Call me back

      Микки стоял и смотрел на Йена, не желая верить своим глазам. Нет, ну серьезно, откуда такие вообще берутся, тем более в их-то районе, где каждый второй - наркоман или алкаш, что выглядит не очень-то презентабельно и уж тем более не горячо. В отличие от этого парня. – Ты хули уставился, помочь чем? – проговорил тот, что пониже, и это тут же привлекло внимание Йена. Рыжий в недоумении посмотрел на Микки, и Милкович приподнял уголок губ, довольный тем, что взгляд этого парня теперь прикован к нему. – Да нет, ребят, задумался, – ответил Микки, замечая, как с каждым его словом Йен меняется в лице. Его рот в удивлении приоткрывается, образуя идеальную "о", а брови так и норовят исчезнуть за линией волос. Он тоже узнал его, и это Микки посчитал своей маленькой победой, ведь не так уж и легко запомнить голос человека, с которым ты говорил по телефону меньше получаса.       Микки улыбнулся рыжему, который в тот момент, как рыба, открывал и закрывал рот, явно желая что-то сказать, но, видимо, не решаясь, и...блять. Микки только сейчас понял, что Йен даже не знает его имени. – Эээ...ты? – неуверенно спросил рыжеволосый, неловко улыбнувшись, но, увидев вставшую рядом с Милковичем Мэнди, чуть замялся, – или не ты...       Мэндс закатила глаза, видимо, надеясь поскорее двинуться дальше по списку, чтобы успеть накупить всего к ужину, и устало посмотрела на рыжего, – слушай, я, конечно, очень извиняюсь, но реши уже, он это или не он, мне еще рыбу жарить надо, – нетерпеливо проговорила она, и Микки пробило на ржач. Вот это, блять, разговор. – Да я это, я, – проговорил он, посмеиваясь и все еще сканируя взглядом рыжего, чтобы запомнить как можно больше деталей его внешности. Не то чтобы Микки собирался звонить ему снова, но тонкие пальцы и веснушки Йена явно будут проноситься у него в голове, когда брюнет будет трогать себя в следующий раз. Парень бы с удовольствием посмотрел, что скрывается за голубой майкой и плотной тканью джинс, надетых на Йена, но пока он еще придерживается хоть каких-то моральных принципов, чтобы догадаться не изменять своему парню, – запомнил мой голос, да? – он даже не заметил, как тон его собственного голоса стал ниже, а губы сложились в соблазнительной ухмылке, как это обычно происходило, когда он был наедине с Чарли, но с конкретно этим парнем, Йеном, Микки не может контролировать себя, как бы глупо это не звучало. Такое ощущение, что его мозг автоматически отключается при звучании такого мягкого и приятного голоса.       Йен прикусил нижнюю губу, отмечая взгляд Микки на ней и легко усмехаясь, – Что ж, думаю, не я один такой, – проговорил он, не отрывая завороженного взгляда от Милковича, в то время как Мэнди эти гляделки уже порядком надоели. – Слушай, мне кажется, что это очевидно, раз уж вы оба стоите и пялитесь друг на друга прямо в эту секунду, – она вновь посмотрела на своего брата, подталкивая к нему тележку с продуктами, – мы уже можем идти, Мик?       Микки усмехнулся, понимая, что сестра разнесет всех и вся, если он сейчас же не сдвинется с места, кое-как помахал улыбающемуся Йену рукой и толкнул тележку в сторону следующего стеллажа. – Какая же ты сука, Мэнди, – донеслось до Йена последним, когда тот провожал взглядом удаляющиеся фигуры Милковичей.

***

      Возвращаясь домой в тот вечер, Микки находился в приподнятом настроении. Он был в предвкушении, готовясь вот-вот получить хоть какое-то сообщение или даже звонок от Йена, не раз проверяя телефон на наличие каких-либо уведомлений, заходя в их с рыжим пустую переписку и обновляя, обновляя, обновляя.       Но ни звонка, ни сообщения, абсолютно ничего. А Микки злился, блокируя телефон и в раздражении кидая его на противоположный край кровати, но через пару минут все равно тянулся за ним, чтобы после продолжить обновлять чертову переписку, которой, по сути, и не было.       Милковича одолевали разные мысли. Кто был тот парень, стоящий около Йена все это время? На вид он был слишком молод, чтобы быть парнем или другом Йена, а для братьев они были слишком не похожи, и это ставило Микки в тупик. Если бы они встречались, рыжий бы не посмел разговаривать с Милковичем таким образом при нем. Черт, а как же Йен на него смотрел... Его взгляд, скользящий по лицу и телу Микки, останавливающийся на глазах и губах, заставлял Милковича моментально отбросить все мысли о том, что Йена он мог как-то не заинтересовать. Но тогда какого хера он все еще ничего не написал?       Милкович вновь схватил телефон с открытым диалогом и решился первым написать сообщение рыжему, надеясь, что Йен не дед и не ложится спать в 11 вечера. Микки (23:37): Думал, ты напишешь мне. Йен (23:42) Ээээ. Извиняюсь, но это кто?       Микки не мог поверить, что этот мудак не сохранил его номер. Он не знал, что написать ему в ответ, набирая что-то глупое, но тут же стирая сообщение полностью, когда Йен, видимо, все это время ожидающий ответа, но так его не получивший, начал печатать что-то сам. Йен (23:48) Ахахахахах, да я стебусь просто, Мик :D       Микки сидел с каменным лицом на протяжении нескольких секунд, пока не засмеялся от своей тупости и неловкости этого момента. А еще, блин, какой еще абориген использует такие идиотские смайлики прямиком из 2007? Микки (23:49) Блять ясно ахаххах       Он не знал, что написать, просматривая каждое их сообщение друг другу, чтобы придумать хоть что-то, зацепившись за одно из них, как понял одну вещь. Рыжий назвал его по имени, хотя Микки, вроде как, даже не произносил его. Микки (23:50) Откуда ты знаешь мое имя? Йен (23:50) Твоя девушка назвала тебя так. Микки (23:51) Извиняюсь, моя кто?       Микки просто выпал в осадок. Если этот придурок серьезно подумал, что Мэнди-его девушка, и именно из-за этого даже не написал, Микки просто откажется верить этой глупости, ну серьезно. Они же как две капли воды. Йен (23:52) Ну, она была с тобой сегодня в магазине. Микки (23:52) Это моя сестра. Из-за этого не написал? Йен (23:53) Да, так и есть. Но теперь, раз уж ты свободен, я уверен, что нам нужно встретиться. Ты не против?       Микки смотрел на это сообщение, в напряжении кусая губу и хмурясь. Конечно, блять, он не против. Увидев Йена вживую, Микки понял, что из ахуительного в этом парне не только его голос и манера речи. Он был высоким, на голову выше Микки, а его плечи широкие, усыпанные яркими веснушками, выглядели как настоящее произведение искусства. Милковичу повезло, что в тот день Йен был в майке, и Микки имел возможность увидеть эти сильные руки с тонкими запястьями, красивыми кистями и длинными пальцами, и Микки честно старался не представлять, как те с силой обхватывают его шею или сжимают запястья брюнета, оставляя после себя темные пятна. Решившись тогда опустить взгляд чуть ниже, он увидел, как выпирает через ткань джинс рыжего его член, и Микки повело, стоило ему представить, что там Йен тоже рыжий.       Такое ощущение, что, существуя, Йен уже портит ему и жизнь, и отношения, ведь, Микки уверен, если они встретятся снова, они явно потрахаются. И это уже точно будет изменой. Правда, Микки не уверен, что Чарли узнает об этом, как не уверен в том, что действительно готов пойти на такое ради какого-то перепихона с неизвестным красавчиком. Микки (23:55) Свободен? У меня есть парень, чувак.       Микки надеялся, что это не звучит слишком грубо с его стороны, и Галлагер не воспримет это так, будто Милкович его отшивает. Хотя, по сути, это ведь так и есть. Микки вынужден отшить его, такого всего красивого и невъебенного, чтобы его любимый парень Чарли дальше не отвечал на телефон, когда это правда нужно. Сука. Йен (00:01) Да? И почему ты тогда написал мне?       И что на это отвечать? Ведь Микки не знает, правда не знает. Он просто безумно хотел добиться внимания от этого парня, хотел быть уверенным, что тот действительно желает его. Но не мог же Микки написать это прямым текстом, правда? Микки (00:05) Я не знаю, окей? Просто общаться, не занимаясь при этом сексом, слишком сложно для тебя? Йен (00:07) Мы оба знаем, что это не то, что ты хочешь на самом деле. Я видел, как ты смотрел на меня, и я уверен, что смогу удовлетворить тебя так, как не сможет твой Чарли. Я заставлю тебя почувствовать то, что ты никогда до этого не чувствовал. Доверься мне, Микки. Позволь мне показать тебе, на что я способен.       Микки перечитывал это сообщение несколько раз, а внизу его живота тянуло, мучая его. Слова парня возбуждали, заводили так сильно, что Микки не знал, куда от них деться, потому что сейчас они заполоняли его голову полностью. Милкович вновь откинул телефон в сторону и провел руками по своему лицу, пытаясь успокоиться и прийти в себя.       Он вышел из комнаты и двинулся в сторону ванной, но та оказалась закрыта, а за дверью был слышен шум воды и едва различаемые слова какой-то слащавой песни о любви, которую так любила Мэнди, и Микки понял, что это надолго, ведь его сестра могла отмокать в душе часами.       Брюнет зашел на кухню, подходя к раковине и включая холодную воду, чтобы ополоснуть хотя бы лицо, а затем хихикая, услышав писк из ванной, оповещающий, что Мэнди все же почувствовала, как вода в душе стала горячее.       Сжалившись над ней, он все же выключил воду и, все еще посмеиваясь, вернулся обратно в комнату. Схватив свой телефон, он обнаружил новое сообщение от Йена. Йен (00:24) Сегодня в Феечке в 9 вечера. Я буду ждать. Блять.

***

      Весь день Микки провел в лежачем положении, чтобы ни дай Боже не пойти собираться на ебучую встречу с рыжим. Он отвлекал себя чем угодно, даже позвонил Чарли по видеосвязи, надеясь, что они разговорятся, и Милкович забудет про встречу с рыжим, но их звонок подошел к концу так же быстро, как и начался. Парни ограничились только приветствиями да вопросами по типу "как ты?" и "что делаешь?", и дальше этот разговор продолжать не было смысла. Да и связь у Чарли там отстойная, а вокруг него постоянно шастают родственники. Ни поговоришь, ни подрочишь, хуйня хуйней.       Йен тоже не написал ни слова с того момента, как ночью отправил то сообщение с местом их встречи. Микки сразу его загуглил, потому что понятия не имел, что это за хуйня такая пидорская, и, как оказалось, Феечка - это клуб в Бойз Тауне. Намерения Йена стали еще более понятными, и Микки теперь буквально еле держался, чтобы не совершить ошибку, за которую после он явно поплатится.       Время близилось к 8. Микки смотрел на висящие на стене доисторические часы, напряженно наблюдая за тем, как движется по кругу секундная стрелка. На протяжении минуты он, не моргая, смотрел в одну точку, а затем резко сорвался с места, хватая в руки чистые трусы и полотенце и быстрым шагом направляясь в ванную.       Он по-быстрому ополоснулся и вылез из ванной, стряхивая с волос воду и заправляя их назад. Вытерев запотевшее зеркало, он посмотрел на свое отражение, пытаясь понять, чем он на самом деле привлекает таких охуенных парней, как Йен или...или Йен. Лучше его, Микки уверен, ему еще не встречалось.       Смотря на себя, Микки на самом деле не понимал, что именно в его внешности так зацепило Йена, но в голове проносились только слова из первого эпизода шрека: " –Фу, ну и чудище! – Не очень-то и вежливо! Нормальный ослик..."       Микки усмехнулся своей же шутке, но, вспомнив, что до встречи осталось около сорока минут, а Милкович понятия не имеет, как дойти до чертовой Феечки, решил поторопиться. Он быстро оделся и даже откопал у Игги в шкафу покрытый пылью и чем-то, о чем Микки и думать не желал, одеколон. Брызнув его на руку, брюнет пожалел, что его нос вообще может чувствовать запахи, потому что этот был таким резким и таким противным, что у Микки заслезились глаза. Он с раздражением бросил его обратно в шкаф, с громким стуком закрывая его, и пошел мыть чертову руку от греха, да и от Йена подальше. – Блять, ну что за пиздец! – проговорил он, вновь смотря на то, как часовая стрелка движется все ближе к девяти.       Микки буквально выбежал из дома, вбивая в ебаные гугл карты адрес этого клуба. Черт бы побрал этого Йена с его ебучими пидорскими штучками и смайликами.       Электронный женский голос указывал ему дорогу, а Микки злился. На себя за то, что все же повелся и сейчас прется хуй пойми куда, и на рыжего за то, что он явился весь такой соблазнительный и красивый. Конечно, на такого только дебил не поведется, но как же стыдно перед Чарли... Микки даже выключил уведомления на сообщения своего парня на время, которое он будет проводить с Йеном, чтобы лишний раз не чувствовать себя виноватым.       Войдя в клуб и оглядевшись по сторонам, он к своему ужасу увидел кучу оголенных тел, трущихся друг о друга под попсовую музыку. Некоторые, кажется, решили даже не возвращаться домой, а заняться сексом прямо в клубе, ныкаясь в уголках заведения или скрываясь за ширмами. Микки вздохнул, надеясь поскорее убраться отсюда, а его взгляд в момент столкнулся с зелеными глазами Йена. Он улыбался. Так открыто и так искренне, что Микки не смог сделать ничего, чтобы не улыбнуться в ответ.       Рыжий сидел у барной стойки, и Микки опустился на стул, стоящий справа от него, все еще не в силах оторвать от него взгляда. – Знал, что ты придешь, – проговорил Йен, чуть придвигаясь ближе к Милковичу, и Микки стало не по себе от желания прикоснуться к его лицу, руке, шее, да к чему, блять, угодно. От рыжего пахло чем-то...ну точно, блять. Чем-то цитрусовым, специально, наверное, подбирал. Но этот запах не отталкивал, а лишь побуждал Микки хотеть зарыться пальцами в рыжие пряди, утыкаясь носом в шею Йена и вдыхая этот самый запах. – Я не мог не прийти... – честно прошептал Микки, когда Йен наклонился слишком близко, нежно касаясь губами скулы Милковича и начиная мелкими поцелуями двигаться к его уху. Микки прикрыл глаза, не в силах противиться таким легким и мягким прикосновениям, лишь выдыхая и аккуратно обвивая руками его шею. – Ты так сильно заводишь меня... – услышал брюнет, чувствуя, как тонкие пальцы Йена пробираются вверх по от его колена по бедру, и Микки поддался, лишь раздвигая ноги чуть сильнее и предоставляя Йену больше доступа, отдаваясь ему полностью, какой бы сучкой он теперь не казался. – Поехали, – твердо произнес рыжий, и Микки разочарованно выдохнул, когда пропало это приятное тепло от тела Йена. Тот поднялся и пошел к выходу, пока Микки пытался прийти в себя и вспомнить, кто он вообще такой. Ну и сука этот рыжий.       Милкович поднялся с места, стараясь не терять Йена из виду, и вслед за парнем вышел из здания, двигаясь к парковке и...мерсу Йена? Откуда у рыжего столько, мать его, денег? Недолго думая, Микки все же решил забить и оставить расспросы на потом.       Сев рядом с Йеном и по его приказу застегнув ремень безопасности, он только сейчас понял, что у этого подонка заняло 3 минуты, чтобы заставить Микки сесть в свою тачку и увезти его к себе. Какого черта?..       Микки смотрел на него всю дорогу, словно завороженный или просто накуренный, а Йен будто и не замечал его взгляда вовсе, весь из себя такой строгий и горячий, что Микки хотелось наброситься на него здесь и сейчас, но просто секс на задних сидениях машины — явно не то, что хочет Микки от конкретно этого парня. Да и рыжий упоминал что-то о своих ахуенных способностях в постели, так пусть продемонстрирует.       Всю дорогу они молчали, и только к концу Йен взглянул на Милковича, одаряя его своей зубастой улыбкой, а Микки захотелось ударить себя по животу, чтобы унять этих чертовых бабочек или еще каких насекомых. Йен припарковал машину у высокой новостройки, и, зайдя в нее, Микки не отыскал ничего общего в устройством этого здания и его собственным домом. Все выглядело настолько чисто, что Микки было страшно дышать, чтобы ничего не испортить, когда Йен, казалось бы, вообще этого не замечал. Он приветливо поздоровался с консьержкой, заходя в лифт первым и нажимая на кнопку 18. – Что-то не так? – спросил рыжий, подходя чуть ближе, когда двери лифта закрылись. Микки поднял на него взгляд, на секунду теряясь в глазах Йена, но затем пожимая плечами и пытаясь сосредоточиться на чем-то, кроме парня, стоящего напротив. Не прошло и секунды, как Микки оказался прижат к стене лифта сильным телом, а палец Йена приподнял его голову за подбородок, чтобы Милкович вновь устремил взгляд на парня. Микки расслабился в его руках, обвивая своими его талию и только притягивая ближе к себе. Для Йена это было сигналом.       Он наклонился к шее Микки, обдавая его кожу горячим дыханием, а тот только и мог запрокинуть ее назад, отдаваясь парню полностью и боясь, что вот-вот двери лифта откроются и нарушат то, что рушить он совсем не хотел, желая лишь оставаться в этом моменте так долго, как только это возможно.       Микки чувствовал грубоватые мозолистые пальцы Йена, пробирающиеся под его футболку, и его мягкие губы, словно контрастные прикосновениям руки рыжего. Милкович ощущал его везде, и даже эта мысль заставляла его наслаждаться прикосновениями еще больше, чувствуя пробегающие по его коже мурашки. Внизу живота тянуло, а член Микки с каждой секундой становился все более твердым, и тогда он решился накрыть своей рукой пах Йена. Микки чувствовал возбуждение рыжего через штаны, ощущая, насколько у него большой, и от этого его дыхание участилось еще вдвое.       Желание распалялось от этих нежных поцелуев, спускающихся все ниже и ниже, но тут двери лифта раскрылись, и так же, как и в клубе, Йен отстранился от него слишком быстро, однако на этот раз он не оставил Микки без внимания на слишком долго.       Парень потянул брюнета в свою квартиру, и они ввалились туда, раздеваясь на ходу и теперь уже пытаясь не отрываться друг от друга ни на секунду. В коридоре, совсем недалеко от входной двери, теперь уже Микки прижал Йена к стене, опускаясь на колени и начиная расстегивать его штаны, переведя взгляд, полный желания, на Йена. Он смотрел Микки в глаза так внимательно и так чувственно, что Милкович не выдержал этого зрительного контакта, начиная нежно целовать низ живота рыжего, к тому времени уже спустив его джинсы и трусы. Член у Йена был такой, каким Микки его и представлял. Большой, с сочащейся головкой и широкой венкой вдоль всего ствола. Только от его вида рот брюнета наполнился слюной, и он сглотнул ее, снова смотря на Йена. -Он такой ахуенный... – прошептал Микки и, не дав Йену возможности что-либо ответить, широко лизнул его по всей длине, начиная от яиц, и, остановившись у головки, обвел ее языком, слизывая сочащуюся смазку и понемногу вбирая ее, начиная посасывать.       Йен возбужденно выдохнул, слишком резко запрокидывая голову назад и из-за этого больно ударяясь затылком о стену, но только сжимая волосы Микки, побуждая не останавливаться. В один момент Микки насадился на его член полностью, начиная медленно двигаться вверх-вниз по стволу Йена, и рыжий поплыл. Он задыхался, постанывал, хрипел, но не забывал быть нежным и мягким с Микки. Йен гладил его по щеке и волосам, шептал о том, насколько Мик хорош, и брюнет просто распадался на части от того, что чувствует в данный момент.       В одну секунду дыхание рыжего сбилось, и Микки отстранился, чтобы не дать ему кончить, облизывая губы и вновь переводя взгляд на Йена. – Выеби меня... – тихо проговорил он, и в этот же момент был притянут к себе за плечо сильной рукой парня, впившегося в его губы. Микки не хотел этого. Не хотел позволять кому-то другому целовать себя, но так легко разрешил это Йену, что это бы заставило любого другого парня на его месте испугаться, но Микки не было страшно. Ему впервые не было страшно целовать кого-то столь рано.       Йен аккуратно подтолкнул парня к кровати, полностью опрокидывая Микки на нее и нависая сверху. Он отстранился от его губ, и Микки, услышав свой собственный разочарованный вздох, безумно смутился, пока Йен целовал его шею, спускаясь на ключицы и грудь. Рыжий провел языком по соску парня, чуть всасывая его и удовлетворенно улыбаясь, услышав от Милковича громкий стон. Микки и не знал, что его соски настолько чувствительны.       Легким движением Йен расстегнул его штаны и к счастью для Микки быстро спустил их. Милковичу было трудно держаться рядом с Йеном. Ему хотелось почувствовать его в себе как можно быстрее.       Йен аккуратно перевернул Милковича на живот, и тот встал в коленно-локтевую, чуть сильнее раздвигая ноги и кусая губу до такой степени, что совсем скоро стал ощущаться привкус железа во рту. Йен вытащил из прикроватной тумбочки смазку и презерватив, и Микки готов был сказать спасибо всем богам на свете, когда услышал чпокающий звук открывающейся бутылочки. Нанеся смазку на пальцы, Йен слегка растер ее между ними, чтобы разогреть, и, обведя отверстие Микки пальцем, дабы немного подразнить, медленно толкнулся туда одним, улыбаясь звукам, которые издает Милкович. Он ввел палец полностью, мягко поглаживая бок Микки, чтобы отвлечь его на случай, если будет больно, но тот оказался далеко не промахом. – Клянусь, если ты сейчас же не ускоришься, я тебя уебу, – с придыханием проговорил Милкович, заставив Йена усмехнуться и толкнуться внутрь вторым пальцем, разводя их ножницами, отчего Микки прогнулся в спине, зарываясь лицом в подушку, пахнущую, как ни странно, чертовым цитрусом. – Йен, прошу, просто трахни меня... – прошептал Микки в подушку, и выдержка Йена на этом тоже закончилась. Он вытащил пальцы и, еле раскатав презерватив по члену скользкими от смазки руками, аккуратно толкнулся в Микки, низко застонав. Сдерживаться было чертовски трудно, а Милкович стонал, будто чертов порноактер, и Йен догадался, что продержаться долго у него не получится.       Войдя в него полностью, Йен дождался одобрительного кивка Микки и стал двигаться, хватаясь за его бедра и сжимая их так, что на месте его пальцев явно останутся синяки, и Милковичу это нравилось. Он только выгибался в спине сильнее, пытаясь насадиться на ствол Йена еще больше и громко постанывая. – Быстрее... – жалобно выстонал он, и рыжий, будто этого и ждал, ускорился, явно попадая туда, куда надо, задевая простату Микки запрокидывая голову.       Комната заполнялась их стонами и пошлыми звуками, и Йен вдалбливался в Микки так, что у брюнета совсем скоро стали подкашиваться ноги, а тело начало подрагивать, но рыжий не унимался, валя парня полностью на кровать и начиная буквально втрахивать его в матрас. Микки закатил глаза от наслаждения, резко кончая, даже не притронувшись к себе, а Йен излился в презерватив моментом позже, громко и низко простонав.       Им понадобилось около минуты, чтобы более-менее прийти в себя. Йен вышел, снимая презерватив, завязывая его и оставляя у кровати, чтобы выкинуть завтра утром, а затем опустился возле Микки, который глупо улыбался, смотря на рыжего, – Спокойной ночи, Йен. – Спокойной ночи, Микки, – мягко прошептал Йен, улыбаясь в ответ и закрывая глаза, а затем проваливаясь в сон.