Американо с собой

«Знаете, что происходит, когда влюбляешься в своего лучшего друга? Ничего хорошего… Это твой самый близкий человек после твоей семьи. Он с тобой часто. Постоянно. Всегда. Ты разделяешь с ним счастливые и горестные моменты. Без него ты не пойдёшь на следующую часть любимого фильма в кино, не будешь есть без него ваши любимые блюда (ты, конечно, тут же позовёшь его к себе), не умолчишь о своих проблемах и всегда будешь на его стороне. Но… Что если появляется кто-то, кто больше, чем друг? Что ты чувствуешь, когда видишь его с любимым человеком? Ты счастлив за него? Безусловно. Но что чувствовал я…» — Брат, знакомься, это Кристи — моя девушка. Кристи, это мой друг, Джисон. «Я был уничтожен. Дважды. Брат… Друг… И всё это было мимо в моём разуме, но зато он попал в самую больную точку в сердце».

***

Прошло два года.

Утро. Щелчок замка. Шум машин. «Несколько месяцев назад я переехал в другой город, где собираюсь заканчивать школу. Зачем на последнем году обучения менять город и школу, спросите вы? Всё довольно просто и незамысловато…» Большой перекрёсток. Звук пешеходного светофора. Громкая толпа людей. «Когда я в очередной раз разговаривал со своей двоюродной сестрой, с которой мы созваниваемся каждые выходные, она сказала мне, что уезжает за границу, и кому-то нужно присмотреть за квартирой и её любимым котом. Сестра тут же начала меня уговаривать». Уютное кафе. Небольшая очередь. «Она знала, из-за чего я переживаю, о чём или, точнее, о ком я думаю». — Американо, пожалуйста. «Я понял, что всё это не случайно, и решил не упускать свой шанс. Именно поэтому я сейчас сижу один в маленькой кофейне в самом дальнем углу и медленно попиваю свой напиток. Сегодня суббота, занятий нет, и можно не торопясь, откинувшись на мягкую спинку дивана, смаковать каждый глоток и ни о чём не дума…» В кармане джинс у парня зазвонил телефон. — Джисона~, доброе утро! «Это просто моё имя, но из его уст звучит так особенно». — Привет. Ты не рановато ли звонишь? — Разве? А мне кажется в самый раз, чтобы поговорить с лучшим другом. Я переживаю, подумал о тебе и решил позвонить и разузнать… Как прошла твоя неделя, что нового? Я хочу знать вс… — послышался женский голос на том конце провода. — Зай, ты вернёшься ко мне в постель?.. Прошу, полежи со мной ещё немного… — Милая, извини, я разговариваю с… — Ничего, Чан, иди к ней, а с тобой созвонимся попозже. — Но… — Никаких но. Твоя девушка зовёт тебя. — Ну ладно. Прости. Тогда… Я позже позвоню. — Да, хорошо, пока. Договорив, парень бросил трубку и отложил телефон на расстояние вытянутой руки экраном вниз. Глубокий вздох, с которым раздался звонок, оповещающий о новом посетителе. Грея свои ладони с помощью ещё не остывшего кофе, парень просто смотрел вниз, как будто пытаясь найти в своём напитке ответы на все вопросы. Снова глубокий вздох. — Ну вот за что мне это? Как мне избавиться от этих чувств?.. Судьба, прошу, помоги, дай мне знак!.. — Здравствуйте, можно американо с собой. Парень услышал голос, доносящийся с кассы. Место хоть и было расположено в дальнем углу, однако позволяло хорошо видеть посетителей, которые делали заказ. Поэтому, как только Джисон поднял голову и увидел обладателя такого, по его мнению, чарующего голоса, который не был похож ни на чей, он замер и не мог больше отвести свой взгляд. Джинсы, большая свободная толстовка нежно-розового цвета и кепка, которая была снята при входе. Именно таким Джисон успел представить себе его образ в голове за долю секунды. Когда парень отошёл в сторонку, ожидая свой заказ, Джисон как будто очнулся и, уже хватаясь за рюкзак, произнёс. — Я должен сделать это! Достал свой альбом, мягкий карандаш и плавными линиями начал вырисовывать объект восхищения. Парень в толстовке, который был полностью в своих мыслях, вернулся в реальность, когда услышал что-то эмоциональное и неразборчивое. Повернув голову в сторону, откуда донёсся звук, он увидел лишь пустые столы, кроме одного — за ним сидел молодой парень, который не видел взгляда в свою сторону, полностью погружённый в процесс.

«Такой забавный».

Сейчас милое с пухленькими щёчками личико было чересчур серьёзным, и это вызвало невольную улыбку, но через секунду улыбка сменилась на спокойный взгляд и нежность в глазах. Парень был красив — появившееся солнце с окна падало на его лицо, освещая и его работу, на которой, как оказалось, изображён самый обычный, каким себя считал, парень в розовой толстовке. «Я так боюсь, что не успею запечатлеть его, мне важна каждая деталь. Я же больше его не увижу… Я поднял взгляд, чтобы убедиться, что ничего не упустил, но… Погодите… Где он? Ну воот… Я расстроен». — Вау! У тебя красиво получилось. «Сердце замерло на секунду, я начал поворачиваться, медленно поднимая голову, и когда я увидел край розовой толстовки, то не было смысла гадать… Это был он. А ещё его голос… Но вот видеть его настолько близко стало неловко. С испугу я взял скетчбук за обложку и собирался закрыть, но он накрыл своей рукой мою». — Нет-нет, постой, — он раскрыл страницу со своим изображением. — Извини, если отвлёк тебя… Я просто издалека заметил себя, и мне захотелось посмотреть поближе. Джисон занервничал, медленно убирая руку из-под его ладони, и взял наполовину пустой стакан с кофе. «Я не знал, что ответить, поэтому молча сидел и чувствовал, как учащается сердцебиение». — Я могу присесть? — парень указал на место напротив. «Я мог лишь кивнуть, всё ещё не успокоившись и не веря во всё, что сейчас происходит. Я даже не думал, что он подойдёт». — У тебя большой талант, — парень также накрыл стакан ладонями и сделал глоток. — Это не идеальная работа, да и рисую ещё мало, но спасибо тебе, буду знать, в каком направлении двигаться, — Джисон улыбнулся, а солнце, снова ярко засветившее в окно, дополнило момент, осеннее утро и уютную атмосферу маленькой кофейни. На минуту Джисон отвлёкся, чтобы убрать альбом и карандаш в рюкзак, а когда вновь посмотрел на собеседника, то увидел слишком странный и смущающий его взгляд: парень напротив водил им по всему, что открыто его взору, но когда он увидел, что Джисона напрягает это, перестал и понял, что не сказал главного. — Извини, я до сих пор не представился. Меня зовут… — он задумался и только потом произнёс. — Зови меня Бин, меня так зовут только друзья, но думаю, в такой ситуации можно сделать исключение, — он улыбнулся, после допивая свой кофе. — А твоё? Как тебя зовут? — Я не дума… — Джисон не успел договорить, потому что зазвонил телефон, и когда парень перевернул экран, высветилось лишь «Чан» и совместная фотография. Чанбин увидел беспокойство в лице парня, который был чем-то расстроен, он просто не мог допустить, чтобы стало ещё хуже, поэтому, когда Джисон уже собирался ответить на звонок, Чанбин резко задержал парня, хватая за руку, в которой был телефон, специально закрыв экран.

«Такой осуждающий взгляд в мою сторону… Тебе же больно…»

— Прости, я знаю, это грубо с моей стороны, делать так… Но давай ты не будешь сейчас брать трубку? Просто доверься мне, хорошо? — и с этими словами он взял Джисона за руку и начал тянуть его в сторону выхода, пока телефон продолжал звонить. «Посмотрев в эти глаза цвета шоколада (чтоб их подери), мне и оставалось только лишь тонуть в них, и полностью довериться незнакомцу со странным именем». — Хорошо… — и они вместе пошли к выходу.

***

Когда парни вышли из кофейни, тут же расцепили руки, продолжая идти в неизвестном направлении, пока Чанбин не задал вопрос. — У тебя на сегодня есть планы? — Нет, день полностью свободен, — даже не думая, ответил парень. — А я вот из-за тебя на свои уже опаздываю, — Бин указал на него пальцем, бегая глазами по всему лицу юноши. — Я ни в чём не виноват, ты сам подсел, — Джисон слегка обиделся, скрещивая руки на груди, — вот и иди по своим делам, — а затем развернулся и пошёл в противоположном направлении. — Ну я же пошутил, — виновато улыбаясь, произнёс Чанбин, преграждая ему путь. — И то, что у тебя нет дел, просто отлично! Значит пойдём по моим! — парень засмеялся, посмотрев на время, а после снова схватил Джисона за руку, и они побежали по дороге до перекрёстка. До здания, к которому вёл Чанбин, они уже дошли спокойно, и заняло это минут 17. Перед ними большое здание, которое являлось музыкальным центром. — Что мы здесь делаем? — А, ну, я здесь работаю. — В смысле? А школа? — с недоумением спросил Джисон, который засомневался в том, что они ровесники. Бин засмеялся. — Я учусь в универе, а всё остальное время провожу здесь. Работаю с детьми, но в основном помогаю записываться людям на студии, — прозвучавшие слова заставили Джисона покраснеть от стеснения. — Ого, круто… — протянул Джисон, когда они уже проходили внутрь. Парни поднялись на нужный этаж, и, выйдя из лифта, Джисон заметил вдоль коридора много звукозаписывающих кабинетов. Подходя к одному из них, Чанбин открыл дверь и позволил Джисону пройти первым, чтобы дать понять, что всё в порядке и переживать не о чем. — О, Бин, ты наконец-то пришёл. Сколько тебя ждать можно? Мы должны скинуть конечный результат уже сегодня. — Чжухон, не ворчи, я уже здесь. — А это кто? Первый раз вижу, чтобы ты кого-то привёл, — спросил второй парень, сидящий рядом. — Это мой друг, — парень опустил ладони на плечи Джисона, после чего указал в сторону маленького дивана, который находился справа от входа и достаточно отдалённо от стола парней. — Подождёшь меня там, хорошо? — Ладно… «Не понимаю логики… И зачем меня сюда привёл?» — Это ненадолго, не переживай. — Кто знает… Кто знает… Переделываешь всё время, постоянно что-то не нравится. — Вонхо, блин! — Ну, а что? Разве не так? Ты же свои… — Ладно иду. Находи лучше трек на компьютере, будем дорабатывать. Было понятно, что Чанбин перебил друга, Джисон слегка удивился, потому что это было похоже на то, когда тебе закрывают рот, чтобы ты не сболтнул лишнего. Он не придал этому значения, даже после странных фраз, сказанных шёпотом, которые он услышал. — Он что, не знает? И ты ему не говорил? — Нет, не знает, так что молчи и не пали меня! — Ну ты даёшь… «Пока Бин был занят, я сидел на диване и мог спокойно осмотреть всё вокруг. Тут довольно уютно. Много света, несмотря на то, что нет окон, много зелени, светлый тон стен в контрасте с чёрного цвета оборудованием и комнатой для записи. Довольно неплохо… Интерьер простой, но видно, что мебель и оборудование недешёвые… Что ещё ожидать от большого и, по слухам, лучшего музыкального центра. Вот бы Чан увидел… Он давно мечтал о такой студии». Джисон сильно задумался, продолжая поворачивать голову, медленно рассматривая детали, но мысли были тут же прерваны (хотя, точнее сказать, направлены в другое русло), когда его взгляд остановился на Чанбине. «Так, стоп, о чём это я?.. Вау… Бин так сосредоточен. По нему и не скажешь, что это тот же парень, который, схватив за руку, заставил бежать до перекрёстка. Он так серьёзен и при этом мягок… Видно, что ему это нравится… Прямо другая аура…» Так продолжалось какое-то время. Джисон даже успел сделать пару набросков помещения и парней, сосредоточенно работающих над какой-то песней. А позже он слышит голос Чанбина. — Отлично, думаю, так хорошо. Но вы те две версии оставьте на всякий случай, вдруг поменяем, — затем поворачивается к Джисону. — Не хочешь послушать трек? — Да, будешь мнением со стороны, — предложил парень, которого, как Джисон успел запомнить, зовут Чжухон. — Да, конечно! — заинтересовался Хан и улыбнулся. «Второй, как я помню, Вонхо, который был ближе к компьютеру, включил песню и вместе с парнями, прямо синхронно, откинулся на спинку стула, при этом закрыв глаза. Это было забавно, правда, пока Бин не предложил сделать также и мне». — Давай, откинься на диване, просто закрой глаза и ощути мелодию всем телом, так ты сможешь полностью погрузиться в неё. «Пожалуй, это было странно и подозрительно, но видя как все трое уже были «в погружении», я просто не мог противостоять появившемуся интересу. Я закрыл глаза и… О боже! Это и правда круто! Не то, чтобы я раньше так не делал… Я мог ехать в транспорте, включить музыку в наушниках и засыпать по дороге. Но сейчас… Всё будто было иначе. Музыка наполняла всю комнату, каждая нота и бит отдавали в ушах, будто тело как губка впитывало в себя каждый аккорд, что мурашки проходили по всему телу, не переставая. Не было ощущения или страха, что ты пропустишь свою станцию, что ты опаздываешь куда-то, что соседи придут жаловаться на громкую музыку. Здесь делали только так. Время шло медленно. Лениво. И не хотелось открывать глаза и снова возвращаться в реальность. Но как и любая песня, она закончилась». Из состояния «погружения» его тоже вывел Чанбин. — Ну, как тебе? — Это и вправду круто, и голос девушки очень красивый. — Я же говорил, что круто, — сказал Вонхо ребятам. — Ещё бы, Бин в списке самых молодых талантливых п… — Чжухон, мы вместе хорошо потрудились, прямо сейчас скиньте трек, чтобы она послушала, а мы пошли, отпишитесь потом. — Окееей, покааа, а мы ещё поработаем, — сказали ребята, помахав вслед Чанбину, который уже пошёл к выходу, открывая Джисону дверь. Пока они ехали в лифте, оба молчали, и только когда вышли на улицу, неловкую тишину нарушил Бин. — Куда бы ты хотел сходить? — В смысле? — недоумённо смотрит на него Джисон. — Ну, в прямом. Я могу сводить тебя куда угодно. Просто скажи, чего ты хочешь, — спокойно объясняет Чанбин. — А дела? У тебя же вроде были дела. — Мы пробыли в студии почти 4 часа. Тебе не кажется, что этого достаточно? — смеётся парень. — Чтоо? Как 4 часа? — аж испуганно, Джисон пытается найти телефон, но его выручает Бин, понимая, что тот пытается сделать, и показывает экран своего смартфона. — Да, уже время обеда, ты не голоден? Джисон бы мог сейчас отнекиваться, потому что вообще это немного странно, провести с непонятным человеком 4 часа в месте, в котором ты ни разу не был, позавтракав только рано утром несчастным стаканом кофе, но он не стал сопротивляться. «Какая разница, пойду я один или с ним… Он особо не напрягает… С ним комфортно… Хочу ему доверять…» — Ну, я бы поел, — наконец робко ответил Джисон. — Хорошо, тогда пошли.

***

Когда они пришли в кафе и сделали заказ, оба стали слишком молчаливыми. Джисон, сам по себе очень стеснительный, сидел, опустив голову вниз и сложив руки на коленях, и даже Чанбин, который показался парню очень энергичным, сейчас молчал. «Странная атмосфера… Я лишь хотел его нарисовать, а всё обернулось тем, что я сижу напротив него, и оба не говорим ни слова. Этот парень такой разный… Успел увидеть его энергичным, сосредоточенным и… Стеснительным? Такой тихий… Прям как в студии, пока они работали над песней… Ничего себе… Наверное этого я не ожидал…» Джисон часто разговаривал сам с собой, пытаясь объективно оценивать ситуацию, а Чанбин будто умел читать мысли. — Слушай, ты не думай, что я так со всеми делаю… Если честно, я впервые подошёл к незнакомцу и заговорил с ним… — Ты пытаешься оправдаться? — со странной улыбкой произносит Джисон, который сам старается исправить неловкую тишину и дать уже Бину почувствовать себя свободно. — Да нет. Просто… Прости, если помешал тебе, и ты вовсе не хотел со мной идти. — По-моему, я уже говорил, что планов у меня нет, а так я хоть немного город посмотрю. — Стоп, ты не отсюда? — удивлённо спрашивает Чанбин. — Неа, — качает головой Джисон, чуть откидываясь на стуле, чтобы официант, принёсший заказ, мог поставить блюда на стол. — Переехал несколько месяцев назад. — И не знаешь города? — Я редко выхожу на улицу… И знаю только район, что у школы, и некоторые магазинчики около дома. Ну… И ту кофейню, — вспоминает парень на ходу. — Ааа, понятно, если хочешь, мы можем после пойти прогуляться, — Чанбин молча ждал ответа, хотя глаза уже просили согласия, да и Джисону не было смысла отказываться. «Плевать, что будет потом… Именно сегодня я хочу сделать что-то несвойственное мне… Да… Пусть это будет сегодня. С ним. Как же бьётся сердце…» — Ну… Думаю, в такую тёплую погоду можно, — Джисон, сам не понимая, почему, краснея, поднял свой взгляд на Бина. — Ура! Значит теперь у нас с тобой есть общее дело, — с радостью, неловко произносит парень. После этого ребята сосредоточено кушали, изредка бросая взгляды друг на друга и явно планируя за отведённую прогулку полностью лишиться чувства дискомфорта, а также в планах Чанбина узнать этого тихого парня получше.

***

Пока парни прогуливались, разговор особо не клеился. Они просто медленно и не торопясь шли вдоль по улице, иногда сворачивая то направо, то налево, проходя светофоры, большое количество людей, высокие здания. Чанбин решил не вести Джисона в центр города, так как там шумно, что полностью испортило бы созданную атмосферу, и нет столько деревьев, которые явно нравились парню. Чанбин заметил, что тот всё время смотрит на опадающие листья и, очевидно, любит осень, как и он сам, поэтому им не нужны были слова, они оба наслаждались лёгкой прохладой и большой гаммой цветов. В очередной раз повернув на незнакомую улочку, ребята наткнулись на множество караоке-баров и игровых залов с автоматами. И тут Чанбина посетила гениальная идея. — Как насчёт того, чтобы поиграть? — Поиграть?.. Вообще, я не умею. Во что-то, конечно, может быть… Но это было давно. — Ты что, никогда не играл в автоматах? — Чанбин сильно удивился. — Неа… — засмущался Джисон. — Так, пора исправлять эту ситуацию! — Чанбин в очередной раз неожиданно для Джисона взял его за руку и буквально потащил в сторону первого игрового зала. — Это уже считается нормой? — тихо спросил парень у Бина, указывая на руку, за которую его схватили.  — Пошлииии, я тебе все автоматы покажу! — не обращая внимания на бурчания Джисона, Чанбин продолжал идти. — Но… — попытался затормозить его парень. — Не переживай, я заплачу, — уверено ответил Бин, из-за чего Джисон снова засмущался.

***

Чанбин водил Джисона к совершенно разным игровым автоматам. Все веселились под громкую музыку и шум толпы, где, чтобы сказать что-то друг другу, нужно было придвигаться максимально близко, от чего лишний раз не отказывался Бин, и чего дико стеснялся Джисон. — Давай начнём с аэрохоккея? — предложил Чанбин, когда они подошли к игровому столу. — Ну, давай, — парень не был против, так как самому хотелось попробовать сыграть. Первые минут 10 Чанбин выигрывал, пока Джисон не вошёл в кураж и не захотел победить в следующем раунде. — Да! — выкрикнул он, поднимая руки от радости, когда снова забил гол. — Блин, как так? — начал хныкать Бин, бурча. — Новичкам везёт… — Неа, Бин, просто признай, я лучший, — возгордился парень. — 8:5, как никак, — залыбился тот. — Давай ещё раз! Я отыграюсь! — Не, пошли туда, — Джисон указал на баскетбол и помчался. — Спорим, я опять тебя сделаю? — ухмыльнулся и скрылся в толпе. — Только попробуй! — Чанбин побежал за ним следом. — В баскетболе мне нет равных! И правда, через 20 минут было ясно, что забрасывать мячи в корзину — это чанбиновское. — Ха! А я что говорил? — зарадовался Бин. — Ну, ладно, признаю, тут и вправду неплохо, но я не отставал! — принялся махать руками парень. — А что скажешь про гонки? — загорелся Джисон, смотря будто сквозь Бина. — Ты ещё не устал? — спросил запыхавшийся Бин, которому явно не просто далась эта победа. — Ахаха, неа, пошлиии, — Джисон засмеялся и впервые сам потянул другого парня к креслам для гонок, а после усадил за руль и уселся следом. Пока шёл обратный отчет, Джисон в нетерпении оглядывался по сторонам, проводя глазами по всему маршруту, что они прошли. — Блин, кайфовое место! Здесь нереально круто, — радостно произнёс он, через секунду уже забывая эти слова, и когда гонка началась, нажимая на педаль, успел крикнуть только: — Ну давай! Я выиграю эту гонку! А вот Чанбин как раз-таки забыл, что тоже сидит за рулём и нужно газовать, а всё потому, что перед ним был только Джисон.

«Он такой счастливый. Даже как-то выигрывать у него не хочется. Вот, какой ты на самом деле… С самого утра я ждал, когда ты откроешься, и, видимо, сейчас это происходит… Спасибо. Не хватает только имени… Хочу его знать. Произносить… Звать тебя по имени… Почему же ты не говоришь его?..»

Мысли были прерваны Джисоном, который выиграл, но не был особо рад этому. — Нуу, это не победа! Ты же даже толком не ехал, а волочился где-то сзади! Хочу переиграть! Давай! — начал тараторить Джисон. Такое поведение парня показалось Бину очень милым. — Ты что смеёшься? Я серьёзно вообще-то! — и Джисон снова скрестил руки, прямо как утром возле кофейни. — Ничего, — Бин улыбнулся. — Ладно, давай ещё раз. — Ура! Отлично! — и парень нажал кнопку старта. Прошло достаточно времени, прежде чем две машины переехали финиш, и люди, находившиеся рядом, услышали счастливые выкрики Джисона.

«Ну и как я мог выиграть и не увидеть этой детской радости ещё раз?..»

— Думаю, на сегодня хватит, — произнёс Чанбин, вставая с сиденья. «На сегодня?..» — Да, да, конечно, я уже тоже устал, — сделав вид, что не акцентировал внимание, согласился Джисон. Так как прошло очень много времени, то оба устали, недалеко стояли диванчики, на которых они решили перевести дух и выпить по холодному напитку. — Даа, это круто, — выдохнув, сказал Джисон. — Ага. Ты меня загонял прямо. На это парень лишь посмеялся, делая глоток. — Ты заставил меня попотеть. Я почти проиграл в баскетболе. Ты точно никогда в автоматах не играл? — Это было очень давно, когда я был маленьким, и сестра брала меня с собой. Так что с тобой это, можно считать, впервые, — задумавшись, выносит парень, подводя итоги. — Для новичка неплохо, — произносит Чанбин, начиная оглядываться по сторонам, и, замечая афишу нового фильма, внезапно решает спросить. — Какие фильмы тебе нравятся? Джисон поднимает взгляд и замечает за спиной парня ту самую афишу. — О, я видел рекламу этого фильма. — Да… Я хотел его посмотреть, — слышит Джисон и затем переводит взгляд на Чанбина. — У меня нет какого-то определённого жанра. У любого фильма найдутся свои зрители. — Даже романтика? — заиграл бровями Бин. — Почему бы и нет, но только не сейчас, — смеётся Джисон. — Ладно, давай сходим на этот фильм. — Точно? Ты хочешь? — парень аж встал от удивления. — Ну, да, пошли, — Джисон поднимается и идёт к выходу.

***

Два часа фильма пролетели очень быстро. Парни вышли из душного кинотеатра и, оказавшись на улице, почувствовали прохладу, так как солнце давно ушло, и было уже 19:45. Теперь город преобразился, и улицу освещали фонари. — Ого, уже так темно, — Джисон немного растерялся, начиная оглядываться по сторонам и невольно придвигаться ближе к Чанбину, на что тот лишь улыбнулся. — Не переживай. Я с тобой и провожу до дома, — закидывая руку и потирая заботливо плечо Джисона, сказал парень. — Ты хочешь домой? — решая всё-таки поинтересоваться. — Я не знаю, думаю, пора возвращаться, — Джисон, сказав это, толком не обратил внимания на жест Чанбина, так как тот практически сразу же убрал руку. — Ты уже, наверное, устал, но я обещал показать тебе город… Так что могу предложить увидеть моё любимое место, когда садится солнце, красота этого места раскрывается. Нам как раз по пути… — С удовольствием, — улыбнулся Джисон. Пока они шли, сворачивая и подходя всё ближе к центру города, у них завязался совершенно непринуждённый разговор, но безумно много значащий для двоих. — Я заметил… Тебе очень нравится осень. — Да, это моё любимое время года. В это время я чувствую себя уютно, а изобилие красок просто завораживает! — Джисон был так взволновал, когда говорил это.

«Как приятно встретить человека, понимающего тебя. Который испытывает похожее…»

— Я понимаю тебя, я тоже люблю это время. Для творческих людей оно особенно важно, — кивнул парень. — О, это да… — с этими словами Джисон затормозил, и Чанбин понял, что они добрались до нужного места. «Передо мной была яркая улица, больше других украшенная яркими лентами и светящимися фонарями. Людей было просто ужасно много, по всей площади стояли маленькие лавки со вкусной едой, запах которых наполнял лёгкие. Мне захотелось попробовать там всё! Парни нашего возраста развлекались, танцуя для проходящих мимо, другие покупали у лавок кучу еды. Это было похоже на фестиваль…» — Это что, какой-то праздник? — Нет, тут всегда так… Живо, просто, весело, пусть и шумно, но здесь ты точно можешь быть собой. — Это круто! — Джисон не мог нарадоваться, весь сиял, слегка подпрыгивая.

«Ну что за малыш? А главное… Такой искренний. Давно я не видел таких чистых людей, живущих чувствами, от всего сердца радующихся мелочам. Мне ещё никогда так не везло».

Вдруг Джисон, что шёл впереди сквозь громкую шумную толпу, разворачивается и, уже спокойно шагая рядом, вплотную к Бину, говорит: — А знаешь, мне нравится море. Оно меня успокаивает. Приходя к нему, я могу молча сидеть, а море будто читает мои мысли, слушает мои проблемы, рядом с ним я могу привести мысли в порядок. Молчание длилось минуту, а после Чанбин буквально ошарашил Джисона своей идеей. — Слушай, раз у нас день с тобой сегодня такой весь спонтанный и насыщенный, давай сделаем это максимально? — Бин задает вопрос, видит недоумевающее лицо парня и, не дожидаясь ответа, продолжает. — Поехали к морю? Ехать до туда часа три. На такси и без пробок, думаю, будет даже быстрее. А? Чанбин молча ждёт вердикта. — Но море же холодное… — А ты купаться собрался или мысли в порядок приводить? — шутливо уточнил Чанбин. — Ну, да… — Джисон остановился; задумался, смотря в сторону своего дома, хотя уже знал ответ. — Да, поехали. — Отлично! Только давай сначала купим немного поесть. Ты уже, наверное, голодный, — Бин снова начал потирать плечо парня, пытаясь согреть того от холода, так как тот уже давно шёл к нему вплотную и дрожал. Джисон, посмотрев Бину в глаза, покраснел и не мог проронить ни слова. «Господи, почему у меня так сильно колотится сердце, и я весь дрожу? Это же от ветра? Да, я уверен, это ветер…» Купив еды, они сели в такси. Впереди их ждали три часа езды, но в тепле, комфорте и с тихим водителем. Чанбин уснул почти сразу, хотя пытался держаться, что вызывало смех у Джисона, который всё-таки уговорил того закрыть глаза и отдохнуть до конца поездки. «Конечно… С самого утра на ногах, даже в выходной умудряется работать. Я бы тоже заснул. Только… Сна ни в одном глазу…» На фоне играла песня, про которую ему как-то говорил Чан. Песня с лёгкими битами, эмоциональным текстом, которую можно слушать в компании или включать чисто для себя. Как сейчас. «Идеальная атмосфера для этой песни. Ехать к морю уже поздним вечером с парнем, которого знаю меньше 24 часов, но с которым безумно комфортно. Вот что, наверное, означает: твой человек…» Джисон всё же начал засыпать, медленно закрывая глаза. «И всё-таки… Песня классная… Как та, что я слушал сегодня в студии у Бина…»

***

Радио выключилось. Машина остановилась. «Приехали… Открыв глаза, первое, что я увидел, — еле заметные в ночи волны, прибывающие к берегу. Внутри сейчас настолько сильные эмоции! Это не передать! Я так счастлив! Что хочется кричать!» — Бин! Бин! Просыпайся! Мы приехали! Просыпайся! Пошли! — Джисон начал трясти парня, что продолжал спать рядом, изредка мыча. — А? Что? Да, да, хорошо, я проснулся, — Чанбин резко ровно садится на сиденье и видит, как Джисон широко улыбается, как не улыбался ещё ни разу за всю прогулку, и выскакивает из такси, начиная бежать к морю. Чанбин переводит взгляд вперёд и видит недовольное лицо таксиста, который просто молчал, ожидая, так сказать, своей очереди. Парень усмехается, отдавая деньги за проезд, благодарит водителя и тот уезжает. — Эй! Ты куда ушёл? Даже меня не подождёшь? — Как тут классно! Я у моря! Наконец-то! — кричит Джисон, уже босыми ногами бегая по берегу. Чанбин подошёл ближе, увидел кроссовки парня, лежащие поодаль, рюкзак и пальто, и остановился возле них. — Ты зачем обувь снял? Холодно же сейчас, заболеешь! — Да ладно тебе. Иди со мной, давай тут постоим, — Джисон отвечал, стоя спиной совершенно неподвижно и смотря куда-то вдаль. — Хорошо, только обувь я снимать не буду, — предупредил Бин. — Как знаешь, — усмехнулся тот. Подойдя ближе, Чанбин всё равно остался немного позади, накидывая на плечи парня его пальто. — Надень. Сейчас очень холодно, а ты ещё и с босыми ногами в ледяной воде стоишь. Накинь хотя бы это, — тихим голосом произносит Бин. «Ваау… Всё-таки я ещё не привык к его голосу. Он такой необычный, чего особо не поймёшь в шумной толпе. А сейчас… Так успокаивает». — Спасибо, — парень поворачивает голову, чтобы посмотреть на Бина, а затем возвращается в исходное положение. Парни стояли у берега, и было слышно лишь лёгкий ветер и шум волн, создающих нужную атмосферу. Каждый думал о своём.

«И почему я не приезжал сюда сам? Это же так классно. Тут и правда можно привести мысли в порядок. Видимо судьба ждала этого момента. Этого парня».

«Остался бы тут навечно. Сегодня я вправду всё забыл. Впервые чувствую себя так свободно. И вроде никого не люблю. И вроде никто не нужен. А всё благодаря Бину. Странный он немного, конечно, хотя утверждает, что такого раньше не делал. Вытащил из кофейни, повёл в студию, покормил… Даа… Повеселились мы с ним…» Джисон улыбался сам себе, вспоминая сегодняшний день, который ещё не завершён, по деталям и как бы проматывая назад… До него начало кое-что доходить… «Блин. Я же так и не сказал ему своё имя. Говорить его незнакомцу логично… Но теперь… Он мне совсем не чужой… Даже хочется услышать своё имя из его уст, этим голосом…» — Джисон… — неуверенно начиная и разрушая тишину, говорит парень. Бин полностью выходит из своих мыслей, ненадолго зависая, в это время другой видит непонимание и, разворачиваясь полностью буквально на секунду, повторяет. — Моё имя… Джисон, — и встаёт в пол оборота, чтобы видеть и горизонт, и Бина, уже весь красный от смущения, зарываясь в пальто.

«Да! ДА! ДА! Господи, спасибо тебе!»

— Джисон… — как бы пробуя на вкус, полушёпотом произносит Бин, отчего у стоящего рядом парня пробежали мурашки. — Я уже думал не скажешь. — Если бы всё закончилось в кофейне, пожалуй, ты бы так его и не узнал, — не скрывая, по-честному говорит Джисон. — И я был бы согласен с твоим решением, Джисон, — делая акцент на имени, отвечает Чанбин, что вызвало лёгкий смех у обладателя долгожданного имени. — Ты теперь всегда будешь в конце предложения моё имя вставлять? — Дай мне время. Мне слишком нравится твоё имя. Джисон… Оно подходит тебе. Такое же красивое, как и ты. — Ты чего? — рассмеялся тот. — Я совершенно обычный. — Возможно для других… Волны продолжают шуметь, а Джисон снова начинает дрожать от холода. — Ты замёрз. Пошли сядем подальше от воды, — Чанбин тянет парня, но тот сопротивляется. — Что случилось? Ты же замёрз? Джисон лишь смущённо кивнул. — Тогда пошли. — Нет! — Да почему? — уже в полном непонимании спрашивает Бин. — Мои ноги будут грязными. — И что? — Я не люблю, когда песок пристаёт к мокрым ногам. Это противно, — Джисон надулся как маленький ребёнок и покраснел, потому что ситуация совершенно глупая и детская, и он это понимал. Но он чувствовал себя совершенно легко и не отдавал отчёта действиям. — Как малыш, и правда… — засмеялся Чанбин. После парень повернулся спиной и слегка присел. — Сполосни ноги от песка и запрыгивай. Джисон полминуты стоял с удивлением, а потом как коала запрыгнул на плечи и обвил шею и талию своими лапками. Когда они приземлились возле оставленных вещей, Чанбин забаррикадировал ноги Джисона на своих, прикрывая своей толстовкой. — Ты чего делаешь? — с удивлением смотрит на него парень, снова заливаясь краской. — А ты как думаешь? Я что тебя зря на спине катал? Не будешь же ты кроссовки на мокрые ноги надевать. Когда согреются и высохнут — обуешься. «Ну и что я на это скажу? Конечно ничего… Тепло… Как же тепло… Стоп». — Бин… А тебе самому не холодно? Ты в одной толстовке… Как-то… — Не переживай, всё хорошо, — Чанбин улыбнулся, смотря прямо в глаза Джисону. И Джисон верил, что Чанбин говорит правду. Он чувствовал это. А он редко ошибается. Прошло несколько минут, прежде чем природный шум был заглушен низким голосом Бина. — Слушай, а почему ты переехал? — С чего ты вдруг? — Ну, просто… Это немного странно, переезжать на последнем году обучения. Твои друзья, наверно, скучают по тебе. Было бы логично переехать после окончания. — Не в моём случае… Меня ничего не держало там. — То есть ты сам принял решение? — всё ещё удивленно спрашивает Бин. — Конечно, сестра предложила приехать, чтобы ненадолго присмотреть за квартирой и котом, а я решил, что перееду насовсем. — Но такого не может быть… — не успокаивается Чанбин. — Что именно? — наклоняя голову, интересуется Джисон, смотря прямо на собеседника. — Ну… Ты так говоришь, будто у тебя никого нет. У всех же есть близкие люди, с которыми хочется быть, по которым ты будешь скучать. — Да… Только… Мне кажется, я всем мешаю. Мои друзья пошли дальше, а я будто стою на месте. Никакого движения. Я задыхался там. — Как ты можешь кому-то мешать? Хотя знаешь… Наверно, я могу тебя понять. Думаю, ты сделал верный шаг, и вряд ли про тебя можно сказать, что ты стоишь на месте. Уверен, у тебя всё получится, — ребята посмотрели друг на друга, но тут же оторвали свои взгляды. — Что мы всё обо мне. Я же про тебя совсем не знаю. Расскажи о себе, — улыбаясь говорит Джисон, доставая свои уже согревшиеся ножки из-под толстовки Чанбина, по-быстрому надевая кроссовки и садясь в пол оборота, скрещивая ноги. — Ты точно согрелся? — не унимается Бин.

«Блин, ну вот… А было же хорошо».

— Да. И не переводи тему! — смеётся Джисон, тыча в того пальцем. — Ладно-ладно, что ты хочешь услышать? — Всё, чем ты хочешь со мной поделиться, — неожиданно для Бина отвечает Джисон. — Хорошо… — задумчиво протягивает парень. — Родился в обычной семье, мама — доктор, а отец — работник в рекламной компании. У них никогда не было на меня времени. Я всегда был сам по себе. Лет 9 назад я столкнулся с Вонхо и Чжухоном. Они всегда были вместе, и я даже завидовал им немного, тоже хотелось иметь человека, которому будешь готов доверить всё самое сокровенное. Тем не менее, они вытащили меня из всего, познакомили с музыкой. Парни старше… — Прости, что? Они старше? — с шоком на лице смотрит Джисон. — Да, — засмеялся Бин. — Я тоже был удивлен, когда узнал, — а затем продолжил. — Они всегда направляют меня и гордятся мной, хотя я ещё ничего особо не сделал. А четыре года назад мои родители увидели школьный бланк, в котором я написал, кем хочу стать. Они были недовольны. Они были против музыки. Я не мог вынести этого, поэтому снял отдельное жильё, рядом с парнями. Правда я год промотался и только в этом году поступил на первый курс. — И ты совсем не видишься с ними? — с переживанием в голосе спрашивает Джисон. — Я навещаю их на праздники, но отец очень любит заводить тему жизненных ошибок и правильного выбора. Так что… Поход к самым близким людям стал для меня пыткой. — Всё будет нормально, просто дай им время, — Джисон придвинулся чуть ближе, сокращая расстояние. — Да, думаю ты прав… — задумался Бин. — А что насчёт тебя? Куда ты хочешь пойти учиться? — Я?.. Честно говоря, понятия не имею… — почёсывая затылок, с неловкостью говорит Джисон. — Что? Как это? — Бин в шоке смотрит на парня. — А как же скетчбук? То есть… Ты же так классно рисуешь! — Ну… Мне многие говорят это, но… Мне бы не хотелось делать это основной профессией. Я хочу оставить это для себя, — на ходу продумывая ответ на вопрос, протягивает Джисон. — А чего бы тебе хотелось? — Не знаю… Я в полнейшем ступоре. Думал, здесь смогу найти ответ, — Джисон опустил голову, вытягивая ноги вперед, в то время как Чанбин придвинулся вплотную к парню, что их плечи соприкоснулись. — Похоже… Тебе, как и мне, придётся немного подождать, — смеётся Бин. — Да уж… — Джисон выдохнул и буквально на секунду положил свою голову на плечо Чанбина.

«Неужели мне не показалось? Стесняется? Возможно… По крайней мере, теперь я могу быть уверен, что ему комфортно со мной. Это греет душу. Очень».

«Господи, что я делаю. Это неловко. А вдруг он неправильно поймет? Что со мной происходит? Но к нему прямо безумно тянет. Так хорошо…» Они говорили так ещё очень долго. Разговор лился совершенно легко. Сейчас они были собой. Им не нужно было надевать маски и пытаться впечатлить друг друга. Они те, кто они есть. Небо становилось светлее. Солнце поднималось над горизонтом и начинало медленно, но с каждым разом всё ярче, освещать море и Джисона, от чего не мог оторваться Бин. Он внаглую смотрел на парня, даже не пытаясь скрыть это. Джисон ничего не видел, так как просто смотрел вдаль, полностью занятый своими мыслями.

«Боже, я очарован. Я никогда не видел насколько красивых людей… Как ангел. Солнце попадает только на часть лица, освещая светлые волосы, глаза, где видна каждая длинная ресничка, элегантная шея, манящие ключицы и… Эти губы…»

Пока Чанбин думал, совершенно заворожённый самой эстетичной картиной перед собой, он сам не понял, как начал максимально сокращать расстояние между ними. Джисон, который повернул голову, был шокирован такой близостью. Бин тянулся к нему, а Джисон всё сильнее ощущал его горячее дыхание на своих губах. Между ними остались миллиметры. Оба замерли. Чанбин будто ждал согласия, а Джисон — последующего шага от Бина. «Боже, боже, боже, боже! Что же я творю?» С этими мыслями Джисон резко отстраняется, отворачивая голову.

«И правда… Чего я ждал?»

Чанбин сконфужен, но пытается не показывать этого, просто медленно отодвигаясь. Джисон сразу же останавливает его, накрывая его руку своей, и придвигается. «Сердце до сих пор бешено колотится… Но я не хочу всё испортить». — Знаешь, спасибо тебе за сегодняшний день. Я не думал, что такое возможно, но ты сумел доказать мне обратное, — улыбка Джисона, как и его слова, исходили из самого сердца.

«Прекрати… Я уже без ума от тебя».

— Я рад, что смог помочь. Хотя это, наверно, я должен тебя благодарить, что ты согласился пойти со мной, — Чанбин улыбается в ответ. Больше они не говорили. Парни сидели молча, встречая рассвет и наслаждаясь последними приятными минутами в тишине. «И всё-таки тепло… Так хорошо рядом…»

***

Такси. Дом Джисона. — Спасибо, что проводил. — Да мне не сложно. Главное, что я, как и обещал, довёл тебя домой, — усмехаясь, говорит Чанбин. — Правда, подзатянулось немного твоё возвращение. — Даааа, — соглашается Джисон, смеясь. — И всё же, спасибо… Я был рад познакомиться с тобой. Неизвестно, сколько бы я пробыл в той кофейне, — задумчиво продолжает парень. — Теперь тебе не нужно думать об этом. Ты можешь звать меня, — лыбясь, говорит Чанбин. — Ты же дашь свой номер? Иначе я не смогу тебя отпустить. — Ладно, — спокойно отвечает Джисон. — А? Так быстро? — Чанбин никак не ожидал быстрого согласия. — А почему ты так удивлен? Я буду рад, если мы встретимся снова, — краснея, дрожащим голосом произносит Джисон, опуская голову вниз. — «Мой голос сильно дрожит. Надеюсь, он этого не заметил». — Да и к тому же, — продолжает парень, — я всё ещё хочу нарисовать тебя. Та работа вышла быстрой зарисовкой. Мне нужно побольше времени. — Полностью согласен, — поднял руку Бин, в то время как Джисон, зевая, стоял напротив. — Всё, а теперь топай спать. Ты очень устал, так что пока, Джисон, — и сев в такси, уехал, услышав последние слова от парня. — Пока! И ты поспи. Не перетруждайся! Зайдя в квартиру, парень быстро скинул с себя всю одежду, прогрелся в горячем душе и без сил упал на кровать, мгновенно заснув. «И всё же он тёплый… Намного больше, чем это дурацкое одеяло…»