Лжец

      Хочешь, чтобы никто не узнал твоей тайны – расскажи о ней и улыбнись. Хочешь соврать - говори правду. Люди никогда не верят в очевидное и чаще всего просто считают это шуткой.       Так сказала мама Уёну, впервые услышав от сына признание в своей ориентации. Как только он попал в компанию, где познакомился с Саном, он сразу влюбился, и так сильно, что чувства буквально разрывали его изнутри. Он приложил все усилия, чтобы подружиться с Чхве. Хотя особо стараться и не пришлось. Сан сразу принял этого вечно шумного и непоседливого парня в ряды близких друзей. Уён стал называть Сана лучшим другом, потеснив с пьедестала Ёсана. Кан не обиделся. У него появился прекрасный способ манипуляции Чоном: в удобных ему случаях он использовал тему брошенных друзей.       Уён спать не мог от того, как ему хотелось быть рядом с Саном. Он занимал всё его время, находился рядом, всеми силами стараясь понравиться. Во время репетиций он старался держаться до последнего, оставаясь рядом с Чхве и неустанно подбадривал того, если что-то не получалось.       Через некоторое время они сблизились настолько, что часто ночевали вместе, совершенно не смущаясь друг друга. Им было комфортно даже переодеваться рядом, хотя Уён и поглядывал украдкой на парня, краснея и думая не о самых приличных вещах. Он старался переводить всё в шутку, если Чхве замечал его взгляд или сражать коварной щекоткой, чтобы отвлечь парня от ненужных вопросов.       Все прикосновения Сана значили для него куда больше, чем тот думал, и сердце парня замирало, когда Чхве брал его за руку или обнимал. Объятья Сана были невероятно теплыми и крепкими, словно он чувствовал, как сильно Уён хочет быть ближе. Иногда, когда они засыпали в обнимку, Чон мог позволить себе легкий поцелуй, с нежностью прикасаясь к чужим губам. Сан спал крепко и понятия не имел об этом.       После дебюта Уён окончательно убедился, что все чувства, что он испытывает к другу − не просто увлечение. Он хотел признаться, но медлил, пока не стало слишком невыносимо.       Он был прикован к Сану душой, и ничего не мог поделать с этим.       Уён приехал домой и долго собирался с силами, чтобы поговорить с мамой, которая знала о том, что у её сына был секрет, что он не скрывал только от неё. Она переживала за него, когда Чон сказал, что хочет стать айдолом. Это большая ответственность перед фанатами, что могут вознести тебя до небес или разрушить всю твою жизнь, если не примут твой выбор. Женщина знала, сколько прекрасных и талантливых детей погибало от резких комментариев и травли фанатов. Ей не хотелось, чтобы её сын закончил в больнице или, того хуже, в могиле, если вдруг кто-то из фанатов узнает о его любви к мужчинам.       Общество может не принять этого и это станет концом.       Но запретить сыну двигаться к мечте было бы преступлением. Поэтому она будет его поддерживать, пусть даже весь мир будет против.       Она совсем не удивилась, когда Уён рассказал, что влюбился. Приняв это, она поддержала сына и спросила, кто это. Чон всё рассказал, и на душе женщины стало немного легче. Сан ей нравился, хотя она и переживала на счет того, как отреагирует Чхве на признание парня.       Мама посоветовала сыну сказать всё честно и посмотреть на реакцию друга. Если тот отреагирует плохо, просто отшутиться. Она старалась не думать, как будет больно Уёну, но будет проще смириться с отказом, чем продолжать жить в неведении.       После тренировки Чон сидел в зале для практики, пока Сан разбирался с треком. Он с улыбкой выбирал музыку, желая ещё немного потанцевать. Блондин смотрел на спину Чхве, и от волнения у него колотилось сердце, и ладони предательски потели. Сейчас он скажет ему нечто важное и надеется, что Сан поймет его правильно. Ведь он столько раз показывал, как относится к нему.       Когда он вернулся и сел рядом, Уён взглянул на него и с теплой улыбкой признался. - Санни, мне хотелось бы тебе кое-что сказать. - Что? – улыбнулся Сан, внимательно глядя на взволнованного парня. - Знаешь… я тебя люблю.       Чон смотрел на него в ожидании реакции, хотя грохот сердца перекрывал все звуки вокруг.       Сан довольно улыбнулся, беря его за руку, чуть сильнее обычного сжимая ладонь и поглаживая тыльную сторону большим пальцем. В душе парня всё затрепетало. - Уёни~и, - ласково растягивая гласные сказал Чхве. - Я тоже тебя люблю. Ты мой самый лучший друг! Как же иначе.       А иначе и быть не может.       Эти слова провели между ними ту самую невидимую границу, что невозможно преодолеть. Сердце сжалось от горечи, но Чон закусил щеку изнутри, стараясь убрать руку из столь любимой и теплой ладони парня. - Конечно, Сан, иначе и быть не может. – с трудом улыбнулся он и поднялся на ноги. - Мы друзья.       Сан не совсем понял, что стало с Уёном, чей взгляд потух, и теперь он смотрел куда угодно, только не на него. - Я схожу в туалет, и продолжим. – сказал Чон и быстро вышел из зала, пока ему казалось, что он больше не может нормально дышать. Он был готов к этому, и ему нужно всего лишь немного времени. Уён привыкнет и будет для Сана самым преданным другом. Поддержит и порадуется, будет всегда рядом.       Теперь Уён может говорить ему о своей любви честно и открыто. Жаль только, слова его будут поняты иначе. Ну и пусть. Хотя бы перед своим сердцем парень будет честен. А любовь, она же разная. Так пусть его будет удобной для Сана.       С того момента Уён позволял себе немного больше, чем раньше. Сидеть максимально близко на трансляциях, обнимать, целовать, смотреть на него − ведь всё это превратили в прекрасный скиншип для фанатов. Никто никогда не догадается, что всё, испытываемое Уёном − правда, даже если он крикнет о своей любви на весь мир. Ведь для Сана он прекрасный ДРУГ, а для фанатов это всего лишь шоу.       Никто не догадывался, что Уён медленно угасает внутри каждый раз, когда Чхве отталкивает его, злится или игнорирует. Со временем он стал держать чуть больше дистанции, потому как сердце болело, а душа крошилась. План не работал, и нужно было что-то менять.       Он всеми силами старался не докучать любимому человеку до тех пор, пока Чхве сам не приходил к нему за объятьями или общением. Уёну было приятно до дрожи, когда Сан разнимал его с Сонхва, изображая праведный гнев и ревность. Пусть всё это напускное, но для Чона эта мелочь была крохотным лучиком солнца, что грел его разбитое сердце.       А с появлением у Сана девушки жизнь Уёна превратилась в ад.       Сан был увлечен, не догадываясь, что рядом есть человек, любящий его так сильно, что словами не описать. А Лиён только твердит о том, как Сан красив, теша его самолюбие, но не заглядывая глубже. Она не интересовалась мелочами, не знала, что действительно нравится Чхве, а что нет. Каковы его слабые места или же страхи. Возможно, это временно, и потом их с Саном отношения перейдут на новый уровень, но пока все происходящее было похоже на милый флирт, что несомненно нравился парню.       Сан рассказывал Уёну, какая Лиён забавная и милая, а парень только кивал и улыбался фальшиво, ища любой повод, чтобы уйти.       К отпуску ситуация стала острее. Парни сцепились на пустом месте, и Сан бросил обидное обвинение в сторону Уёна, что оказалось слишком серьезным. Чон с трудом сдержался от того, чтобы не вцепиться в Чхве и не ударить как следует, вбивая тем самым истину в его пустую голову. - Если тебе так нравится Лиён, что ты настолько ревнуешь, мог бы сказать, а не молчать, злясь за глаза, Уён! Но она выбрала меня! Уж извини, что так получилось. Иногда кто-то может быть интереснее тебя, самовлюбленный эгоист!       Слова сорвались с губ быстрее, чем Чхве осознал, что он только что сказал.       В коридор вышел Юнхо, услышав крик. Мимо старшего пробежал Уён, не ответив ничего застывшему в ступоре Сану, до которого понемногу доходило произошедшее. - Что произошло? – спросил Юнхо, подходя к краснеющему непонятно от чего парню. - Я…- заикаясь начал танцор, но мысли разбегались, не давая и шанса сказать что-то вразумительное.       Через пару минут дверь в комнату Уёна распахнулась, и из неё быстро вышел блондин с рюкзаком на плече. - Уёна, ты куда? - К родителям, хён. – холодно ответил парень, огибая их и натягивая дрожащими от злости руками кроссовки. - Уёни, я…не… - тихо сказал Чхве и потянул к нему руку, тут же получая сильный и болезненный удар по плечу. - Отвали. Видеть тебя не хочу. - буквально прошипел на него парень, не позволяя к себе прикоснуться. - Эй, что происходит то?!- не выдержал Юнхо, но Уён вышел за дверь, громко хлопнув ею напоследок. - Ты объяснишь мне, что произошло, или я позвоню лидеру. – строго сказал старший, подхватив шокированного Сана под локоть, и поволок за собой на кухню.       Старший был обеспокоен. Сан и Уён не первый раз устраивают громкие разборки, но чаще всего это были какие-то незначительные мелочи, что решались быстро. Но поведение Уёна и его дрожащий, сорванный голос, в котором отчетливо слышалась обида, говорили о том, что это не просто перепалка. Юнхо не первый раз замечает, что поведение Чона поменялось. Парень замыкается, хотя это не особо свойственно для него.Что-то происходит, а они упускают это.       Сан тоже ничего не знает. Он был растерян не меньше старшего. Сказать по правде, он не знал, что сейчас лучше сделать - позвонить Уёну или оставить его в покое. Негодование быстро прошло, оставив только чувство некой обиды и волнения. Юнхо сел напротив, серьезно смотря на Чхве, что всё ещё сжимал телефон в руке и молчал. Чон выглядел сейчас не как друг, а как старший хён. Хоть он и не обладал этой жутковатой аурой, как Хонджун, или пронзительным взглядом, как Сонхва, Юнхо всем своим видом показывал, что лучше сказать всё как есть.       У Чона были свои мотивы, помимо заботы о младших. У них не так часто выпадают выходные, да ещё и на целых семь дней. А эти разборки могут все испортить, не говоря уже о том, что в принципе любые конфликты внутри их семьи не несут ничего хорошего. Этим двоим повезло, что лидер ещё спит и не выскочил на крики. Танцор бы точно всем показал свою темную сторону, если бы эта парочка заставила волноваться Хона. - Ну? - голос парня прозвучал ровно, но Сан всё равно поёжился.       Он неуверенно посмотрел на Юнхо, и тот нахмурился. Это уже был недобрый знак. - Я сам не понимаю, что произошло. Мы опять поругались на ровном месте. - О чем вы говорили?       Сан отвел взгляд в сторону. - Последнее время Уён злится на меня без причины. Сколько бы я ни спрашивал, он уклоняется от ответа и всё меньше идет на контакт. Стоит мне заговорить про Лиён, как он замыкается, и почти сразу у него находится множество неотложных дел. Я думал, что мы друзья, и у нас не должно быть недомолвок. Но я вижу, что он что-то скрывает. - И что же? - Я не знаю. Но если судить по его поведению, ему нравится Лиён.       Юнхо чуть улыбнулся, осознавая происходящее. Абсурдно, но факт. И если его предположения окажутся верны, то Сан думает в правильном направлении, вот только объект воздыхания Уёна не тот. Забавно, как не замечает очевидного Чхве. - Может он просто переживает, что ты ей внимания уделяешь куда больше, чем ему. И дело совсем не в его симпатии к девушке. - Хочешь сказать, что он просто переживает за наши с ним отношения? - удивился парень. -       Хотя он любит внимание и злился первое время даже на Ёсана. Старший не стал комментировать эти слова. Привязанность Уёна была очевидна, и все давно привыкли ко всему, что парень делал в отношении Сана, не замечая какого-либо подтекста. Но сейчас ситуация становится сложнее. Чон мог заиграться и влюбиться в друга. А может, любит уже так давно, что невнимательные одногруппники проглядели этот момент. Судя по Сану, он был далек от таких отношений, но и позиция к Уёну у него была неоднозначная. Юнхо всегда был уверен, что если между этими двумя и есть чувство безответной любви, то оно больше исходит от Сана. Тот не упускал возможности прикоснуться к другу, часто ревновал и всем своим видом показывал, что ему не нравится, когда Чон с кем-то кроме него. Уён же вел себя иначе, давая Сану выбор, личное пространство и никогда не позволял почувствовать себя неправым. Даже в спорах с Чхве парень старался не слишком ерепениться и часто уступал. Странная парочка ежедневно разрывала шаблон всем парням, потому что с другими они вели себя иначе. Так что судить о них всегда было сложно.       И теперь для Юнхо многое стало очевидно, хотя всё ещё не до конца ясным. - Сан, он сильно привязан к тебе. Постоянно твердит, насколько сильно любит, и как ты важен в его жизни, даже дома, когда нет камер. Это всё от души. - Он и Сонхва это говорит. И тебе, да и вообще. - Да, он говорит, что мы для него вторая семья. - согласился Чон. - Вот только он никому, кроме тебя, не говорил, как сильно нуждается в нём.       Сан помнил про эти слова. Они собрались после завершения промо и отмечали дебют. Решили посидеть и отметить это всё дома, потому что сил на что-то большее не было. Заказав еды, без какого-либо алкоголя, парни радовались, играли в игры и делились своими впечатлениями. Когда Хонджун, как лидер, задвинул речь, полную благодарности каждому, ребята по очереди высказывались за ним. И тогда Уён, с блестящими от счастья и слёз глазами, расчувствовался и вывалил на них все свои эмоции, которых был целый океан. Никто не остался равнодушен к его словам. А старшие даже всплакнули. В самом конце своей речи Чон обратился к Сану, неотрывно смотря тому в глаза, чем смущал не привыкшего ещё к столь повышенному вниманию Чхве.       Он улыбнулся и без капли смущения сказал: - Сан, я тебя люблю. Пусть мы знаем друг друга мало времени, но ты стал для меня самым близким и дорогим человеком. Мне нравится проводить с тобой каждую свободную минуту, слышать твой смех и дурачиться вместе. Я нуждаюсь в тебе и надеюсь, что ты чувствуешь нечто похожее.       Тогда Сан был смущен и счастлив, пообещал, что всегда будет рядом и сказал, что тоже очень любит Уёна. Вот только для каждого из них эти слова звучали по-разному. - Я не бросал его как друга. Да, стал чуть меньше проводить времени, но мы постоянно рядом. Неужели этого мало?! - непонимающе возмутился Сан, а Юнхо только сейчас понял, насколько недальновиден Чхве.       Эта ситуация и поведение Сана немного напомнили Юнхо их отношения с Хонджуном. Вот только для этих двоих все может закончиться куда хуже. Если Сан не примет чувства Уёна, и они не начнут держать дистанцию, парень просто сломается и выгорит изнутри. Сан и так играет сердцем Чона, не догадываясь, как тому больно, а сегодня впервые тот сорвался так сильно. - Мне кажется, что вам надо дать друг другу время и дистанцию. Не пиши ему и не звони, пока он сам не сделает это. - Но... - Сан, я серьезно. Когда он вернется, возможно, вам придется поговорить, но трогать Уёна сейчас не надо. Ему и так сложно. - Да в чем хоть?!- не выдержал Сан, вскакивая со стула и рассержено смотря на старшего. - Я может идиот и не понимаю чего-то, хён. Тогда может ты мне объяснишь? - Сан, не кричи. - примирительно смягчив тон, попросил Юнхо. - Поверь, есть вещи, которые надо услышать напрямую от человека, а не через кого-то. Если Уёни захочет, он сам скажет. Если нет, не вздумай давить на него. Послушай меня, я знаю, о чем говорю. - Я ненавижу, когда от меня что-то скрывают и увиливают от ответа. - Я знаю, Санни. - кивнул Чон. - Но я ничего не скрываю, да и Уён тоже. Просто ты можешь чего-то недопонимать. На всё нужно время.       Юнхо не хотелось вводить в заблуждение Чхве, но и не имея доказательств своей теории, он не мог говорить о чувствах Чона. Ему тоже надо поговорить с Уёном, и в случае чего поддержать. Он-то знает, как это сложно − любить и не иметь взаимности после признания. И пускай это длилось недолго, он никогда больше не хочет пережить подобное. Врагу не пожелает этой боли.       Сан был зол и потерян. После разговора с хёном ещё больше захотелось написать или позвонить другу. Но он пообещал не делать этого. Радовало только одно: он может уехать к бабушке с дедушкой и там отвлечься.       Пока остальные просыпались и планировали свой мини-отпуск, Сан позвонил бабушке, которая всегда была готова к приезду внука, и, быстро собрав вещи, поспешил уехать.       Юнхо, провожая парня, ещё раз напомнил, что всё будет хорошо, они обязательно помирятся. Возможно, им просто надо отдохнуть друг от друга. С большим трудом, но Чхве принял это. Он же постоянно твердит, что ему не хватает личного пространства. Это было ложью, пусть и не до конца. Сан очень надеялся, что он в состоянии прожить без Уёна неделю, а то и две. Однако он и подумать не мог, что будет так сложно.

***

      Чон приехал на вокзал едва понимая, как туда добрался. В голове сплошная каша, а в груди сдавливает всё тисками. Когда он сел в автобус, ему потребовалось усилие, чтобы не разрыдаться и не привлекать к себе лишнее внимание. Он написал менеджеру, куда поехал, чтобы тот не переживал, а затем скинул сообщение с извинениями для Юнхо, который также попал под горячую руку. Чон не стал писать, что произошло: просто извинился за грубость и пообещал больше такого себе не позволять.       Боль и злость сменились грустью и обидой, что ныла, как заноза под кожей. Надев наушники, он попытался отвлечься, смотря на то, как проплывают мимо дома, и пейзаж становится все более знакомым, ведь он ехал домой.       Когда Уён перешагнул порог дома со счастливой улыбкой, мама все равно заметила, что в глубине глаз её талантливого ребенка скрывается много боли. Он не хотел расстраивать её, поэтому первые два дня посвятил общению с родными, стараясь максимально отвлечься от гнетущих мыслей. Парень рассказывал о том, как они работают над новыми треками, и даже показывал хореографию. Он вел себя хаотично и шумно, но только потому, что сдерживать все разрастающуюся боль внутри становилось тяжелее. Родные лишь радовались и улыбались успехам, но материнское сердце знало, что Уён что-то скрывает.       Сан не выходил на связь. Уён догадывался, что друг скорее всего обижен, но играть в молчанку два дня для дотошного до справедливости Чхве − это уже было сравнимо с рекордом. Возможно, он и написал что-то, просто Уён старался не заходить в соцсети, веря в то, что ему так будет легче успокоиться. Все те, кому он нужен, всегда могли позвонить. А постоянная проверка уведомлений могла только усугубить ситуацию. И как же он был прав.       На третий день Чон всё же решил выйти в интернет и тут же пожалел об этом. На одной из публикаций Лиён была запечатлена витрина с манекенами в парной одежде, а ниже она написала пост о том, что купила этот комплект и ещё какую-то чушь про отношения. Чон откинул свой телефон, словно это была ядовитая змея. Ему стало так больно, что всё, что он так долго сдерживал, вырвалось через тихие рыдания и горькие слезы. Он сжался в комочек на кровати, прижимая руки к груди, где крошилось его сердце от всех мыслей, что в мгновение окутали его.       Дверь в его комнату приоткрылась, но парень даже не услышал этого. - Сынок? - женщина тут же подбежала к нему и присела на кровать. - Тебе плохо? Что-то болит?       Уён, услышав родной голос, вцепился в мамину руку, покачал головой и разрыдался сильнее, прижимаясь к ней. -Тшш, ну, маленький мой, мама рядом. - Она старалась успокоить сына, чьи слезы делали больно и ей. - Что случилось? Расскажи мне, и мы придумаем, как всё решить.       А Уён уже не мог просто успокоиться. Эмоции окончательно поглотили его и теперь тянули на дно. Он знал, что мама поймет, но всё равно боялся. Мягкие ладони гладили его плечи и затылок, успокаивая, как в детстве. Вот только раньше Уён плакал из-за разбитых в кровь коленок или глупой неудачи, что можно было исправить с помощью пластыря и стараний. А вот как собрать разбитое сердце после неразделенной любви − не понятно. -У…У Сана… - заикаясь от собственных слез, выговорил парень. – Появилась девушка.       Женщина гладила сына по голове, украдкой смахивая свои слезы. Она боялась этого, но сделать ничего не могла. - Я не хочу больше любить, мам.- сказал Уён, прижимаясь к ней сильнее, вдыхая аромат её не меняющихся годами духов. Такой теплый и успокаивающий.       Объятья матери были для него важнее всего, только в них он ощущал поддержку и мог хоть как-то справиться с тем, что внутри. - Солнце, не говори так. - стараясь хоть немного улыбнуться, ответила она. - Ты не можешь просто отказаться от собственных чувств. Я понимаю, как тебе больно, но мы не можем разучиться любить. Любовь нужна. Да, она бывает слишком сложной и даже слепой, но, поверь мне, отказываться от нее нельзя.       Уён понимал это. Уже 3 года он слепо любит, отдавая всего себя этим чувствам. Сан воспринимает его как друга, не больше. И все его попытки быть честнее с ним делают только хуже. И это все становится последней каплей. Уёну страшно не справиться с собой и в один момент всё испортить так, что вернуть будет невозможно. - Сынок, послушай. Я знаю, что Сан много значит для тебя. Ты был честен с ним всё это время. Я не знаю, как ты говорил с ним, и не хочу давать тебе ложных надежд, но, может, он просто не понял, что ты имеешь в виду. Он воспринимает тебя как друга, потому что ты не уточнял, как именно он тебе дорог.- Уён задумался,- Если бы ты объяснил ему, может, это поменяло бы ситуацию. - Не думаю. У него уже есть отношения. И если за столько времени он не понял, как я к нему отношусь, хотя всё очевидно, значит, ему так удобно. - Детка, ты же знаешь, что люди разные. Кто-то очевидного в упор не видит, хотя об этом твердят все вокруг, и оно прямо перед ним. Но если Сан и правда просто старается оградить тебя таким образом, ты должен отпустить его. Ваши совместные труды приносят многое как для каждого по отдельности, так и для группы. Но, малыш, нельзя так относиться к собственным чувствам. Пойми, ты губишь себя. Я не хочу потерять тебя. Умоляю, знаю, это сложно, но хоть раз поставь свою жизнь и свои чувства выше чужих. Если Сан любит тебя как друга, он не захочет, чтобы ты мучал себя. - Я постараюсь, мам. Спасибо, что поддерживаешь своего непутёвого сына. - Ты замечательный, Уёни~. - женщина поцеловала его в макушку, стирая свои и его слезы. - Всё будет у тебя хорошо.       Уён лежал в материнских руках и плакал, пока не уснул. Сил ни на что не было. Всего один день, чтобы успокоить эту страшную бурю, а затем принять для себя важное решение.

***

      Утро началось для Уёна в час дня. Голова тяжелая и пустая, а лицо опухло от слез. Он не сразу взял в руки телефон, направляясь в душ, чтобы привести себя в порядок. Переодевшись, он услышал голоса в гостиной и поспешил туда. Если честно, то он бы с удовольствием ещё поспал, но желудок намекал, что надо поесть.       К огромному удивлению Чона, в гостиной на диване сидел Юнхо и пил чай с его мамой. - Юнхо-хён? - сказал парень, привлекая к себе внимание парочки. - Сынок, ты проснулся, наконец. - тут же повернулась к нему женщина.- А у нас неожиданные гости. Почему ты не сказал мне, что Юнхо заедет? Я бы приготовила что-нибудь. - Он не знал, госпожа Чон. Я возвращался в общежитие и вспомнил, что недалеко ваш дом, и решил заглянуть. Увы, это моя ошибка, что не предупредил заранее. - тут же ответил Юнхо, пока Уён собирался с мыслями. - Не говори глупостей, милый. Мы вам всем всегда рады. Вы же заботитесь о нашем Уёне.       Юнхо ослепительно улыбнулся, и женщина засияла. - Сынок, проходи к другу, я принесу тебе завтрак.       Парень, всё еще молча, прошел к дивану и сел рядом со старшим. - Привет. - Привет. - ответил Юнхо, сразу замечая, что младший не в порядке. - Я заехал к тебе узнать, всё ли хорошо. - Я написал сообщение. - И это замечательно. Ты поступил, как ответственный человек. Но я вижу, что ты до сих пор подавлен. - Я в норме. - попытался отшутиться Уён, натягивая улыбку. - Нет поводов переживать. - Как давно ты любишь Сана?       Чон нервно рассмеялся, делая вид, что это забавно. - Я вас всех люблю. - Не думаю, что так, как его. - спокойно ответил Юнхо. - Уёна, я прав? Тебе нравится Сан не как друг?       Уён молчал. Тишина длилась почти минуту, но Чон так и не вымолвил ни слова. - Ладно. Я понимаю, что ты боишься. Поверь, твоё поведение и молчание говорят мне больше. Я не собираюсь тебя осуждать. Но я волнуюсь. Ты сходишь с ума от ревности, и это может плохо сказаться на здоровье. Я знаю, о чем говорю.- Юнхо приободряюще похлопал парня по коленке. - Я сам прошёл через это, пока Хонджун не принял мои чувства. - Хён, ты не пони...Кто принял твои чувства?       От удивления Чон даже приподнялся над диваном. - Тише. Не стоит об этом кричать. - Прости, я шокирован. Так, погоди, вы с хёном встречаетесь? - Да. - С Ким Хонджуном? - Да. - С "нашим" Ким Хонджуном? С нашим лидером? - Если ты знаешь ещё одного, то это точно не он. С нашим лидером.       Глаза Уёна надо было видеть. Они были настолько большие, что, казалось, ещё немного, и станут больше, чем у Юнхо. - У меня, наверное, очень много вопросов и в тоже время нет слов.- наконец сказал младший. - Мы ещё не обсуждали это с хёном тему того, чтобы рассказать вам. Но я подумал, что ты должен знать и рассчитывать на нашу поддержку. Уён кивнул и молча обнял хёна, действительно благодарный за всё, что он сделал для него. Особенно сейчас. - Сан сожалеет из-за вашей ссоры. Вы говорили после этого? - Нет. - Чон покачал головой. - Я не выходил в сеть, а он не писал. Секунду.       Уён вытащил телефон на который стали приходить сообщения. Он забыл выйти из сети и, кажется, Сан это заметил. На экран, одно за другим падали сообщения: «Привет. Как отдыхаешь?» « Передавай привет семье.» «Уёна, не молчи, пожалуйста.» « Я понимаю, что был груб. Но что я ещё должен был подумать, когда ты сказал, что моё общение с Лиён тебя достало?» « Возможно, я перегнул. Все мы сейчас без пары, и я увлёкся флиртом. Признаю. Но это не повод так реагировать. Ты мог сказать мне об этом раньше.» « Я правда не хотел тебя обижать. Давай поговорим и помиримся, Уёна...»       Юнхо посмотрел на экран и на младшего. - Всё же он сдался. Я просил его не писать тебе. - Спасибо, хён. Мне это было нужно. - чуть улыбнулся Чон и заблокировал телефон, убирая в карман. - Уёна, послушай. Ты не один. Я с Хонджун-хёном поддержим тебя. Но пообещай мне, что не станешь рубить с плеча. Сан не понимает себя. И, как оказалось, намёков, пусть даже это и не они. Не отталкивай его сразу. Если он действительно не примет твоих чувств... - Юнхо старался говорить тактичнее, чувствуя, как от этих слов младший напрягся. - Я буду рядом. Мы переживем это вместе. - Хён... Ты такой классный... - Я прошу, только не вздумай плакать. - улыбнулся старший, крепко обнимая друга, веря в то, что всё будет хорошо.

***

      Сан сидел на крыльце в доме бабушки и рассматривал небо, передернутое тучами. Погода быстро испортилась, хотя ещё утром светило солнце. Как и в его душе, на улице было пасмурно.       Он честно держался два дня, не беспокоя Уёна, в ожидании того, что тот сам напишет. Каждый раз натыкаясь глазами на телефон, он проверял все мессенджеры, но там было пусто. Это пугало его.       Конечно, у него была Лиён, что могла писать 24\7, но меньше всего парень сейчас хотел общаться с ней. Девушка нравилась ему, но вся эта ситуация расставляла приоритеты иначе. Пока Уён был рядом, ему было комфортно, и он даже не задумывался над тем, что Чон откажет ему в общении или во внимании. Он думал, что парень сам долго не протянет и напишет какую-нибудь глупость, забыв о ссоре. Но Чон не появлялся в сети и так и не прочитал всё то, что написал ему Чхве.       Сан никогда не думал, что Чона может так не хватать в его жизни. Обычно он никак не мог найти места, чтобы побыть с самим собой. Уён всегда был поблизости, даже если у него были свои дела. Громкий, улыбчивый, такой теплый и мягкий. Его было приятно обнимать и даже больше. Уён давал настрой и поддержку. А сейчас это всё стало ускользать. Вроде бы ничего не поменялось, но в глубине души Сан чувствовал, что между ними появляется пропасть.       Он всегда думал, что Уён рядом, воспринимал это как само собой разумеющееся. Без него уже было сложно представить день. Смех, улыбка и такое милое и привычное: «Люблю тебя, Сан!», когда парень особенно счастлив. Его забота и искренняя нежность. Тренировки, танцы и учеба − всё это они делали вместе. Но с появлением Лиён всё стало другим. После разговора с Юнхо сомнений стало еще больше, а тонкая струна осознания постепенно натягивалась, готовясь вот-вот лопнуть.       Сердце парня разрывало противоречиями. Он не понимал, что же не так. Ясно одно - Уён действительно ревнует. Вот только кого? Сана? Это глупо. Лиён? Но почему он не признает этого? Хотя именно это и взбесило его в прошлый раз... - Санни, внучок! - раздался голос из глубины дома. - Иду, бабуль!       Сан поднялся с крыльца, заходя внутрь дома, где всегда пахло одинаково. Вкусной едой и уютом. Так пах и Уён. У него всегда был особенный запах или аура, от которой внутри все расцветало, и любая проблема уже не казалась концом света. И почему Сан раньше этого не замечал? - Дорогой, помоги мне поднять и перетащить вот эти заготовки. - женщина указала на несколько контейнеров, что стояли на полу. - Я сам всё отнесу. Не переживай. – улыбнулся парень, с легкостью подхватывая ручку и относя контейнеры в кладовую. - Без тебя бывает так тяжко, Санни. - вздохнула бабушка, наблюдая за тем, как внук быстро закончил. - Прости, бабуль. Я бы приезжал чаще, ты же знаешь.       Совесть кольнула Чхве в самое сердце, но мягкая ладонь ласково потрепала его по волосам, успокаивая. - Не переживай, я все знаю. Мне и деду намного спокойнее, зная, что ты занимаешься любимым делом. Мы гордимся тобой и твоими друзьями.       Сан кивнул и сел за стол, в очередной раз проверив телефон. Ничего. Он убрал его в карман, потирая лицо ладонями, стараясь совладать с эмоциями. - Что тебя тревожит, дорогой? – спросила женщина, садясь рядом. - Мы с Уёном немного поругались, и теперь я и не знаю, что делать. - честно сказал парень.       Бабушка вздохнула, а затем спросила: - Из-за девушки?       Уши Сана мгновенно вспыхнули. - Откуда ты? - Я не слепая, Санни. - рассмеялась женщина, глядя на внука. - Ты постоянно поглядываешь на телефон и, уж прости, я видела фотографию, что она тебе прислала. И раньше ты без умолку рассказывал, как вы с Уёном то придумывали танцы, то проводили время, словно он тебе брат близнец. А за эти два дня ты впервые заговорил о нём.       Парень поджал губы, стараясь не подавать вида, но всё и так было очевидно. Бабушка положила свою руку поверх его. Такие же теплые и мягкие, прямо как у Уёна.       Дав себе по голове мысленно ещё раз, Чхве зарделся румянцем сильнее, что не укрылось от внимательной старушки. - Есть один способ, чтобы разобраться в себе. Представь, что человека больше никогда не будет рядом с тобой. Что ты почувствуешь? - Бабуль, ну я так не могу. Это глупости, и так не работают. - Санни, никто из нас не вечен. Ты же понимаешь, что случиться может всё, что угодно. Но твои настоящие чувства покажутся только в тот момент, когда ты поймешь, что значит для тебя этот человек. Я знаю, что ты хороший мальчик, и даже если обидел Уёна, то сделал это не со зла. Но раз так переживаешь, пойми для себя наконец, что же он значит для тебя. И стоит ли из-за девушки терять его. Подумай над этим, дорогой.       Женщина ушла по своим делам, оставляя Сана наедине со своими мыслями. Его телефон тихо завибрировал. Решив, что это Лиён, он не сразу открыл сообщение. Оповещение повторилось, и он всё же достал телефон, сразу замечая на экране, от кого оно. Уён наконец вышел на связь. Когда он открыл сообщение, улыбка вновь сползла с его лица.       Обычно Чон писал ему сообщения чуть ли не на весь экран, с бесконечными приветами от всей семьи и даже домашних животных. А теперь всего три предложения: "Привет. Сан, я уже говорил что мне всё равно на Лиён. Мне нечего больше сказать на этот счет."       Холодно и отстранено. Словно их не связывает крепкая дружба, и они друг другу не больше, чем знакомые.       Безразличие Уёна было ужасно. Оно угнетало куда больше, чем если бы это был кто-то другой. Когда Сан был ребенком, бабушка или дед могли его отругать, и для того, чтобы он запомнил, что так поступать нельзя, могли отмалчиваться несколько часов. Это была самая настоящая пытка для Сана, и после такого он запоминал, как следует себя вести. Если из его жизни исчезнет кто-то из родных, он будет опечален. Как и любой нормальный человек. Лиён же не вызвала в его душе такой сильной тоски. Ему будет просто грустно, но не больше. На осознание этого много времени не потребовалось. Но что же он ощутит, если исчезнет Чон.       Закрыв глаза, танцор глубоко вздохнул и попробовал это представить       И чем больше он думал об этом, тем больнее становилось ему внутри. И это чувство только увеличивалось. Сперва он представил, что Чон уехал далеко-далеко. И стало тоскливо. Затем, что Уён исчез. Всё, что о нём напоминало, это его вещи, но самого парня больше нет, и он не вернется. Это было больно. Слезы подступили так быстро, что у Сана, кажется, закружилась голова, а затем тупая ноющая боль сжала виски.       Он не мог представить кого-то на месте Чона. Ведь если подумать, он был к нему ближе, чем кто-либо. Не только в группе, но и вообще. Да, родные всегда готовы поддержать Чхве, но именно Уён убаюкивал Сана, когда тот переживал стресс или получал травмы. Когда у него что-то не получалось и когда он был на вершине.       Если Уён исчезнет из его жизни, у Сана останется... Ничего. Иногда в людях мы находим дом, который потеряли или никогда не имели.       Чон Уён давно вышел из категорий "просто друг" или "одногруппник". "Брат" − тоже не то понятие. Он был куда ближе. Более значимым и любимым. Хотя признавать это Сан долгое время не хотел или просто не мог.       Что имеем — не храним, потеряем — плачем.       Сану стало не по себе. Чувство, что он теряет парня прямо сейчас не позволяло вздохнуть. Хотелось плакать, как ребенку, и, бросив всё, ехать к Чону как можно скорее. Страх и отчаяние − вот, что ждет Сана без него. Хотелось обнять Уёна. Рассказать, какой это ужас, если он исчезнет, и как это страшно. Просить прощение и просить не оставлять его больше никогда.       Чхве вытер слезы и взяв телефон. В чате висело несколько непрочитанных сообщений от Лиён, но все мысли Сана были заняты другим человеком.       Он открыл телефонную книгу и нажал на номер Уёна. Ему нужно услышать его голос. Прямо сейчас.       Долгие гудки было невыносимо слышать. С каждой секундой ожидания липкий комок страха все сильнее разрастался в груди. Начинало казаться, что Уён уже исчез. - Да?       Тихий и совершенно пустой голос раздался на другом конце провода. - Уёни! Я так рад тебя слышать. – едва не плача сказал Сан. - Ты всё-таки ответил. - Сан, что случилось? – голос парня стал обеспокоенным, но всё таким же отстраненным.- Ты плачешь? - Нет. Всё нормально. – тут же, стараясь звучать как можно живее, ответил Сан, вытирая слезы. – Я просто соскучился. - Соскучился? – переспросил Уён, словно не веря в сказанное, а Чхве нервно сжал кулаки.       Раньше таких вопросов от Уёна не было. Он был бы счастлив услышать подобное, а сейчас... Нет, это неправильно. - Да. Очень сильно. Мне кажется, что мы так давно не общались. А прошло всего три дня. Ты так не думаешь?       Чон молчал, потому что не мог понять, что происходит с Саном. Он плакал, и Уён прекрасно это слышит. Возможно, он пьян. Иначе его странное поведение не объяснишь. - Я тоже скучаю. - тихо, едва различимо ответил парень, но Чхве всё же смог услышать это. - Когда ты вернешься в общежитие? - спросил Сан, нервно кусая палец.       Уён задумчиво замолчал. Он хотел бы отсрочить их встречу. Но мама сказала, что уезжает с отцом завтра по делам и вернется только через пару недель. А это означает, что ему придется уехать раньше. Чон вспомнил, что Юнхо должен сегодня вернуться к лидеру, и после его слов не хотелось разрушать их идиллию. Хотя этот факт всё еще не помещался у него в голове. Лидер и Юнхо, это что-то за гранью.       Значит он поживет два дня в студии, с него не убудет. А Сан пусть возвращается позже, когда приедут остальные. У Уёна хотя бы будет возможность уйти к кому-то из них. - Я вернусь ближе к выходным. Через три дня. Хонджун-хён остался в общежитии, и я не хочу попасть под его рабочее настроение. Чон знал, что Сан тоже не горит желанием практиковаться во время отпуска, а вот лидер мог и заставить. Так что прикрытие идеально. -Спасибо, что предупредил. - улыбнулся Сан, - Я хотел бы сходить в кино по возвращению. Как смотришь на это? - Знаешь, - Уён, вновь поник. - Я не хотел бы на вашем свидании быть третьим лишним. - А причем здесь кто-то ещё? - искренне удивился Чхве, не понимая друга. - Ты разве не пойдешь с Лиён? - Я пригласил тебя, глупый. Мы поссорились, поэтому я хочу извиниться. Угостить тебя ужином и сводить на фильм. Любой выбирай, я буду согласен.       Голос Сана был мягкий, и от этого Уёну становилось только больнее. Он понимал, что друг просто пытается извиниться, но неосознанно делает всё хуже. - Знаешь, я, наверное, не смогу... Может, всё же сходишь с кем-то ещё?       Не такой ответ рассчитывал услышать Чхве. - Уёни~и, пожалуйста. Мне это нужно. Уёна, я правда очень скучаю по тебе.       Если бы только Сан знал, как своими словами он вновь ломает ту стену, что Чон постепенно выстраивал, а Чхве одним махом сделал в ней брешь. Сану было не по себе слышать такое безразличие от дорогого человека. От его самого близкого и важного друга. - Хорошо. Я напишу, как вернусь от родителей, и мы сходим куда ты захочешь.       Сан расплылся в счастливой улыбке. - Я так рад. Буду ждать твоё сообщение или звонок. - непривычно затараторил Сан. - Как твои дела, Уёна? Наверное, с этого надо было начать. Я немного растерялся, когда ты ответил. - Сан, я должен идти. У меня все в норме. Не переживай. - соврал Чон, сдерживая свой голос. - Поговорим потом. - Да? - как то неуверенно и немного расстроенно сказал танцор. - Ну, хорошо. Передавай привет родителям и будь осторожен. Помни, я скучаю по тебе. - Хорошо. - только и смог выдавить Уён, когда слезы вновь навернулись на глазах. - До встречи, Сана.       Когда Чон положил трубку, его мелко трясло. Он не должен кормить себя глупыми надеждами сейчас. Всё решится после их встречи. По крайней мере для Уёна.