Прекрасное пламя (A lovely Flame)

* * *

Команда Бруно обосновалась в убежище, чтобы скрыться в течение неопределенного времени, пока не поступят новые приказы от босса. Они поужинали, поселились вместе и провели относительно спокойный вечер. Абаккио удалился в свою комнату, думая, что остаток ночи будет таким же спокойным. Как же он ошибся. Беда началась с вежливого стука в дверь. — Кто там, черт возьми?, — фыркнул, постепенно раздражаясь. Противный скрип двери, заставил поднять взгляд на наглого придурка, стоящего в проёме. Подросток вошел, закрыв за собой. — Привет, Абаккио, — неловко начал Джорно, стоя на одном месте — Мы сейчас на миссии?, — спрашивает мужчина, не вставая с кровати. Бровь вопросительно изогнулась, а ноги как по команде скрестились. —... Нет? — отвечает, немного замявшись. — Тогда почему мы взаимодействуем? Вон, — машет он рукой, наглядно показывая «убираться отсюда». Это привело к противоположному эффекту, потому что мелкий подкрался ближе. — На самом деле, я хотел поговорить с тобой об этом, — от своих слов Джорно немного оживился. — После боя с зеркальным человеком я решил обратиться к тебе, потому что… Абаккио надел наушники. Он не собирался слушать. Это было его время, для тихого отдыха. Возможно, он бы что-то почитал или послушал несколько трэков, прежде чем неизбежно заснёт. Сейчас не время обсуждать свою постоянную вражду с Джорно Джованной, идиотом, который трещит без умолку буквально со всеми. Леоне не собирался быть одним из них. Джорно опустился на колени у кровати и стал ждать. Старший мужчина отвернулся, пытаясь сосредоточиться на чем-то ещё, но казалось, что мальчик был знаком с абсолютным игнорированием, потому что сидел довольно терпеливо. Через какое-то время, Абаккио раздражённо сорвал наушники и снова повернулся к подростку у своих ног. — Почему ты еще здесь? Не устал? Просто уйди уже. Джорно отрицательно покачал головой, поглядывая на своего товарища. — Я не могу, — отвечает тихо, а глаза сияют глупой решимостью. Когда-то и Абаккио выглядел таким же наивным и упёртым, пока мир не укусил за задницу. — Надеюсь, ты меня выслушаешь, — продолжил настаивать Джорно. У мужчины практически не было желания слушать, особенно когда всё и так понятно в отношениях между ними, но любопытство ковыряло внутри. Всё же, на какой-то процент, хотелось узнать о чем так настойчиво желал поговорить подросток. Леоне нехотя и с ощутимой тяжестью на душе, прошипел: — В таком случае, поторопись. Тебе лучше не тратить моё время. Подросток кивнул, оставшись довольным своей решимостью. — Хорошо. Ну... В общем, я думаю, что мы начали не с той ноты, — деликатно объяснил Джорно, принимая непринуждённое выражение лица. Абаккио усмехнулся. «Не с той ноты» это ещё мягко сказано. — Итак, — продолжил парень, — я надеялся, что мы сможем начать всё сначала. После борьбы с зеркальным стендом, я подумал, что ты на самом деле довольно хороший, и мне не хотелось бы вступать в конфликт с действительно хорошим человеком,— звучало это так, словно до того инцидента Джорно думал о нём, как о полном мудаке. Усевшись поудобнее в своей кровати, Абаккио впился взглядом в подростка, словно тщательно обдумывал что-то важное. Губы беззвучно зашевелились, когда Леоне решил напеть мотив своей любимой песни, пока рука, которой он до этого задумчиво чесал подбородок, не указала куда-то в потолок. Джорно проследил за жестом, но кроме люстры и какого-то старого пятна, там ничего не было. — Сюда смотри! Что ж, — начал седовласый мужчина. — Я мог бы предложить тебе одно дельце, и, если согласишься, я подумаю о том, чтобы забыть всё старое, — ох, если бы.. Раз блондинка действительно думает, что Леоне хороший парень, то стоит разрушить этот розовый мир и слить в канализацию. Джорно засиял, словно идиот. — В самом деле?, — а в голосе ощутимое волнение. Аббаккио аж стало плохо от подобной картины. Мгновение назад, подросток выглядел так, словно собирался уже сдаться. —...Подожди. В самом деле?, — Джорно переспросил это уже более скептически. Не может же всё быть так легко. Особенно с Леоне. Тот лишь гадко ухмыльнулся. — Да, да. Как насчет такого, Джованна? Если ты будешь повиноваться мне, — он жестоко ткнул всё ещё сидящего на полу мальчика, в грудь, — а я имею в виду, что ты обязан выполнять всё... я подумаю: презирать мне тебя дальше, или помиловать. Мы даже сможем быть друзьями. Ну, а если не сделаешь этого, то просто докажешь мне, что ты все ещё бесполезный кусок дерьма. Парень нервно сглотнул. В его глазах загорелся красный свет, в тот момент, когда он понял, что собирается согласиться на что-то ужасное и совершенно унизительное. —...Как долго? Абаккио снисходительно улыбнулся. Он определился со сроками, которые, казалось бы, могли заставить мелкого питать ложные надежды на будущее перемирие. — Всего лишь неделя, — говорит, разводя руки в стороны. Если Джорно согласится, Леоне Абаккио клянётся своим именем и честью, что на этой неделе он станет хуже девяти кругов ада. Было бы весело наблюдать, как решимость мальчика рушится на глазах. Как и предполагалось, подросток стал морально готовиться к этому новому предложению, через пару минут кивая в знак согласия. — Хорошо. Я готов пройти это испытание. Всего неделя. Абаккио честно, ну честно сначала сдерживался, но густой смех сам вырвался. Он уже ощущал эту ещё невидимую, но тяжелую корону господства. Даже про свою книгу уже забыл, потешаясь. Джорно оставалось лишь продолжать смотреть, как гот сгибается от злорадства. — Я знаю, что ты решился на это, ради возможности поиздеваться над мной. Не думай, что я этого не понял. Голова Абаккио резко перестала качаться из стороны в сторону, а недавно вырывающийся из глотки смех там же и застрял. Блондин продолжил гордо держаться под колючим и вопиющим взглядом. Он поднялся на ноги, и застыл в этой стандартной глупой позе идиота с ладонью на груди и блеском в глазах. — Я знаю, что ты, вероятно, будешь вести себя как мудак всю неделю.. Но обещаю, что буду следовать абсолютно каждому приказу, и превзойду все твои ожидания, потому что хочу, чтобы мои усилия показали мою искренность. Абаккио, надеюсь, после всего этого мы сможем подружиться. Джорно улыбнулся ему. Старший чуть не подавился воздухом, отворачиваясь от придурошного. Он давно решил, что ни одна струнка души не будет никем затронута. Даже этим, казалось бы, невинным выражением лица. Такие типы, как Джорно оказываются самыми опасными.

* * *

— Джованна, — мужчина позвал Джорно, размахивая перед лицом рукой. Прошел час после их соглашения, и он «приказал» подростку ненадолго уйти, пока составлял свой ехидный план на неделю. Леоне нашел в шкафу вещь, которая идеально подошла бы для этого случая. Парень с серебряными волосами улыбнулся, держа черный ошейник, с блестящей золотой пряжкой. Он повернулся к подростку, указывая взглядом на побрякушку между пальцами. — Ты наденешь его, Джованна. В течение недели, именно этот аксессуар закрепит за подростком статус личной сучки. Интересно, под силу ли ему проглотить свою гордость? Аббаккио злорадствовал внутри, быстро расстегивая пряжку. Бирка приятно звякнула о металл, как колокольчик на красивой игрушке. — Эта вещь покажет миру, что ты мой на всю неделю. Если я скажу «принеси», тебе лучше «принести», а если я скажу «перевернись», тебе, черт возьми, лучше «перевернуться» Такова жизнь в мафии. И да, Джорно Джованна — слишком прикольное имя, как для собаки. Дурацкое прозвище тебе больше пойдет. Иди сюда, ДжоДжо. Леоне посмотрел на выражение лица Джорно, надеясь, что оно будет размыто в прекрасном страхе или даже гневе. Вместо этого пришлось лицезреть, как тот превращается в переспевшую вишню. Джорно с непониманием глянул на ошейник, но вовремя взял себя в руки, уткнувшись взглядом в стоящего перед ним. Спустя неловких пару минут, он сделал то, что Аббаккио никак не мог понять. Блондин схватился за молнию собственного костюма и потянул вниз. Ткань соскользнула с плеч, обнажив тело и мягкую кожу. Лицо можно было сравнить с раскаленной печью, пока его рука спускалась к штанам, чтобы растегнуть. Аббаккио вовремя подобрал упавшую челюсть. — Джованна, какого хрена ты творишь?, — крикнул он, хватая подростка за руку перед тем, как тот сделает что-то глупое, например, разденется догола в комнате Абаккио. — Я.., — подросток начал, глотая тяжелый ком в горле, — Ты хочешь, чтобы я был твоей собакой, да? Ты даже назвал меня по кличке.. разве это не... игра в питомца или что-то вроде того?, — спросил, глядя на Аббаккио с неясным взглядом. Против своей воли, человек почувствовал, как ему под кожу загоняют тонкие иголки стыда. — Это то, что..., — Абаккио нервно закашлялся, — Это то, что делают немного чокнутые любовники. Это... Мы не будем делать подобное дерьмо. Ты понял?, — он быстро откинул в сторону руку мальчика, — Просто надень, блядь, ошейник. И одежду тоже. Все шло не так, как планировалось. Леоне даже не думал, что сможет назвать подростка ДжоДжо, ибо другие члены банды сочтут это за «ласковое» прозвище. — Оо-о, — Джорно тихо выдохнул, с ноткой облегчения., — Ну.. Дело не в том, что я не буду подобного делать, если ты скажешь... Леоне удивлённо вскинул брови, смотря, как подросток поднимает свой костюм с пола и застёгивает его обратно. — Я просто... Я не был уверен в том, что ты собирался этим сказать, — блондин кашлянул в ладонь и отвернул голову, — Вся эта штука с ошейником казалась очень своеобразной. Поэтому, я подумал, что это твой... фетиш, — он наконец-то закончил свою речь тихим шепотом. Аббаккио на мгновение представил себе голого Джорно, одетого только в ошейник, собачьи уши и пушистый маленький хвостик, который, конечно же, прикреплен к... О, Господь. Джорно в воображении лежал на ковре, вполне счастливо прислуживая ему. На подобное, осталось лишь с трудом проглотить скопившуюся слюну и молча смотреть в голубые глаза. На самом деле, Леоне изгнал страшный образ из собственной памяти, выкапывая могилу для него, чтобы похоронить в темном углу своего гнилого разума. Джорно без раздумий схватил ошейник и пристегнул к собственной шее. Казалось, парню стыдно больше за недоразумение, чем за перспективу носить новый аксессуар. Абаккио почувствовал ещё больше стыда, ибо он хотел отнять цацку, чтобы не было так.. неловко, но это его первый приказ. Да он попросту не мог отступить, только из-за того, что обосрался! А ведь, это вполне мог быть план подростка. Ошейник был застегнут, золотой металл сверкал на свету. Он хорошо смотрелся на Джованне. Аббаккио вырыл ещё одно надгробие для этой мимолётной мысли. — Окей. Вот и всё. Наверное, — он прочистил глотку, прежде чем продолжить своим лучшим тоном, — Просто для ясности... Я не управляю грёбаным BDSM-подземельем! Лицо Джорно, казалось, тщательно старалось принять нейтральное выражение. Аббаккио смотрел на это с сомнением, но всё же продолжил. — Итак. Больше не делай подобного. Это чертовски стрёмно. Ты правда думаешь, что мне нравится такая дичь? Непринужденное выражение лица Джорно, каким-то образом, стало еще более непринужденным. Леоне в подозрении сузил глаза. — Ладно. В любом случае, следующий приказ. Джорно посмотрел на него, покорно ожидая своей следующей команды. Они находились так в течение нескольких минут, тишина заняла всё пространство. Каким образом Бруно так хорош в этом? Аббаккио не мог понять. Он за всю свою жизнь не может придумать ни одной команды, которая была бы уместной, не говоря уже о том, чтобы придумать толкающее Джорно за пределы возможностей. Леоне решил успокоиться, у него есть еще 6 дней для раздумий, так что можно просто лечь спать. А начнет командовать, возможно, с чего-то не очень удобного. Мужчина посмотрел на часы. Уже скоро полночь, а это означало, что они действительно провели весь вечер, обсуждая все нюансы. — Я иду спать. Ты останешься здесь, — он тыкнул пальцем на ковёр, где и сидел всё время младший. Аббаккио выключил лампу на тумбочке, скользя под одеялом. Комната погрузилась в тишину, и он устроился поудобнее. Прошло несколько минут, прежде, чем Леоне уловил какие-то движения. Джорно сидел там, не зная, что делать. Ну твою ж... мужчина открыл один глаз, вглядываясь в темноту. Он видел отчетливые проблески украшения в лунном свете, даже мог различить силуэт его неловкой позы. — Хватит сидеть так. Тебе тоже лучше заснуть. — Ох. Эм. Но где я... Леоне недовольно нахмурился. Это звучало так, словно мелкий надеялся на поблажки. Ха, а типа он позволит, Джорно, блядь, Джованне, лежать с ним. — На полу, очевидно. Теперь ты моя собака, помнишь? — Мне довольно неудобно, — заявил блондин. Аббаккио не мог в это поверить. Тот же самый подросток, который был готов раздеться догола и пролежать у его ног несколько часов — не желал спать на полу? Что, черт возьми, было не так с этим ребенком? Старший закатил глаза так сильно, что вот-вот, и они продолжат выкатываться из черепа. — Джованна, — цокнул, — иногда ты будешь получать неудобные приказы. Иногда, как ты уже понял, даже получишь приказ, который абсолютно не захочешь выполнять. Ты будешь скулить и ныть. Но в конце концов, советую тебе, блядь, выполнить его! Джорно опустился на пол. Аббаккио даже не увидел его выражение лица, но почему-то был уверен, что оно помрачнело. Так то лучше. — Но здесь холодно..., — возразил подросток, как обычно, — Если я заболею, я не смогу позже выполнять другие твои приказы.. Мужчина приподнялся на локтях, глядя вниз. Его собственное выражение перекосило во что-то кислое и раздражённое. — Да? А ты думаешь, что всегда будешь в идеальном состоянии, чтобы выполнять мои приказы? Черт, я потерял руку и все равно пытался выполнить задание. Тебя что, остановит простуда? Джорно проглотил застрявший в горле ком, опустившись обратно на ковер. Казалось, он принял свою участь. Аббаккио, со всей своей откровенной злостью, произнес эту речь, ни в коем случае не собираясь так легко отпускать блондина, лишь потому что ему неудобно, или ещё что. — Хорошо,— вяло ответил подросток, принимая поражение, — прости. Они лежали в такой тишине ещё какое-то время, прежде чем, к удивлению Аббаккио, Джорно продолжил болтать. — Мне очень жаль. Я знаю, что эта миссия может оказаться для меня тяжелой, а ещё я должен был понять суть задания. Правда прости, впредь, буду стараться изо всех сил проявлять себя, чтобы мы могли доверять друг другу. Время близилось уже к часу ночи, и Aбаккио боялся, что если Джорно продолжит говорить, то он может ещё больше зачестнить по мере того, как ночь станет ещё темнее. — ...Блядь, просто заткнись и улягся спать, — пробормотал он в ответ. Гот недовольно вздохнул, и отвернулся, устроившись поудобнее в постели. — ..Спокойной ночи, Абаккио.

* * *

Поутру, Аббаккио проснулся достаточно легко. Стрелка на часах показывала пол девятого, так что он хорошо выспаться. Не зря же заснул раньше обычного. Хотя, одной из причин был болтливый рот Джорно.. Аббаккио вытянул шею, чтобы посмотреть на пол, но вместо скрюченной позы, увидел как младший прижимается к какому-то меховому шару. Он прищурился. Что это, блядь, было? — Это что, ебанный медведь!?, — голос мужчины сорвался на крик. Неосознанно он прижался к изголовью. Джорно вздрогнул, мгновенно проснувшись от крика. Медведь быстро превратился обратно в ковер. — Доброе утро, Аббаккио, — мягким и слегка охрипшим голосом, выдавливает Джорно, садясь на ковре. Его лицо выглядело немного помятым из-за сна. — Ты подлый сукин сын! Обычная непринужденность, что витала вокруг Джорно — раскрошилось под натиском Леоне. Он положил руки на колени, сцепляя их вместе. — Было очень холодно, — объяснил он,— температура моего тела не могла никак стабилизироваться. Я... я не мог заснуть. А людям нужен сон, чтобы полноценно функционировать. — Ты что, ебаный учебник? Я не Наранча, мне не нужна книга, мне нужно послушание! Объективно, Аббаккио понимал, что Джорно говорит правильные вещи. А субъективно, он хотел, чтобы Джорно страдал, мучился и в конце концов, оставил его в покое. В очередной раз, мелкий нашел лазейку, исполняя приказ. На самом деле, так было и в первый раз... — Ты действительно не можешь выполнить любую мою прихоть? Они чертовски трудные, да?, — голос Леоне дрожал, а нахмуренный вид явно ничего хорошего не сулил. В какой-то момент, поза в которой сидел Джорно, изменилась. Он выровнял спину, а глаза засияли с явной решимостью. — Нет, я могу их выполнить. Честно говоря, ты всего-то поручил мне спать на полу, но никогда не уточнял, могу ли я использовать свой стенд, чтобы облегчить задание. Аббаккио почувствовал, как его лицо горит от сдерживаемой злости. Вот-вот, и его веки начнут дёргаться. — Знаю, ты пытаешься оттолкнуть меня, но я собираюсь продолжать выполнять твои задания всерьёз. Пожалуйста, поверь мне. Леоне сел в своей кровати, тяжело глядя на этого.. — Какой мой следующий приказ?, — спрашивает Джорно, гордо ожидая ответа. Чувствуя сильное раздражение, Абаккио придумывает команду, которую, как известно, подросток не выполнит. Он почувствовал, что губы причудливо изогнулись вверх. — Я только проснулся, — начал он. Джорно кивнул, завалив вопросами: — Тебе нужно больше времени, чтобы подумать? Хочешь, чтобы я устроил душ или приготовил... Аббаккио усмехнулся. — Я только что проснулся, и мне нужно отлить. Джорно тут же заткнулся, смотря своими щенячьими глазками. Его лицо снова поплыло от понимания того, на что намекал старший. Леоне больно сжал щеки парня в руке. — Ну? Ты можешь это сделать? На этот раз не жульничая, я ведь всё увижу., — он бы даже использовал свой стэнд, если бы дело дошло до проверки честности. Леоне ощущал мягкое дыхание Джорно на ладони. Тот явно занервничал. — Такого рода вещи.., — блондин роптал, смотря так застенчиво из-под пушистых ресниц. Аббаккио почувствовал что-то неприятное в животе, и это был далеко не давящий мочевой пузырь, — такого рода вещи, опять... Может быть... У тебя ещё один фетиш на.. подобное? Джорно спрашивал это, ощущая, как заливается краской до самых пят. Во-первых, ещё один? Аббаккио не помнит, чтобы он говорил, о каких-либо фетишах, и да, возможно, он заставил подростка выпить чашку мочи в их первую встречу, и, возможно, он снова поставил его в эту ситуацию, но это не означало, что у него был фетиш на подобную хуйню! Джорно посмотрел вниз, застывая на одном уровне с промежностью Аббаккио. У последнего неосознанно появилось желание прикрыться, ибо мелкий смотрел дольше, чем должен был. Оставалось лишь молча словить минуту очевидного ужаса. Что если этот идиот блондинистый на самом деле... Подросток на секунду оглянулся назад, а после убрал руку со щеки. Аббаккио застыл на месте. — Т-ты..., — начал он, но испугался закончить вопрос. Джорно встал на колени и наклонился, раздвигая ноги своего товарища. Не говоря ни слова, он расстегнул пуговицу, а позже потянул молнию вниз. — Да ты сумасшедший.., — пробормотал мужчина, ощущая как уже дрожит. Одна его сторона кричала остановить блондина, а вторая хотела откинуться на спинку кресла и засвидетельствовать этот пиздец. Джорно спустил штаны, и вскоре после этого стянул нижнее белье мужчины. Абаккио перестал дышать. Там, между ног, Джорно стоял на коленях с открытым ртом, взяв член в свои руки. — Я… я готов, — говорит перед тем, как наклониться. Его дыхание обожгло чужую кожу, заставив содрогнуться. Джорно старался успокоится, губы обхватили головку. Он посмотрел вверх, лицо по-прежнему горело опьяняющим румянцем. Аббаккио закрыл глаза от понимания собственного ужаса, ведь он вообще не может ссать. Не то чтобы ему на самом деле хотелось, просто.. член позорно дернулся, наполняясь кровью. Как только сам подросток осознал ужасающий факт, Абаккио уже обхватил его лицо, отводя в сторону. Джорно поднял голову вверх, в замешательстве наблюдая, как мужчина откидывает его руки по бокам от бёдер. Последний спешно поправил штаны и застегнул молнию. — Я передумал, — говорит Абаккио, печально осознавая насколько напряжен голос. И прежде чем мелкий успел открыть рот, чтобы что-то сказать, мужчина вскочил на ноги, шагая к выходу. — Я собираюсь принять душ. Иди, блядь, займись делами. Я не знаю. Приготовь завтрак. А после ушёл, даже не удостоив взглядом. Джорно ещё какое-то время ощущал вибрацию от громкого хлопка двери.

* * *

Чёрт возьми. Абаккио стоял под душем, прислонившись к стене. Вода была слишком горячей, но он не обращал внимания на эту мелочь. Его мысли то и дело возвращались к утренним событиям. Джорно Джованна почти сделал эту хуйню. Он вздрогнул от воспоминаний, мозг нетерпеливо предоставил все картинки губ подростка, вокруг его члена. Этот псих почти... Блять. Признание заставило устало закрыть глаза и зарыться лицом в свои жалкие руки. Леоне не мог поверить, что ему стало тяжело. Почувствовал ли это Джорно? Он определенно почувствовал. Аббаккио был на 90 процентов уверен, что если он воспроизведет всю сцену с помощью своего стенда, то сможет точно определить, когда подросток осознал, что оказывает влияние на старшего. Это чертовски неловко. "Джорно должен был сбежать от меня и забыть о попытках наладить контакт. Какого убежал именно я?" В дверь ванной постучали, заставив вздрогнуть всем телом. — Что тебе нужно?, — отрезал Абаккио, втыкаясь глазами в дверь. — Ну, завтрак готов, — оповещает Джорно с другой стороны. Конечно это был Джорно. Кто же ещё, — Извини, что беспокою. Тебе наверное потребуется время, чтобы справиться с проблемой, и твой кофе скоро остынет.. Щеки Аббаккио покраснели от понимая, как эта ситуация выглядит со стороны. А ведь всё не так! — Заткнись, — возмущено фыркает, — я иду, всмысле.. Блядь, я собираюсь скоро придти, так что просто уйди. Джорно кашлянул. — Ладно-ладно. Абаккио вышел из душа и быстро вытер тело. Он решил отказаться от укладки волос, просто связав их на весь день, и натянул одежду, ту же черную одежду, которую всегда носил. Леоне искренне молился Богу, надеясь, что все остальные всё ещё спят.

* * *

— Доброе утро, Джорно. Подросток обернулся, одаривая теплой улыбкой своего Капо, Бруно Буччеллати. — Доброе утро, Бруно,— повторяет он.— Хочешь кофе?, — парень подвинул ближе ещё одну пустую чашку. Бруно улыбнулся в ответ и кивнул. — Капучино, пожалуйста. И ещё.., — он прищурился, осматривая шею Джорно.,—...Это ошейник? Подросток неловко кашлянул, выдавливая тихое «да». Улыбка Бруно расширилась до забавной гримасы. —..Это случайно не вещица Леоне? Джорно постарался успокоиться, смотря в сторону. Он продолжал варить кофе. Бруно подошел к обеденному столу. — Так оно и есть, это ошейник Леоне, — заявил мужчина, рука зацепилась за край одного из блюд, — даже поставил его тарелку. Подумать только, готические модные вещички Леоне будешь носить ты, — Бруно посмеялся. — Итак, Джорно, почему ты носишь его ошейник и готовишь ему завтрак?,— подобное казалось чем-то, что подросток сделал бы после проигрыша в споре. Джорно почувствовал, как щеки покраснели против его собственной воли. Он знал, что Бруно может отличить истину от лжи, поэтому с трудом признался, хоть и сделал это настолько непринужденно, насколько смог. — Вчера вечером, я попробовал найти компромисс с Леоне, чтобы примириться, и всё превратилось в это испытание., — Бруно наклонился вниз, поглядывая на лицо. Джорно встретил его любопытный взгляд. — И? Что за испытание? Парень отвернулся, ощущая как постепенно краснеют даже уши. — Он заставил меня надеть ошейник, и теперь я должен выполнять все его приказы в течение недели. Бруно засмеялся. — О, это ужасно. Леоне довольно безумен когда раздражен, я надеюсь, что он не будет просить тебя выполнять нелепые вещи. Джорно взглянул на чашку, думая о том, как чуть не выпил мочу второй раз в своей жизни, при чем сегодня утром. — Нет, не будет, — твёрдо проговаривает подросток, стараясь не встретиться с сверлящим взглядом. Старший прищурился. — Именно это он и делает, верно?, — младший готов поклясться, что по спине прошёлся холодок, — А теперь, Джорно. Я знаю тебя лучше, нежели раньше, поэтому могу с лёгкостью понять — ты его покрываешь. Что Леоне заставил тебя сделать? Джорно проглотил густой ком, выпивая эспрессо. Оно было для Аббаккио. Все, что ему было нужно, это несколько пирожных, и хороший, простой завтрак будет готов. К счастью, он сходил за хлебом, корнетками и другими вещами, которые, как думалось, понравятся банде... — Джорно! Пойдем разберёмся, если Леоне заставляет тебя делать то, чего ты не хочешь, я сам отчитаю его. Может, он и старший по званию, но ты тоже для меня важен. Джорно мягко улыбнулся, ведь остался тронутым словами своего Капо. — Ничего страшного. Аббаккио очень упрямый, и иногда требует слишком многого от меня, но... Если я побегу к тебе, чтобы решать наши вопросы... не думаю, что мы когда-нибудь сможем ужиться. Параллельно он ставит на обеденный стол три чашки, каждая из которой сопоставляется со своим блюдцем. Подросток схватил буханку хлеба, срезал несколько кусочков и выложил на тарелочке с пирожными. — Кроме того. Аббаккио кажется хорошим в душе, так что я не возражаю. Да, и, пока он непреклонен в отношении меня, — улыбнулся Джорно, — не думаю, что Леоне сам готов смотреть, как я выполняю каждый безумный приказ. Его улыбка хитро растянулась на губах. Бруно же, смотрел чистым с любопытством. — Честно говоря, я думаю, что эта договоренность больше влияет на Аббаккио, чем на меня. Только не говори ему об этом. Джорно отчетливо помнил Аббаккио тем утром. Взгляд наполненный ужасом. Если бы мужчина не корчил такую рожу, подросток не смог бы зайти настолько далеко, как расстегнуть штаны и нырнуть в нижнее белье. Хотя, подросток продолжал действовать, потому, что его наглое отношение всегда вознаграждалось. Он стал свидетелем забавного выражения Аббаккио, который выглядел достаточно испуганным. Джорно знал, что просто манипулирует старшим. А если бы это не сработало... пришлось наверное сдаться. На самом деле то, что Аббаккио возбудился — уже совсем другая тема. Джорно почувствовал, как живот напрягся. У него никогда не было таких случаев. А ведь, подросток даже не думал о себе, как о человеке, способном возбудить кого-либо. От одной только мысли, он покраснел ещё сильнее. Тарелки были расставлены, и Бруно подвинулся на своем любимом стуле. Он заметил выражение, которое расплывлось по лицу напротив, и закрыл подбородок руками. — Он тебе нравится, Джорно?, — спросил Капо, через минуту. Подросток, устроившись рядом с ним и потягивая собственный кофе, чуть не разбрызгал всё по столу, стоило услышать вопрос. Капо похлопал мальчика по спине, уже не сдерживая хихикание. — Эм. Нет, я так не думаю. Если ты имеешь в виду «как», то нет. — Ты так не думаешь? Значит есть шанс? Джорно промолчал. Он думал о застенчивом, напуганном выражении Аббаккио. То, как старший немного задыхаясь, закрыл глаза, стоило подростку взять его член в рот. Джорно смотрел, на дрожащие губы, некрашеные и нежно-розовые, отчего почувствовал желание продолжать. Это было захватывающе. Но «продолжать» повлекло за собой нечто невероятно грязное, и блондин еще не был уверен, готов ли он к подобному. — Я не знаю, — ответил наконец-то. Возможно, это были просто гормоны. Возможно, идея застенчивого, потного, возбуждённого Аббаккио была настолько романтичной, что захватывала его... Джорно заглянул в свой собственный кофе, легонько поглаживая ободок чашки. Бруно улыбнулся, переворачивая вопрос: — Как думаешь, ты ему нравишься? Подросток с трудом отпил ещё кофе, вспоминая то странное, удивительное чувство, когда член становился теплым и жестким в руках. Он опустил чашку на стол. — Я..я не знаю, — Джорно заикался, сопротивляясь желанию прикоснуться к своим губам. Старший посмеялся над ответом. — Ну, я этого не ожидал. Я не знаю подробностей, но если ты так себя ведешь, то что-то определенно происходит, — брюнет улыбнулся подростку, допивая остатки капучино. Джорно цокнул языком и посмотрел в сторону. Правда, через пару секунд внезапно встал. — Я должен сообщить Леоне, что завтрак готов!, — воскликнул, покорно выходя из столовой и направляясь к лестнице. Бруно смотрел, как он исчезает, потягивая свой кофе. — Здесь становится интересно, — подмечает для себя. Когда Джорно вернулся, Бруно извинился и поблагодарил за кофе. Убрав свою тарелку и чашку, Капо поднялся по лестнице, исчезая в коридорах. По счастливой случайности, а точнее, по везению Бруно, он столкнулся в коридоре с вторым участником глупого спора. — Доброе утро, Леоне. Мужчина поднял голову и покорно кивнул своему Капо. Его волосы были влажными и связанными в хвост. — Доброе утро, Бруно. Бучеллати напевал знакомую песню, останавливаясь в коридоре. Леоне почувствовал, что они не собираются останавливаться на приветствии. — Кстати о Джорно... Мужчина напрягся от прошедшей по спине волны мурашек. — Я вижу, что вы двое пытаетесь поладить. Акцент на попытках. — Бруно наклонился, внимательно изучая выражение лица своего подчинённого. Тот слегка сдвинулся с места.— Я беспокоюсь, что ты издеваешься над мальчиком. Он хороший, знаешь ли. — Он идиот, и слишком многим рискует. Капо изогнул бровь. — Ты единственный, кто так говорит. Леоне немного надул губы. Это выглядело мило, и подчеркнуло естественный розовый цвет. Бруно продолжил, возвращаясь к мягкому тону: — Похоже, ты нравишься Джорно. Тебе, наверное, стоит быть с ним полегче, — брюнет заметил блеск интереса в глазах Леоне, и поэтому отодвинулся, — Утром я разговаривал с ним, мальчик покраснел, смотря в пол всё время. Надеюсь, ты не играешь с ним, Леоне. Выражение седовласого от этой информации поменялось мгновенно, хотя через пару секунд и вернулось к безразличию. — Я бы так не поступил, — тихонько пробормотал мужчина. — Я знаю, что ты бы так не поступил. По крайней мере, не специально, — Бруно шагнул в сторону, пропустив Леоне, — Но это все, что я скажу. Джорно непреклонен в получении твоего одобрения самостоятельно, так что не буду вмешиваться в твою связь. Просто... полегче с ним. Аббакио нахмурился, спускаясь по лестнице. — Хорошо..

* * *

Аббаккио уселся в кресло и сделал глоток эспрессо. Он понял, что не уточнил, какой кофе предпочитает, и не попросил, чтобы Джорно использовал его любимую чашку, но подросток сам позаботился об этом. Блондин сел напротив, осторожно попивая кофе. Абаккио почувствовал, как тот бросил взгляд через край чашки, пристально глядя в лицо, вероятно, ожидая некого одобрения. Мужчина вспомнил свое обещание Бруно и пробормотал: — Хорошо получилось. Не смотри на меня так. Джорно снова посмотрел в свою чашку, казалось, гораздо более довольный, чем раньше. И вот, после утренней череды событий начался второй день.