А из-за Авроры. Аврора пусть не до конца и пусть не надолго, пусть продолжала защищать Крестную, но все же усомнилась в ней.       Потому, пока все рушилось, менялось, Сильфида откопала заклинания, что помогут ей воссоединиться с дочерью и построить новую, счастливую жизнь. В этой жизни нет места Авроре, но будет Диавалю. Для него она отведет особое место, он станет как преградой от предательств и новой боли, которые могут вновь обрушиться на хрупкое сердце ее дочери. Сердце, что было нежнее, чем у матери, ибо «тем ожесточенней рождается зло, чем предшествовало ему нежнее сердце». Эти слова говорим Роланд. Он много говорил дельного, но сам не представлял ценности.

***

      После свадьбы минуло добрых 2 месяца. Все были счастливы, как никогда. А как еще быть? Новые знакомые, конец вражде и скорое пополнение в семье.       Но похоже этому не суждено свершиться.       Заклятье, что держится, покуда его заклинатель жив - наложено, а Сэмильфида не собирается умирать в скором времени. Все, что относится к живому, замерло. Нет вдоха, нет выдоха. Они не видят, не слышат, не чувствуют. Все. Все, кто хоть когда-то знал или видел Малефисенту. Все они застыли. Не умерли, не окаменели. Просто у них забрали то, без чего никто не может существовать. Время.