Да, я альфа, и что с того?

      На улице стояла знойная погода, которая не давала возможности прогуляться и насладиться Лос-Анджелесом. Как-никак это город солнца, где невозможно не получить бронзовый загар и шипящую от источника жары горячую кожу. Жители, подвергнувшиеся обжигающим лучам, во все тяжкие начинают прятаться в домах, наполненных порывом холодного кондиционера.       Смотря на эту суматоху, Даниель, недовольно жмурясь, надеялся на милосердие климата, который в следующую секунду превратит эту пустыню в прохладную погоду, что, конечно, не произойдет, учитывая орущие сообщения насчет предстоящего жаркого дня. Но этим днем хоть как-то обрадовал кондиционер в его кабинете, который, противостоя лучам солнца, одержал победу в этой битве. Они как горячие руки, пытающиеся огладить каждый дюйм помещения, дабы согреть и укутать в свое душное поле, показывая всю власть над летом.       Мужчина неосознанно начал вспоминать свой родной город, где произошел с ним один из не самых любимых моментов в жизни… Дело идет о предыдущей его компании.       Компанию «Den Industrie» он отдал своей жене, чтобы та не стала в суде претендовать на родительское попечительство над Хилари после развода. Она давно желала стать директором компании и пополнить свой кошелек деньгами, приносимыми организацией. Но женщина была довольно глупа, сама же не осознавала, на что идет. Ей казалось, что подписывать и заполнять документы — это априори очень простое дело, но когда она взялась за это, то Алекс крупно пожалела, ведь сразу погорела на этом, оставив свою компанию в банкротстве. Слишком долго она копила в себе желание власти, а в итоге эта цель ее и погубила. Сама она не осталась без денег, так как брала проценты с зарплат рабочих, что привлекло за собой их месть, заключавшуюся в неусердной работе.       Даниелю было очень жалко свою компанию, ведь он столько лет добивался этого поста, но ради благополучия своей дочери пошел на все. И его жертвы были не напрасны, ведь отец тем временем нуждался в отдыхе от всей этой бумажной суматохи и решил отдать свое место единственному сыну. Мистер Беннетт знал, что он не разочаруется в выборе кандидата, так как следил за всем его продвижением в компании и был весьма впечатлен.       Беннетт с обреченным вздохом обвел взглядом гору папок с бумагами и отчетами своей компании, которые так и хотели невольно качнуться от муссона кондея и упасть, испортив окончательно день своего хозяина.       С того времени как отец Даниеля ушел, прошли сутки. Казалось бы, мало времени, но за этот период секретарь, то есть «Большой рыжий комок», всегда находил подходящее время, чтобы задавать вопросы о личной жизни своего нового босса и о том, что он будет делать дома. Даже сейчас его лохматая шевелюра выглядывала из приоткрытой двери, а холодного цвета серые глаза любопытно обводили взглядом помещение, то и дело останавливаясь на кипе папок и бумаг.       — Что-то случилось, Ли? — устав от очередного набега помощника, спросил он.       Рыжая голова исчезла, и на ее месте показалась гора документов, что так несоблазнительно качалась из стороны в сторону, надвигаясь огромным бумажным цунами.       — Что это такое? — ужаснулся Даниель.       — Мистер Беннетт, это нерешенные дела, оставшиеся после Вашего отца, — с грохотом поставил он их на широкий и длинный стол.       В комнате послышался протяжный и усталый стон, сопровождающийся гулким ударом головой о как раз поставленную кучу ещё решаемых бумаг.       Воцарилась тишина. Мысли потихоньку прояснились. Было ли это благодаря «очищению головы» с помощью волшебного стола? Или же прохладному ветру, что удачно дул приятно на лицо? Блаженно закрыв глаза, он начал заниматься решением дел, которые так не кстати накопились за эти сутки. Было у мужчины чувство, будто отец нарочно оставил ему всю эту бумажную волокиту, чтобы свести его окончательно с ума.       — Я могу Вам помочь?       С недоумением посмотрев на Рыжика, другой ответил:       — Помощь? Разве твое место не остывает, Аластор?       — Нет, мистер Беннет. Сегодня, как ни странно, не было звонков клиентов, так что я решил Вам помочь.       После этих слов на стол опустился клипборд с двумя прижатыми железкой листами. Взяв его в руки, шатен прошелся взглядом по аккуратному почерку и пришел к выводу, что его сегодняшний день заполнен пока одним совещанием по поводу знакомства с коллегами. Рядом с этим событием было написано время — 18:30. Осведомленный планом на свой только начавшийся рабочий день, он посмотрел на наручные часы и облегченно вздохнул, увидев на них лишь час дня.       Даниеля Беннета порой раздражали подобные «церемонии» посвящения нового «главаря» стаи. Наверное, это из-за того, что он отвык от общества людей в костюмах из «Людей в черном». Он посмотрел вновь на Большой рыжий комок, который щенячьими глазами встретил его взгляд. Лишь тогда в мыслях вновь всплыл его заданный вопрос, который был вытиснен из головы напрочь.       Мужчина не очень любил, когда ему помогали в его же деле, но эта волокита предполагала дополнительную ночь в этом офисе. С другой стороны, он очень хотел закончить все это дело, в итоге быстрее оказавшись дома с дочкой, которая на данный момент находилась под присмотром его лучшего друга — Джоша Никенсона. А о нем мы поговорим чуть попозже.       Вновь раздумывая над ответом, он принял его просьбу, на что другой, очень обрадовавшись, сел сбоку стола. Его лохматая от природы прическа находилась под дуновением ветра кондиционера, пуще прежнего взъерошивавшего гнездо на голове.       Время шло очень медленно, оно, как улитка, не хотело никуда спешить, до конца пыталось выжимать все соки, но общение между героями было легким и очень расслабляющим, что помогало мыслям немного отдохнуть. Даниель узнал, что в Лос-Анджелесе Рыжик живет один уже порядка десяти лет, и тот факт, что он все это время работал на его отца, поражает. Удивительное в этом то, что в основном секретари не выдерживали компании отца, ибо тот всегда в начале давил, проверяя на крепость стержни своих «слуг». Все-таки шатен всем пошел в отца со своей паранойей и чрезмерной бдительностью.       В голове промелькнула мысль о том, что Ли мог бы помочь ему с дочкой освоиться в этом огромном городе, кипящем теми вещами, которые Хилари в свои годы лучше не видеть. Но потом эта мысль была откинута, из-за того что у него был лучший друг, который не раз спасал его задницу из передряг и ситуаций, когда его хотели прихлопнуть конкуренты, а уж с простой помощью с ориентацией в незнакомой местности он справится тем более. Все-таки сотрудничество с его компанией по технологиям приносило немало пользы.       И, кстати, голос у его визави был очень теплым и спокойным, что недосып на неудобном диване подал признаки жизни, окутывая слабым маревом сонного ощущения, но тот, быстро взлохматив свою голову, перешел к делу.       Порой Даниель чувствовал на себе взгляд Рыжика, но никак не реагировал на это, потому что у него выработался «иммунитет» к таким взглядам. Ну конечно, как тут не обращать внимание на самодостаточного, красивого и умного альфу, да еще с милой дочкой?       Вдруг послышался стук двери, и вошла женщина, работающая менеджером в отделе продаж. Ее звали Ника Франк. Девушка возрастом двадцати девяти лет с русыми волосами, которые во время работы были аккуратно собраны в пучок, а зеленые глаза под стать ее длинным и пушистым ресницам выглядели совсем как кошачьи. Отец сказал, что она порой может показаться сущей стервой, но если приглядеться, то перед тобой предстает добрая и милая женщина, которая идет на все ради благополучия компании. К слову, отец очень был доволен ее работой и всецело доверял ей важные соглашения и совещания.       — Мистер Беннет, я хотела Вам сказать, что сделка с Вашим партнёром Саймоном Уилсоном была расторгнута из-за того, что наш менеджер по риску увидел угрозу провала союза с такими, как они, — ядовито подчеркнула она последнее слово.       — Хорошо. Буду иметь в виду. Отличная работа, Ника.       Женщина, скромно улыбнувшись, ушла, закрыв за собой дверь. Меньше чем через минуту до альфы дошел запах мяты и эвкалипта. Аромат присущ для альфы, коим она и являлась для окружающих, но на самом деле эта блондинка была омегой, которая, зная мнение о омегах-бизнесменах, явилась в мир бизнеса альфой-самкой. Этот секрет, по его мнению, знал лишь он и, возможно, часть ее коллег-друзей. Но тем временем директор мог почувствовать едва уловимый запах клубники, что с такой легкостью щипал струнки его обоняния.       Тряхнув головой, он вновь возвратил свое внимание к двум папкам, которые так одиноко лежали на столе. Потянувшись к верхней зеленой папке, он вздрогнул, почувствовав касание руки своего подопечного, который так же решил идти по его плану — докончить дело до самой последней папки. Рука Ли была сухая и горячая, нежели его холодные от кондея руки. Возникла мысль невольно прильнуть к его руке, дабы хоть как-то почувствовать тепло кожи, но в ту же мимолётную секунду их прикосновение оборвалось, Аластор отдернул руку и залился румянцем. Сопровождалась ли эта реакция смущением или же холодком ветра, который непрерывно оглаживал его лицо? На этот вопрос Даниель не мог ответить. Но саму мысль, которая проскользнула в его голове насчет продолжительности их касания, он объяснил желанием организма согреться и ничем боле.       — Извините!       Голос, которым произнес секретарь, был растерянным и смущенным, что он аж невольно прижал свою руку к столу, чтобы та больше не жила по принципам его внутреннего перфекциониста. Ситуация вела по одному из путей обнадеживающих отношений их последующей дружбы, но мужчина никак не хотел думать об этом.       — Который час? — с дуру ляпнул Ли, позабыв о том, что буквально над его головой висели часы.       — Сейчас… четверть шестого. Мы как раз успеваем к нашей встрече.       — К Вашей, сэр, — подправил его Рыжик.       Эта формальность, заключающаяся в «мистере Беннете» или же «сэре», выглядела чересчур для скромного человека. Хотя кому он врал. У скромного мужчины была бы новейшая машина из линейки мерседеса или же коттедж стоимостью как несколько почек? Нет, так что проехали.       — Давай прекратим начало «светского» и «официального» разговора и перейдем на имена? Я чувствую себя стариком, когда слушаю твой лепет с этими «мистер» или «сэр». И учитывая то, что ты старше меня на два года…       — Хорошо, но, мист… Даниель, я не думаю, что так положено. Я уважаю Вашего отца и Вас в том числе. И показываю это в своей речи и отношении к Вам.       Не дослушав его до конца, Беннет взял свой пиджак, что удобно висел на спинке огромного кресла, и на ходу взял с собой ключи от кабинета. Когда-нибудь его паранойя его же и погубит, ведь с самого начала своей карьеры он никогда никому не хотел доверять свое «логово», напичканное разными документами, а то мало ли что. Да, он верил работникам своего отца, но при этом его бдительность никогда не давала ему повода расслабиться. Но к Большому рыжему комку у него странное чувство того, что он может хранить и защищать все важности компании, а также личные тайны его босса.       Взъерошив волосы, Даниель Беннет вышел из комнаты с подчиненным, каждый раз инстинктивно пытаясь уловить хотя бы слабый запах феромонов своего партнера, но все это было бессмысленно. И это было странно, ведь таблетки не могли так эффективно скрыть запах такого рослого альфы, хотя если у человека по природе будет ненавязчивый запах, то скрыть его будет легче простого. С этой мыслью он вошел в лифт под спокойную музыку, любезно и мило размещенную в этом просторном помещении, и ожидал нового этапа в его работе — знакомство со своей «стаей».