Ты так похож на своего отца

Гермиона сидела у камина. В гостиной было полно учеников, близнецы снова рекламировали свою продукцию. Во всеобщем шуме и веселье Гермиону никто не замечал. Она смотрела на смеющегося с близнецами Рона и давилась горечью мыслей. Сука, да как так-то? Вот уж не думала, что полюбит парня, который влюблен в другого парня. Несколько часов назад Рон рассказал ей о своих чувствах к Гарри, и Гермиона окончательно уверилась, что она неудачница. Как она могла не заметить этих взглядов и странных намеков Рона? И эта их шутка, после которой Рон ходил, как в воду опущенный. Гермиона смотрела на огонь, обхватив себя руками, словно ей холодно среди огненного вихря Гриффиндора. Она часто чувствовала здесь себя лишней. Пятно заумности в общей атмосфере веселья и разгильдяйства. — Гермионочка-а-а! У тебя такой вид, будто ты наконец перестала думать об оценках и поняла, что они не так уж и важны. — рядом плюхнулся откуда-то вернувшийся Гарри с фляжкой в руке. — Просто задумалась. — встрепенулась Гермиона. — Где ты был? — Бегал. — Просто ответил Гарри и ткнул пальцем в грудь Гермионе. — Цыпа, тему не переводи! Что случилось? Кончилось домашнее задание для выполнения? Не знаешь, куда себя деть, кроме отрабатывания приемов трансфигурации? Тебе не приснился новый рецепт зелья улучшения памяти? Всё! Я заткнулся! — поднял руки Гарри. — Как думаешь, вы с Сириусом навсегда? — спросила Гермиона, рассматривая свои ногти. — Не «навсегда», а «до тех пор как». – ответил Гарри, в мгновение ока становясь серьезным. Эти его метаморфозы с настроением и поведением пугали всех, но сейчас Гермиона слишком ждала ответа. — До каких пор? — До тех пор, пока его не арестуют. Пока я не умру от передоза. Пока я ему не надоем. Пока в меня не влюбится Курт Кобейн. Пока он не найдет более точный заменитель Джеймса Поттера. Пока он не сопьется до смерти. Пока в Землю не ебнет метеорит. — Гарри закончил загибать пальцы и округлил глаза в притворном удивлении. — Вариантов множество. Мы вроде не обо мне говорили. — Я влюбилась в Рона, понятно? Он сказал мне, что любит тебя. — зажмурившись, сказала Гермиона. — Ну это паршиво, подруга. — кивнул впечатленный Гарри. — Знаешь, тут есть только один выход: если ты найдешь себе другой объект воздыхания. Потому что, сама понимаешь, от обалденного меня отказаться невозможно. — он картинно откинул челку. Внезапно он прищурился и взглянул на часы, что показывали семь вечера. — Пойдем-ка! — он схватил Гермиону за руку и поволок в сторону мужских спален, не обращая внимания на ее вопросы. … Если бы Гермиона захотела описать эту ночь песней, она бы разорвалась между двумя наиболее подходящими: жизнерадостно-крышесносной My Own Soul's Warning от The Killers и сексуально-соблазнительной Play with Fire от Sam Tinnesz. Ночь началась с того, что Гарри затащил Гермиону в свою спальню и, приказав ей закрыть глаза, начал рыться в своем сундуке. — Гарри, что происходит? — Я устаиваю лучшую ночь в твоей жизни. — загадочно отозвался Гарри и тут же шипяще заматерился, видимо, на что-то наткнувшись. — Открывай глаза, мармеладочка! Гермиона открыла глаза и увидела счастливого Гарри, который держал в руках вешалку с черным мини-платьем, вышитым блестящей шелковой нитью. — Ну? Как все девочки делают? — прищурившись, спросил довольный Гарри. В следующую секунду спальня потонула в совершенно киношном девчачьем визге абсолютного счастья. … Спустя час приготовлений друзья незаметно покинули замок под мантией-невидимкой. Гарри изменил им обоим внешность, и они превратились в ухмыляющегося розоволосого парня с голубыми глазами и черноглазую девушку с волосами цвета вороного крыла, что нервно поправляла коротенькое платье. — Прекрасная мисс, не соблаговолите ли взять ничтожного меня за руку? — весело протянул руку Гарри, сбрасывая с них мантию. — Ты что, собрался аппарировать? — в ужасе спросила Гермиона и вопреки своим словам схватилась за Гарри. Момент дискомфорта, и они уже стоят на улице маггловского Лондона, освещаемой светом витрин и уличными фонарями. — Не собрался, а аппарировал. — подмигнул опешевшей подруге Гарри и потащил ее за собой. — Куда ты меня ведешь? Что это за место? — Место, где ты забудешь всех Уизли сразу. Обещаю, тебе понравится! — Стриптиз-клуб?! — взвизгнула Гермиона, вытаращив глаза на переливающуюся лампочками вывеску. — Стоять, цыпа! — воскликнул Гарри, таща в аркане рук развернувшуюся в обратную сторону Гермиону. — Ты с ума сошел? Нам даже восемнадцати нет! — зашипела на него Гермиона, завидев охранников, хмурящихся на странную парочку. — Совершеннолетие для лохов. — весело шепнул ей Гарри и, кинув в охранников беспалочковый Конфундус, втолкнул Гермиону в темный проход. В полутемном зале в свете страбоскопов изгибались на пилонах девушки, за барной стойкой сидели мужчины, на диванах развалились молодые люди, редкие девушки сидели у них на коленях. Было дымно, загадочно, по-взрослому. — Дорогая, нам в следующую. — переплетя пальцы, Гарри повел ее через зал к большим двустворчатым дверям. Гермиона, следуя за ним, крутила по сторонам головой, рассматривая обстановку. Одна из девушек-танцовщиц, ловко соскочив с пилона, подбежала к ним и повисла у Гарри на шее. — Гарри, лапусик, наконец-то! Ты давно не заходил к нам, дрянной мальчишка! — шутливо ткнула она его кулачком в плечо и посмотрела на Гермиону. — А это кто? — Прости, Сюзи, детка, у меня началась школа. Познакомься, это моя школьная подруга, Гермиона. — Хм, приятно. — хмыкнула стриптизерша, оценивая Гермиону взглядом. — Выгуливаешь? — состроила она глазки Гарри. — Типа того. Мы сегодня не к вам, так что давай, работай. — Приходи почаще. Без тебя здесь совсем всё стухло. — обняла Гарри Сюзи. Еще раз попрощавшись, Сюзи упорхнула обратно к шесту, а Гарри и Гермиона пошли дальше. Гарри, выйдя вперед, толкнул перед Гермионой двери и подмигнул. — Добро пожаловать во взрослую жизнь. Гермиона сделала шаг и утонула во всеобщем веселье и музыке. Здесь в самом разгаре текла пенная вечеринка, а на небольших сценах, рассредоточенных по залу, танцевали… парни? — Гарри, что это такое? — стараясь перекричать музыку, спросила у Гарри Гермиона. - Мисс Грейнджер, Вам тут не место. Позовите к управлению телом кого-то более лояльного к человеческому веселью и нечесловеческому отрыву. — ответил Гарри, касаясь нежными губами покрасневшего от смущения уха Гермионы. Он весело крутанулся на месте и, пританцовывая в такт долбящей музыке, потащил подругу за руку сквозь толпу танцующих. Они протиснулись к бару, где Гарри подскочил к бармену, игнорируя целую очередь ожидающих сделать заказ. — Две «Маргариты»! — крикнул он бармену и швырнул купюру. — Эй, ты ахуел? Тут вообще-то очередь! — чуть толкнул его парень, которого он опередил с заказом коктейля, и тут же словил в лицо Конфундус, сорвавшийся с пальцев Гарри. — Держи в курсе! — усмехнулся Гарри, наблюдая, как потерявшийся парень развернулся и пошел на выход из зала. Забрав свои коктейли, они с Гермионой отошли чуть подальше от очереди и сели на барные стулья. — Расслабься уже! Посмотри, красивые парни танцуют для тебя, а самый красивый из них еще и выпивку тебе покупает! — обнял Гермиону одной рукой Гарри, поднял руку с бокалом и заорал: — За самую красивую девушку в этом зале! За Гермиону Грейнджер! Гермиона засмеялась, и они выпили, чокнувшись бокалами. Гарри осушил бокальчик в два глотка и, стянув с его края кусочек лайма, кинул его в толпу танцующих. Раздался девичий визг и тут же потонул в музыкальной пучине. Повеселевшая Гермиона хихикнула, а потом и вовсе, запрокинув голову, расхохоталась. — Ну, погнали! Бармен! Бутылку «Моёт»! — махнул бармену Гарри и показал средний палец завозмущавшейся очереди. — Ой, да заткнитесь вы, нахуй! Пить вредно! *** — А стриптиз-то ты зачем полез танцевать?! Еще и стиптизера… ик!... со сцены согнал! — хихикнула Гермиона. — Так чё он халтуру гонит?! Понаба… Понабу… Понаберут по объявлению! Танцевать с душой надо! И с жопой! А у него ни души, блять, ни жопы! — с жаром воскликнул Гарри. Друзья нетвердой походкой шли по ночному Хогвартсу, позабыв о тишине и мантии-невидимке, что мирно лежала у Гарри в кармане. Обнявшись, они шатались по направлению к лестнице, ведущей с первого этажа. Кто кого поддерживал — непонятно, но вместе не падали. — А где ты так на каблуках научилась ходить? — мутным взглядом посмотрел на Гермиону Гарри. — Так мама… ик! Заставляла по дому ходить! Всё воспитывает из меня… ик! ЛЭДИ! — махнув зажатыми в пальцах высокими черными шпильками, икнула девушка. — А в карты тебя кто научил играть? Я думал, уже охрану заколдовывать придется в том казино. И ладно бы деньги взяла, нахуя ты с его бабы шубу-то сняла?! — Так это папа меня в детстве научил! Я всех его друзей выигрывала… ик! А шубу я всегда хотела! Мама говорит, что шуба — показатель респект… респектабеле... короче, ахуенной бабы! Гарри и Гермиона громогласно расхохотались и, потеряв хрупкое равновесие, упали на рыцарские латы, которые, с грохотом развалившись, частями покатились по каменному полу. — Блять! Щас Филч нас схавает! — свистящим шепотом притворно испугался Гарри. — А давай ты его в кота превратишь? — с грехом пополам поднялась с пола Гермиона, забыв поправить платье, что сейчас открывало весьма симпатичный вид на её черное кружевное. — Точно! Пускай свою Мис… Миссис-сис Норрис трахает! — хлопнул в ладоши Гарри и тряхнул розовыми волосами. Новый взрыв смеха и такие же смехотворные попытки продолжить свой путь до кроватей. *** Утром студенты всех факультетов вошли в Большой Зал и увидели престранную картину. Столы всех факультетов были накрыты и засервированы, и лишь на среднем, пуффендуйском, в сервировке зияла прореха длиной в три метра. Студенты, возбужденно переговариваясь, приблизились к столу и увидели прозрачно переливающийся магический купол, внутри которого голова к голове спали неизвестные парень с девушкой. Парень с розовыми волосами был одет в кожаную куртку, футболку с ярким принтом, и светло-голубые джинсы.  Он прижимался щекой к черноволосой девушке в черном коротком платье и черном меховом манто. Рядом с ней валялись черные высокие туфли. В этот момент маленькая дверь возле преподавательского стола открылась, и в Большой Зал пошел преподавательский состав, начавший утро с собрания по поводу исчезновения Гарри Поттера и Гермионы Грейнджер. Оглядев странную картину, Дамблдор с деканами факультетов прошли к незнакомцам, которых обступили изнывающие от любопытства ученики. Снейп, приподняв бровь, посмотрел на спящих и кивнул Альбусу: — Нашлась пропажа. Директор накинул на купол распознавающее заклинание и покачал головой. — Это не заклинание. Кажется, их окружает его природная магия, не пропуская чужое вторжение. Скорее всего, это действительно Гарри и Гермиона под чарами гламура. Поэтому магия замка их пропустила. Надо бы их разбудить, не находите? Снейп закатил глаза и, взмахнув палочкой, метнул в купол фаербол, который тут же отскочил от купола и разбился о щит, поставленный Дамблдором. Парень с розовыми волосами, поморщившись, открыл глаза, и купол растаял, словно его и не было. Он потянулся и, взлохматив яркие волосы, огляделся. — Чего смотрим? О, завтрак, заебись! Герм, вставай, тут завтрак, — он осторожно погладил по щеке девушку, отчего та со стоном проснулась, а сам залпом осушил полкувшина тыквенного сока и, протянув его девушке, принялся поглощать жареные сосиски. — Гарри, это ты? — спросил его осуждающе Дамблдор. — Конечно, я, кто ещё. А, блять! — он хлопнул себя по лбу, отчего тут же поморщился и провел перед лицом рукой, снимая маскирующие чары, а потом провел тоже самое с Гермионой, превращая ее в отличницу в коротком платье и с подведенными черным глазами. — Северус, полжизни за пару флаконов Антипохмельного! — умоляюще посмотрел на Снейпа Гарри. — Идемте за мной, мисс Грейнджер, Поттер. Не дам вам умереть от головной боли. — саркастично усмехнулся Снейп. Гарри взмахом руки удлинил подол платья Гермионы и подал ей руку, помогая спуститься со стола. — Директор, сначала зелья, потом уроки, а уж затем душеспасительная беседа, окей? Реально голова раскалывается. — пожаловался Гарри, спускаясь со стола и подхватывая туфли Гермионы, которые та забыла, шлепая босыми ногами по холодному полу, мечтая побыстрее убраться от этого позора. — Хорошо, Гарри. Но за мисс Грейнджер я на тебя зол. — весело сверкая стеклами очков, предупредил Дамблдор. — Шампанское – отличное лекарство от разбитого сердца. — ответил Гарри и, не оборачиваясь, поднял над головой руку с туфлями Гермионы. Позади него вжал голову в плечи Рон.