Да, я альфа, и что с того?

      На планете существует много замечательных и красивых городов, очаровывающих своим видом. Романтика Парижа, цветущие сады сакуры в Японии, дождливые ночи Туманного Альбиона, но Лос-Анджелес, город «Ангелов», навсегда останется в сердце Даниеля. Этот жаркий край поистине является кусочком Рая в суровой Америке, здесь вдоль бесконечных берегов прекрасного Тихого океана снуют многочисленные туристы и местное население.       Люди приезжают в этот город, чтобы начать свою жизнь с чистого листа, вырывая последующие листы из своей книги, испачканные грязью, собственными страхами и ошибками. Мужчина охотно согласился с этим, вспоминая лицо своей уже бывшей озлобленной жены, стоявшей на пороге ЗАГСа со скомканными бумагами о разводе.       Улыбаясь и смотря на дорогу, ведущую к его будущему счастью, мужчина с энтузиазмом предвкушал начало новой жизни вместе со своей семилетней дочерью Хилари.       Припарковал свою машину вдоль недавно купленного коттеджа, который Даниель сам подобрал, несмотря на умоляющие щенячьи глаза дочери, руки которой всегда тянулись к домикам розового или же яркого цвета, нежели к тем депрессивным и скучным домам, подобранным папаней девочки. На ее вопросы он лишь отвечал тем, что он, увы, не достоин домов для принцессок, как его любимая дочка, хотя на самом деле он боялся за свою репутацию и не хотел ее угробить в первый же день работы. Все-таки звание директора в компании его отца было невероятно важным событием, что даже такие мелкие вещи, как выбор гнездышка в этой местности, имели свою важность.       — Пап? — позвала отца хриплым голосом отоспавшееся чудо. — Мы приехали?       Даниель, взъерошив пушистые кудрявые волосы Хилари, сказал:       — Конечно, милая. Выходя из машины, не забудь свою сумку, хорошо?       Кивнув, малышка взяла свой рюкзак в виде единорожка, все время валявшийся на полу салона машины, и побежала к дому, который хоть и не внушал доверия и привязанности, но ради отца она могла идти на такие «жертвы».       Хилари Беннетт — это милая омежка с длинными волосами и серыми глазами, как у матери. А вот тонкие губы и ее поведение напоминали отца в детстве. Та еще шустрая хулиганка. Девочка являлась олицетворением ангела, коим и называл ее отец.       Альфа был рад тому, что родная дочь не стала защищать свою мать, понимая, что та всегда с неуважением относилась к нему и что в ее уме были только мысли о деньгах, приносимых компанией.       Глубоко в сердце Хилари очень желала, чтобы она осталась и изменилась, чтобы не была такой, какой предстала перед ними после своей измены. Она очень уважала Даниеля, ведь тот, несмотря на работу, всегда находил время для малышки, привыкшей к полному безразличию со стороны матери. Рада ли она, что Александра ушла из ее жизни? Возможно. Будет ли она по ней скучать? Однозначно нет.       Смотря на то, как Бэннетт неуклюже доставал из багажника огромный радужный чемодан Хилари, в котором лежали все ее любимые игрушки, Вы, наверное, подумаете, что любой другой человек дал бы эти вещи перевозной машине с остальными коробками, забитыми нужными семье принадлежностями. Но Хилари, любя все свои плюшевые игрушки, не могла их оставить в какой-то пыльной и чужой машине. Она была очень привязана к ним и поэтому решила взять их с собой в поездку. И кто сможет противостоять милой девочке с пухлыми щечками, которые так и хочется потрогать их и ощутить мягкость и упругость детской кожи? Верно, никто.       — Папа, ты там долго?       — Уже иду, милая, — сказал запыхавшийся альфа, с трудом передвигая ватными от долгого пути ногами.       Дойдя до заветного входа теперь уже общего дома, мужчина открыл стеклянную дверь, открывая взор на типичное логово холостяка, которое явно было не по вкусу юной принцессе. Закрыв за собой дверь, разувшись, Даниель прошел по коридору, явно ведущему в просторную гостиную-кухню, которая была обставлена в стиле модерн, как сам коттедж. Присвистнув, он опрокинулся на угловой диван, цвет которого гармонично переливался с бежевого и серого цвета на черный цвет шелковых подушек. Рядом с ним находился маленький стол, сделанный из черного дерева, с кольцами вместо привычных четырех ножек, заканчивающимися у самого пушистого белого ковра, на который в ту же секунду плюхнулась тяжелой ношей дочь.       Вздохнув полной грудью, альфа постепенно чувствовал, как запах зеленого чая обволакивает его разум. Это запах Хилари. Его же запах напоминал лес, который притягивал к себе лишнее внимание своей мягкостью и притягательностью. Но запах дочери нравился больше. Он невероятно успокаивал и дарил чувство комфорта и свежести в самые трудные вечера. Устало потерев слипающиеся глаза, нехотя встав, он поднял уже спящую дочь и положил на диван, накрыв своим кардиганом, а сам лег рядом.       Комнаты в доме не были обставлены мебелью, кроме кухни, ванны и гостиной. Но сама планировка коттеджа ему очень понравилась. Весь этот простор так напоминал ему Лондон этими мрачными и светлыми тонами дома. В его голове была мысль об обратном переезде, но Даниель периферией чувствовал, что не хочет снова оказаться в своем родном городе и проходить через те испытания жизни, которые хотелось бы забыть.       Реальность постепенно начала его покидать, отдавая во власть сна. Последняя мысль была о том, что их веселая новая жизнь только начинается. Но Даниель еще не знает, что может произойти с ним завтра и как это что-то может изменить его жизнь раз и навсегда.