Элитный Колледж Стихий: NEW GENERATION

Все праздники для родителей являются настоящей радостью. Особенно если они бывшие студенты Элитного Колледжа Стихий и сейчас они собираются безумно редко. Но, Новый Год — прекрасный повод для сбора. И этот сбор проходит в необычном месте. Точнее, тут просто редко собирались на праздники. Это был дом Андрея Мендеса, а ещё, уже несколько месяцев как, он принадлежит ещё и Евгении Герц. И сегодня от него, видимо, не останется ничего. Потому что лично Екатерина-уже-Бауэр собирается напиться. Может себе позволить, у неё нет слишком уж маленьких детей. Сейчас девушки, а именно Алёна Виан, Евгения Герц и Екатерина Бауэр, сидели в одной из четырёх гостиных этого дома, наслаждаясь шампанским. Слава богу, они выбрали время, когда на их детей никак не повлияет выпитый алкоголь, и теперь могли ни о чем не беспокоиться. Егор и Алексей так же смогли приехать, а вместе с ними и Аллен. Правда без своей дочери, но так даже лучше. Белла в свои три года была очень отреченным ребёнком и не любила общества. В общем, максимально была похожа на своего папашу. Слава богу, пока не на мать. Мужчины танцевали под какую-то странную песню, отдалённо напоминающую известную в другой стране Верку Сердючку. Кажется, эта страна в простонародии называлась Куфлон. Как там на карте она называется — черт знает. Особенно было весело Алексею и Егору, которые, наработавшись и наделав серьёзных мин, отрывались как могли. Гросс вообще напился ещё в первые десять минут, выпив несколько рюмок залпом. Дети находились в углу комнаты в куче игрушек, а от пьющих родителей их заграждала стена из кубиков. Самым старшим и, по совместительству, самым разумным, был Никита. В свои шесть он мог похвастаться практически идеальной речью, несколькими часами в неделю игры на пианино, а также желанием кого-нибудь прибить прямо сейчас. Но сейчас он сидел в самом дальнем углу, переставляя кубики в башенку. Его это успокаивало, он представлял, что строит водопад. Недалеко от него сидели очень весёлые двойняшки. Поля и Влад всего на два года были младше Никиты, зато в свои четыре были очень весёлыми ребятами. По крайней мере, когда Владислав дёргал Полину за волосы, она особо не возмущалась. Смеялась и дёргала в ответ, ещё и что-то крича на своём языке. Полина плохо разговаривала, чем смешила Влада, считавшего, что из-за этого он становится лидирующим близнецом. Малышка Бауэр так определённо не считала, напряжённо жуя свою розовую соску. Да, в четыре года, и что! Эмилия сидела рядом, облокачиваясь на кучу подушек, которые заботливо наставил Алексей, пока ещё не напился. Ещё он утверждал, что его малышка не может сидеть на твердом полу. В руке была зажата маленькая плюшевая собачка, которую Гросс очень обожала. Девочка улыбалась, но не пыталась влиться в игру с двойняшками. Они ей казались странными, даже очень. В кроватке чуть поодаль лежала сестра Эмилии, Мирослава, которую Алексей отказался выпускать из кроватки по причине того, что она может себе что-нибудь сломать или повредить. Гросс иногда такой папочка… — За что выпьем? — Герц уже неплохо так напилась, чувствуя приятное наслаждение по телу. Как хорошо иногда выпить! — Да все равно, — отмахнулась примерно такая же Бауэр, смотря в сторону детей и улыбаясь им, — Эми, золото, посмотри на меня. Эмилия улыбнулась, растянув губы до ушей, а затем захопала в ладоши. Екатерина показала девочке язык, чем вызвала ещё больше оваций. — Что-то случилось, зайка? — никто даже понять не успел, когда Гросс из позиции «я танцую под фигню» прилетел сюда. Мужчина сел рядом с девочкой, поглаживая её по волосам и улыбаясь, — Котенок, тебе весело? Голос подала и Мирослава, поднявшаяся на ножки в кровати. И все бы ничего, но… Отцепившись, девочка сделала несколько шагов. По мягкому, просто вперёд. Алексей почувствовал как в груди что-то взлетает. Странное чувство, до сих пор непонятное ему, но оно существует. Он покосился на Виан, даже отставившую бокал, и смотрящую на Мирославу. Алексей поцеловал дочь в лоб, улыбаясь и радуясь первым шагам девочки. Даже почувствовал вину за то, что он встречает это пьяным. Никто не увидел, но в уголках глаз Гросса собрались маленькие слезы счастья. Отцы, такие отцы. Евгения отпила из бокала, заметив движение сбоку. Андрей. Он не хотел спускаться к ним, не любил смотреть на их пьянки. Но и запрещать не хотел, все-таки праздник. А сейчас зачем спустился? Просто захотелось посмотреть как все проходит. Но спустился он не один. На руках у него покоился огромный шерстяной кокон, из которого выглядывали только нос и глаза. — Проснулась? — Герц глянула в сторону Мендеса с Рорикой на руках. Мужчина покачал головой, — Хорошо. Сейчас проснётся, потому что за кубиками раздался резкий удар и плач. И, на удивление, плач Герц узнала лучше всех, поспешив за кубики на пару с Андреем. — Вы чего? Ник, иди сюда, — Евгения притянула к себе сына, поглаживая его по светлой голове и осторожно вытирая слезы с глаз мальчика, — Что случилось? Мальчик размазал слезы по щекам, задрав голову вверх и всячески делая вид, что он не плачет. Но слезы продолжали течь. — Ник, — Герц подняла его голову на себя, — кто ударил? Дети притихли и смотрели с интересом. Кто-то же из них ударил, а значит, кому-то достанется. Мальчик смотрел на мать, сдерживая слезы, но дрожащие губы его выдавали. Шаг в бок, к Андрею, уже сидевшему на корточках рядом с Евгенией. Никита вытянул руки к отцу, вырываясь из объятий матери. И прислонился вплотную к плечу Андрея, разревевшись. Мужчина вздохнул, стараясь удержать Рори одной рукой, а второй обнять Ника. Герц улыбнулась, вздыхая и беря на руки девочку, давая Мендесу возможность удобнее взаимодействовать с сыном. Рорика такая лёгкая в руках, даже не верится, что она в принципе ещё живая. — Ну что, признаемся? — Андрей осмотрел детей, поглаживая Никиту по спине и целуя мальчика в висок, — Кто драться вздумал? Нужно признавать свои ошибки, чтобы в будущем их не совершать. Ник попытался что-то сказать, но, ему прошептали что-то вроде «Не сейчас, солнышко». Дети молчали. Смотрели на Мендеса. Он тоже молчал. — Не дави на них, — плеча Андрея коснулась рука Егора, подошедшего ближе, — Может быть он сам ударился. А ты сейчас детей запугиваешь. Эми вон сейчас заплачет. — ЧЕГО?! Конечно, прибежал и Гросс, подходя к своей малышке и, обняв её, садясь вниз. Так удобнее, определено. И малышке не так страшно. Вон как улыбается, смотря на отца. — Влад, ты отводишь взгляд, — с сыном Егор разговаривал очень серьёзно. Всегда очень серьёзно. Желал вырастить из него настоящего мужчину, который сможет стать продолжением рода Бауэр. Достойным продолжением, — Ты его ударил? Владислав нахмурился, скрещивая руки на груди. Никита лез к Полине, пытаясь отобрать у девочки привычку всей её жизни, соску. Влад и дал ему сдачи, а теперь ещё и он виноват? — Да, — буркнул мальчик, отворачиваясь от отца. Сейчас его будут ругать. А ведь он даже ничего плохого и не сделал! Никите даже не прилетело толком, он сейчас больше драму разыгрывает. — Так нельзя делать, — Бауэр подошёл ближе, хлопая Владислава по плечу, — Влад, помиритесь с Ником? Влад нахмурился. Посмотрел на Мендеса, поднявшего зареванное лицо от отца. Медленно кивнул. — Давайте, — Егор подхватил сидящую Полю рядом на руки, не дав дочери заскучать. И, закружив её, вызвал громкий хохот. Екатерина, наблюдавшая за этим, весело улыбнулась. Полина любила подобные игры, особенно с отцом. У него и руки крепче, и улыбка добрее. — Па-па, иг-рать, — девочка, с трудом выговаривая слоги, практически прокричала это, болтая ножками. Егор остановился. Посмотрел на девочку. Посмотрел на Екатерину… — Конечно, солнышко, сколько захочешь! — она не умела говорить предложений, связанных хоть каким-то смыслом. Не говорила раньше слово «играть», а папа… Боже, она впервые сказала это! В четыре года! Екатерина, практически выронив бокал, который чудом спасла Виан, несколько раз хлопнула в ладоши. Поля была проблемным ребёнком в этом плане. И они очень переживали за речь девочки. Тем временем Влад и Никита мирились, скрестив мизинчики и проговаривая известную «мирилку». За этим пристально следили Андрей и Алексей, все ещё обнимающий Эмилию, но теперь пододвинувшийся к Мире и взявший малышку за пальчик. За этим с бокалами наблюдали девушки. И им так нравилось, что каждый из парней, которые росли с ними, стали прекрасными отцами… Все они были истеричными, все они срывались и творили ерунду. Но теперь они примеры для подрастающего поколения. Рорика задвигалась, начав тихо плакать. — Ччч, — Герц убрала от её лица несколько слоев, поглаживая девочку по щеке. — Всё, — раздался отчёт Никиты, заставивший девочек поднять глаза, — И что мне за это будет? — А вот посмотрим, — Мендес подмигнул, в следующую секунду начиная дико щекотать сына, пытающегося убежать. Гросс сидит с девочками, обнимаясь с ними и целуя каждую поочерёдно. Бауэр держит на руках малышку, счастливо хлопающую в ладоши, а Влад стоит внизу с грустной миной, которую Егор просто так не оставит. Кажется, вот он возраст, когда счастливым тебя делает не алкоголь. А Аллен танцует под Сердючку. Ладно, хоть один сегодня действительно напился…