Раскрась мою жизнь хаосом проблем

Старая фабрика, переделанная каким-то умником в ночной клуб, оказалась забита народом практически под завязку. Музыка нещадно бьет по ушам, оглушая и полностью дезориентируя. В глазах рябит от разноцветных вспышек светодиодов, из-за чего я то и дело натыкаюсь на спины танцующих. Всеобщее веселье дико раздражает, но, не смотря на творящееся вокруг меня безумие, я решительно пробиваюсь через толпу " отдыхающих " к лестнице, ведущей к якобы сливкам общества в вип-зоне. Продираясь к столику Демаре сквозь столпотворение полуголых девиц, задаюсь вопросом, какого лешего я здесь забыла? А затем встречаюсь взглядом со стражем и понимаю, что понедельник-то выдался дерьмовым далеко не только у меня. И что странно это совершенно меня не радует, а ведь должно. Заметив мою скромную персону среди посетителей клуба, Ренард спешно выбирается из цепких ручонок размалеванной вампирши. Бросает на стол пару хрустящих купюр и направляется прямиком ко мне навстречу. Оказавшись рядом, Демаре бесцеремонно хватает меня за руку и на ходу разворачивает на сто восемьдесят градусов. На этот раз идти через танцевальное чистилище в разы легче, Ренард подобно ледоколу прокладывает путь к выходу, а я почти прогулочным шагом на удивление послушно следую за ним. Краем глаза замечаю возле бара хорошо знакомого мне волка в компании расфуфыренной девицы, останавливаюсь, дабы сменить курс своего движения, но железные тески на моем запястье не дают мне сбиться с правильного курса. Демаре ничего не говорит, да ему и не надо, хватает одного короткого, но весьма красноречивого взгляда, мол, нашла время отвлекаться на ерунду. И самое противное, что он прав. Вранье Макса о планах на этот вечер меня совершенно не цепляет, я в прямом и переносном смысле прохожу мимо оборотня, невольно отмечая, что сердце больше не пропускает ударов и не сбивается с привычного ритма при взгляде на бескрылого. Да, первый порыв был подойти к парню и его спутнице, но это простое любопытство, не более. Такое часто бывает, ты идешь по улице, взгляд цепляется за очередную витрину магазина, ты останавливаешься, чтобы рассмотреть заинтересовавшую тебя вещь, но в магазин при этом не заходишь, ибо нет смысла. Вот и пренебрегать разговором с Ренардом, который уже начал очередную партию у меня за спиной, ради короткого и совершенно точно абсолютно не содержательного разговора с Максом, было бы с моей стороны верхом идиотизма. И, к сожалению, дело вовсе не в значимости Демаре, а в чрезвычайно быстро угасшей симпатии к оборотню и это как-то не правильно, а еще совершенно точно не честно. Ведь стоило мне по настоящему кем-то увлечься и ненароком допустить мысль, что вот оно столь желанное счастье и через два дня бушующий пожар в душе погас. Конец февраля выдался на удивление дождливым и холодным, но как же хорошо после провонявшего потом, кровью и всевозможными приторными духами помещения очутиться на свежем воздухе. — Ничего не хочешь объяснить? — порываюсь вырвать руку из стальных тисков, но куда там, пальцы парня впиваются в мое запястье с такой силой, что с губ за малым не срывается «мне больно». — Не здесь… Как же я ненавижу мгновенные перемещения. Да это невероятно удобно, но чертовски энергозатратно. К тому же после таких прыжков у меня начинает болеть голова, а настроение и так болтается на отметке ниже среднего. В такие моменты, как сейчас, я реально завидую пернатым собратьям, у которых имеется чудо водоворот. — Какого хрена ты творишь? — Прости. Вот никогда бы не подумала, что Демаре страдает паранойей, но после пятого прыжка всерьез задумываюсь о его психическом здоровье. Совершив экспресс тур по самым популярным столицам Европы, мы наконец-то достигаем конечной остановки. — Ты же в курсе, что для того чтобы сбросить хвост достаточно двух прыжков? — высвобождаю свое запястье от цепких пальцев стража, но дистанцию между нами не увеличиваю, зато скрещиваю руки на груди, казалось бы, в защитном жесте, но смотрю с вызовом. — Конечно. — Ренард утвердительно кивает, встречается со мной взглядом и с нахальной улыбкой заявляет: — Но иногда лучше перестраховаться. — Твоя перестраховка как-то связана с тем, что полгода назад я оказывается, подала заявку на прохождение углубленного курса демонологии в школу Равновесия, но узнала об этом почему-то только сегодня? — приторно улыбаюсь, уверенно сокращая и без того ничтожную дистанцию между нами. Не то чтобы я планировала придушить давнего соперника голыми руками или еще чего похуже, скорее это просто своеобразная мера предосторожности. Не зря же отец с малых лет учил держать и друзей и врагов на расстояние вытянутой руки. Ближний бой визитная карточка семьи Легран. — Напрямую. — Ренард едва заметно кивает, но с места не двигается. — Только не злись. — А я и не злюсь! — Канна, я не слепой, — замираю ровно в шаге от брюнета, вглядываюсь в его невероятные фиалковые глаза, вдыхаю умопомрачительный коктейль из морозного воздуха и ненавязчивого мужского парфюма и невольно улыбаюсь. Демаре читает меня между строк, но это не вызывает раздражения, более того мне даже приятно, что хоть кто-то может разглядеть что скрывается под маской расчетливого безразличия. — К тому же, ты должна сказать мне за это спасибо. — О, спасибо тебе за целый семестр очного обучения в аду. Я же всю жизнь об этом мечтала, — произношу без тени злости или издевки, но надменная ухмылка выдает мои истинные чувства. — Да ты хоть представляешь, какую головомойку устроил мне отец, узнав о переводе в преисподнюю? — Зато благодаря мне ты не пролетишь с должностью в следственной группе. — Ренард зеркалит мою позу, складывая руки на груди. И смотрит сверху вниз, но не из-за надуманного превосходства, а из-за банальной разницы в росте. — Бред. Для работы в следственном отделе всегда было достаточно пройти общий курс школы Равновесия. — Сильный порыв ветра вносит коррективы в мою укладку, но такая мелочь, как растрепанные волосы не может отвлечь меня от очередной безуспешной попытки убить Демаре взглядом. Уверена, если долго тренироваться, то мне удастся совершить невозможное. — Так было раньше. Мой горячо любимый родитель изменил правила, но об этом станет известно только после нашего выпуска, — на красивом лице не дрогнул ни один мускул, но парня выдают глаза. Слишком темные, непривычно холодные, а главное совершенно непроницаемые. За турмалиновой стеной от посторонних глаз скрыт смертельно опасный хищник, это интригует, а еще льстит. Мало кто может похвастаться, что видел «темную сторону луны». — Логично… — новость о не состоявшейся пакости со стороны главы семейства Демаре, почву из-под ног у меня не выбивает. Более того, отчасти я даже поддерживаю решение ужесточить требования для кандидатов, но от неприятного осадка на душе никуда не деться. — Стоп. Разборки наших отцов нас, конечно, не касаются, но я все равно не понимаю, зачем тебе помогать мне? — Затем, что мне самому нужна твоя помощь. А еще должен же кто-то прикрывать мне спину. Как по мне из нас выйдет отличный тандем. Я дьявольски красив, умен, а главное не обделен силой. — А еще ты необычайно скромен. Брось Рен, ты притащил меня на… а кстати, где мы? — Námaskarð — земля викингов, вотчина дьявола. Исландия. — То есть ты притащил меня к «вратам ада», чтобы рассказать о своем благородном поступке? Не смеши. — Как по мне весьма символичное место, — усмехается брюнет, оглядываясь по сторонам. И я невольно следую его примеру. Оказывается, Ренард перенес нас на вершину горы Námafjall, с которой открывается умопомрачительный вид на исландские «ворота в ад». Величественный вулкан поражает своей красотой, но я бывала здесь раньше, так что не позволяю здешним пейзажем отвлечь меня от причины моего появления здесь. — Ты вообще в курсе, что произошло в школе пернатых? — Нет, не в курсе, — равнодушно пожимаю плечами, устремляя взгляд в ночное небо. Ангелы, демоны, непризнанные — можно подумать мне когда-то было до них дело. — После прохождения общего курса с углубленным изучением ангельской истории я там больше не появлялась. — Хочешь сказать, у тебя нет знакомых среди демонов? — Демаре не скрывает своего удивления, а мне только и остается в очередной раз пожать плечами. — Среди учеников — нет. — Ясно, — прозвучало это «ясно» для меня совершенно безрадостно, а главное с явным отрицательным подтекстом. И это при том, что мой собеседник сам не может похвастаться наличием друзей-товарищей среди студентов Равновесия, тоже мне мистер дружелюбие нашелся. — Не так давно в этом райском месте была убита непризнанная, а пару дней назад школа лишилась еще одного ученика. Ангела. — Шутишь? — теперь настала моя очередь удивленно вскидывать брови. — А главное это происходит не впервые. — А вот с этого момента поподробней, — прячу руки в карманы кожанки, переступая с ноги на ногу. Холодные порывы ветра не доставляют мне ощутимого дискомфорта, к тому же я всегда была неравнодушна к холоду и снегу. А сейчас, когда с чистого звездного неба то и дело срываются белоснежные снежинки, счастливая улыбка сама собой расцветает на лице. И пусть тема разговора совершенно не располагает к подобного рода эмоциям, я без зазрения совести наслаждаюсь моментом. — Пятнадцать лет назад творилась та же фигня, — серьезный тон Ренарда выдергивает меня из окружающей нас зимней сказки. — Тогда руководство школы скрыло факт гибели учеников. Думаю и в этот раз они провернут нечто подобное. — Ты знаешь правила. Стражи не вмешиваются в дела школы Равновесия, пока нас об этом не попросят. Так что мой тебе совет — забей. Если влезешь в извечное противостояние ангелов и демонов, то в итоге непременно окажешься крайним. — Как по мне на этом в нашей беседе можно ставить точку, так что, взглянув на прощание в турмалиновую бездну чужих глаз, как-то совершенно нехотя отступаю от Демаре на край вершины. — Неужели ты все еще веришь, что нас об этом кто-то попросит? — слова летят в спину, проходят на вылет, казалось бы, не задевая ничего из жизненно важных органов. Но это только на первый взгляд. — Брось, Канна, когда мы в последний раз вмешивались в разборки между ангелами и демонами? — Ну… — Вот и я об этом. Мы так погрязли в проблемах бескрылых, что забыли, для чего мы были созданы. — Шепфа создал стражей для поддержания порядка. — Думаешь, нас наделили огромной силой для того, чтобы мы держали в узде вампиров, оборотней и третьесортных ведьм? — горячий шепот опаляет мою ушную раковину и мне стоит огромных усилий сдержать рвущиеся на свободу крылья. Стражи для всех закрытая книга — нашу энергию нельзя почувствовать или считать, но мне это и не нужно, я давно научилась доверять своим инстинктам. — Можешь не продолжать, твой ход мыслей мне понятен, — оборачиваюсь, натыкаюсь на Демаре и непроизвольно делаю шаг назад, вот только за спиной оказывается пустота. Падать не страшно, даже приятно, я не так часто летаю, но за секунду до столь желанного полета Ренард успевает, схватить меня за руку, и притянуть к себе. — Допустим, мы найдем убийцу и что дальше? Отдадим его под суд? — интересуюсь совершенно буднично, старательно делая вид, что ничего из ряда вон не происходит. Но мое ускоренное сердцебиение говорит об обратном. Что-то я не припомню, чтобы мы с Ренардом до этого момента настолько сильно нарушали границы личного пространства друг друга. — Нет. Воспользуюсь своим правом защищаться. — И ты думаешь, кто-то поверит, что ты защищался? На стражей не нападают даже те, кому нечего терять. — Но мы-то с тобой знаем, что в этом мире нет ничего невозможного…