Bro Bonding in B-Sharp Major

Бокуто ненавидел вставать ранними утрами. Он не то чтобы не мог встать в школу, просто ему было до смешного трудно. Обычно это занимало у него три отложенных будильника (каждый с интервалом в пять минут) и два стука матери в его комнату, повторяющей одно и то же одинаковым пронзительным голосом, о том, что у него не было бы проблем, если бы он ложился спать пораньше. После этого он потянется, выползет из своих теплых одеял и, наконец, направится в ванную. Это было утро, когда он спал по семь часов. А, по утрам, когда он спал меньше, это было просто ужасно. Сегодня было именно такое утро. Слышится знакомый и раздражающий тон Kyary Ponponpon (Бокуто совершил ошибку, установив эту песню как мелодию будильника, посчитав её очень забавной; позже он возненавидел её так сильно, что однажды кинул свой телефон через всю комнату, чтобы заставить её замолчать, особенно когда он мало спал) в пятый раз. Бокуто ткнул пальцем в ярко освещенный экран, и наконец, заглушил голос, который, казалось, сводит его с ума. Со стоном он приподнялся на локтях, протер глаза и потянулся к телефону — проверить, вдруг за те четыре часа, что он проспал, случилось что-нибудь. Экран блокировки удивил его сообщением с фейсбука от…Акааши? Бокуто увидел только часть сообщения, появившуюся на экране: «Бокуто-сан, я хотел поблагодарить тебя за прошлую ночь. Пожалуйста, не беспокойся о...» ...полное сообщение можно было просмотреть в приложении, и Бокуто собирался разблокировать свой телефон, когда услышал голос мамы, напоминавший о том, что он проспал на 10 минут. Он умирал от желания узнать, что написал сеттер, внезапно вспомнив события той ночи. Он почувствовал одновременно невероятную тревогу и необычайное удовлетворение, потому что ему никогда раньше не приходилось иметь дело с чем-то…Подобным. Покосившись на сообщение, он справедливо решил, что сначала стоит заняться утренними делами. В конце концов, сообщение может и подождать до поездки в школу. Только закрыв дверь в ванную, Бокуто заметил эрекцию, приподнимающую его спортивные штаны. Ну конечно же. Это был еще один побочный эффект нехватки времени из-за сна. Теперь он должен был добавить холодный душ к своему утреннему распорядку. Какое-то мгновение он раздумывал: не пожертвовать ли ему своей прической, чтобы вовремя попасть в школу? Но, увидев черно-белое гнездо на его голове, он окончательно убедился: он определенно собирался опоздать. Только когда он с жадностью набросился на свой завтрак (каким-то чудом всего на пять минут отставая от обычного утреннего графика), Бокуто сумел прочитать все сообщение, которое прислал ему Акааши: «Бокуто-сан, я хотел поблагодарить тебя за прошлую ночь. Пожалуйста, не беспокойся, о том, что мы сделали. Постарайся вести себя нормально в школе и не позволяй чувству неловкости или смущения встать между нами. Мое отношение к тебе не изменилось, и предложение провести остаток выходных вместе все еще остается в силе. Возьми сменную одежду, если ты все еще заинтересован. Увидимся в школе». Бокуто отчасти почувствовал облегчение от этого сообщения, отчасти — легкое раздражение. Да, временами он мог немного нервничать и переживать, но такое длинное сообщение, написанное только для того, чтобы успокоить его, казалось немного высокомерным. С другой стороны, Акааши иногда бывал довольно высокомерным, и ас должен был признать, что у него наверное были на то причины, учитывая его собственный эмоциональный дисбаланс. Бокуто решил, что он все-таки доволен этим сообщением; оно отлично справилось с его тревогой. И, конечно же, он еще больше приободрился; Акааши все еще хотел повторить… Определенные действия лично, и Бокуто очень сильно разделял это желание. — Эй, мам, ты не против, если я переночую сегодня у Акааши? — спросил капитан, чувствуя, что разрешение от родителей было бы хорошим началом. Его мать, быстро отвернувшись от сковороды, бросила на него удивленный взгляд. — Если его родители согласны, то меня это вполне устраивает. Только не наделай глупостей, ладно? — ответила она с легкой тревогой в голосе. Родители Бокуто были очень тревожным, заботливым типом (несмотря на то, что Бокуто почти закончил старшую школу), но они не были строгими. — Конечно. Просто поиграем в игры и все такое, — ас усмехнулся, прекрасно понимая, что они собираются сделать нечто гораздо большее, чем просто играть в игры. Но его мать явно была не из тех, кому следовало рассказывать о своих сексуальных похождениях. В конце концов, для этого у него был Куроо. У него было предчувствие, что их следующий разговор с капитаном «Некомы» будет долгим. Будет ли это эйфория или полная трагедия, зависит от того, что произойдет днем и на следующий день.

***

Как и предполагалось, Бокуто проспал большую часть урока английского языка. Он был обязан этим своему учителю, который был скучным человеком средних лет без страсти к своему предмету и очень ограниченным знанием языка. Ученики, почти окончившие старшую школу, все еще были вынуждены запоминать глаголы в разных временах, практически не зная, как их использовать в разговоре, не говоря уже о том, что им очень не хватало словарного запаса. Но Бокуто был не из тех, кого это волновало. В любом случае, он не планировал в ближайшее время связываться с какими-либо иностранцами. Услышав громкий звонок, возвещающий об окончании плохо подготовленного урока, Бокуто потянулся на своем стуле, потирая веки, в надежде прогнать сонливость. Восполнив себе недостающую часть времени от своего драгоценного сна, он чувствовал себя немного бодрее и готовым к бутерброду, который ждал его до перерыва на обед. Также на этой перемене он должен был встретиться с Акааши лично в первый раз после всего, что произошло и, несмотря на то сообщение, он вдруг осознал, что ему не терпится увидеть его. Сможет ли он вести себя как обычно, после того, как увидел гениталии своего друга? И не только это. Он видел его оргазм, кроме того, Акааши видел то же самое. Он собирался это выяснить. — Бокуто-сан? — голова Акааши заглянула в класс, а следом за ней и его стройное тело, сделавшее несколько шагов в сторону аса. — Может быть, поедим вместе? — Да, — быстро ответил Бокуто, доставая из сумки бутерброд и с легкой улыбкой направляясь к сеттеру. Он казался таким же, как и всегда: сдержанным, невозмутимым и грациозным, возможно, только слегка более усталым. Бокуто быстро смекнул, что ему нечего бояться. Они провели обеденный перерыв на крыше, наслаждаясь теплой погодой, среди нескольких других знакомых учеников. Когда они закончили трапезу, первым заговорил Акааши:  — Ты получил мое сообщение сегодня утром? — А, ну да, — Бокуто вдруг вспомнил. Он так и не ответил. — Я определенно все еще заинтересован. — Тогда это приятно слышать, — Акааши кивнул, спокойно глядя на Бокуто и, казалось, наслаждаясь его сияющим лицом. — Но, если честно, — начал Бокуто, обращаясь к мысли, которая на какое-то время затуманила его разум, — я очень удивлен, что ты тоже заинтересован. — И почему же? — сеттер склонил голову набок, слегка нахмурив брови. — Разве я похож на человека, который не получает удовольствия от подобного? — Ну… — Бокуто нервно улыбнулся и потер шею. — Я думал, ты держишься сам по себе, и тайно испытываешь отвращение к.…ну, ты знаешь…этому. Я бы никогда не подумал, что ты из тех, кто делится такими вещами. — Да, я полагаю, что обычно держу такие дела в секрете. Честно говоря, наш первый разговор прошлой ночью застал меня врасплох, — Акааши говорил, погруженный в свои мысли, уставившись на какую-то непонятную точку на заборе. — Но меня привлекла эта идея. Просто, мне любопытно. И я доверяю тебе достаточно, чтобы узнать об этом чуть больше. — Акааши! — воскликнул Бокуто в полном блаженстве, следя за сеттером глазами, в которых едва не блестел трепет и слезы счастья. — Для меня это очень важно. — Мы же друзья, Бокуто-сан, — продолжал Акааши, изо всех сил стараясь не обращать внимания на мгновенную вспышку аса. — Или «бро», как ты это называешь. Не говоря уже о том, что ты предложил это первым. Не так уж и странно, что я выбрал тебя. — Ну и отлично! — Бокуто взволнованно кивнул, заверяя Акааши, что он так же готов к близости, как и сеттер. — С тобой все по-другому. Совсем по-другому…но в хорошем смысле! — Да, я знаю, что ты имеешь в виду. И еще одна вещь, которая убедила меня… — Акааши на мгновение замолчал, подыскивая нужные слова. — Между сеттером и асом существует особая связь. Я думаю, что более глубокое погружение в это может улучшить нашу игру. Волейбольная практика - это еще не все, что составляет игрока в конце концов. — Вот именно! — Бокуто вспомнил, почти вскочив со скамейки, на которой они сидели, вспоминая, как на сайте, который он читал, описывалось углубление дружбы взаимной мастурбацией. — Я не думал об этом, но это звучит вполне логично. О боже, я просто в предвкушении сейчас! Акааши пришлось слегка покачать головой в ответ на типичное для аса возбуждение, каждый раз, когда речь заходила о волейболе. Он считал его энтузиазм почти милым и точно знал, что сказать, чтобы увидеть его в таком состоянии. Тем не менее, он никогда не мог полностью контролировать шумного Бокуто. Однако теперь ас лишь с усмешкой наблюдал за ним, ерзая на скамейке. Вскоре он снова широко улыбнулся и протянул сеттеру кулак.  — Для брошипа. Акааши лишь вздохнул, подняв руку, чтобы их костяшки соприкоснулись в дружеском ударе.  — Для брошипа, — он произносил слова, которые считал в основном глупыми (учитывая, что да, вся процедура была фактически направлена на поддержку их дружеских отношений), но, если это делает Бокуто счастливым, то он повторит это. Оставшуюся часть обеденного перерыва они провели вместе, и Акааши не мог не заметить, что Бокуто, казалось, наблюдал за ним более пристально, обращал больше внимания на его слова и улыбался чуть ярче, чем обычно. Этот факт делал его чуть более счастливым.

***

Как только их ежедневная тренировка закончилась и раздевалки начали освобождаться от игроков «Фукуродани», Бокуто послал Акааши знакомое подмигивание. Асу было необычайно легко пробивать пасы своего товарища по команде, и, несмотря на несколько ошибок со стороны Бокуто, их игра была динамичной. Улучшение их отношений, казалось, быстро сказалось на их игре. И это все еще было только благодаря скайпу. Когда Бокуто переоделся в спортивный костюм, он потянулся к своей сумке.   — Эй, Акааши. Я взял свою любимую футболку на сегодня. Повернувшись, сеттер увидел, как он достает из сумки серую футболку, и на мгновение задумался, что же в ней такого особенного, прежде чем заметил большие черно-белые буквы спереди: «SleepBROver» Это было так похоже на Бокуто, что Акааши мог поклясться, он почувствовал, как тяжелые уголки его губ приподнялись, пусть даже всего на несколько миллиметров. На футболке также был предупреждающий желтый знак, изображающий двух парней, сидящих на спальных мешках. Сеттеру оставалось только гадать, как часто Бокуто использовал футболку для таких ситуаций. Ас должен был признать, что он купил её только потому, что он нашел её забавной. Он был счастлив, что наконец-то предоставился шанс использовать её по назначению. Молчаливо улыбающиеся глаза Акааши, казалось, согласились с ним.

***

Короткая прогулка, несколько станций и чуть меньше часа спустя Бокуто уже вошел в комнату Акааши. Комната казалась довольно обычной, возможно, как и сам Акааши на первый взгляд. На какое-то мгновение Бокуто задался вопросом: не специально ли сеттер привел комнату в порядок для его визита? Как только зажегся свет, его сумка опустилась на землю. Входная дверь закрылась, оставив его и Акааши одних в пустом доме. Бокуто изо всех сил пытался решить, что сказать и с чего начать. Должен ли он предложить немного поиграть в игры или просмотреть смешные видео? Будет ли это слишком настойчиво или другой вариант будет слишком уклончивым? Следует ли ему дождаться, пока сам Акааши заговорит об этом или же начать разговор самому? Стоит ли ему шутить по этому поводу или относиться к этому серьезно? Вопросы роились в его голове, когда атмосфера сгустилась от неловкости, и он обнаружил, что смотрит на стену, слегка покачиваясь с ноги на ногу в нерешительности. — Бокуто-сан, ты хочешь сделать это сейчас или позже? — Акааши избавил его от страданий. «Его умение читать настроение — истинный дар», — подумал Бокуто, уже готовясь к ответу. — Да… Если ты не против, давай попробуем прямо сейчас, — ас ответил с нервной улыбкой, его взгляд опустился к ногам Акааши, опасаясь смотреть прямо в его холодные уверенные глаза. Сеттер кивнул и направился к своей кровати, вежливо пригласив Бокуто присоединиться к нему. — Честно говоря, во время моего вчерашнего исследования я нашел одну позицию, которую хотел бы попробовать, — объяснял Акааши, пока Бокуто сидел, скрестив ноги, и смотрел на него с любопытством, склонив голову набок. — Можно мне… Прикоснуться к тебе? Я могу показать тебе, что я имею в виду. Ас с широкой улыбкой громко подтвердил, что да, он может прикоснуться к нему. Его щеки слегка покраснели, а глаза едва могли сфокусироваться на Акааши. Сеттер только кивнул и медленно раздвинул ноги Бокуто, прижав их к матрасу.  — Как ты думаешь, ты выдержишь мой вес? — Ага, — Бокуто ответил, едва ли понимая, на какой вопрос он сейчас отвечает, потому что он наконец сосредоточил свой взгляд на Акааши и это привело его в оцепенение. Это был все тот же прилежный, осторожный Акааши. Он был очарован стройной фигурой, опирающейся на его бедра. В следующее мгновение (ас с трудом мог вспомнить, как именно это произошло) Акааши сидел у него на коленях, опираясь на плечи Бокуто, его колени упирались в кровать, ягодицы покоились на бедрах. На какое-то мгновение Бокуто захотелось спросить, зачем это нужно, но как только Акааши дернул бедрами вперед, потираясь о его спрятанный где-то в спортивных штанах член, Бокуто все понял. Забыв о своих заботах, ас закрыл глаза и глубоко вздохнул. — Каково это, Бокуто-сан? — хриплый голос Акааши долетел до его ушей. — Хорошо. Это… Очень хорошо, — он усмехнулся в ответ, открыв глаза и увидев сеттера с чуть приоткрытыми губами. Темно-синие глаза смотрели на него, пронзая его каким-то скрытым вожделением. Бокуто послал ему кокетливую улыбку, прежде чем положить руки на бедра Акааши. — А как ты себя чувствуешь? Однако, не дал ему шанса ответить, прижимая его бедра к своим, позволяя маленькому вздоху вырваться с его губ от внезапного приятного ощущения. — Тоже хорошо, — наконец ответил Акааши, впиваясь пальцами ему в плечи и позволяя тихому стону вырваться из его горла. Лучшего ответа Бокуто и представить себе не мог. Он двигал бедрами вперед и назад в медленном ритме, слыша свое тяжелое дыхание и видя, как Акааши закрыл глаза и прикусил губу. Это было так просто, но в то же время удивительно. — Акааши… — Бокуто вздохнул и слегка расслабился, почувствовав, что сеттер внезапно начал сильнее тереться о его бедра, как будто брал инициативу в свои руки. И это было очень приятно, но Бокуто хотел большего, чем просто приятные потирания. Когда темноволосый наклонился вперед, положив ладони на плечи Бокуто, ас прошептал: — Может снять одежду? — Да, давай, — почти сразу же выдохнул Акааши, слегка удивленный тем, что почти соблазнительный голос Бокуто так ему понравился. Особенно учитывая то, как неловко он себя чувствовал. Но ас, казалось, был готов к этому, и сеттер мог только подчиниться. Акааши начал его раздевать — начав с футболки Бокуто; он задрал подол, дюйм за дюймом открывая под ней хорошо сложенное тело, рассматривая его очерченные брюшные мышцы, затем гладкую грудную клетку, прежде чем увидел его лицо, когда одежда скользнула мимо его вытянутых рук. Он должен был признать — у капитана было действительно очень красивое тело. Отложив футболку в сторону, сеттер заметил уверенную улыбку Бокуто. Бокуто снимал с сеттера футболку слишком осторожно, чтобы не потянуть его за волосы и не испортить момент. Теперь Бокуто заметил светлый тон кожи Акааши и его худощавое телосложение. Он никогда не видел его тела вблизи. Он никогда не был так близко к нему физически, никогда не осмеливался прикоснуться к нему. Теперь он позволил кончикам пальцев скользнуть по теплой коже груди, вниз к талии и вокруг спины, мягко исследуя незнакомую территорию. Акааши только наклонился ближе к нему, чувствуя, как затвердевшие пальцы теперь гладят его по спине до самых бедер. — Бокуто-сан… — машинально выдохнул он, надеясь выразить свое одобрение этой нежной ласке. Его голос, однако, только вернул аса в реальность. — О, боже, мы снимали с себя одежду, давай сделаем это, да, — пробормотал Бокуто, потянувшись к резинке спортивных штанов Акааши, чувствуя себя так, словно он бессознательно переступил некую границу, и гадая, не доставляет ли он неудобства своему другу. Сеттер поднялся, опершись на свои колени, предоставляя ему доступ к движению, чтобы снять с него штаны. — Мне было так хорошо, Бокуто-сан, — Акааши почувствовал потребность высказаться, уставившись в какую-то точку на стене. — Твои прикосновения. Мне понравилось. Бокуто все понял, и сеттер был уверен, что тот улыбается, теперь они могли действовать в правильном порядке. — Тогда я все это сниму. Акааши только кивнул, прежде чем его член освободился от трусов, и Бокуто посмотрел на него сверху вниз с каким-то необычным удивлением в глазах. — Хорошенький, — Бокуто хмыкнул, как будто он был один и ему не нужно было беспокоиться о том, как сеттер отреагирует. — В реальности он еще красивее. И это действительно было так, стройный и чистый. В глубине души он задавался вопросом, как он должен чувствовать себя после того, как увидел эрекцию своего близкого друга, но желание прикоснуться к нему росло в его уме, перекрывая все вопросы. Тем временем Акааши заставил себя отнестись к этому замечанию с ухмылкой, что было настоящим подвигом, учитывая его внезапное непреодолимое желание расхохотаться. Бокуто был определенно отличным выбором. Полностью сняв штаны и отложив их в сторону, Акааши сел рядом с асом, не поднимаясь пока по его бедрам, прекрасно зная, что ему все еще нужно избавиться от нижнего белья своего партнера, прежде чем они смогут начать. Заложив пальцы за край штанов Бокуто, он посмотрел на него, ища окончательного подтверждения, и, увидев решительный кивок капитана, стянул вниз оставшуюся одежду. Его глаза быстро встретились с длиной Бокуто, его член выглядел так же нетерпеливо, как и его хозяин. Они оба были полностью обнажены. Только вот, как они теперь будут действовать? Возможностей было предостаточно, и Бокуто никак не мог решить, а что если зайдут слишком далеко? — Так… Это будет взаимная мастурбация? — спросил Акааши, снова пытаясь глазами найти хоть какое-то умиротворение чувствуя, как легкая теплота поднимается по его щекам. Это был не совсем тот вопрос, который он задавал каждый день. — Да, звучит… Хорошо, — согласился Бокуто, чувствуя, что и сам сейчас краснеет, видя легкое замешательство своего друга и находя его одновременно милым и естественным, учитывая сложившуюся ситуацию. Акааши быстро вскарабкался на его колени еще раз, оставляя только дюйм или два пространства между двумя членами. В этот момент он только дотянулся до члена Бокуто, мягко поймав его, вызвав одобрительный вздох. В следующее мгновение он почувствовал, как прохладная рука обхватила его собственный член, и инстинктивно закрыл глаза. Вскоре он обнаружил, что отчетливо ощущает каждый палец Бокуто на своем члене; медленные поглаживания сверху вниз, медленно и мягко, не торопясь, так заботясь о темпе. Тем временем Бокуто получал такую же мягкую и возбуждающую терапию. Когда Акааши оперся на его плечо одной рукой, вторая сделала еще несколько уверенных поглаживаний, прежде чем прибегнуть к растиранию головки большим пальцем, когда остальная часть его руки скользнула вверх и вниз по его длине. Медленно теряя себя от ощущения, он почти забыл об Акааши, и почувствовал, что часть его сознания вернулась к нему, когда сеттер толкнулся бедрами в его руку, призывая к действию. Открыв глаза, он обнаружил, что Акааши все еще крепко зажмурился и нахмурился, сосредоточившись на получаемом удовольствии. В тот момент, когда Бокуто сжал его еще крепче и резко скользнул по всей длине, рот сеттера открылся, и он издал отчаянный стон — удовлетворенный, но все же просящий большего. Ас не собирался сдерживаться, продолжая двигать рукой, ускоряя свои движения, наблюдая, как Акааши выгибает спину и тяжело дышит у него на коленях. Но все это время хватка сеттера на члене Бокуто ослабевала, и теперь он едва поглаживал его. Еще одним движением Бокуто случайно потер их головки друг о друга. И вдруг он понял, в чем дело. Обняв Акааши за талию и прижав его к себе, он мог дотянуться до него без особых усилий.  — Я потру их друг о друга, хорошо? — прошептал он. Но Акааши почти не слушал его, только придвинул бедра ближе, убрав пальцы с Бокуто. В следующее мгновение он почувствовал, как ас прижался к нему, а теплая рука прижала их члены друг к другу. Довольно скоро Бокуто уже гладил их члены, наблюдая, как они терлись друг о друга, как они скользили под его рукой, видя, как уретры покрываются каплями предэякулята. Это уже почти доводило его до кульминации, и вскоре он уже лихорадочно приближался к ощущению, которого желал больше всего. И вдруг он кончил, со стоном какого-то бессвязного выражения удовольствия. В глазах потемнело, зубы сжались, и он мог только чувствовать, как эйфория наполняет его тело. Затем, тяжело дыша, медленно, медленно возвращаясь с высоты затуманенного сознания, он вспомнил об Акааши и понял, что тот еще не достиг оргазма. Акааши с тяжелым дыханием и полузакрытыми глазами двигал рукой по своему члену, жаждая разрядки. В одно мгновение Бокуто обхватил член сеттера, закрыл глаза и стал ласкать его со всей энергией, которую он мог позволить себе после оргазма. Акааши всхлипывал и цеплялся за плечи Бокуто, пока не достиг кульминации. Они оба наслаждались блаженством, и их усталые тела ссутулились, напряжение ушло от них. Тяжело дыша Бокуто быстро обнял Акааши, прижимая их теплые тела друг к другу. Сонно положив голову на плечо друга и отдыхая несколько секунд, Бокуто наконец осмелился произнести что-то в еще теплой, но медленно остывающей тишине. — Акааши, — прошептал он. — Это было потрясающе. — Да… — вздохнул Акааши. — Очень хорошо. — Спасибо, — Бокуто почувствовал необходимость выразить хотя бы минимальную благодарность. — Хочешь повторить это еще раз? — спросил сеттер. — Да, безусловно, да. — Тогда не надо меня благодарить, — спокойно ответил Акааши. — Зная, что тебе это понравилось, для меня это уже «спасибо». — Как великодушно с твоей стороны, Акааши, — Бокуто усмехнулся, быстро проведя усталой рукой по талии сеттера. — Да, — ответил Акааши, молча оценив легкое прикосновение и нежно обняв аса покрепче. — Надеюсь, тебе было не больно. Я был довольно груб, — Бокуто заговорил после некоторого раздумья, выражая свою легкую тревогу из-за того, что он держал его так близко, в то время, как они были испачканы их телесными жидкостями. — Не обращай на это внимания, мы сейчас примем душ. Это было довольно… Приятно. — Акааши поймал себя на том, что признается, потому что он был уверен, что его друг разделяет его впечатление. — Но чувак… — Бокуто, казалось, успокоился и почти насмехался над собой беззаботно, как он обычно делал, когда не был уверен в идеальном исполнении. — Это довольно неловко; кончать первым и все… — Вчера ты был вторым, — Акааши окольным путем напомнил ему о его собственной «слабости» накануне. — Я думаю, что это очень справедливо. — Хм, ты прав, — Бокуто хмыкнул, подумав, что все и впрямь должно было быть хорошо. В следующее мгновение они погрузились в приятную тишину, прислушиваясь к дыханию и сердцебиению друг друга, думая, что скоро начнут двигаться. Только когда голова Бокуто, казалось, тяжелела все сильнее на его плече, Акааши заговорил. — Бокуто-сан, ты что, засыпаешь? — тихо спросил он, чувствуя, как тело аса обмякло. — Нет… Может быть, совсем чуть-чуть, — Бокуто ответил сонно, как будто его только что разбудили. — Нам надо принять душ, — Акааши медленно освободился от своего сонного друга, держа его за плечи, видя его закрытые глаза и довольную улыбку. Подняв руку, сеттер взъерошил его монохромные волосы и повторил свою прежнюю фразу: «пойдем» Когда Бокуто наконец открыл глаза и начал вставать, в его голове вертелся только один вопрос. — Мы можем вместе принять душ? — спросил он, лишь наполовину осознавая, что произносит эти слова вслух. — Да. — Акааши коротко кивнул, прежде чем встать на пол и убедиться, что Бокуто последовал за ним в ванную. Сама ванная комната была небольшой и уютной — типично для одной семьи. Душ был отделен от остальной части только стеклянной перегородкой, гарантируя больше места по сравнению с традиционными душевыми кабинами со стеклянными дверями. Затащив Бокуто под душевую насадку, Акааши повернул ручку, и их тут же обдало неприятно прохладной водой. Это было непреднамеренно, но, по крайней мере, Бокуто теперь, казалось, проснулся как следует. Когда капли воды, падавшие на его тело, стали теплее, Бокуто протер глаза и, прислонившись к кафельной стене, наблюдал, как Акааши смывает остатки их последней активности, прежде чем погрузить голову в горячий поток. Его глаза были закрыты, и выражение его лица было расслабленным. Бокуто на мгновение задумался, всегда ли он вел себя так свободно в его присутствии? Всегда ли Акааши считал, что мыться вместе, выставляя напоказ свои тела — это естественно? Это всегда было между ними, и Бокуто не замечал этого или это было недавнее последствие событий? Как бы то ни было, ас был доволен ситуацией, чувствуя легкую потребность улыбнуться, наблюдая, как вода стекает по стройному телу сеттера. — Ты не против, если сначала намылюсь я? — спросил Акааши внезапно, как всегда вежливо, возвращая Бокуто в настоящее. — О, конечно, — ас кивнул, понимая, что его намерение, должно быть, заключалось в том, они не могли поместиться под душем вдвоем. Коротко кивнув, Акааши отошел от душа, пролил на руки немного геля для душа и начал втирать его в свое тело, начиная с плеч. Бокуто не был свидетелем всего этого процесса, он воспользовался моментом, чтобы смыть застывший гель с волос, но краем глаза он увидел стройную фигуру Акааши, грациозно покрывающую себя белой пеной, казавшуюся такой нежной, но в то же время несущую в себе огромную силу внутри. Бокуто никак не мог подобрать подходящее прилагательное, чтобы описать внешность сеттера. — Мы можем поменяться? — Акааши снова попросил разрешения войти в горячий поток, и Бокуто занял его место с коротким одобрительным кивком. Как раз, когда он собирался потянуться за бутылкой с гелем и последовать за примером сеттера, старательно очищая свое тело. Пена, покрывающая большую часть тела Акааши, была смыта и, как приоткрывшаяся занавеска, обнажила это произведение искусства. Бокуто поймал себя на том, что изумленно смотрит на него. Раньше он видел Акааши в разной одежде: без рубашки, в одних трусах и совсем голым, как в последнее время, и едва ли эта нагота казалась ему самой поразительной. Наконец он осознал простой факт: Акааши был прекрасен. И в сексуальном, и в романтическом смысле. Он был очень хорош собой, но Акааши вряд ли был просто «красивым», и Бокуто чувствовал, что это было неточное описание. Оглядываясь назад, он, должно быть, всегда понимал это, но никогда не мог полностью выразить словами. Он никогда не чувствовал в этом необходимости, и даже сейчас; он будет держать эти мысли при себе, ему будет достаточно просто наслаждаться присутствием сеттера, как это было всегда. Только теперь он более ясно понимал восхищение своим другом. Он считал, что это было вполне обоснованно. — Бокуто-сан, твоя очередь, — объявил Акааши, освобождая место и еще раз возвращая аса в реальность. С нежной улыбкой Бокуто повернулся, чтобы отмыться от пены, покрывающей его тело. Сеттер был не из тех, кто сосредотачивается на внешности в отношениях с другими. Но Бокуто казался ему тем, кого он мог бы назвать красивым. Его тело было большим и сильным, с хорошо сформированными мускулами, которые были такими же мощными, как и казались. Но Бокуто никогда не выглядел громоздким или неестественным со своими мышцами; это была просто неотъемлемая часть его, нечто, что составляло Бокуто. Акааши пришлось признать, что Бокуто выглядел очень хорошо со всеми своими мышцами, но для него ас никогда не был просто кучей мускулов и бицепсов, которые играли в волейбол и выражали удивительное количество противоречивых эмоций. Нет, Бокуто был гораздо больше этого, и объяснить все, чем он был, было бы так же трудно, как мотивировать его играть в те дни, когда он совершил ошибки и чувствует себя плохо из-за этого. Бокуто был капитаном команды, семпаем и, прежде всего, другом. Одного этого было достаточно для объяснения. Окончив свою короткую цепочку мыслей, Акааши увидел, как Бокуто улыбнулся ему, прежде чем выключить душ и найти полотенца для них обоих. Выйдя из душа, они оба начали вытираться — Бокуто с головы, а Акааши с ног. Только убедившись, что его тело больше не мокрое, сеттер посмотрел на своего друга, проверяя, готов ли он тоже уйти и одеться. Именно тогда он заметил перемену в его внешности, что-то, что он мог только первоначально описать как: Бокуто, каким-то образом стал меньше. — Твои волосы, — сказал Акааши, его глаза были сосредоточены на прическе Бокуто, которая теперь, вместо того чтобы гордо торчать вверх, была взъерошена и неровно спадала вокруг его головы, достигая ушей с одной стороны и создавая импровизированную челку с другой. Было что-то уникальное в этой прическе, и черно-белые волосы Бокуто только добавляли эффект. — А, ну да, — Бокуто вдруг вспомнил об этом, как что-то такое, что казалось ему очевидным, но вероятно, было бы в новинку для того, кто никогда не видел его сразу после душа. — Это происходит всегда, когда я смываю гель; мои волосы везде. Это забавно. Бокуто усмехнулся, и Акааши молча согласился, потому что это заставило аса казаться совершенно другим человеком. Естественно, он все еще оставался Бокуто, но теперь в нем было что-то более мягкое, и дело было не только в волосах. Какая-то часть Акааши обожала новую прическу, и он чувствовал себя очарованным ею. Он нерешительно поднял руку. Глаза сеттера задали ему безмолвный вопрос. Бокуто только кивнул с легкой улыбкой, и в следующее мгновение он почувствовал, как пальцы Акааши гладят его волосы. Это было расслабляющее ощущение, и вид Акааши, мягко приподнявшего уголки губ, принес Бокуто больше покоя, чем что-либо еще. — Это очень мило, — тихо произнес Акааши, еще раз проведя рукой по голове аса. Какое-то мгновение Бокуто молча наблюдал за ним, затаив дыхание, поскольку мысль о том, что в этом мире нет большего совершенства, чем Акааши, пересекла его и задержалась в его сознании. Он никогда не сможет объяснить, какая сила толкнула его сделать то, что он сделал в следующее мгновение. Схватив руку Акааши в свою, он наклонился и поцеловал сеттера в губы. Акааши не отстранился, только застыл от удивления, смущенный и неуверенный в том, что это может означать и что ему следует делать. Когда он наконец решился ответить Бокуто, ас внезапно отпрянул, отпустив руку Акааши и глядя на него с неподдельным ужасом.Что? Зачем и почему?? Бокуто не знал ответов на эти вопросы. — Я… Я… Я такой… — бормотал Бокуто, запинаясь, не находя слов, чтобы объяснить всю эту ужасную ситуацию, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, и пытаясь продолжить. — Прости… Я не… Я не… Я не… Теперь Бокуто прижался спиной к двери, отойдя от Акааши так далеко, как только позволяла маленькая ванная и оказался загнанным в угол. Он посмотрел на стену, закрыл глаза и начал медленно опускаться на пол, потому что не мог объяснить этого, но наверное этим он разрушил их дружбу, и он никогда больше не сможет смотреть на Акааши, потому что он сделал что-то не простительное. Он чувствовал, как слезы давят на его веки и рыдания срываются с его губ, они заглушали любые слова, которые он мог выдавить и которые все еще не могли спасти его. Акааши всегда будет смотреть на него теми глазами, которые, казалось, оценивали каждый его дюйм, и сломленный ас мог только вздрогнуть от отвращения к самому себе. Зачем он это сделал? Ему очень хотелось бы это знать. Лучше бы он этого не делал. Ему очень хотелось исчезнуть. Все лучше, чем сидеть на корточках на полу ванной комнаты Акааши, обхватив голову руками, в тщетной попытке спрятаться от совершенного им глупого преступления. И вдруг он почувствовал, как Акааши убирает его ладони с лица, кладет на подбородок и прижимает что-то к его губам. Бокуто точно знал, что это, и никогда не забудет то чувство, которое возникло за мгновение до того, как он разрушил все, что было между ними. Акааши поцеловал его, мягко, почти не шевеля губами, только нежно сжимая их, в отчаянном усилии успокоить, заглушить панику, охватившую Бокуто. Как только сеттер отстранился, Бокуто почувствовал, что снова может спокойно дышать и, хотя бы попытаться еще раз взглянуть на своего друга. — Но зачем? — спросил Бокуто, увидев мягкие черты лица Акааши и не заметив ни намека на отвращение или неудовольствие в его выражении. — Зачем ты это делаешь? — Потому что все в порядке, — Акааши заговорил, глядя в землю, потому что ему самому было трудно это объяснить. — Потому что ты сделал это первым, и все было в порядке. Потому что в этом нет ничего плохого. Потому что… Я хотел показать тебе, что это нормально. — Разве это не отвратительно? — спросил Бокуто, он как будто спрашивал себя. Он шмыгнул носом и вытер глаза.  — Это не… Просто так. И я хочу, чтобы ты это знал, — признался Акааши, взглянув на Бокуто, чтобы подтвердить свое утверждение, но не чувствуя себя достаточно сильным, чтобы все время смотреть на него. Он также не совсем понимал это. Наблюдая, как смягчаются реакции Бокуто и остывают его эмоции, он также обнаружил, что не понимает, почему они это делают и что это значит. — Ты… Ты ведь не ненавидишь меня, правда? — спросил Бокуто нерешительно, чувствуя, что должен знать, и в то же время понимая, что не совсем хочет услышать ответ. — Конечно, я не ненавижу тебя, Бокуто-сан, — теперь Акааши смотрел на него, глядя прямо в глаза аса, и говорил твердо, искренне. — Мы же друзья. Я бы никогда не возненавидел тебя из-за такой мелочи. Ты для меня очень важен. — Правда? — лицо Бокуто тут же осветилось широкой улыбкой. — Правда, — Акааши кивнул, и Бокуто понял, что он не лжет. — И ты не думаешь, что я гей или что-то в этом роде, да? — ас хотел получить окончательное подтверждение, и это тоже был вопрос, адресованный ему самому. — Нет, не думаю, — покачал головой Акааши. — Многие целуют своих близких друзей только потому, что им это нравится. Это не должно ничего значить. Так же, как и…наша недавняя деятельность. Это просто чтобы снять напряжение, улучшить нашу связь. И я в порядке, если ты хочешь сделать что-то больше. — Правда? — с надеждой спросил Бокуто, не совсем понимая, почему он хочет большего, чем они уже сделали, но он был более чем готов поцеловать его снова и исследовать эту область близких физических отношений глубже. Теперь он снова был самим собой. Его сердцебиение успокоилось, а мышцы расслабились. И все благодаря Акааши. Где-то в подсознании ас был по-настоящему благодарен судьбе за то, что ему удалось избежать сокрушительной панической атаки. Без Акааши он бы не справился. — Да, — Акааши кивнул. — Но, возможно, нам следует одеться прямо сейчас. Я не могу допустить, чтобы ты простудился, Бокуто-сан. И они оба поднялись с пола ванной комнаты, завернулись в полотенца и вернулись в комнату Акааши. Там Бокуто гордо показал свою футболку SleepBROver и пару свитеров, а сеттер, одевшись в свою любимую пижаму, мог только слегка улыбнуться тому, насколько счастливым теперь казался ас. Как это было типично для Бокуто, после его минимумов наступали максимумы, и он часто становился возбужденным, радостным во время них. Учитывая сложившуюся ситуацию, Акааши не мог не радоваться возвращению старого доброго Бокуто. Было гораздо легче успокоить его возбуждение и все еще держать его в положительном настроении, чем поднимать его от моментов сомнения, гнева и ненависти к себе. Не говоря уже о том, что его позитив был восхитительным, и Акааши иногда почти хотел быть таким же веселым, как Бокуто. В любом случае, все закончилось, и они могли спокойно провести вечер вдвоем. Как и говорил Бокуто своей маме, после душа они немного поиграли в видеоигры, в том числе обсуждая школьные и командные темы. Это продолжалось до тех пор, пока запас энергии аса наконец не начал иссякать, и он внезапно не захотел ничего, кроме как лечь спать. Акааши коротко спросил, хочет ли он спать на футоне или вместе с ним в постели, и ответ был так же очевиден, как он и ожидал. Бокуто хотел спать с ним, а Акааши был бы совсем не против. В конце концов, они были связаны друг с другом, и это было бы естественно для таких близких друзей. Бокуто спал у стены, а Акааши — ближе к краю кровати, что было очень кстати, учитывая, что сеттер почти не ворочался во сне. Внезапно ему в голову пришла идея, которая тут же превратилась в желание. Он только надеялся, что Бокуто согласится. — Бокуто-сан, — прошептал он, услышав усталое гудение аса, сигнализирующее, что он все еще бодрствует, но это состояние не продлится долго. — Ты можешь повернуться ко мне лицом? Бокуто с глухим стоном повернулся, и он неожиданно соприкоснулся со стройной спиной Акааши. А он уже понадеялся, что получит поцелуй перед сном.  — Ты можешь закинуть на меня руку? — тихо спросил Акааши, чувствуя, как рука Бокуто тут же обвилась вокруг его талии.  — Ты хочешь пообниматься? — удивленно спросил Бокуто. — Ну и что? — Акааши ответил, и он нашел это необычным, насколько прямо тот мог об этом говорить. Сам сеттер никогда не смог бы выразить это такими ясными словами. — Тогда просто скажи мне, — Бокуто издал усталый смешок, упершись коленями в изгиб ног Акааши. — Мы все равно будем спать вместе. — Спасибо, — произнес Акааши, прежде чем почувствовал, что рука Бокуто давит на него все сильнее. В ту ночь они не занимались никакими другими видами сексуальной связи, и Акааши не был вполне уверен, жалеет ли он об этом или думает, что для первого раза этого достаточно. В любом случае, у них был еще один день. Он был уверен, что ни он, ни Бокуто не позволят ему пройти просто так, не испробовав еще одну необычную сексуальную практику. Молча, как будто скрывая секрет от всех остальных, он с нетерпением ждал этого момента. Полусонный, он только признался себе, что был счастлив, что согласился с идеей Бокуто про скайп.