Забыть, чтобы вернуть

2 октября. 2019 год. Собрать вещи, оформить билеты и забронировать домик на Мальдивах за один день не получилось. Кузнецов слегка переоценил свои силы и возможности. Пришлось отложить поездку, но всего лишь на ночь. Второго октября утром Кузнецовы-Лазаревы, захватив с собой несколько внушительных чемоданов, отправились в аэропорт. Впереди их ждали долгие часы перелёта и заселение в дом. Но это будет потом, а пока Дима, Серёжа и Никита сидели в здании аэропорта, ожидая начало регистрации на посадку. Кто же знал, что вместо того, чтобы находиться в бизнес зале, им лучше было бы прогуляться по магазинам в целях избежания неловких встреч? Звёзды российской эстрады возвращались из города Сочи, в котором проходил фестиваль с участием знаменитостей. Лазарев тоже должен был быть среди них, если бы не авария, из-за которой он покинул сцену на срок, равный одному месяцу. Заметив принца эстрады, артисты сразу же направились к нему, ведь после аварии Сергей почти ни с кем из коллег не виделся лично. У друзей был плотно расписанный гастролями и концертами график, а у Сергея — Кузнецов, который, хоть и не говорил об этом открыто, но считал, что на некоторое время Лазареву лучше отказаться от контакта с большими группами людей, ведь боялся, что эти встречи опасны стрессом для мужа. К тому же, далеко не все друзья «принца» поддерживали идею Валентины Викторовны и Димы о восстановлении отношений с Серёжей, ведь они помнили об измене и винили Кузнецова во всём случившемся. Возможно, они были правы, но уже поздно что-то менять. Раз Дима решился играть в эту игру, то придётся пройти все этапы и дойти до финиша, чтобы добиться желаемого. И Серёжа согласился на это. Он не спорил с мужем по поводу общения с друзьями и возможностью пользоваться интернетом, полностью доверившись ему. Конечно, артист так и не мог понять, почему Дима ведёт себя так странно, но он решил не устраивать разборок по этому поводу. Лазарев добровольно сдался Кузнецову в сладкий плен. Филипп Киркоров сразу же завалил друга и приемника вопросами о здоровье и самочувствии, хоть ежедневно и получал всю информацию от Димы, с которым они были в достаточно хороших отношениях.  — Не переживай, я в полном порядке, если не считать этот побочный эффект, — с радостью в голосе сказал Сергей, приподнимая руку и намекая на гипс.  — А куда вы с Димой лететь собираетесь? — спросила Гагарина, которая, пусть и была лучшей подругой певца, не имела возможности поговорить с Серёжей лично и узнать обо всём, ведь Лазарев, в конце концов согласившись с мужем, на несколько дней перестал пользоваться телефоном и другими гаджетами.  — На Мальдивы, — огонёк в глазах дал всем понять, что этой поездки Сергей очень ждал.  — Решили немного отдохнуть от городской суеты и устроить себе несколько недель рая, — сказал Кузнецов, наблюдая за реакцией присутствующих. Возобновление появления Димы в звёздной тусовке радовало не всех.  — Не думал, Кузнецов, что Лазарев полетит с тобой, — тон, не отличающийся доброжелательностью, принадлежал главному натуральному блондину России, — А что, Алекс остался в Москве? — Басков сделал невинный голос, когда задавал вопрос, делая вид, что не понимает всей ситуации, хотя на самом деле делал всё намеренно из-за того, что записал Лазарева в свой список людей, общение с которыми он поддерживать не хочет. И всё это из-за того, что Сергей стал встречаться с его бывшим — Малиновским.  — Ладно, Серёж, нам, наверное, пора, — вмешался Киркоров, бросив злобный взгляд на своего сценического конкурента, — Не будем вам мешать.  — Береги себя, Серёнь, — поцеловала в щёку друга Гагарина, — Но, учти, что если вы с Димой опять решите избегать общения с верными друзьями, то будьте готовы к тому, что мы с Варнавой вправим вам мозги, — девушка, как и все близкие друзья Серёжи, объединившиеся в клуб переспелых, считала, что Дима является тем человеком, с которым Лазареву суждено прожить всю жизнь в любви и радости. Попрощавшись с друзьями и коллегами, Серёжа повернулся к Диме, на коленях которого всё это время сидел Никита. Хитрое и заинтересованное лицо артиста выдавало его намерения.  — Не хочешь мне объяснить слова Баскова? — голос старался держаться как можно более спокойным, ведь заводить шарманку о воспоминаниях, которыми Дима не делился с Лазаревым, при сыне не хотелось.  — Я даже не знаю, что он имел в виду, Серёнь, — непонимающий взгляд невинных глаз и милая улыбка — именно такое выражение лица имел Дима, когда отвечал Лазареву на подобные вопросы.  — И ты думаешь, я поверю?  — Надеюсь на это, — ответил Дима и, уже обратившись к сыну, продолжил, — Никитушка, пойдём прогуляемся, а то твой папа хочет побыть один. Дима понимал, что долго уходить от ответов на такие, казалось бы, элементарные вопросы он не сможет, ведь Сергей и так нервничает из-за того, что Кузнецов так сильно ограничивает его в действиях. Лазареву всё казалось неправильным, ведь он понимал, что вспомнил бы всё намного быстрее, если бы муж помогал ему в этом. В таких увиливаниях бизнесмена он подозревал желание скрыть какую-то тайну, и это ему безумно не нравилось! Но Серёжа больше не спорил с мужем. А пока что Дима не придумал ничего лучше, чем всеми способами просто скрывать от Сергея правду, надеясь на то, что тот сможет постепенно вспомнить всё сам, поэтому придерживался этого плана, хоть и понимал, что до добра это не доведёт и вскоре всё рухнет.

***

Заселившись под вечер в виллу класса люкс на берегу океана, мужчины приняли решение лечь спать, чтобы отдохнуть после долгого перелёта. Прогулку по побережью и изучение апартаментов они отложили на утро. В то время, как Кузнецов уже лежал на белоснежной кровати с мягким изголовьем и готовился ко сну, Лазарев вышел из душа. Маленькие капельки, падая с влажных взлохмаченных волос, скатывались по рельефному торсу, пропадая у резинки боксёрок, которыми Лазарев решил привлечь внимание мужа. Трусы-шорты из винила с красной вставкой посередине, подчёркивающей размер мужского достоинства, были хорошим оружием против выдержки Димы, потому что своим видом идеально соблазняли и привлекали к себе внимание. Грациозная походка пантеры и сексуальный внешний вид сделали своё дело — Кузнецов чуть покраснел и был не способен отвести взгляд.  — Что ты делаешь, Лазарев? — тяжело дыша, произнёс Дима, отвернувшись от объекта сексуальных желаний. Видимо, Лазарев не собирался отступать и решил окончательно довести Кузнецова. Неужели он до сих пор не может понять, что эту игру в воздержание Дима затеял лишь для того, чтобы когда память вернулась к Серёже, артист не метал глазами молнии и не пытался испепелить мужа?  — Собираюсь лечь спать, — улыбнулся Серёжа, изобразив непонимание, — Сделаешь мне массаж? — наглый язычок облизывает губы, ещё сильнее заводя Диму, — А то у меня так болит спина после перелёта… Боюсь, что это может помешать восстановлению организма, — Лазарев лёг на кровать, чуть прогнувшись в пояснице, чтобы эффектно выделить соблазнительные ягодицы.  — Ты меня такими темпами до монастыря доведёшь! — прошипел Дима, — Серёж, мы же договорились, что пока ты не вспомнишь…  — Я и не прошу заниматься со мной сексом, родной. Это лишь твои желания, — усмехнулся Сергей, — Я прошу лишь о лёгком массаже. Не в силах отказаться, Дима всё же выполнил просьбу мужа. Сев на лежащего на животе Серёжу сверху, Дима выдавил немного холодного крема ему на спину, и начал совершать приятные массажные движение, помогающие Лазареву расслабиться. Кузнецов же в это время с трудом сдерживал себя, пытаясь не возбудиться от происходящего. Как же сложно соблюдать воздержание, когда муж делает всё для того, чтобы затащить в постель! Бороться с желанием было сложно, но Дима понимал, что по-другому нельзя. К тому же, он чувствовал, что и сам пока не готов возвращаться к половой жизни с Лазаревым, ведь знал, что ещё не смог до конца перебороть себя и забыть прошлое. Только организм считал иначе, поддаваясь на уловки Сергея. Ладони скользили по кремовой коже, поднимаясь к плечам и аккуратно обходя бинты, после чего, помассировав плечи, спускались к пояснице. Умелые пальцы приносили невероятное блаженство. В очередной раз дойдя руками до поясницы, Дима позволил себе небольшую вольность, спустившись чуть ниже положенного уровня, и слегка сжал манящую часть тела.  — Ммм… Дмитрий, по-моему, вы возбудились, — чуть поёрзав, чтобы усилить реакцию мужа, произнёс Лазарев, — Как неосмотрительно и неприлично с вашей стороны! — разыгрывал осуждение Лазарев.  — Думаю, тебе на сегодня хватит массажа, — слезая с мужа, ответил Дима, сразу же с головы до ног укрываясь одеялом и отворачиваясь от мужа, который в это время специально прогнулся в спине, меняя положение, после чего тоже лёг под одеяло. Немного расстроившись тем, что план осуществить не удалось, Сергей устало посмотрел на Кузнецова.  — Так и будем продолжать этот цирк? — раздражённо спросил Лазарев.  — Тебя никто не заставляет так извиваться, чтобы испытывать моё терпение.  — Ты же знаешь, что это вредно для здоровья? Как ты мне предлагаешь снимать возбуждение?  — Изящной ручкой, — усмехнулся Дима.  — А ты, я вижу, уже практикуешь этот способ, — буркнул Лазарев. Погасив светильник, стоявший на прикроватной тумбочке, артист отвернулся от мужа. Этот вечер так бы и закончился на пессимистичной ноте, если бы Никита, зашедший в тёмную комнату Димы и Серёжи.  — Малыш, ты почему не спишь? — взволнованно спросил Дима, включив свет.  — Я не могу уснуть. Можно я с вами лягу?  — Конечно, — одновременно ответили отцы, пододвигаясь ближе к краям кровати, чтобы освободить место для сына. Мальчик не спеша забрался на мягкую кровать, ложась между отцами и укрываясь одеялом.  — Обнимите меня, — попросил малыш, всё ещё не в силах до конца поверить в то, что всё стало как раньше — папа Дима и папа Серёжа живут вместе. Поборов обиду друг на друга, Кузнецов и Лазарев обняли сына. Взяв инициативу в свои руки, Никита, широко улыбнувшись, положил руку Серёжи на плечо Димы, и наоборот.  — Я так рад, что мы снова все вместе! — не сдержавшись, счастливым голосом произнёс мальчик.  — Мы всегда были вместе, Никит, — непонимающе сказал Серёжа, — Да, любимый? — обратился он к мужу.  — Конечно, родной, — отведя взгляд в сторону, ответил Кузнецов, — Тебе прочитать сказку на ночь, малыш? Устроившись поудобнее, Дима открыл книгу, которую достал из тумбочки, и, обняв Серёжу и Никиту, начал читать. В этот момент они вновь стали одной дружной семьёй. Каждый из них понимал, что они по-настоящему счастливы. Никита радовался тому, что его отцы помирились, и он вновь почувствовал, что они любят друг друга, что они вместе. Серёжа ощущал заботу, любовь и душевное спокойствие, которых, как казалось, ему не хватало весь этот год. Несмотря на все размолвки с мужем, его сердце бешено билось каждый раз, когда он смотрел в его серые глаза, которые так завораживали. Дима был тем человеком, с которым, несмотря ни на что, Лазарев чувствовал себя уютно. Пусть они пока и не до конца разобрались в ситуации, и между ними возникают споры, Серёжа знает, что без любимого мужа он не будет счастлив. Они — продолжение друг друга, а значит — не могут быть разделены. Лазарев верил в это. Дима наконец смог вновь обрести тех, кого безумно любил, но потерял по ошибке. В его серую жизнь вернулись яркие краски, которые позволяли ощутить умиротворение. Без Серёжи и Никиты его жизнь становилась лишь существованием. Диме казалось, что у него просто вырвали сердце. Но сейчас всё стало, как раньше. Они стали единым целым, и Дима понял, как сильно ему этого не хватало. Пусть Лазарев иногда бесил и раздражал своим поведением, Кузнецов всё равно безумно любил его и готов был сделать всё, чтобы муж был счастлив. Он вновь создаст семейную крепость, которую защитит от всех невзгод. В этот раз у них всё получится. Дима поймал свою синюю птицу и больше её не отпустит.  — И с тех пор жили они долго и счастливо! — Кузнецов дочитал сказку и заметил, что Серёжа и Никита уже спали сладким сном. Обняв самых дорогих сердцу людей, Дима провалился в царство Морфея.