Элитный Колледж Стихий: NEW GENERATION

Полина зевнула, с наслаждением слушая звонок, обозначающий конец лекции. Эта лекция, пусть и проходила с преподавателем, который вызывал у Поли чисто ученическую симпатию, была безумно скучной. Тема не заинтересовала, аргументы не зацепили, а тон преподавателя сегодня был как никогда безразличным. Бауэр поднялась с места, закидывая вещи в тяжелую сумку. Да уж, ну и лекций им наставили сразу же после битвы. Даже с силами не дали собраться, изверги! Ещё раз зевнув и заправив тёмную прядь волос за ухо, Поля закинула сумку на плечо и приготовилась спускаться к выходу вслед за подругами, как её окликнул преподаватель. — Полина Бауэр, задержитесь, пожалуйста, — Ланц улыбнулся ей, продолжая прибирать бумаги, разбросанные на столе после урока. Бауэр вздохнула, покосившись на застывших в ожидании Грейс и Шену. Качнув головой и закатив глаза, Полина протопала к преподавательскому столу, махнув рукой девочкам. Через пять минут аудитория опустела, все ученики вышли на перемену или спешили на следующий урок. Все, кроме Бауэр, к которой обратился Максим Ярославович, как только хлопнула дверь, выпуская последнего человека. — Как настроение? — Ланц выглядел приветливо и доброжелательно, что не могло не вызвать улыбку на лице Бауэр, — О, вижу, что прекрасно. — Да, у меня всё хорошо, — кивнула Полина, присаживаясь на стул, что любезно предложил ей преподаватель. Девушка обняла рюкзак двумя руками, приготовившись слушать главную тему разговора, — О чем Вы хотели поговорить? Ланц вздохнул, отодвигая последнюю папку в сторону. Разве он не может поговорить просто о её настроении? «Не можешь» пронеслось у него в голове. Пришлось согласиться, ведь он преподаватель, а она всего-лишь первокурсница. — Я хотел бы поговорить о твоей трехстихийности, — да, он был здорово удивлен, когда, читая личные дела всех поступающих, увидел три слова в графе «стихия». Это не то что было редкостью, он в принципе впервые видел подобное. И подумал, что это опечатка. Даже ходил к ректору, спрашивал, уточнял. Но, нет, ему четко ответили, что это на самом деле правда. Бауэр вздохнула, крепче обнимая рюкзак. Почему-то ей показалось, что сейчас её будут ругать за то, что она использует только одну стихию, а не все три. Но, подняв взгляд, она увидела в глазах Максима не ярость, а ярко сияющий интерес. — Что… что именно вы хотите спросить? — неловко произнесла Полина, потирая пальцы. Это помогало не нервничать. — Покажи. Три стихии? Бауэр встала со стула, оставив на нём сумку, дабы не мешала. Да уж, вряд ли его впечатлит, если она будет использовать все стихии по отдельности. А всё вместе она делала так давно, что даже и не вспомнит, когда… Полина покосилась на Ланца. Она же хочет его впечатлить? Значит, нужно постараться. Вытянув руку вперед, Бауэр с легкостью вызвала «хвостик» из воды, тут же обвившийся вокруг её руки. Что же, это было не сложно, ведущая стихия все-таки. Она приятно щекотила кожу, даже не хотелось призывать остальные две. Но, пристальный взгляд преподавателя заставлял вспомнить, зачем она вообще призывает стихии. Вторым был воздух, закрутившись вихрем вокруг Полины и взметнув её волосы. Воздух, такой игривый, непосредственный и… ветреный? Бауэр хихикнула своим мыслям, а на лице Максима растянулась улыбка, которую та не заметила. Ну и не надо, ему нравилось наблюдать незаметно. И третий. Огонь, который давался хуже всего. Почему-то обжигал, обжигал до холода. Отец объяснял это тем, что Полина не подходит по характеру огню. Что же, возможно, по сейчас у нее нет выбора. Пальцы заискрились, образуя красный пляшущий на ладони огонёк. Озорной и веселый, он улыбался Бауэр. А девушка повернулась на шокированного Ланца. — От рождения? — у него даже голос сел, кажется. Полина кивнула, стряхивая с себя все стихии. На поддержание сразу трех тратилось огромное количество энергии, которая ещё пригодилась бы девушке сегодня. — Удивлен и поражен, если честно, — в голосе слышалось явное одобрение, понудившее Бауэр покраснеть, смотря на мужчину, — Твоя мать двухстихийник? — Папа, — поправила его Полина. Да уж, её мать явно недотягивала до двухстихийника. Хотя бы потому, что восточную часть их дома три раза восстанавливали из-за пожаров, что устраивала мать, — У него огонь и вода. Ещё одно редкое сочетание двух стихий в одном человеке. Ланц кивнул, принимая информацию и делая себе пометки в блокнотике. — А что вы помечаете? — спросила Полина, подходя к столу и слегка неловко перегибаясь через него, чтобы посмотреть. Максим удивился такой смелости и, местами, наглости девушки, но всё же не почувствовал желания поставить её на место, как это бывало со многими другими людьми. — Всех интересных магов, которых я встречаю и с которыми удается поговорить, я записываю в этот блокнот. Считаю, что его нужно хранить, чтобы у меня была память о том, какие маги раньше считались редкими, а также через сколько они станут абсолютной нормой, — терпеливо пояснил Максим, поднимая взгляд на студентку. Её тёмные глаза блестели интересом, что не могло не ввести Ланца в транс. Как можно быть настолько умной и интересной девочкой в шестнадцать лет? — А что у тебя с особенностью? Развилась или ещё нет? — Ам… — Полину слегка смутил тот факт, что он говорил об особенности с трехстихийником. У двухстихийников-то её никто не было, а тут… — Вы же знаете, что у трехстихийников не бывает особенностей? Как и у всех, кто обладает более, чем одной стихией. Кажется, это общепринятый факт… Ланц посмотрел на Полину так, что она почувствовала себя полной дурой. Что, ерунды сказала? Так нет, вроде бы, всё по теме! — Бывают, — поправил её Максим, — Значит, она ещё не пробудилась. Я вижу, что у тебя хороший резерв и, мне кажется, что особенность у тебя таки будет. Полина решила не спорить с преподавателем, неловко кивнув. Но она-то в курсе, что особенность ей и не светит… Она сама по себе родилась особенной, из-за третьей стихии, а ей еще и какие-то силы достанутся. Верилось слабо, пусть Ланц и преподаватель. — Какую особенность ты бы хотела, если бы у тебя действительно был выбор? Этот вопрос заставил Полю призадуматься. Какие особенности кажутся ей крутыми? Телепатия, с которой она, благодаря Никите, познакомилась ещё в возрасте двух лет, не впечатляла. Просто потому, что она, в том формате, в котором есть у парня, не предоставляла возможности полностью читать мысли. Невидимость, что была у его младшей сестры, впечатляла куда сильнее. Но могла ли она помочь в случае какой-то битвы? У матери была ментальная особенность, которую она очень не любила. О ней Поля знала исключительно по рассказам отца, и вот такое она бы точно не хотела. Прикоснуться к прошлому, это, конечно, интересно, но точно не мечта Бауэр. Даже и нет такого примера. Хотя… — Мне очень нравится мимикрия, — эту особенность она увидела у тёти Алёны, когда они, на празднике, выпросили у неё мини-демонстрацию с последующей лекцией про её силы. В основном, выпрашивал Никита, но ребята считали это своей огромной заслугой, ведь она очень много лет отказывалась пользоваться мимикрией. — Мимикрия? — хмыкнул мужчина, — А знаешь ли ты о том, что это очень коварная особенность? Бауэр нахмурилась. — Ясно, — отмахнулся Ланц, — Во-первых, мимикрия бывает трех типов. Когда ты копируешь особенности лишь вспомнив про этого человека, это эмпатическая мимикрия. Удобная вещь, но ты не всегда сможешь это сделать с теми, у кого стоит ментальный блок. Также, есть синтетическая мимикрия, ты копируешь лишь прикосновением. Это самый плохой вариант мимикрии, который только может достаться. Сама понимаешь, почему, надеюсь. И, третий вид, абсолютная мимикрия. Используя особенность, ты забираешь её из использования носителя и она не зависит от его резерва. — А в чём её коварство? — спасибо за лекцию, но Бауэр это выучила ещё в шесть лет, когда отец читал ей множество подобных книг, — Ведь во всех случаях это очень удобно. По факту, ты получаешь не одну особенность, а множество. Ланц улыбнулся, поднимаясь со своего места и подходя вплотную к засмущавшейся студентке. — Ты такая красивая, но такая недогадливая, — он назвал её красивой?.. Щеки Бауэр ещё сильнее опалил жар, а глаза она не смогла поднять выше отполированных черных ботинок мужчины, — Это убивает резерв. Ты можешь взять особенность по резерву, а можешь взять ту особенность, которую ты просто не вынесешь. Например, если бы ты обладала мимикрией и попробовала взять особенность Эмилии Гросс, ты бы не выдержала. Твой резерв разорвался бы. — Особенность Эмилии?.. — Эми об этом ничего не говорила. Да и, вроде бы, она была двухстихийником и ни на что не надеялась. Максим улыбнулся ей, делая шаг назад, а в следующую секунду прозвенел звонок. — Иди. Тебе пора на лекцию. И, подмигнув, сел за свой стол. В аудиторию начали заходить студенты, среди которых Полина заметила Эмилию. Подмигнув подруге и получив улыбку в ответ, Бауэр выбежала из кабинета, панически вспоминая, какой же урок у неё сейчас. Уведомление, пришедшее на телефон, подсказало, куда идти. Владик Тебя где носит? Алекс уже перекличку начал. Общая лекция у Лануа! Чертыхнувшись, Бауэр практически побежала по коридору. Вот же… Ланц! Мало того, что она из-за него пропустила начало лекции, так он ещё её и засмущал до ужаса! Вот она перед аудиторией, в которой должна проходить общая лекция между первым курсом факультета огня и первым курсом факультета воды по магическим потокам. Александр Лануа, преподаватель, казавшийся добрым, но на самом деле, он очень строг. Особенно по прогулам. Вдох, выдох, заходим в кабинет! А нет, ещё есть время подумать о том, какой он красивый… и как Полина ошибалась, когда говорила, что его не знает. Как ей рассказала мать, Виктория Эриксон и тот самый Алекс, про которых с радостью говорил выпивший отец. Странно, что Поля помнила Викки, но абсолютно не помнила Александра. Мать не смогла вспомнить, когда Лануа в последний раз приезжал к ним. Слишком занятой, а Полина сейчас опоздает ещё больше из-за этих мыслей! Дрожащей рукой она постучала в дверь и открыла её. На неё обратились сразу несколько взглядов, одними из которых были взгляд Влада, уже что-то печатавшего в телефоне, взгляд Беллы, что-то конспектирующей в тетради, ну и, конечно же, взгляд преподавателя. Явно недовольный. — А вот Полина Бауэр нам и ответит на вопрос, который я хотел задать группе, — мило улыбнулся Лануа, поворачиваясь к девушке и скрещивая руки на груди. Он неловко мазнул мелом по своему черному пиджаку, но все сделали вид, что не заметили этого. Поля напряглась, огромными глазами смотря на преподавателя, — Давай-давай, закрывай дверь и приготовься. Разве что ко смерти, потому что страшно стало в одно мгновение. Бауэр захлопнула дверь, словив сочувствующий взгляд Владислава. Что, тема попалась совсем лютая?.. — Итак, — Лануа улыбнулся, переплетая пальцы своих рук, — Расскажите-ка мне, Полина Бауэр, про магические потоки элементарного разряда и их плетение в потоке огненного сплетения. Чего?! На лице Полины отразилось недоумение, явно понравившееся Александру. Почему-то мама рассказывала, что он очень добрый и забавный, но Бауэр этого как-то не наблюдает! — Полина, у тебя не так много времени на ответ, — Поля думала всего несколько секунд, но Лануа это уже не понравилось, — Мы это проходили на прошлой лекции, нужно было внимательнее слушать. Бауэр нахмурилась, сжимая кулаки и ненавидящим взглядом смотря на Александра. Вот точно мать с отцом врали насчет его характера и доброты. А он ещё и красивый до безумия! Как его Викки терпит вообще? — Магическими потоками элементарного разряда являются те потоки, которые мы отпускаем при образовании стихии. К ним восприимчив любой маг любого возраста, независимо от того, когда просыпается стихия. Плетение в потоке огненного сплетения углообразное, желательно очень резкое и прочное. Лануа кивнул, поджимая губы. Не то что бы он был разочарован тому, что Бауэр смогла ответить нормально, просто помнил тот цирк, что был у её матери с данной темой. Кажется, Клиффорд ничего так туго не давалось, как это. — Сплетете? — поднял бровь Александр. Полина нахмурилась, но кивнула. Сделать ему сплетение огня? Да легко, только вот она была бы не против пройти дальше в кабинет. Лануа вальяжной походкой подошел к девушке, вставая сзади и укладывая свои руки на её. Поля напряглась, косясь на Владислава, который и сам уже привстал, не веря своим глазам. — Что вы делаете? — покосилась на учителя девушка. — Страхую тебя. Мне уж точно не нужно, чтобы твое сплетение вышло из-под контроля. Он ещё в неё и не верит. Александр, кажется, на прошлых парах вы вели себя более хладнокровно. Ладно, плетение так плетение. Это не сложно, отец учил этому на профессиональном уровне еще в пять лет. Плетение образовалось перед глазами, нужно было лишь дергать за ниточки энергии. Умелыми движениями Бауэр сплетала самую обычную энергетическую атаку огневиков, как вдруг вздрогнула, почувствовав руки преподавателя на… своей талии? — Что вы делаете? — повторила Полина, стараясь не потерять плетение. Лануа не ответил, лишь положил свою голову на макушку Бауэр, — Александр… — Плети, — прервал её мужчина, достаточно грубо сжимая за талию, — Я контролирую и стараюсь не мешать твоим рукам. Логично, но… а можно её не трогать? Плетение с щелчком завершилось и на руке Поли появилась огненная энергия, отличавшаяся от обычного призыва стихии. Получилось не самое лучшее, что могла девушка, но все-таки это первый курс. — Можно было лучше, — слегка щелкнул её по затылку Лануа, отходя, — Проходи и садись. В следующий раз не смей опаздывать. Полина кивнула, ухватывая сумку удобнее и направляясь на свободное место рядом с Владиславом. Как мило, что он занял ей место и теперь не придется сидеть черт знает где. — Это что было?! — прошипел он на ухо сестре, притянув её к себе за воротник, — Какого черта ты обжимаешься с Лануа?! Полина нахмурилась, покосившись на него и открывая тетрадь. Девушка приготовилась конспектировать тему, а не спорить с братом, но у него были несколько иные планы на эту лекцию. — Он тебе нравится, но не настолько же! — Не нравится он мне, — прошипела в ответ Бауэр, заметив, как покосился на них Александр, — Ты преувеличиваешь, а вообще, открывай тетрадь и записывай! Брови Влада взлетели вверх, а глаз задергался от наглости Полины. Да если этот Лануа хоть пальцем попробует её тронуть!..

***

Во дворе раздавался дикий смех, периодически подкрепляемый визгами и плесками воды, которой играл на своих пальцах Никита. Обняв Эмилию за плечи, он раскручивал воду вокруг них, иногда обливая Эми и слушая забавные визги девушки. Напротив них сидели Полина и Влад, хмурившиеся друг другу, а сбоку, тыкающая Владислава, к слову, Белла. Павел, забив на всех, лежал на скамейке, свернувшись не очень понятной кучей. Насколько все поняли, он хотел спать. Но, ему недолго удалось поваляться, так как через десять минут его стащил оттуда пришедший Эдвард. — Изверги… — Лануа сонно протер лицо, а в следующую секунду на него вылилось литра два воды, — МЕНДЕС! Никита и Эми рассмеялись, поворачиваясь друг на друга и начиная смеяться ещё сильнее. Смех закончился тем, что Ник легонько поцеловал Эмилию, а на заднем плане закатил глаза Павел, усаживаясь на траву рядом с Беллой. — Эй, прекратите напрягать меня своей романтикой, — буркнул Владислав, — Между прочим, у меня печаль! — И какая у тебя печаль? — Павел снова закатил глаза, — Кажется, или ты сегодня утром флиртовал с Нефф? Влад закатил глаза, косясь на Лануа и уже получая кучу заинтересованных взглядов. И тычок в бок от Полины, заинтересовавшейся больше всех. — А ты чего палишь, рыжий?! — вытянувшись вперед, Бауэр пнул Павла по ноге. Лануа нахмурился, пиная в ответ, — Ты нарываешься на битву! Эми закатила глаза, опираясь на Никиту, а следом получая поцелуй в шею. Гросс улыбнулась Мендесу, потянувшись к его лицу. Ник убрал волосы с лица Эмилии, приподнимая её за подбородок и накрывая девичьи губы своими. Девушка улыбнулась в поцелуй, обнимая Никиту за талию. Даже никто слова им не сказал, но… — БЛЯТЬ! И громкий плюх, звук травы и хохот. Ребята оторвались друг от друга, пытаясь понять, что произошло. Что произошло нашлось чуть поодаль. Лануа, лежащий калачиком в десяти метрах от них. И пытающийся не умереть от смеха, как и все, кто это видел. — БАУЭР, ТЕБЕ ЖОПА! Никита улыбнулся, смотря на это и решив даже не спрашивать, как так произошло. Судя по всему, виноват Влад. — Оп! — через лежащего на траве Павла перескочила та, которая заставила Ника отвести глаза и постараться нормально вдохнуть. Девушка с размаху плюхнулась туда, где до этого сидел Паша, улыбаясь всем, — Привет, малышня. О чем разговариваете? — Привет, — улыбнулась Белла Софии, поправляя хвостик, — Смотрим за тем, как твой брат укатывается от нас. Лануа обернулась назад, осматривая кряхтящую кучу, пытающуюся подняться на ноги. И развернулась назад, демонстративно махнув на него рукой. — Эй, ты предательница! — раздалось от Павла, вызывая ещё больший смех в компании. Соня поправила светлую прядь волос, обнимая свои коленки и укладывая голову на них же. Покосилась на Ника, пытающегося избежать пересечения взглядов. Эх, какой же он все-таки ребенок в этом плане. Длинная женская рука протянулась к его лицу, поднимая вверх. Так, чтобы ему пришлось поднять взгляд. Эми нахмурилась, но ничего не сказала. — Прекрати избегать наших взглядов. Мендес кивнул, несколько секунд не сводя со светлых глаз взгляда. София улыбнулась ему, первая разрывая зрительный контакт. Потому что ей на опущенные — зря — колени плюхнулся Павел. — Уй, тебе же не три больше… — прокряхтела девушка, обнимая брата, — Ты тяжелый. — Сочту за комплимент. — Зря. — Какие вы милые, — прокомментировал Влад, опираясь на свои руки, — Пашуль, ничего не сломал? — Пока нет, но в будущем что-то сломаю тебе, — мило прищурился Лануа, опираясь локтём на плечо сестры, — Не больно? Последнее, конечно же, было обращено не к Бауэру. София покачала головой, в следующую секунду прищуриваясь. Ей это кажется или… Там воздух как-то странно вибрирует? Не кажется, солнце осветило знакомую девочку, вышедшую из пустоты. Тёмные волосы впервые за всё время знакомства Софии с ней были распущены и опускались слегка волнистым полотном до середины спины, а глаза сияли то ли беспокойством, то ли желанием поскорее что-то рассказать. — Ник, мы можем поговорить? — ребята обратили на неё внимание, в том числе и тот самый Ник. Мендес вздохнул, крепче обнимая Эмилию. — Я занят, — сколько раз он просил её не выходить к его друзьям и не приставать к ним? Как со стеной разговаривать. Да и то эффективнее будет, чем о чем-то просить эту девчонку. — Ты просто сидишь, — Рори смотрела на него в упор, делая шаг вперед. — Я разговариваю. Слиняй отсюда к отцу, — руки Ника что-то коснулось. Точнее, кто-то. Обернувшись, он заметил знакомую руку с голубыми ногтями, а затем услышал и голос. — Не будь с ней таким грубым. Поговори. София переплела их пальцы, видимо, совсем забыв, что рядом с ними сидит девушка Мендеса. Эмилия тяжело вздохнула, пытаясь успокоить ревность. А зачем её успокаивать? Если до этого София просто пыталась сгладить неловкость, то теперь она просто его за руки лапает! Выпутавшись из объятий Ника и наплевав на вопросительный взгляд парня, она подскочила, огибая всех и направляясь в Колледж. Никита чертыхнулся, вставая с места и собираясь направиться за девушкой. — Ник… — попыталась Рорика, хватая его за руку. — Хватит подлизываться, я не собираюсь сейчас с тобой разговаривать! — сверкнул глазами Мендес, стряхивая сестру со своей руки, — Я тебе сто раз говорил не приставать, и чем это закончилось? Быстрым шагом он направился к учебному заведению, очень надеясь, что Эмилия не успеет быстро убежать туда, где он её не найдет. — Эй, не грусти, — улыбнулся Рори, пребывающей в каком-то состоянии между слезами и непониманием, Влад. Протянув руку, он потеребил девочку по руке, — Он не хотел тебя обидеть. Освободится и вы поговорите, ты главное не расстраивайся. Рорика обняла себя руками, направляясь прочь от ребят и, честно говоря, собираясь забиться куда-нибудь в укромный уголок Колледжа и поплакать. Или уехать домой, в город, порталы ещё открыты. — Постой, — окликнула её София, — посиди с нами. Мендес обернулась назад через плечо. Посмотрела на Лануа, пытаясь понять, шутит она или нет. Но девушка улыбалась, кивая Рори и приглашая её на место, с которого вспорхнули Эми и Ник. — Правда?.. — Никита вдалбливал ей, что все его друзья будут против такой малявки. Но, как оказалось, все было лучше. — Конечно правда, — Павел поманил её рукой, — садись. А не такие уж и плохие у Ника друзья.

***

— Что случилось? — Никита выловил Эми за руку, прижимая её к стене в пустынном коридоре, — Почему ты так резко стартанула? Гросс посмотрела на него злым взглядом зелёных глаз, пытаясь вырваться из крепкой хватки парня, проскользнувшего пальцами вниз, к её талии. Пухлые женские губы сжались в тонкую линию, а руки прямо горели дать ему по лицу. Сначала за ручку держится со своей бывшей, а потом этими же руками хватает её. — Иди к своей Соне, отстань от меня, — буркнула Эмилия, начиная вырываться чуть более активно. Бровь Никиты взлетела вверх, что не осталось незамеченным девушкой, — не делай вид, что не понимаешь, о чем я говорю! Очень трогательно вы держались за ручки! Мендес вздохнул. Черт, вот она, ревность! Как же он надеялся, что Гросс будет не такой. — Она просто взяла меня за руку, чтобы обратить на себя внимание, — каменным тоном сказал парень, смотря прямо в сверкающие глаза девушки, — Мне казалось, что ты должна быть чуть умнее в этом плане. — Правильно, назови меня тупой. — Я не об этом, — Никита провел рукой по её лицу, от чего девушка дернулась, — перестань. Соня моя бывшая и останется моей бывшей. Я не хотел бы возвращаться к этому разговору больше. — Ты… — Эмилия покраснела, — любишь меня? Мендес вздохнул, накрывая губы девушки своими и оставляя этот вопрос без ответа. Поцелуй был тихим, спокойным и размеренным, пока Эми не подалась вперед, прижимаясь грудью к груди Ника. — Нарываешься, — одной рукой Мендес открыл дверь комнаты девочек, которая как раз оказалась очень рядом. Эми собралась направиться туда, но, Никита поймал её раньше. Гросс улыбнулась ему в губы, прикусывая их и начиная расстегивать рубашку парня. Легким движением он избавил её от галстука, провел руками по коленкам вверх, зарываясь под юбку. Эмилия слегка испуганно вздрогнула, когда рука Мендеса коснулась кожи под тканью. — Тише, — прошептал он в губы девушки, опрокидывая её на кровать и нависая над ней, — Не бойся. Рубашка Эмилии полетела в сторону, Никита прикоснулся мягкими губами к нежной коже груди, а его рука потянулась к лифчику, расстегивая его в миг. Зубы аккуратно касаются набухшей груди, Гросс перехватывает воздух и упирается руками в плечи парня и… Стук в дверь. — Десять секунд и я захожу! Спасибо, что предупредил! Никита закатил глаза, накрывая губы Эмилии своими. Девушка забрыкалась, в попытках вырваться и поскорее одеться, но… Ладно, наверное, Влад не зайдет без предупреждения. Что ему вообще понадобилось в женской комнате? — Ник… — Ладно-ладно, — парень, как самый одетый, поднялся с девушки и принялся помогать ей собирать вещи, разбросанные вокруг кровати, — Это наше проклятье. — Видимо, до свадьбы ни-ни, — улыбнулась Эми, застегивая пуговички и пытаясь привести себя в порядок. — Мечтай. Мендес, подмигнув ей, первым выскочил в коридор, прислоняя собой дверь. Пусть Гросс приводит себя в порядок. — Чем занимались? — его встретило насмешливое лицо Владислава, опиравшегося на стену, — Сильно помешал? Никита закатил глаза, скрещивая руки на груди. И резко поворачиваясь в бок, справа от друга. — Снимай невидимость. Раздался женский вздох, а потом появилась и Рорика. Ник недовольно на неё посмотрел, а девочка зажмурилась, приготовившись получать по голове. Да уж, странная реакция на своего собственного старшего брата. Ник, наблюдая за этим, вздохнул, поправляя вспотевшие волосы. Да уж, обломал их Влад… — Что ты хотела мне сказать? — самое время, чтобы поговорить. Когда за твоей спиной, за закрытой дверью, твоя девушка пытается сделать вид, что вы крестиком там вышивали. Рори зеркально скрестила руки на груди, отводя взгляд. Он её обижает, а она должна будет ему рассказывать? И плевать, что они только поэтому и пришли с Владом сюда! — Ну? — Мендес не хотел ждать. Тем более, скоро выйдет Эмилия и тогда он снова не захочет слушать Рорику. — У нас будут брат и сестра, — тихо произнесла девочка, исподлобья смотря на то, как меняется выражение лица Никиты. Парень изогнул бровь, недоверчиво смотря на сестру. Да ну, правда что ли? Спустя четырнадцать лет после последнего ребенка? Мелкая что-то определенно спутала, подслушала неправильно. — Откуда информация? — хмуро спросил Мендес. Не то что бы он не рад, просто звучало весьма сомнительно. — Папа сказал. — Та-а-ак… — хорошо, отец уже более весомый аргумент, — А почему брат и сестра? Рори нервно заламывает пальцы, а потом, подняв взгляд на брата, резко выпаливает: — Потому что это двойняшки. «Пиздец моим нервам. Нужно искать, куда переезжать»