"Летняя" аллея

Май. Какое красивое нежное слово. И безумно радостное для троллей. Розочка всегда любила этот весенний жаркий месяц, но больше всего она любила конец мая, потому что потом наступало долгожданное любимое всеми троллями лето. Ну чем не повод устроить праздник? Так и подумала юная принцесса. Теперь вся деревня занималась приготовлением к празднику в честь наступления лета. Более того, Розочка, посоветовавшись с отцом, руководила строительством новой "летней" аллеи, проходившей под миниатюрными ивами, подходящими для прогулок крошечных троллей, выведенными местными ботаниками. Строительство почти подошло к концу, оставалось добавить несколько штрихов в виде фонарей и гирлянд, а в честь грандиозного открытия ярких ленточек, свисающих с веток ив. Забот у принцессы было полно, но все шло по плану, и только одно дело тревожило её. Отношения между двумя близкими ей троллями, Цветаном и Ручейком. Месяца два назад она заметила, что что-то изменилось. Не сказать, что в худшую сторону, но тоже никуда не годилось. Парни абсолютно перестали контактировать. Прежние, такие уже всем привычные стычки прекратились. Они часто избегали друг друга, если узнавали, что возможно, придётся общаться. По мнению Розочки, это началось после Рождества, хотя, она не припоминала, чтобы что-то необыкновенное случалось тогда. Тем не менее, её очень заботило, что два тролля не были счастливы в полной мере. Она так считала и собиралась это исправить. Сперва она хотела обсудить эту непонятную для неё тему с её лучшим другом – осмотрительным и задумчивым серым троллем с обостренным чувством самосохранения. Он, на сколько она помнила, ни разу не высказывался на этот счёт, но Розочка была уверена, что он с полным доверием, как своей лучшей подруге, расскажет все, что бы там ни было. — Здравствуй, Цветан! Ну что? Ты уже освободился? Мы можем наконец пройтись и поболтать? Это ОЧЕНЬ важно, я ждала этого весь день! Можешь себе представить!? — Принцесса вошла в кураж и оставила Цветана без шанса на ответ. Тот, привыкший к таким ситуациям, умиротворённо с лёгкой улыбкой ставил бункер на сигнализацию, слушая обрушавшуюся на него лавину слов. "Отлично. Сейчас мы поговорим с ним по душам, как обычно делают друзья в трудных ситуациях, и я пойму в чем дело. А там уже и с Ручейком поговорим и со всем этим разберемся! Всё будет хорошо." Если бы всё было так просто, как думала принцесса. Двое разноцветных троллей шли по вечерним опустевшим улочкам деревни. Воздух стал более прохладным, чем был днём, но по прежнему оставался тяжёлым и душным. Лёгкий теплый ветерок доносил до друзей ароматы всевозможных цветов, распустившихся в этом месяце. Разговор проходил непринужденно, так так по прежнему был ни о чем. Розочка решила, что пустой болтовни достаточно и можно приступать к допросу с пристрастием, хотя и надеялась, что до эмоционального давления не дойдет. —Слушай, ммм... Как там дела с Ручейком? Вы вроде больше не ссоритесь. — Принцесса с большим любопытством глядела на серого тролля. "Только не это... Ну зачем? Зачем тебе, черт возьми, надо было поднимать эту тему? Чего ты хочешь от нас? Ещё не надоело нас мучить?" Цветан слегка напрягся и нахмурился, сделал глубокий вдох и шумно выдохнул, пытаясь невербально показать подруге, что не имеет ни малейшего желания об этом говорить. Но это розовое чудо всё так же с нетерпением смотрело на друга широко улыбаясь. —Да ничего. Как там, кстати, продвигается строительство аллеи? Мне уже не терпится по ней пройтись. С тобой и – — Цветан, не увиливай от вопроса, пожалуйста. Расскажи мне. Я всё пойму. ... И никому ничего не расскажу, если ты об этом беспокоишься! — Тролли дошли до мостика над небольшой, но глубокой речушкой на окраине деревни. Цветан раздражённо взглянул на подругу, мол, перестань раздувать из мухи слона. Розочку это немного задело, и она обиженно зашагала вверх по мостику, опережая Цветана. "Какая глупость. Что за допрос? Что мне сказать, чтобы ты успокоилась?" Серый тролль удручённо поплелся вслед попутчице. Она, оперевшись о перила, смотрела прямо перед собой на искрившуюся от лучей садившегося солнца воду. — Пожалуйста, давай не об этом. У меня такое хорошее настроение, я не хочу портить его, вспоминая об этом... тролле. — Цветан медленно подходил к Розочке, выдерживая позитивные нотки надежды в голосе, рассчитывая на, то, что та сдастся, и они больше никогда не поднимут эту тему. Принцесса резко повернулась к другу. — Ну как же ты не понимаешь? Мне это важно! Мне важно знать, что случилось с моими друзьями! Я хочу помочь, вот и всё! Ты же сам видишь, что вы ведёте себя странно... Вот я и хочу узнать, что случилось. — Розовые глаза на мгновение опустились к дощечкам, из которых был сделан мост, а затем вернулись обратно, целясь прямо в уставшие глаза Цветана. — Ты же мне доверяешь? — Вопрос этот она задала невыносимым для Цветана тоном. Назывался он: "Пожалуйста, сделай то, что я от тебя хочу. Я же люблю тебя, а ты делаешь мне больно." Пожалуй, на этом моменте настроение тролля окончательно и официально было испорчено. "Прости, Розочка. Прости, но я не могу тебе рассказать. Это не обсуждается." Их отношения с гуру были для него запретной темой не только для обсуждения с другими, но и для личных рассуждений и самокопаний. Это было чем-то сокровенным, личным, чем нельзя было делиться даже с самой близкой подругой. — Конечно я доверяю тебе. Обидно, что ты задаешься этим вопросом. Но я не обязан и не хочу рассказывать тебе всё, что происходит в моей жизни. Это моё дело и я прекрасно с ним справляюсь. Спасибо за твою заботу. — Цветан выглядел спокойным и уверенным в своих словах и действиях. Голос был ровным и низким, можно даже было назвать его холодным и жестоким. Розочка поняла, что часть плана с разговором с Цветаном безуспешно провалилась. Она смущённо вздохнула и отвернулась к воде. Конечно, он прав. Он имеет право на личное пространство и неприкосновенность частной жизни, это она и сама прекрасно понимала. На этом не самом лучшем моменте их разговор "по душам" был окончен. Расстроенный и злой Цветан шел в одиночестве по его самому любимому месту в этом мире – лесу. В нем побаивались ходить другие тролли, возможно, это и давало лесу преимущество над другими уютными в понимании асоциального тролля местами. Солнце скрылось за горизонтом уже примерно час назад, и на темно-синем небе начинали проявляться крошечные белые огоньки. Ветер стал прохладным и освежающим. Это было то, что нужно Цветану на данный момент. Тишина и свежий воздух. Это должно было его успокоить и помочь привести мысли в прежний порядок. Неудачный разговор с подругой поднял на поверхность самую неприятную и сложную для него тему. Тему, которую он закопал глубоко в своем разуме сразу после Рождества, чтобы никогда об этом не думать. Не думать о Ручейке. "Розочка, Розочка, черт тебя дери, Розочка. Я бы обрубил все связи и с тобой, чтобы никто больше не мог напоминать мне о нем! Но я люблю тебя и наши отношения мне слишком дороги. Но, черт возьми, ты доставляешь столько неудобств своей чертовой заботой!" Цветан в ярости ударил кулаком по ближайшему дереву. Раздался глухой звук от удара, и боль вспыхнула в месте удара костей о кожу, но тролль не обратил на это никакого внимания. Сейчас это не имело значения, и он был слишком увлечён раздумьями о запретной теме. "Это только моё дело. Мое и его. Это вообще никак не касается Розочки. Если её это так интересует, то пусть спросит у него. Я думаю, он с удовольствием ей поведает о моем к нему несправедливом и жестоком отношении, если уже не рассказал. Ещё и строит из себя жертву: прячет глаза, отворачивается, избегает меня, весь такой обиженный!" Тролль пробирался через лесные заросли, со злостью отшвыривая от себя стебли и листья растений. "Он же просто издевается надо мной! Та записка и гребанное печенье. Это всё идиотская затянувшаяся шутка. Сначала я должен был вымаливать у него прощения, чтобы друзья не бросили меня, а теперь он решил посмеяться. "Прости меня, Цветан! Мне так жаль! Мне правда, очень жаль! Жаль, что ты готов унижаться передо мной, чтобы тебя не бросили единственные друзья!" Урод." Цветан наконец выбрался из зарослей к небольшому лесному озеру. Он замер и затаил дыхание. Лунный свет дорожкой бежал по зеркальной глади тихой воды. Ветер затих, и вместе с ним стих шум листьев деревьев. Тишина нарушалась лишь громким частым биением сердца не единственного в этом месте тролля. Цветан сделал вдох и холодный влажный воздух ударил в нос, но что-то в этом воздухе было ещё. Тролль повел ушами. Точно. Это определенно точно был запах другого тролля. Цветан даже понял, какого именно.