Элитный Колледж Стихий: NEW GENERATION

— Алёна, правда?! Бал?! Раннее утро началось не очень радужно во дворце Остерман. Король был очень рассержен и недоволен, в следствии чего за сегодня были посланы к чертям уже шесть слуг. И младший сын, которого потом этот самый злой король и успокаивал, сидя в обнимку с ним на троне. Через несколько часов младший сын пошел на дневной сон, а королева и король остались наедине. Как раз нужно было решить несколько вопросов. И Алёна уже думала, что все пойдет хорошо, как Гросс начал снова визжать и злиться. Ну просто отмотались на двадцать с лишним лет назад на их первый курс. — А почему нет? — вот этого Алёна не понимала еще больше, чем внезапная истерика мужа, — Мы ведь регулярно устраиваем балы. Это действительно было правдой. Замок Остерман славился тем, что безумно часто проводили балы, на которые были приглашены самые уважаемые люди королевства. И обычно Гросс не то что был не против их, а сам являлся главным организатором. Что сейчас произошло, почему он резко стал против? — А ты помнишь, какой был последний бал с Элитным Колледжем? — опять Гросс отсылается на день, когда произошла битва за Остерман. В ходе этой битвы погибла вся королевская семья, включая родителей Алексея. В живых остался только он и маленькая принцесса, которая сейчас живет в городе как обычная жительница. — Помню. Адекватным, и это был не тот бал, где погибла Руслана, — со временем это говорилось гораздо легче. Раньше в горле стоял ком, теперь же это воспринималось как ход истории, — это был год, когда родилась Эми. — Но Эми на том балу не было, — зачем-то подметил Гросс, прикрывая глаза рукой и потирая лоб, — Ты понимаешь, как закончился последний бал, на котором присутствовала кронпринцесса? И как закончилась жизнь короля и королевы? Подобными высказываниями Алексей только заставляет нервничать Алёну, а ей нельзя это делать. К слову, неожиданностью для них стал и достаточно большой срок, исходящий уже в начале февраля. — Ты накручиваешь себя, — она подошла к трону, на котором сидел Гросс, но решила не подниматься по лестнице, — Ничего не случится. У нас хорошая охрана и сильные магические силы, мы будем готовы ко всему. Да и с чего бы этому повторяться? Главный злодей мертв, никто не будет проникать в замок. Цок. Цок. Быстрые цоканья ножек по полу раздались в коридоре, заставив Алёну и Алексея обернуться на вход. В котором через несколько секунд появилась слегка испуганная мордочка среднего ребенка короля и королевы. Она, на удивление, не была одета в длинное красивое и пышное платье. Сейчас на ней находилось самое обычное, кажется, она в таком спала. Длинные волосы были растрепаны и распущены, а ноги… она что, босиком по камням пробежалась? И ни один слуга не остановил ее? — Что случилось? — Алёна, так как была ближе к выходу, направилась к Мирославе, — Почему ты босиком, солнышко? Девочка не ответила, пробежав до матери и обняв ее, прижимаясь ближе. Алёну это слегка напрягло, но она обняла девочку в ответ, слегка поглаживая по волосам. Сверху спустился и Гросс, подходя ближе. — Что случилось? — уже более серьезным голосом спросил он, приподнимая испуганное лицо дочери. Стоп, это что, слезы на ресницах? — Мира? Девочка вытерла глаза рукой, всхлипывая и начиная опять чуть ли не плакать. Алексей присел на корточки сбоку от нее, поворачивая дочь, находящуюся в объятиях матери, на себя. Мужчина осторожно взял девичьи ручки в свои, улыбаясь ей. — Мирослава, все хорошо, — девочка слегка улыбнулась ему в ответ, искренне любя свое полное имя, — расскажи, что случилось. Алёна погладила Миру по волосам, слегка подталкивая ее к тому, чтобы положить голову на мать. Она особо не сопротивлялась. — Мне… снился кошмар. Что-то тёмное было в замке, оно… убивало? — девочка говорила несмело, еле сдерживая порыв расплакаться вновь, — И я не уверена, но, кажется, я видела в замке много детей. Моего возраста или старше. Алексей покосился на жену, но постарался это сделать так, чтобы их переглядывания не были особо подозрительными. — Все хорошо, это был просто сон, — Алёна поправила волосы Миры, убирая их с лица, — Знаешь, кошмары обычно к счастью, которое произойдет в реальной жизни. — Правда? — девочка подняла лицо на мать. — Конечно, — легкий поцелуй в лоб, — Иди, одевайся и собирайся. Придешь потом к нам с папой, хорошо? Мирослава кивнула. Когда Алёна развела свои руки, обнимавшие дочь, Мира рывком обняла отца, убегая из тронного зала. А улыбка Гросса тут же сменилась серьезным выражением лица. — Совпадение, думаешь? — тон был спокойным, но явно Алексей нервничал внутри, — У нее еще не пробуждалась особенность. Это вполне могут быть вещие сны. — Мы постараемся это предотвратить, — Алёна сделала шаг к мужчине, укладывая свою голову ему на грудь, — Но мы не можем надеяться на сны Мирославы. А тем более, мы не можем расстроить столько студентов. — Я не могу надеяться на удачу, — вздохнул Алексей, мягко поглаживая своей рукой живот жены, — Я даже помочь в защите ничем не смогу. Алёна улыбнулась ему, чмокнула в щеку и… Начала щекотать, отбегая от Гросса. — Эй, ты чего?! — на лице расцвела непонимающая ухмылка, — Ну, держись! По тронному залу разнесся смех, визги и ухмылки. Даже король с королевой временами остаются теми же детьми, какими были, когда познакомились.

***

Весь Колледж был недоволен, весь Колледж пытался возмущаться, у всего Колледжа ничерта не вышло. Что же, у ребят особо выбора и не было. Вместо порталов было решено отправить всех детей каретами, то есть, по-современному, экипажами. Даже не машинами. И распределили их чисто на вкус ректора. Как он объяснял ребятам, он пытался сопоставить друзей. Но, тех, кого он не знал, раскидал рандомно и заранее извинялся за то, что им придется несколько часов ехать так. Почему несколько часов? Потому что они добирались до границы Остермана, а после отправлялись таки порталом. Портал из Рафрада их чем-то не устраивал. Чем именно ректор, конечно же, студентам объяснять не стал. Они особо и не рыпались, а многие даже остались довольны распределением по экипажам и предвкушали поездку с друзьями. Почти все. — Ты издеваешься? — дверь кабинета ректора с шумом распахнулась, опять стукнувшись о стену и разбив на этот раз цветок. Ректора даже передернуло, кажется, надо перестать туда что-нибудь ставить. — Смотря о чем ты, — все еще морщась спросил Андрей, — дверь прикрой. Никита закрыл дверь, кидая коричневый рюкзак на ближний диван к двери и садясь перед отцом. — Распределение по экипажам! — прошипел Никита, закидывая ногу на ногу и скрещивая руки на груди. — Нет, ну там я вроде над тобой не издевался, — подумав и вспомнив, хмыкнул ректор, — а чего не так-то? Ник встал, подошел к рюкзаку, залезая в него рукой и отдавая лист отцу. Обычный лист, на котором написан номер экипажа и его состав.

Экипаж №4 Белла Аллен — факультет огня Никита Мендес — факультет воды Эмилия Гросс — факультет земли Владислав Бауэр — факультет огни Полина Бауэр — факультет воды Павел Лануа — факультет огня

— Ну допустим, — прочитав эту бумагу, поднял глаза Андрей, — а что тебе не нравится-то? Ты вроде бы с ними общался, причем очень даже неплохо. На мой взгляд. — Ты меня посадил с малолетками какими-то! — конечно, это была не причина. Просто настоящую Никита не хотел бы озвучивать. — А ты, я смотрю, самый старший на планете, — качнул головой ректор, — нормально я тебя посадил. Мендес-младший сжал губы, осматриваясь по сторонам. Конечно, он мог сказать отцу о настоящей причине, но тогда следовало убедиться в том, что нет лишних ушей. Постаравшись сделать это максимально незаметно, парень соединил указательный и большой палец, заставляя появиться узор. Самое неудобное место, которое ему предоставила природа. Если бы этот узор появлялся где-нибудь… ну… на заднице там, на пятке, не важно! — Её тут нет, — ректор очень не вовремя оторвал взгляд от своих документов, — сегодня она дома. Никита не особо поверил, проверяя кабинет. Каким образом? Его особенность позволяла видеть сознания людей, а также проникать в них и разговаривать. Увы, мысли читать он не умел. Убедившись, что все чисто, и подслушивающих младших сестер в комнате нет, водник начал рассказывать настоящую причину: — Я не особо хочу пересекаться с Полиной Бауэр, потому что… эм… ну… — он замялся, неловко хмыкая и почесывая затылок. — Ну? — а этот все понял, просто издевается. Невозможно быть ректором в Колледже и не знать, что твой сын ходит по всем девушкам этого учебного заведения. А они и не против, хоть и знают его репутацию. — В общем, мы спали, и я не очень хочу ее смущать, — выпалил Ник, — Еще Эмилия, она на меня, по словам Рори, обиделась. Не особо верю мелкой, но мало ли. — И с каких пор тебя вообще стало заботить то, что чувствуют другие? — поиграл бровями Андрей, вложив в это какой-то смысл. — Ты на что намекаешь? — буркнул Никита. Он… чего он делает?! краснеет?! Брови ректора теперь взлетели вверх. — Ни на что. Что ты хочешь от меня? — вздохнул он, решив не акцентировать внимание. — Чтобы ты пересадил меня в экипаж к третьекурсникам. Или, еще лучше, к себе, — нагло? Очень, но это был его единственный шанс не пересекаться с ребятами. Короче, через час Никита сидел в общем экипаже со всеми теми, с кем и должен был. Обиженный на отца, скрести в руки на груди и молча сверля взглядом свой ботинок. Все остальные были тоже не особо разговорчивыми. Напротив Мендеса сидел Павел Лануа, и он единственный пытался разговорить ребят. Что-то шутил, что-то пытался спрашивать. Но все сложно воды в рот набрали. Огневик понял, что его план поговорить безнадежен, только через двадцать минут. Ник был крайним со своей стороны, но одним плечом все же терся с одним из его… соэкипажников? И, как назло, это была Бауэр. Постоянно отводящая взгляд и краснеющая. У другого края сидел Влад, и лучше бы они с Полей поменялись местами. Аллен и Гросс сидели так, что Гросс оказалась крайней и была от Мендеса дальше всех. Ну, оно и к лучшему, друг другу на глаза не попадаются. Только вот им так ехать пять часов, это ж кошмар какой-то. Наверняка, в экипажах третьего курса сейчас веселуха… До первой станции оставалось двадцать минут. Уже два часа в этом экипаже стояло полное молчание, не считая ноги Никиты, нервно отстукивающей от пола и раздражавших всех еще больше. Парень просто мечтал об остановке по одной единственной причине. Он хотел курить как черт и это, кстати, редкость. Обычно Никита делал это исключительно «по приколу». Поля и Влад через некоторое время начали переплетаться пальцами, о чем-то тихо шептать. В общем, разряжать тишину. А Эмилия взяла телефон, что-то быстро настрочила, положила его обратно. А на телефон Никиты уже пришло уведомление. Эмилия Гросс Ты раздражаешь. Мендес поднял на нее взгляд а-ля «Чего вообще?». Даже бровь изогнул, но девушка никак не отреагировала. Пришлось строчить ответ… в ответ? Никита Мендес По поводу? Пилик. Эми взяла в руки телефон, прочитала и нахмурилась, начав строчить что-то в ответ. Эмилия Гросс Без повода. Пилик. — Да вырубите вы уже звук! — не выдержала Белла. Ник решил не брать телефон, положив его в карман и продолжив нервно трястись. А когда громкий голос отца наконец-то сообщил ему, что у них остановка на двадцать минут… Мендес практически выскочил из экипажа, не успевшего остановиться. Пошарился по карманам… ДА ТВОЮ Ж МАТЬ! Сигареты остались черт знает где, может, выпали в экипаже, может, в колледже. Где экипажи третьего курса?! У кого вообще тут можно что-то найти?! — Ты чего? — на удивление, следом вышла Эмилия. — Ничего, — отмахнулся Мендес, — Знаешь, в какой стороне экипажи третьекурсников? Или ректорский. Гросс пожала плечами. Откуда ей знать вообще, ее не особо как-то заботил этот момент. — У тебя уже зависимость, — оповестила его Эми, ежась от холода. Осень все-таки, а она как-то не рассчитала с одеждой. — Не думаю, — на самом деле, нет. Просто слишком нервная поездка, а до этого нервный разговор с отцом. Кстати, этот самый отец мог бы неплохо помочь ему прямо сейчас, если бы нашелся! — Господи, Лекси! И смотался куда-то на другой конец экипажей к какой-то высокой темноволосой девушке, больше напоминавшей нимфу. Даже издалека Эми видела, что она очень красивая. И уже собиралась разворачиваться, чтобы не видеть, как Ник к ней подкатывает, но, взяв у нее сигарету, парень вернулся назад. Порылся по карманам еще раз… — Да твою мать, — ругнулся он, поворачивая на Эми, — ты же наполовину огневичка? Она кивнула, хмурясь. — Подожги, а? — и такое милое личико, словно не этот мудак обижал Гросс так недавно аж до слез. Вздохнув, Гросс возненавидела свою привычку никому не отказывать. И, поднеся пальцы к сигарете, помогла Никите. Вдохнув, парень явно расслабился. А через две затяжки спросил Эми: — Будешь? Девушка пожала плечами, а потом качнула головой. Не очень хочется приучаться к такому, тем более, когда они едут к ней домой. — Окей, — пожал плечами водник, — тогда другой вопрос. И чем же я тебя раздражаю? Гросс опустила голову, сжимая свои руки. Ну… — Тем, что ты абсолютно не разбираешься в том, что ты делаешь, — выпалила девушка. Мендес, конечно же, не понял. Но, по крайней мере, она сказала то, что думает. — В плане? — нахмурился Никита. — Ну… — было неловко, — Ты хвастался передо мной тем, что ты пригласил Кристину на бал. Мне это несколько неприятно. Мендес пожал плечами, выбрасывая затушенный окурок. — Хорошо, я больше не буду перед тобой хвастаться, — и качнул головой в сторону экипажа, — если ты закончила, конечно же. — Нет, — она вздохнула, — хочу сказать, но не очень уверена, что тебе есть дело до этого. Ты мне нр… — Эй, ребят! — видимо, за эту остановку в их экипаже изменилась обстановка и теперь Владислав выглядел максимально веселым, — Идите сюда! Ник подмигнул Эмилии, уходя в сторону их экипажа. Может быть, отец и не так уж и плохо их распределил. В принципе, если они не молчат, а разговаривают, то очень даже весело получается. А Эмилия… ну, что сказать. Может, это знак? Не стоит говорить Никите об этом так рано? Девушка пожала плечами, направляясь за Мендесом, зовущим ее ближе. Следующие часы в экипаже прошли веселее. Ребята громко разговаривали и смеялись, шутили друг с другом, а на следующей остановке Никита даже нашел намного какой-то настойки. Выпив, ребята стали еще веселее и улыбчивее. Все пошло настолько хорошо, что к ним пару раз заходил ректор и просил не шуметь. И бросал на сына взгляды а-ля «а ты не хотел». Да, не хотел. Но, так уж и быть, тут Никита признает правоту отца.

***

В замок прибыли уже ближе к вечеру. Всех ребят клонило в сон, кроме Эмилии. Она была очень рада оказаться снова дома, даже если они еще не зашли в замок, а стоят на пороге. Она на родной земле, господи, всего месяц тут не была, а уже так соскучилась! Очень хочется зайти в замок и посмотреть на все снова. В Колледже не заметно, что она настолько соскучилась… Из экипажа выпорхнула как бабочка, а еще очень раздражала Никиту тем, что прыгала вокруг него, спрашивая как скоро они зайдут. Будто Никита имел хоть малейшее понятие об этом! В какой-то момент он уже не выдержал и попытался достучаться до отца, чтобы узнать ответ на этот вопрос. Безуспешно, поэтому Эми продолжила копать ему мозг. И не только ему. Поля практически спала, облокотившись на Влада. Белла выглядела как обычно нейтрально, но периодически зевала. А Павел… да черт его знает, куда он пропал вообще. Никита особо не следил за этим. — Минуточку внимания! — донеслось усиленным голосом от входа во дворец. Там, наверху ступенек, стоял Андрей, размахивая руками и пытаясь привлечь к себе внимание, — Мы прибыли в замок Остерман. — Дворец, — буркнула Эмилия. --…И мы тут гости. Прошу вести себя прилично, ничего не сжигать, топить, выдувать, разрушать, и все подобное! Я знаю, вы можете, но платить за это я не хочу! По студентам пронеслись смешки. — Сейчас мы зайдем в замок… — Дворец! — практически в полный голос сказала Эмилия, не ожидав, что ее услышат. Но… — Во дворец! — надавив, сказал Андрей, а Эми покраснела, — некоторым количеством групп. Все окажемся там за полчаса, не волнуйтесь. Желательно, держитесь сейчас своих друзей, чтобы при распределении на комнаты не получилось путаницы. Не удивительно, если Никита уже распределен черт знает куда. Они оказались в первой группе, которая будет заходить, просто потому что Эмилия убежала вперед, затащив за собой Никиту. И все еще прыгала по ступенькам, хлопая в ладоши. Когда они заходили, ректор осторожно утянул сына за собой и шепнул ему на ухо: — Тебя уже распределили, — кто бы сомневался. Ну и с кем он живет? — попробуй только свои бабнинские выходки совершать так громко, что к тебе зайдут. У тебя отдельная, попросишь Эмилию отвести тебя в синюю гостевую спальную комнату. И отцепился, даже не дав поблагодарить. Господи, как же классно быть сыном ректора. Снова! — Уии! — Эмилия Гросс, ведите себя скромнее, — их вел ректор и декан огня, не самые лучшие личности, но не важно. Она дома! Только декан огня тоже почему-то был счастлив так, словно вернулся куда-то. Белла, идущая сзади, чувствовала себя хоть и неловко, но все же была рада тут оказаться. Это ведь, в какой-то степени, дом ее отца. Ребята направлялись в тронный зал, потому что в той стороне не было больше помещений, способных вместить пятьдесят человек разом. А в тронном зале должны быть кто? Папочка с мамочкой. Ой, то есть, король с королевой! И они там были! Не изменились ни разу, конечно, всего месяц прошел! Гросс улыбнулся дочери, стоявшей в первом ряду всей этой кучи. Вся эта куча, кстати, здорово смущалась, находясь при короле и королеве. Но, самым неожиданным для Эми было то, что декан огня, совсем не стесняясь, подошел к королеве и обнял ее. Кажется, даже волосы взъерошил сзади, за что получил предупреждающий взгляд. Они знакомы? А почему мама не говорила об этом раньше? — Рады вас приветствовать, — Алексей начал первым, — завтра у нас пройдет бал, но, до завтра, вам нужно переночевать. Поэтому, прошу вас к нашему советнику, оформляться. Жить будете по два человека в комнате, надеюсь, это вас не напряжет. Можете обращаться к советнику Артуру по любой просьбе или вопросу. Встаем в очередь, не толпимся и стараемся побыстрее. Через минуту криков, сборов и ругательств образовалась длинная очередь по два человека к столу советника. Кстати, он обычно тут не сидел. Видимо, Аллен отказался давать свой кабинет на растерзание малолетним идиотам. Эмилия же сразу побежала к отцу и матери, обнимая обоих. — Эми, — улыбнулась ей Алёна, — ну ты все свои карты сейчас открыла. Теперь все в зале знают, что ты принцесса. — Ой, — закатила глаза девушка, — да я и не скрывала особо. — Здравствуйте, — сбоку нарисовался Никита, которому без надобности было расселяться, — Рад увидеть Вас снова. — Ну Ник, — королева улыбнулась парню, — Какое «вы», я тебя умоляю. Мендес пожал плечами. Обычное, король с королевой все-таки, а не черт пойми кто. Лет до двенадцати Никита им таки «тыкал», но после у него прошло. Из-за спины короля показалась еще одна девушка. Мендес помнил ее смутно, но, кажется, это младшая сестра Эмилии. Она не любила играть вместе с ними на детских праздниках, когда их очень часто собирали вместе. Может, поэтому Никита ее не помнит? Она была похожа на Эми, но, все-таки, больше шла в мать. И смотрела очень испуганными глазами, цепляясь за отца. Что, студенты Колледжа такие страшные? — Ты очень вырос, кстати, — снова королева. И тут Никита засмущался, почесывая затылок и опуская глаза. — Привет, — подала голос Мира, заставив Мендеса поднять глаза на нее. — Привет, — в ответ улыбнулся Ник. На этом их знакомство и закончилось, через полчаса они уже лежали все в кроватях, а некоторые даже и спали. А следующее утро у Никиты началось с… — НИКИТОСИИИИК, ВСТАВАЙ, МЫ ИДЕМ ЗА ПЛАТЬЯМИ! Он открыл глаз. Семь утра. — И на какой черт это платье мне сдалось… Но, выбора у него не было. Особенно когда из-за двери донеслось: — О, не-е-е-ет, — от Влада. Нужно спасать брата. Брат за брата, так за основу взято! Или как там…