Помнишь ли тот вечер?

Губы у меня утром просто болели. Мне было даже страшно взглянуть на себя в зеркало. От губ после Сашиного удара толком ничего и не осталось. Это были лопнувшие куски плоти. Как бы зашивать потом не пришлось. Хоть поцелуй был и шикарный, но губы болят дико. Даже есть больно. Я пить не могу. — Ну не надо было брать мои сигареты, — выдала Саша, заваривая кофе. — Обещала же губы разбить. Всё же жалко конечно, что я не с Ирой. Там бы меня точно никто бы не ударил. Да и с парнями нормально было бы. Но зато с Сашей классный секс. Единственный плюс. — Я сегодня снова поеду по делам и вернусь в десять вечера, — она поглядывает на меня. — Не курить. Не пить. Вернусь и встретим новый год вместе. — Я могу погулять? — Нет. Ты своё лицо видела? Не с такими губами. Жди пока они заживут. — Она повернулась ко мне и внимательно осмотрела мои губы. — Как бы тебе их зашивать не пришлось. Я похоже перестаралась. — А что мне делать? — Почитай. Я даже дам тебе книгу. Свою любимую причем. Сейчас кофе сварится и дам. — Книги, — вздыхаю я. И она дала мне книгу. Посмотрев на саму книгу, а потом на Сашу я как-то даже засомневалась, что такой человек способен зачитываться Стивенсоном. — «Остров сокровищ», — смотрю на год выпуска книги. 1964. — Такая старая. А она не развалится при открытии? — Нормальная. Зато перевод хороший. Читай и наслаждайся. Когда Саша ушла я всё же решила прочитать, хоть долго и ломалась. Я конечно помню мультик в детстве по этой книге, но сомневаюсь, что между ними есть что-то похожее. И спустя несколько часов за которые я осилила книгу я всё же согласилась, что с тем мультиком сходство было, но не такое. Книга правда оказалась интересной. А потом я всё же решилась посмотреть телек и на одном из каналов наткнулась на «Один дома». Так я и прождала Сашу которая вернулась вообще в одиннадцать вечера. От неё прям разило чем-то и явно не шампанским. Мне было обидно. Я тоже хотела выпить. — У нас ещё час в запасе, — откуда-то из кармана дубленки Саша доставила банку красной икры и протянула её мне. — Намазывай. Достав батон и масло, я стала намазывать икру. Потом на кухне появилась Саша и достав бутылку шампанского, поставила её в холодильник. Даже с икрой и шампанским я не чувствовала само настроение праздника. Это больше походило на обычный день. — Иди в комнату, — сказала Саша и я послушалась. По телеку уже шла «Дискотека 90-х». переключать я не стала. Время стало тянутся как-то даже быстро. В комнату вошла Саша с подносом бутиков и шампанским с двумя бокалами. Причем шампанское оказалось «Вдова Клико». Мы съели по бутерброду, и Саша откупорила шампанское, разлив его по бокалам. Уже стали показывать президента и усмехнувшись, Саша положила руку мне на бедро и стала гладить. Сразу же начинаю тяжело дышать. А рука идет всё выше и выше. Надо срочно выпить. Тянусь за бокалом и делаю небольшой глоток. Вкус всё равно не поняла. Да и шампанское я никогда не любила особо. Пиво пойдёт, но не это и губы страшно защипало. Я уже и речь не слушала. Всё ждала, когда боль в губах утихнет. Слышу бой курантов и на последнем делаю глоток. Уже поёт гимн, и мы с Сашей начинаем целоваться. Губы разрывает от боли, но я просто мычу от удовольствия. Шампанское вдарило в голову, и я готова на всё. Саша стягивает с меня футболку и куда-то её швыряет, укладывая меня на диван и ложась сверху. Мне определенно не хватает кислорода, но я тянусь за следующим поцелуем, не желая прекращать это момент. — Я хочу тебя, — шепчет Саша, целуя меня в шею. Чувствую её руки, расстёгивающие на мне джинсы. Она перестаёт меня целовать только, когда стягивает с меня джинсы вместе с трусами. В телевизор уже вернулась «Дискотека 90-х». Мы целуемся, а её руки гладят моё тело. Мне кажется, что они везде. Я тянусь к ней и уже начинаю тереться об неё, желая получить удовольствие. Мне уже хочется пить, но я не тянусь за бокалом, а просто закрываю глаза. Саша медлит, продолжая целовать и гладить меня. Да, я прямо сейчас кончу, не дождавшись финала. Саша что-то мычит и пожалуй слишком нежно входит в меня. Я даже охренела от такого. Просто было неожиданно. Я даже открыла глаза и посмотрела на женщину. Та тяжело дышала, глядя прямо мне в глаза. Тянусь к ней руками и крепко обнимаю почувствовав, как бешено бьётся её сердце. Закрываю глаза и уже дышу через рот, почувствовав лёгкую судорогу во всём теле. Проснулась я рано утром в спальне от приставаний Саши. Я не помню как мы оказались тут. Я не помню когда легла спать. Помню, что было очень хорошо, и я не хотела, чтоб это прекращалось. На мне не было одежды как и на Саше. Женщина гладила меня по спине, а в глазах у неё горел нездоровый огонёк. Она стянула с меня одеяло и не дав мне перевернуться села мне на бёдра принялась гладить и целовать мне спину. Закрываю глаза чувствуя, как сон пропал. И всё же хорошо, что этот год я встретила ни с друзьями, ни с Ирой. С друзьями было бы весело, а с Ирой спокойно душевно. Зато с Сашей шикарный секс. Что вообще лучше? — Я через два часа поеду по делам, — говорит Саша, больно царапая мне спину ногтями. — Можешь остаться у меня и дальше. — Не, — что дома я одна, что тут я одна. Так лучше уж домой к себе умотать. — Домой пойду. — Хорошо, — она целует меня в шею, и я чувствую, как она привстаёт. Я переворачиваюсь на спину и оглядываю её тело. Слишком она худая. Даже очень. Словно у неё анорексия. А может и было что-то в прошлом. Нерешительно, но я кладу ей на рёбра руку и просто провожу по боку. — Можешь гладить меня не только там. И не только гладить. Понимаю её намёк и неожиданно больше даже для себя, чем для неё меняю нас местами. Вышло всё машинально, что я даже понять сама ничего не успела как уложила на лопатки Сашу. Она только усмехнулась. Я же стала целовать её. Это было необычно. Я никогда никого так не целовала. Даже Иру. Она не позволяла мне это делать с ней. Я целовала её грудь, живот и раздвинув ей ноги целую её и там. Закидываю её ноги себе на плечи и начинаю удовлетворять её как умею. Крепко сжимаю руками её бёдра и стараюсь. Вздрагиваю, когда рука Саши опускается мне на голову. Она сжимает мои волосы крепко прижимая к себе. Она тяжело дышит и начинает тереться об моё лицо. Я же едва ли не чавкаю, не чувствуя вкуса. В этот момент для меня не существует ничего кроме как предоставить ей удовольствие. И я добиваюсь этого. Саша кончает с тихим стоном и, выпустив мои волосы, приводит дыхание в норму. Я же сажусь на колени и вытираю рот рукой, глядя на неё. Саша садится и, улыбаясь, целует меня в губы держа за лицо. Кладу руку ей на грудь и провожу вниз до живота. Она такая горячая, как печка. Я готова удовлетворять её хоть всю жизнь. Вот о чём я думаю в тот момент. Дома к своему удивлению я не почувствовала себя одинокой. Тем более Толя с Олегом вернулись раньше чем планировали. Мы встретились поздним вечером первого января. — Ну как с родителями? — По голосу Олега чувствовалось недоверие. — Нормально. — А мы напились, и я вырубился ещё до начала нового года, — выдал Толик, закурив. — И этот засранец даже не потрудился меня разбудить. — Я пытался, — возразил Олег. — Но ничего не вышло. Ты храпел, как слон. Твой храп заглушил бой курантов. — Парни, — делаю шаг к ним и обнимаю обоих. — Я так по вам скучала. Вы такие клёвые. — А мы-то как по тебе скучали, — выдал Толик. — Без тебя было не так. Так и прошли каникулы. Родители вернулись третьего января. Папа весь был потрёпанный, а мама кажется всё ещё на веселе. Наверное, впервые за долгое время мы все трое одновременно находились в квартире. Мама даже готовила. Папа же позвал меня в магазин и хоть магазин был недалеко от дома доехали до него мы на машине. Купив четыре пакета еды, мы вернулись домой и стали всей семьей нарезать салаты. — Ну встретим вместе, — сказал папа. — Пусть и с опозданием. И мы встретили. Посидели втроём и посмотрели новогодние передачи. Наверное впервые за столько лет. Даже не знаю, что на них нашло, но на следующий день погода пошла на потепление. Но перед самой школой опять стало холодно. Минус двадцать восемь и из всего класса нас только четверо. Я, парни и староста. — Слышали, что с этого года у нас новый директор, — сказала Катя таким тоном словно это обыденность в нашей школе. — А со старым что? — Спросил Толик, вертя в руках зажигалку. — Уволили. Говорят, что новый директор намного строже. — Ну и насрать, — говорю я. — Мы и прежнего не особо знали. Кто он кстати был? — У нас женщина была, — поправила Катя. — И теперь новая женщина директор. — Ну ладно, пойдём покурим, — предложил Олег и мы втроём встали, направившись к выходу. — Ребята, урок через три минуты! — Кричит нам вслед Катя, но мы её не слышим. Выходим на крыльцо и решаем закурить прямо на нём. Всё равно холодно и далеко идти неохота. Слышим звонок и не трогаемся с места. Я если честно надеюсь в душе, что на крыльцо выйдет Ирина. Ну или ей на нас настучат и она вызовет к себе. Я просто жажду увидеть её в этом году. Вот только когда это произойдет не знаю. Но правила буду страстно нарушать. Только вернувшись в школу, мы столкнулись с недовольной техничкой. Она сверлила нас пока мы вешали куртки в раздевалке, а потом выдала: — Вот у нас теперь новый директор. Посмотрим, как вы при ней себя вести будете. — Да точно так же, — говорю ей. — Что нам этот директор? Техничка что-то фыркнула и пошла к секретарю. Мы не особо спешили в класс на алгебру поэтому понаблюдали за ней. Не весело нам стало, когда техничка зашла в кабинет директора. Мы тут же ретировались. На наше опоздание математичка ничего не сказала. Да и уроков толком не было. Мы просто просидели весь урок занимаясь своими делами. Катя что-то писала в тетради, а я с парнями играла в карты. Следующие уроки прошли так же. В столовой нас было капец как мало. Оглядевшись мы поняли, что от силы в школу пришло человек десять и это только нас было четверо. И как-то так вышло что, не сговариваясь мы все сели за один стол. После обеда у нас была физра на которой нас заставили бегать. Толя матерился то и дело, останавливаясь и хватаясь за бок. Олег, дыша как маньяк наворачивал круги. Я же валялась на матах сославшись на том, что у меня болит нога. Кати же нигде не было и это даже напрягало. Просто за все эти годы мы усвоили если нашей старосты долго нет, значит какая-то жопа намечается. И это правило не подвело. Катя вернулась вся какая-то красная. Она посмотрела на меня, а потом на парней и подойдя к учителю что-то тому сказала. — Осинцева, Белов и Смирнов! — Громко проговорил тот. — К директору в кабинет. — Твою мать! — Вырвалось из Толика. — Что за лажа? — Директриса вас троих вызвала, — сказала Катя. — Сказала, что на вас техничка нажаловалась, что вы курильщики. — Ну просто пиздец, — спрыгиваю с матов, и мы втроём идем к директору. — А что не к завучу? — По-видимому она решилась познакомится с самыми главными достопримечательностями нашей школы, — выдал Толик. — Конечно можно до неё не дойти, но кто знает на что она способна. — Да ничего она нам не сделает, — уверенно заявил Олег. — Она всего лишь директор. — Отчислить может, — отвечаю, остановившись у секретаря. — Кто стучит? — Да на хер надо, — Толик без стука распахнул дверь и первый из нас вошел. Я следом за ним и Олег последний. — Здрасьте. Замираю на месте при виде директора. Вот такого я точно не ожидала. — Значит вы те самые курильщики, — Саша никак не отреагировала при виде меня. Она выглядела спокойной и холодной. — Берите листочки и пишите объяснительные. — Так мы это можем и у завуча сделать, — выдал Олег. — Не заставляй меня повторять дважды, — прошипела женщина. — Делай что тебе говорят. Мы все втроём сели и, подложив портфели под бумагу, стали писать, подглядывая друг другу в листы. Всё это время я чувствовала на себе неприятный взгляд Саши. Меня трясло от него. Зато ясно про какой перевод она говорила. Но никак не думала, что это связано со школой и тем более с моей. Написав, что пошла курить потому что хотела сдаю ей. — Могу идти? — Нет, — получаю холодный ответ и вздрагиваю от него. Саша просматривает мою объяснительную и сверкает глазами. — Все вы останетесь тут. Насколько мне известно вы трое стоите на учете у нашего завуча. По-видимому, она плохо справляется с вами. — Она оглядела нас троих. — Белов и Смирнов свободны. Осинцева задержится. — Парни, — говорю друзьям. — Подождите меня. — Обязательно, — отвечает Толик, и мы остаёмся одни. Женщина молчит и я тоже. Мне страшно и даже не знаю чего ожидать. Саша встаёт и подойдя к двери, запирает её. От этого щелчка замка меня бросает в холод. — Я что тебе говорила про курение? — Наклонившись ко мне, прошептала она. — М? — Простите, — говорю, глядя на свои руки. — Я не знала, что вы мой директор. — Не знала она, — Саша встаёт напротив меня, положив обе руки мне на плечи. — А я не знала, что ты такой любитель нарушать правила. Но мы по-другому не умеем, верно? У тебя только губы зажили и уже не терпится получить снова. Но меня не поймут если из моего кабинета ты выйдешь с окровавленным лицом. Поэтому накажу тебя в другой раз. Но если я ещё раз узнаю что ты куришь, то тогда пеняй на себя. Разобью не только губы. — Я могу идти? — Поднимаю на неё лицо и вижу эту неприятную усмешку. — Пойдёшь, но после, — она делает шаг назад, потянув меня к себе, и когда я привстаю, то она тут же начинает сильно давить мне на плечо, и я опускаюсь на колени. — Я хочу ещё. Надо признаться, что Ира хорошо тебя этому научила. Меня всю трясёт, но я начинаю расстёгивать на ней брюки, чувствуя её внимательный взгляд на себе. Медленно и даже нерешительно стягиваю с неё брюки, а затем и трусики. Волнуюсь так, что ещё немного и потеряю сознание от волнения. Провожу рукой по её бёдрам, чувствуя как её рука ложится мне на голову и до боли наматывает мои волосы на кулак. Целую внутреннюю часть бедра, положив руки ей на ягодицы и то поглаживая, то сжимаю их, идя поцелуями всё выше и выше.