Лжец

      После того как Юнхо уехал от Уёна, он поспешил в сторону общежития. Он не мог быть точно уверен, что Хонджун или кто-то ещё из ребят вернулся, но перспектива побыть немного одному тоже казалась неплохой.       Дорога заняла не больше двух часов, но солнце успело сесть. Выйдя из метро, Юнхо пошел в сторону дома, перед этим заглянув в магазин. Готовить не хотелось, поэтому готовый ужин без ожидания доставки был разумнее всего. Подходя ближе, парень сразу заметил, что в окне их кухни горит свет. Значит, дома кто-то должен быть. Но кто?       Поднявшись на второй этаж, Юнхо, подойдя ближе к двери, прислушался, но внутри было тихо. Чон подумал, что это мог быть менеджер, потому что, когда они обсуждали поездки к родным, все сказали, что вернутся не раньше субботы.       Набрав код, он зашел внутрь. В квартире было темно, если не считать свечения с кухни и тихого шуршания оттуда же. Юнхо хотел было поздороваться, но замер. На его приход никто не отреагировал, хотя замок пищит довольно громко, да и дверью он хлопнул прилично. Может это и не менеджер? Тогда кто? Внутри поселился неприятный страх. Такое бывает с Чоном, когда он играет в хоррор игры и ждет, когда из-за очередного закоулка на него выскочит монстр. Тихо разувшись, танцор оставил сумку и пошел вперед. Ступая как можно осторожнее, он добрался до поворота на кухню и вновь прислушался. Тихое клацанье и какое похмыкивание. Фантазия нарисовала не самые радужные картинки, но любопытство дело такое.       Заглянув за угол, он устало вздохнул и от неприятного волнения осталось лишь разочарование. За столом сидел Хонджун, и, судя по виду, он никуда не уходил из дома вот уже несколько дней. Пачки еды на вынос и пара пустых бутылок воды стояли на кухонной столешнице, а в центре этого всего сидел, подобрав под себя ноги, драгоценный лидер и работал. Ким сосредоточенно смотрел в ноутбук, иногда кидая взгляд на блокнот с перечеркнутыми строчками. Рядом на столе и полу были раскиданные листы с нотами и какими-то записями. На голове Хона были надеты наушники − вот почему он не заметил появление неожиданного гостя. Это не новость, что, когда лидер работает, вокруг него можно хоть святых выносить, он ничего не заметит.       Юнхо злился на любимого. Они списывались каждый день, и Ким говорил, что не дома, тогда какого черта он сидит здесь?! Чон достал телефон и набрал номер лидера. Мобильный Кима стоял на беззвучном. Экран загорелся, всеми силами пытаясь привлечь внимание хозяина, но Хонджун даже головы не повернул.       Юнхо же терпеливо ждал, пока блондин заметит входящий звонок, отвернувшись в сторону коридора. После двух попыток Хон наконец-то почувствовал, как вибрирует телефон, и отвлекся от работы. Стянув наушники, парень взял в руки мобильный и посмотрел на экран. Сердце приятно заныло и он, не сомневаясь, тут же ответил. - Привет, Юнхо~я. Как отдых? Я соскучился. - В голосе лидера слышалась искренняя улыбка. - Привет, Джунни. Мой отдых прошел хорошо. А твой, я смотрю, в самом разгаре.       Юнхо вышел из-за угла, и Хон вытаращился на него, как на приведение. На лице парня застыл шок, а всё тело сковало необъяснимым страхом. Однако это был просто испуг от неожиданности, не более. - Юнхо? А что ты здесь делаешь? - Я? - усмехнулся Чон, отключая вызов и проходя ближе к столу. - Я приехал домой от родителей. А вот что здесь делаешь ты, любовь моя?       Хонджун понял, что попался с поличным. Юнхо смотрел на него так строго, что даже Сонхва со своим убийственным взглядом сейчас не пугал бы так сильно. - Джун, мы кажется договаривались, что ты отдохнешь. - сказал танцор, скрестив руки на груди. - Я отдыхал... - А что насчёт твоего обещания поехать к родителям? - Они сейчас заняты. Юнхо скептически посмотрел на Кима, что опустил голову. Танцор знал, что хоть родители лидера очень занятые люди, но всегда нашли бы время для сына. Учитывая, что виделись они очень редко. - Почему ты мне соврал? - Я правда был у родителей. Но на следующий день они должны были улетать по делам, и мне оставаться дома просто не было смысла. Поэтому я собрался и приехал сюда. Юнхо вздохнул. - А почему два дня ты молчал об этом?       Ответ у Хона не нашелся. Он был рад, что появилось время на уединение, и он посвятил его музыке. С другой стороны, он хотел, чтобы Чон был рядом. Но родные, как и сам Юнхо, скучали друг по другу. И Хонджун хотел дать любимому спокойно пообщаться с ними. Логичное объяснение, но ложь как факт всё равно была неприятна. - Прости. - тихо сказал парень, поднимаясь со стула. - Юнни, я правда был у родителей и провел всего два дня здесь. - Мог бы просто сказать правду. - И ты приехал бы раньше, чем хотел.       Юнхо думал возмутиться, но Хонджун был прав. В тот момент в голове у Юнхо созрел коварный план. Да, Хон поступил благородно, но он работал, а не отдыхал. И раз ему так нравится это делать, Чон всеми силами будет его отвлекать. - Хорошо. - пожал плечами танцор, не дав лидеру подойти ближе к себе. - Я пошёл в душ. Не буду мешать работать.       С большим трудом Юнхо развернулся, борясь с желанием обнять и поцеловать любимого. Но раз уж взялся, надо довести дело до конца. Хонждун грустно смотрел на удаляющегося парня. Совесть в виде тяжелого груза опустилась ему на плечи. Желание работать мгновенно пропало. Услышав, как закрылась дверь в ванну, Ким вернулся на место, без энтузиазма рассматривая открытый проект.       Юнхо прихватил с собой одежду и закрылся в ванной, выдыхая. Он готов вот-вот плюнуть на обиды и позвать к себе парня принять душ вместе. Чон соскучился по этим волнительным поцелуям и ласковым прикосновениям старшего. И каких усилий ему стоит держать себя в руках и не накинуться на него, раз уж они остались наедине. Но тем приятнее награда, чем томительнее ожидание.       Скинув одежду и настроив воду, он встал под освежающие струи воды, постепенно расслабляясь и настраиваясь на приятный вечер.       Через полчаса танцор, довольный столь неторопливым принятием душа, расслабленно вышел из ванны, принципиально не надевая футболку. Провернуть такое в присутствии мемберов было невозможно, а упускать подобную возможность Чон не хотел. Если честно, парень бы с радостью так всегда ходил. Вспомнив про пакет с едой, что остался у входной двери, танцор прихватил его, планируя, чем бы поживиться.       Откинув влажные волосы со лба, он заглянул на кухню и прошел к холодильнику. Хонджун всё ещё сидел за ноутбуком, но, судя по его грустному выражению лица, работа вообще не шла. Ким взглянул на брюнета и вернулся к работе, но ненадолго. Подняв глаза от компьютера, он оглядел обнаженную спину и даже потёр глаза, на случай, если ему показалось. Полуобнаженный Чон Юнхо ему не показался . - Юнхо~я, - стараясь звучать как можно дружелюбнее, сказал лидер - А ты не хочешь одеться? - Зачем? - пожал плечами танцор, вынимая еду из пакета и раскладывая её на полке.       Свет из холодильника мягко отражался от его немного влажной груди, что не осталось без внимания Кима. - В смысле, "Зачем"?! - В прямом. - спокойно парировал парень, демонстративно потягиваясь. - Мне жарко, да и вроде никто не против. - Я против.       Юнхо едва сдержался от того, чтобы издать смешок. - Почему?       Хонджун начинал беситься и возбуждаться. Юнхо словно специально отбивает ему желание работать. Хитрый жук. - Потому что мне не очень нравится, когда ты всем подряд демонстрируешь своё тело.       Юнхо отпил воды из бутылки, скрывая свою довольную улыбку. - Ну это меняет дело. - Будь добр и сходи оденься, пожалуйста, Юнни.       Хон наивно полагал, что Чон послушает его, судя по той нежной улыбке, с которой он смотрел на старшего. Прихватив с собой пачку снеков и бутылку с водой, танцор прошел мимо Кима, погладив его по голове, сказав напоследок: - Нет. - И ушел в зал.       Хонджун так сильно удивился, что не сразу понял, что танцор имел ввиду. Юнхо, не сдерживая больше самодовольную улыбочку, служащую осознанием произведенного эффекта, устроился на диване, подключая приставку и загружая игру. Есть в неповиновении лидеру что-то волнительное.       Лидер терпеть не мог, когда ему возражают прямо в лоб, да ещё и так дерзко. На такое был способен только Сонхва и Уён. И второй делал это больше в шутку, нежели серьезно.       Ким смотрел в монитор, сжимая раздраженно челюсти. Разгуливающий без футболки Юнхо окончательно убил рабочее настроение, оставляя только неоднозначные фантазии и злость. Но злость особого типа, напоминающая ревность и переходящая в азартное возбуждение.       Чувствуя, что продолжать нет смысла, Ким закрыл ноутбук. Быстро собирая разбросанные бумаги, он поглядывал в сторону играющего парня. Раз Чон его отвлекал, значит и он не останется в долгу. Унеся всё в комнату, лидер взял сменную одежду и горделивой походкой направился в ванну.       Юнхо только усмехнулся, продолжая играть. Попался. Хонджун может быть хуже ребенка. Но в этом упрямстве его очарование. И сексуальность. Танцору остается только ждать, что же будет дальше.       Ждать пришлось недолго. Чон даже уровень не успел закончить, как услышал скрип двери. Ким оделся в домашние шорты и футболку, направился в зал и сел рядом с танцором. Обратив всё своё внимание на играющего парня, он провел ладонью по его груди, игриво уводя её на бедро. Юнхо старался не реагировать, но лидер был настойчив в своих действиях, подключая губы, оставляя поцелуи на обнаженном плече и шее. - Хонджун, ты мешаешь мне играть. – не отрываясь, сказал Чон, пока по его телу блуждали чужие руки, вызывая приятные мурашки. - А ты мне мешаешь работать. - промурчал старший, проводя языком по его шее, чуть прикусывая кожу. Его дыхание опаляло своим жаром, и танцор не смог долго терпеть.       Поставив игру на паузу, он отложил джойстик и повернул голову, чтобы найти столь желанные губы. Хонджун действовал напористо, наивно думая, что Юнхо просто сдался под его ласками. Чон обнял его, укладывая спиной на диван, не прекращая поцелуя.       Хон довольно прижимался к обнаженной груди, обвивая шею руками. Он так скучал. Именно так надо было начать их встречу, а не с выяснения отношений. Юнхо не сдержался, позволив себе короткий стон, пока старший перебирал волосы на его затылке. А ведь он хотел проучить Хона. Но когда ты чувствуешь его под собой, настолько возбужденного и горячего, можно и ненадолго отступить.       Юнхо с нескрываемым желанием целовал нежные губы и сжимал чужие бедра в ладонях, пока Хон откровенно терся своим пахом о его. В постели он проявлял недюжую ловкость и страсть, отдаваясь их близости с танцором не меньше, чем музыке. Ощущать тяжесть любимого на себе, вдоволь стонать от его чутких ласк и не бояться быть застигнутым врасплох было невероятно. Хонджун становился слишком нетерпелив, когда дело касалось Юнхо. Он хотел все и сразу, словно эти минуты наедине у него отнимут в любую секунду.       Он продолжал ластиться к любимому, когда тот перешел на его шею, целуя, куда дотянется, только бы Чон знал, как ему сейчас хорошо.       Какой же он дурак, если позволил потерять столько времени на глупые препирательства, вместо того, чтобы наслаждаться друг другом здесь и сейчас.       Юнхо положил свою ладонь на возбужденный член старшего, гладя его через ткань, пока тот нежно просил его не тянуть, а переходить к главному, приподнимая свои бедра. Распущенное поведение Хонджуна в такие моменты доводило Чона до исступления.       Легко развязав шнурок на шортах старшего, Юнхо приподнялся, стаскивая с него шорты с бельем, сразу проводя по обнаженному члену, сжимая его чуть сильнее у головки, тем самым вырывая сладкий стон в поцелуй. Он ласкал бархатистую кожу, такую мягкую и горячую, что невольно облизнулся, прекрасно зная, как она ощущается на языке. Хон смотрел на него в ожидании того, что же будет дальше. Старший не стал себя растягивать, надеясь, что это сделает танцор.       Юнхо видел, с каким желанием смотрит старший, но только ласкал его рукой медленно, не позволяя спешить, прожигая своим внимательным и мягким взглядом. Хонджун с большим трудом сдерживался, цепляясь за любимого. Все эти неторопливые ласки сейчас были невыносимы, хоть и желанны. Попытавшись сделать хоть что-то, Хон потянулся к парню, но брюнет всё так же неторопливо ласкал его, не позволяя дергаться лишний раз.       Отодвинувшись, Чон склонился к груди старшего, тут же прихватывая губами чувствительный сосок, проходясь по нему языком, чувствуя, как он твердеет. Ким дрожал от накатывающего возбуждения, желая сам доставить любимому удовольствие, но Юнхо не позволял отвлечь себя от ласк, переходя ко второму соску, одновременно надавливая большим пальцем другой руки на влажную головку.       Танцор целовал везде, не оставляя шанса не получить удовольствие каждой клеточкой.       Когда его губы остановились у тазобедренных косточек, чтобы затем провести языком к паху, Хон схватился за подлокотник, сжимая его рукой. Ладони скользнули наверх к груди, пока подушечки указательных пальцев не достигли напряженных сосков, опускаясь поверх и массируя их. Мягкие губы обхватили член и опустились к основанию.       Юнхо хотел этого так давно. Он как в бреду ласкал любимого, все сильнее втягивая щёки, тем самым оказывая неслабое давление на головку. Хонджун стонал от острого наслаждения, каждым движением вдыхая воздух через сомкнутые зубы и срываясь на протяжные стоны. Второй рукой он гладил плечо и запястье танцора, цепляясь за него, как за спасательный круг. А тот всё сильнее двигал головой, возбуждаясь от того, что делает для хёна. Выпуская затвердевший член из припухших губ, он провел по всей длине языком, прихватывая кожу рядом с уздечкой.       Хонджун схватился за его руку, вскрикивая и стараясь притянуть к себе. Юнхо послушно приблизился, целуя лидера и переплетая их языки. Старший становился слишком чувствительным и нежным, стоило подарить ему немного ласки. Он свободно говорит о любви и своих желаниях, откровенно наплевав на любые предрассудки и скромность.       Стоило Юнхо немного расслабиться и увлечься поцелуем, как лидер попытался изменить ситуацию, ловко укладывая его на свое место. Он напористо целовал любимого, пока руки Чона гладили его бедра и ноги. Он ощущал, как брюнет млеет от его ласк. Ким прикоснулся своей рукой к паху парня, в той же манере лаская его. Юнхо тихо застонал, стискивая зубы, но не отводя глаз от красивого хёна.       Блондин с каждым движением менялся, превращаясь в опасного и ненасытного зверя, который жаждет свою жертву целиком и полностью, готовый напасть в любую секунду. Расстегнув джинсы, он не стал их сразу снимать, продолжая дразнить Чона, что также изменился, когда ловкие пальцы юркнули под белье, сжимая давно вставший член. - Чего ты ждешь, Джунни? – спросил танцор, облизнув свои покрасневшие губы.       Он такого обращения у Хона по спине прошли приятные мурашки. - Ты хочешь, чтобы я что-то сделал? - Примени свой прекрасный язычок по назначению. – ладонь Юнхо прошлась от бедра к паху хёна, а затем к его губам, проводя по ним большим пальцем и скользя в рот.       Хонджун довольно улыбнулся, проводя языком по подушечке. Чону нравилось чувствовать мягкий язычок на коже, где бы он ни был.       Ким не мог долго дразнить и, спустившись ниже, перешел к ласкам, что нравились им обоим. Тело парня накрыло экстазом, а по члену разлился томительный жар. Юнхо чувствовал, как у него начинают дрожать колени от удовольствия. Он наблюдал, как лидер водит по его напряженному члену своим языком, едва не мурлыкая от удовольствия, когда тот обхватывал его губами плотнее. Вибрация, расходящаяся по коже от головки к пояснице, прошибала тело судорогой. Цепкие пальцы хёна сжимали его у основания, иногда поглаживая мошонку, стараясь доставить как можно больше удовольствия, пока его член требовал не меньшего внимания.       Хонджун так прилежно работал языком, не оставляя без внимания ни одного миллиметра, словно хотел получить наивысшую похвалу, доведя это действие до идеала. Но то, что он сделал дальше, едва не заставило Юнхо кончить слишком быстро. Горловой минет в исполнении Хонджуна стал более чем неожиданным, но до невыносимого приятным. Хотелось вцепиться в эту блондинистую шевелюру и насадить на свой член, чтобы затем кончить глубоко в горло, наблюдая за тем, как припухшие губы лидера, перепачканные в его семени, чуть подрагивают. А затем прижать к себе и целовать.       Старший покрывал мошонку легкими поцелуями, лаская юрким язычком, как только мог. Он с пошлым причмокиванием посасывал горячую головку, которую не хотелось выпускать из своих губ, пока Юнхо наблюдал за ним. Его руки гладили тело возлюбленного, сжимая чувствительные соски и вырывая из распаленного парня ещё один высокий стон. Юнхо не выдержал, когда Ким в очередной раз взял слишком глубоко. Схватив его за затылок, он не позволял ему отстраниться. А Хон только расслабил горло, принимая чужой член раз за разом. Губы начинали ныть, но он терпел, глубоко вдыхая через нос. Танцор отпустил его, длинными пальцами перебирая светлые пряди.       Оргазм наступил так внезапно, что Юнхо не сдержался и, крепко сжимая волосы хёна, уперся головкой в его нёбо, наполняя рот парня семенем.       У Кима кружилась голова, но он старался дышать, хотя было сложно. Сглатывая как можно чаще, он поднял покрасневшие от слез глаза, и танцор немедленно отпустил его. Хонджун пытался отдышаться, стирая с лица случайные слёзы. Юнхо немного испугался, но увидел, как на лице лидера появляется довольная ухмылка. Он лег на него, в нетерпении прижимаясь своими губами, нагло проталкивая свой язык в рот танцора и кусая его губы. Ощущать собственный вкус во время поцелуя было чертовски странно, грязно и сексуально. Хон прижимался своим членом к животу Юнхо в ожидании сладкой награды за свои старания. - Нам придется пойти в комнату, если ты хочешь продолжения. Я не хочу сделать тебе больно. – сказал он между поцелуям. - В моих шортах есть всё, что надо. - ответил лидер, не отрываясь от поцелуев и ласк. - Маленький чертёнок подготовился. - прошептал Чон, оставляя на шее парочку засосов.       Он сел на диван, укладывая парня поперёк на свои колени. Хонджун послушно устроился, как велено, и его аккуратные бедра оказались приподняты, а грудь лежала на диване.       Выдавив немного смазки на пальцы, Юнхо стал размазывать гель между бедер, гладя розовое колечко. Хонджун чуть прогнулся в спине, расставив ноги шире. Юнхо осторожно ввел первый палец в упругое колечко, сперва наполовину. Погружая его глубже, он вошел полностью, двигая им понемногу, позволяя парню привыкнуть. Добавив второй палец, он толкнулся в него, лаская изнутри. Хонджун плавился от наслаждения, отставляя свои бедра, сам насаживаясь на длинные пальцы танцора. Юнхо с легкостью касался простаты, каждый раз мучительно медленно входя и прикасаясь к комочку нервов. Хон скулил, желая большего. Его член терся об обнаженное бедро Чона, но этого было мало.       Три пальца двигались легко внутри парня, доставляя томительное наслаждение. Блондин выгибался, умоляя танцора о большем. Но тот и не думал останавливаться. Указательным и средним пальцем парень толкнулся максимально глубоко в него, от чего Хон вскрикнул, простонав имя любимого. - Юнхо~я, я хочу тебя в себе. - ещё один толчок и новый стон. - Хватит. Я готов.       Левой рукой Юнхо опустился на шею старшего, прижимая его к дивану, а второй продолжил ласкать пальцами, постоянно массируя простату и стенки. Хонджун дрожал, только сейчас понимая, что задумал парень. Вырваться было невозможно. Он, прижатый к дивану, закрыл глаза от жгучего удовольствия, пока длинные пальцы Юнхо трахали его не хуже члена. Влажная головка терлась о бедро, оставляя мокрый след.       Хонджун искусал все губы, пока его бедра то и дело приподнимались от этой невыносимой сладостной пытки. Юнхо не позволял ему кончить слишком долго, оттягивая этот момент. Он приближал оргазм так быстро, что у Хонджуна не оставалось сил терпеть, но тут же прекращал всё, оставляя парня почти плакать от бессилия и неудовлетворения. Когда наконец эти прекрасные пальцы надавили на простату несколько раз подряд, доводя Хонджуна до ослепительного оргазма, Юнхо с нежностью придерживал его, поглаживая поясницу, тем самым делая ощущения ещё ярче.       Ким обессиленно лежал, пока сердце колотилось как у кролика и вздрагивая от любого прикосновения, постанывая. Брюнет гладил его бедра и спину, а второй рукой ласково перебирал волосы на затылке. - Я не смогу встать. - С довольной, но усталой улыбкой пробурчал лидер. - Это комплимент. - с теплотой улыбнулся Чон, целуя его в плечо. - Но тебе придется, потому что я в кровать таким не лягу. - Давай останемся здесь. Мне сейчас так хорошо и тепло.       Спору нет, двигаться вообще не хотелось, но было бы куда приятнее лечь и обниматься под одеялом. - Ага. – ответил Юнхо, перебирая его взлохмаченные пряди.- И по иронии судьбы с самого утра к нам заглянет менеджер, съемочная группа, Королева Англии, пришельцы и ещё твоя и моя мамы. Нет, спасибо, я не готов к таким стрессам. - Откуда такая паранойя? - Ты сам поймал Чонхо и Ёсана. И едва не поймал Сонхва и Минги. Тебе не кажется, что сам Бог намекает, что не стоит так пренебрегать скрытностью и осторожностью?       Юнхо был прав. И хоть голос разума полностью поддерживал идею добраться до кровати, но тело отказывалось выполнять какие либо действия. Приятная слабость сморила Хонджуна в приятную дрёму. Юнхо рядом, а большего и не надо. Прикосновения и слабость после секса сделали своё дело. Этот сон показался парню таким сладким, словно до этого он вообще никогда не спал. Но это продолжалось недолго. - Хонджун! Просыпайся, быстро! - Голос танцора был взволнованным – Черт, Хонни, живее! - Что случилось? - недовольно морщась от того, что его тормошат за плечо, спросил лидер. - Я услышал, что кто-то у двери. - Кто? - удивился сонно парень, стараясь прислушаться, но Юнхо поторопил его вновь. - Я не очень хочу узнавать об этом в таком виде! Быстро в душ!       Хонджун не понимал, что за паника, но, судя по напуганному взгляду брюнета, стоило поторапливаться. Он неловко слез с дивана и быстро скрылся в ванной, прислушиваясь к звукам через дверь. Тишина. Через несколько секунд к нему присоединился Юнхо, медленно входя внутрь. - А ты говорил, что не встанешь. – с улыбкой целуя парня в лоб, сказал Чон и прошёл в кабинку. - В каком смысле?- озадаченно посмотрел на него лидер, до которого внезапно дошло. - Ты соврал мне! - Это было во благо, милый. Плюс маленькая месть за твою ложь. - Юнхо! Ах ты...       Возмущенно сопя, Хонджун даже забыл, что полностью обнажен. - Не ругайся. Я помогу тебе, и обещаю согреть, мышонок. - Это не честно! Я поверил тебе! Как ты мог так со мной поступить? - Ну, Хонни, не ругайся. - примирительно протягивая руку, позвал танцор. - Иди ко мне.       Они могли бы ещё препираться, но спать хотелось больше, чем спорить. Хон зашел в кабинку, пока танцор настраивал теплую воду. Притянув парня к себе, полил его водой, стараясь не мочить волосы и мягко целуя. - Сам мой меня. - принципиально пробурчал лидер, смотря снизу вверх на любимого. - Я не откажусь.       Хонджун наблюдал за ним через полуопущенные ресницы, пока руки брюнета стирали с его тела остатки семени и пота, растирая по коже ароматную пушистую пену. Он не особо-то и злился, но ему не понравилось, что пришлось так быстро вскакивать и нервничать.       Юнхо положил свои намыленные ладони на грудь Кима, чуть надавливая на неё. Хон откинул голову назад, прислоняясь затылком к стене и окончательно закрывая глаза. Чон скользил ладонями все ниже и ниже, переходя к паху и бедрам. Блондин не стеснялся, и потому не возражал, чтобы Чон смотрел на него и трогал везде, где вздумается. Это заводило.       Чон опустился на одно колено, проводя ладонями по ногам хёна, чувствуя, как снова начинает возбуждаться. Что с ним делает лидер в своем покорном и разнеженном состоянии, невозможно описать. Это было иначе, нежели подчиняться дерзкому Хонджуну. Парень не может успокоиться, прикасаясь всё откровеннее к желанному телу. Возбуждение становилось заметнее. - Повернись спиной, мышонок. – попросил он, поглаживая его бедра.       Хонджун послушно развернулся, и парень не удержался, прижимаясь щекой к его пояснице, целуя позвоночник и бедра.       Ким млел от нежности, упираясь лбом в прохладную стенку, чуть прикусывая губу. Юнхо, не останавливаясь, поднимался поцелуями выше, зацеловывая лопатки и шею любимого. Он вновь терял голову от старшего, прижимаясь к нему ближе, не в состоянии просто так отпустить от себя. Глупо было думать, что он долго продержится. Хотя он справился с наказанием, но с большим трудом. Как вообще можно устоять перед ним? Хонджун уперся согнутыми руками в стенку, пока пальцы Юнхо гладили его рёбра. Сонливость понемногу рассеивалась, уступая место приятному томлению в чужих руках. Он бедрами чувствовал, как горячее возбуждение прижимается к нему. Приподнимаясь на носочках, он провел своими ягодицами по паху Юнхо и тот застонал. - Ты нарываешься. – прошептал танцор ему на ухо, и Хонджун едва не задохнулся от желания. - Ты сам виноват. К тому же тебе это нравится.       Лидер всегда добивается своего, пусть и не сразу. Юнхо скользнул между ягодиц парня, входя в него одним пальцем. Он всё еще был таким влажным от смазки внутри. Плавно толкнувшись внутрь своим членом, он придерживал Хона за талию, полностью заполняя собой, не останавливаясь.       Даже после этой долгой пытки и растяжки, Ким всё ещё был достаточно узким и горячим. Брюнет двигался очень медленно, неторопливо, целуя Хонджуна, что умудрился повернуться, отвечая на ленивые поцелуи. Сколько они провели в объятьях друг друга, никто из них не знал. Это было медленно и так приятно, что когда Хонджун кончил во второй раз, то был готов рухнуть на пол уже на полном серьёзе. Танцор крепко держал его в своих руках, не понимая, как сам всё еще держится на ногах, толкаясь чуть быстрее и кончая внутрь. Чон вышел из тела старшего, развернув его к себе, ласково целуя. - Вот теперь я точно не в состоянии двигаться, даже если к нам будет в дверь ломиться директор компании. - Хон погладил любимого по мягкой щеке. - Я склонен согласиться с тобой, но спать здесь мы не станем. - Даю тебе пять минут, на большее меня не хватит.       Юнхо ещё раз нежно запечатлел поцелуй на любимых губах и постарался как можно быстрее помыть их обоих. После укутав Хона в большое полотенце, он отправил его в комнату, вытираясь сам. Заглянув перед спальней в зал, Юнхо собрал их раскиданные вещи и выключая телевизор.       Вернувшись в комнату, танцор надел бельё и, погасив свет, направился к кровати, где Хонджун с большим трудом боролся с накатывающим сном. Устраиваясь рядом и тут же попадая в плен теплых объятий, Юнхо улыбнулся. - Ещё минута, и я бы уснул без тебя, Юнни. - Теперь можешь засыпать. Сладких снов, мышонок.       Хон устроился на груди брюнета, принимая нежный поцелуй и почти мгновенно засыпая, шепча признание и слыша его в ответ.