Chapter 5
30 августа 2020 г., 23:35
***
Once I rose above the noise and confusion, Just to get a glimpse beyond this illusion. I was soaring ever higher, But I flew too high. Though my eyes could see I still was a blind man. Though my mind could think I still was a mad man. I hear the voices when I'm dreaming. I can hear them say…
***
Хоронить вампиров — это странно. Стоять перед могильными плитами, на которых выбиты имена членов твоей, казалось бы, бессмертной семьи — еще странней. Вспоминать их смеющиеся глаза, очаровательные черты лица и невероятно сильный характер — это больно. Адски больно. Но Дин Винчестер больше не плакал. Нет, он не позволит себе потерять контроль над эмоциями еще один раз. Поэтому вампир молча стоял над могилами Джо и Эллен, прекрасных и бесстрашных женщин, в пугающем одиночестве. Прошло уже достаточно времени с ухода остальных Винчестеров, чтобы Дин успел промокнуть до нитки под дождем. Ливень в день похорон? Очень иронично, ха. Члены его семьи (или ее остатки, думал Дин) старались не трогать своего главу. Они знали его не первое десятилетие, потому прекрасно понимали его порыв побыть одному. Ему это сейчас необходимо. Невероятно важным оказалось стоять напротив скупо оформленных плит, смотреть на гравировку их имен и молча скорбеть. Он даже не пытался сказать хоть какие-нибудь прощальные слова, не стал читать речь, ведь это просто смешно. Желать им счастливой загробной жизни в Раю, прекрасно понимая, что после смерти каждый вампир отправиться в место пострашнее Ада, было бы несусветной глупостью. Лгать, провожая свою семью, частичку себя, совсем не хотелось. Единственное, что слетело с губ старшего Винчестера и тут же утонуло в шуме дождя — это короткое извинение. Дин не мог не винить себя в произошедшем. А кто мог быть виноват еще, кроме главы клана, что несет ответственность за каждого члена своей семьи? Дин не донес это бремя, упал коленями прямо в грязь отчаяния и ненависти к самому себе. Ужасно, он чувствовал себя просто ужасно. — Дин? Эй. Тонкий женский голос за спиной не вызвал у Дина порыва повернуться. Зеленые глаза так и не отлипли от витиеватых букв на каменных плитах. Он не обернулся даже тогда, когда маленькая ладонь легла на его плечо, а пальчики сжали ткань плотного серого пальто. Дину не нужно гадать, кто стоял за его спиной, ведь, кроме Чарли, девушек у Винчестеров не осталось. — Ты как? — Нормально. Диалог вышел настолько сухим, что не промок даже под проливным дождем. Чарли не убирала руки с плеча друга. Она не могла подобрать нужных слов для хотя бы минимальной поддержки, а Винчестер этого и не ждал. Она просто стояла позади него, держа в свободной руке черный зонт, который укрывал маленькое тельце девушки от капель дождя. — Сэм хотел тебя видеть, — тихо начала она. — Я попросила его подождать хотя бы несколько дней, потому что ты еще не оправился и… — Я в порядке, — резко прервал ее Дин, повышая голос, чтобы перекричать звук дождя. — Нет, Дин, ты не в порядке, — тон Чарли тоже слегка повысился, но только от возмущения. Она сильно переживала за своего друга, потому что, черт возьми, сам он о себе не заботился. Девушка решила делать это за них обоих. — Сегодня же продолжим поиски, — отрезал Дин. — Прошло всего два дня, поиски могут подождать еще немного. Ничего страшного не случится, — Чарли тщетно пыталась переубедить Винчестера, сжимая его плечо сильнее. — Охотники теперь знают, что мы сели им на хвост. Они могут убраться в другой город или в другую страну, мы не можем медлить, — Дин говорил четко, спокойно, пугающе мрачно. Без единой эмоции. — К тому же, Эллен пожертвовала своей жизнью, но достала нам чертову подсказку. Она и Джо не должны были умереть зря. Эллен до конца оставалась предана своей семье. Она выполнила поставленную задачу даже после смерти, успев положить в карман своей потрепанной кожаной куртки записку с адресом, датой и точным временем. Чарли пробила его на второй день, а Дину было не до этого. Неизвестно как, но Эллен достала такую ценную информацию, подслушала или выписала из личного дневника Донована, но факт оставался фактом: женщина выполнила дело на отлично. Если не учитывать той малюсенькой детали, что в ходе действия ей отрубили голову. — Мы выследим этих ублюдков, и я лично перегрызу горло каждому, — спустя короткую паузу прошипел Винчестер. — Дин… Мужчина вскинул руку, жестом прося подругу не продолжать. Он не хотел слушать ее уговоры, когда решение давным давно сделано. — Я люблю тебя, — выдохнула она, а Дин мог поклясться, что в уголках прищуренных глаз собралась влага. — Я знаю.***
Клэр и Джек сидели в одной из комнат особняка Кэмпбеллов, которую уже давно поделили между собой. Они лежали на большом старинном диване и пялились в телевизор. Экран был слишком маленьким, чтобы наслаждаться просмотром передач или фильмов в полном объеме, однако ребятам хватало. Они практически сплелись в один большой вампирский комок, не разберешь где чья рука, а где нога. Нет, их не связывало ничего больше, чем крепкие родственные связи, но такие ночные объятья помогали обоим успокоится. Шумиха в особняке Кэмпбеллов, убийство двух Винчестеров, постоянно наряженный глава… Все это давило на подростков, заставляя нервничать вместе со всеми. Тревожное настроение семьи передавалось абсолютно каждому воздушно-капельным путем и избежать этого было невозможно. С проблемами всегда легче бороться, когда рядом находится кто-то, кому ты доверяешь больше, чем самому себе. Джек и Клэр уяснили эту истину еще с человеческих времен. Их жизнь никогда не была сладкой, но они справлялись, полагаясь друг на друга. Так что с очередной проблемой, возникшей на горизонте слишком внезапно и набирающей обороты с каждым днем, они тоже справятся, как справлялись всегда. Кевин тоже сидел в своей комнате. Ему отчаянно не хотелось вникать в эту войну еще больше, но про трагический случай он слышал. И надо сказать, что это его ужасало. Парню просто хотелось навсегда закрыться в своей комнате, до краев заполненной заумными книгами, и никогда больше не выходить. Он не выбирал себе такую жизнь, но если бы представился случай, то выбор Кевина не упал бы на Канзас, как на место жительства. Да что уж там, он бы не сунулся в Америку и вел тихую мирную человеческую жизнь в малюсенькой квартире в центре кого-нибудь городка. Подальше от этой хуйни. Но в данный момент он находится здесь, в особняке Кэмпбеллов, в самой гуще событий, поэтому он постарается бросить все свои силы, чтобы помочь, пусть и без особого желания. Он хочет выжить в этой борьбе вампиров и охотников, хочет, чтобы его семья была жива. Эйлин же на месте не сиделось. Девушка переживала, как и все остальные, только вот все ее мысли были направлены на Сэма. Как он? Не винит ли себя? Сможет ли продолжать работать? Ногти она сгрызла еще до вылазки глав обеих семей, потому сейчас она просто кусала кончики пальцев. Страшно, конечно страшно, но со страхом надо бороться. Также, как и с проклятыми охотниками. Ничего-ничего, Кэмпбеллы и не с таким дерьмом встречались. Вампирша ходила по пустым коридорам особняка, стучала в двери и проверяла, все ли хорошо у Кэмпбеллов. Вежливо интересовалась, спрашивала, не нужно ли чего, мягко улыбалась и уходила. К Сэму она не заглядывала. Ровена всегда лучше всех переносила стрессовые ситуации. Несколько сотен лет опыта за хрупкими плечами давали о себе знать, древнейшая особо не волновалась. Но даже в океане убийственного спокойствия всегда найдется капля дегтя, однако Ровена не обращала на нее никакого внимания. Хоть кто-то в этом доме должен выглядеть непоколебимо, иначе Кэмпбеллы сойдут с ума. Их семье не раз приходилось ввязываться в конфликты и даже воевать, но обычно они выходили сухими из воды, слава Мэри. Она умела вести дела без лишних потерь, семья при ее главенствовании сохранилась полностью и даже пополнялась. Но сейчас… Винчестеры, умелые, легендарные, сильные вампиры потеряли сразу двоих. Это говорило о многом. Ровена не была ни в чем уверена. А Сэм… Сэм просто собирал свою ветхую сумку, закидывая в нее необходимое, и готовился выезжать к Винчестерам. Накануне, перед их делом, они обменялись номерами на всякий случай. Минут пять назад Дин скинул ему смс с просьбой приехать к ним в особняк. Кэмпбелл слегка удивился, ведь Чарли просила его дать Дину немного времени, но заострять внимание на рвении вампира к работе не стал. Сэм не так хорошо знал своего брата, чтобы делать какие-то выводы. Он подумывал взять с собой кого-то из семьи, чтобы иметь на чужой территории своего, только Дин в своем сообщении писал в единственном числе. Естественно, никто Кэмпбеллу не запрещал прихватить еще одного вампира-союзника, это не выходило за рамки уговора или что-то еще, просто в этом не было особой необходимости? Да, наверное, именно так. Сэм не понимал, когда и каким образом он стал больше доверять Дину, но собственное чутье молчало и даже не пикало, значит, можно было рискнуть и поехать одному. В самом деле, что они сделают? У шефа сейчас, наверняка, энергия не хлещет изо всех дыр, а его настроение передается по цепочке каждому Винчестеру. Примерно так рассуждал Сэм, подъезжая к дому чужой семьи. Внутри все хлюпало и переворачивалось из-за гнетущей атмосферы вокруг так называемого пентхауса. В прошлый раз он буквально лучился пафосом, сиял на солнце и слепил глаза, сейчас же хотелось их закрыть, развернуться, да уехать куда подальше. Слишком тяжело было смотреть на этот дом, вспоминая, что его жители потеряли членов своей семьи. Ладно, Сэм, соберись, пора за работу. Эта проблема вообще не должна тебя касаться, по хорошему счету. Эллен с Джо не были твоей семьей, они были тебе никем, так что забей и шагай вперед к ненавистному брату, которого ненавидеть уже не хотелось. Навстречу никто не вышел, даже этот дурной Адам, потому Сэм ориентировался в доме сам. Ему повезло, что дверь вообще была открыта. Внутри было душно, но не от жары, а от негативных эмоций, витающих по длинным коридорам неспешными потоками. Черт, что с этим домом не так? Он впитывает эмоции всех живущих в нем или что? Одежда неприятно терла кожу, куртку захотелось снять, чтобы не задохнуться и почувствовать хоть немного свободы. Сэм ускорил шаг, надеясь, что идет в нужную сторону. Однако, если в кабинете Дина не окажется, то будет попадос. Небеса смиловались над вампиром и, открыв нужную дверь, Сэм наткнулся на Винчестера. Тот лежал на чертовом столе, глядел в потолок и держал в одной руке стакан с виски. Удивительно, но канцелярия не валялась на деревянном полу, слетевшая в порыве гнева Винчестера, а аккуратно покоилась на другом столе в другом углу кабинета. — Привет, — не очень уверено поздоровался Сэм. — О, — голова вампира немного приподнялась. Сэм заметил слегка суженные зрачки. Он что, пьян? — Здарова. — Ну, эм, ты как? — вежливость течет по венам Кэмпбелла вместо человеческой крови, это неоспоримый факт. — У меня все в шоколаде, а ты? — Дин довольно резко сел на столе, а затем спрыгнул. Виски опасно взболтыхнулось и пара увесистых капель все-таки достигли пола, — Вот блядство. Винчестер пошатнулся, когда снимал кроссовок со своей правой ноги. Он что, собрался… да, блять, он вытер мелкую лужицу носком. Класс. — Ты пьян? — все же спросил Сэм. Чтобы нажраться в хлам, вампиру приходится выпить просто лошадиную дозу. Дин же плавал где-то между «Меня вставило» и «Подержите мой стакан, я иду блевать». Блевать ему явно было нечем, поэтому Винчестер остановился на ватных ногах и глупой улыбочке. — Я? Не-ет, — Дин протянул гласные, забавно пряча глаза. — Зачем тебе я, если ты собрался накидаться в дрова? — Сэм следил за тем, как Винчестер выливает остатки из бутылки в свой стакан и разочарованно выдыхает. Нетвердой походкой он идет к мини-бару. — Обсуждать план действий будем, — пафосно изрек Дин и ткнул указательным пальцем вверх перед тем, как выудить новую бутылку. — Ты сейчас думать нормально не можешь, какой план? — Сэм был раздражен поведением Дина. У всех свои методы борьбы с тоской, в том, чтобы напиться до потери памяти, Сэм ничего плохого не видел, но можно было его и не тащить через весь Лоуренс ради этого чудного вида бухого Дина. Нахуя, а главное, зачем? — Я могу думать, — сказал Винчестер и звонко откупорил бутылку с наисвежайшим дешевым виски. — Не думаю. — Тогда отсоси, — категорично заявил вампир, театрально отворачиваясь от своего гостя. Через пару секунд голова Дина запрокинулась, а в горло веселым ручейком полился виски. Винчестер херачил алкоголь прямо из бутылки, не стесняясь присутствия Сэма. Добрая часть напитка улетела в пропитый организм Дина, и только после этого парень снова обернулся к гостю. Его слегка заносило в сторону, но это ничего. Сэм смотрел на этот цирк с каменным лицом, пока в голове вертелся настоящий ураган мыслей. Самой первой и самой яркой была мысль о том, что Дин ведет себя отвратительно. Серьезно, он же не человек, его даже спать не уложишь в таком состоянии. Сэм очень хотел бы, как раньше, испытать к этому существу чистую ненависть, тем более, когда он в таком ужасном состоянии. Но что-то не получилось. Зато на краю сознания вертелась мысль о собственной жалости к Винчестеру. Закрыть все чувства в себе, притворяться, что у тебя все круто, продолжать работать в прежнем темпе, напиваться и смеяться, когда в твоих глазах плескается вселенская грусть и чувство удушающей вины — это то, как Дин Винчестер справлялся с проблемой. Сэма не устраивало ничего из этого, кроме пункта про алкоголь, ведь в такой ситуации он бы и сам нажрался при первом удобном случае. Но у Дина было столько друзей, у него была огромная семья, которая любила его (признаться в этом самому себе оказалось сложновато для Сэма). Кэмпбелл уверен, что каждый из них готов оказать моральную поддержку, хотя он знал всего несколько Винчестеров лично. Но Дин… Такой же упертый баран, как его брат. Будет молчать до последнего. — Дин, — Сэм шумно выдохнул. — Давай я приеду завтра? Выражать свое недовольство по поводу его поведения Кэмпбелл не стал, чтобы ненароком не разжечь никому не нужный конфликт (кому ты врешь, Сэм, ты просто жалеешь брата). — Почему? Когда я пьян, меня терпеть сложнее, чем обычно? — вопрос с долбанным упреком и насмешливым взглядом зеленых глаз. Дин прекрасно знал, что брат ненавидит его. Сэму бы такую уверенность. — Нет, не сложнее. То есть, бля, тебя, вообще. несложно терпеть, — зачем-то выпалил Сэм. Ой, звучит, как первый шаг к примирению двух сторон. — Правда? — Дин аж вскинулся. Расслабленное лицо не смогло скрыть проскочившую на нем радость. — И ты не ненавидишь меня? Блять, походу, пора сваливать. Винчестер мгновенно перепрыгнул на щекотливую для Сэма тему, обсуждать которую, не было никакого желания. Кэмпбелл еще не разобрался в себе, чтобы отвечать на такие вопросы. Потому что за несколько дней мнение о брате перевернулось с ног на голову, вот честно. Пока сложно было что-то говорить, но, черт, не такого от Винчестеров ожидал Сэм. Мама без конца твердила сыну об ужасах в этой семье, об их жестокости и самовлюбленности. Последнее, конечно, походило на правду больше всего, но вот все остальные слова Мэри… Верить родной матери с каждым днем становилось все труднее, а обвинять ее во лжи после смерти — неправильно. С одной стороны он не так долго знал Винчестеров, может, у них еще спрятано парочку скелетов в шкафу, а с другой стороны… Ну, бля, вы их, вообще, видели? Болтливая гиперактивная девчонка, странный тип в дурацком плаще, чувак-раздолбай и их шеф с необъятным эго и миллиардом тараканов в башке. И это только часть семьи, какие же остальные? Эти ребята не производили впечатление убийц, насильников или бандитов. Они даже донорскую кровь пьют, хотя мама уверяла Сэма в обратном, мол, они людей убивают и трупы на помойку выкидывают. Кому верить-то, блять?! — Я не могу сейчас ответить на твой вопрос, — Сэм постарался уйти от ответа, но Дин торопливо зацыкал. — Не-не-не, ты мне ответь, — бутылка виски громко опустилась на пустой рабочий стол. — Сказал же, не могу, — стоял на своем Кэмпбелл, пока во взгляде Дина проносилось множество эмоций. — Можешь, просто не хочешь, — хмыкнул он. — Я ж помню, как ты на меня зыркал тогда, как будто сожрать хотел. Дин, словно прогнав воспоминания с тех переговоров в своей голове, тихо засмеялся. Он находил гнев брата забавным. — Неужели ничего не поменялось? Ну же, — алкоголь развязал Винчестеру язык, потому что в трезвом состоянии он бы никогда не завел этот разговор, предпочитая игнорировать необъяснимую злость братишки и жить себе припеваючи. Сейчас дурная башка хотела разобраться в их отношениях, разложить все по полочками и добиться правды, раз уж момент подвернулся. Сэм упорно продолжал сохранять непоколебимое молчание. В итоге, два упертых барана не могли сдвинуться с места: один уговаривал ответить на заданный вопрос, другой просто стоял посреди кабинета и не собирался сдаваться. — Я не хочу выяснять отношения сейчас, — устало произнес Сэм, зарываясь длинными пальцами в свою густую шевелюру. — Пожалуйста. — Ты меня расстраиваешь, Сэмми, — действительно разочарованно выдал Дин, когда понял, что ответа от брата не добьется. По крайней мере, не сегодня точно. Кэмпбелл дернулся, услышав глупое детское прозвище из далекого прошлого. Настолько далекого, что последний раз его произносил все тот же Дин в возрасте гребаных шестнадцати лет. Сэму было всего двенадцать, удивительно, что в его памяти сохранились такие дурацкие воспоминания. Тогда они еще жили все вместе, с мамой, папой и Дином… Туманное время, которое столетний вампир помнил до смешного плохо и вспоминать, если честно, не хотел. Отметая воспоминания ссаными тряпками в самый дальний угол своей памяти, Сэм твердо уставился на Винчестера. Не хватало еще в слезливые флешбеки окунуться на глазах Дина, вот уж нет, неа. Дин грузно облокотился на стол, видимо, не выдерживая собственного веса. Со стороны выглядело достаточно забавно, только вот лицо Винчестера было задумчивым, будто тот что-то усиленно перебирал в своей голове и размышлял о чем-то важном. Сэм вежливо предоставил брату время, потому что, согласитесь, бухим думать было очень сложно. Вот и в голове Дина активно крутились механизмы, пытаясь сформулировать четкую мысль. Его губы даже двигались, словно пробовали фразы на вкус. Что же он хочет сказать? Что-то важное? Или очередную глупость? Сэм склонялся к последнему варианту и уже приготовился уходить из особняка Винчестеров, дабы дождаться полного отрезвления Дина и вернуться на следующий день. Вернее, ночь. — Ты же понимаешь, что все на самом деле не так, как рассказывала тебе Мэри? — даже в таком состоянии Дин не осмелился называть эту женщину матерью, прекрасно помня предыдущие разы и бурную реакцию Сэма. — О нас, Винчестерах? В конце своего вопроса Дин вопросительно поднял взгляд на Кэмпбелла. Его очень интересовала реакция брата. Но как будто Сэм этого не знал. Он уже почти целую неделю мечется между двумя огнями, не зная, где правда. Даже за сегодняшний день, пока он находился на территории Винчестеров, он успел поставить убеждения мамы под сомнения несколько раз, хотя до этого безоговорочно ей верил. До непосредственной встречи с главными героями из ее страшилок на ночь. Ублюдочная ситуация, когда ты вроде доверяешь матери, но она немножечко умерла и, походу, всю жизнь нагло врала тебе. Было такое? Нет? А у Сэма было, и он в полном ахуе. А Дин никак не помогал со своими дебильными вопросами и желанием наладить отношения, которые сотню лет не двигались с места. Ну продолжали бы ненавидеть друг друга, жили бы не тужили, все было бы до смешного легко, никаких тебе душевных терзаний и сомнений. А теперь все так сложно, что хочется убиться. — Понимаю, — коротко ответил Сэм. На большее его не хватило, к сожалению. — Не хочешь узнать подробности? Как оно было на самом деле? — внезапно задал вопрос Винчестер, глядя куда-то на дно бутылки виски. Нет, ну такой откровенности Сэм точно не ожидал. — Не сегодня. Когда протрезвеешь, тогда и поговорим. Возможно, — обрывками говорил Сэм, весьма неуверенным тоном. Душевные разговоры он не особо любил, а с бухими персонажами, тем более. Лучшим решением было отложить этот диалог на потом. А в том, что он состоится, Кэмпбелл был уверен. Дин немного потупил взгляд, переваривая скорый ответ, потом пьяненько усмехнулся в горлышко бутылки. Сделал большой глоток виски и насмешливо сказал: — Сучка. — Придурок, — губы Сэма растянулись в подобии слабой улыбки. В семь часов вечера, в пафосном пентхаусе влиятельной вампирской семьи Винчестер, в кабинете главы, Дин и Сэм сделали крохотный шажок навстречу друг другу, хотя впереди их ожидал огромный прыжок.
Примечания:
Бечено.
