Пантелеймон

Грязным, ржавым канцелярским ножом, полностью покрытым графитом, Пантелеймон, сидевший на пандусе у корпуса своего учебного заведения, нарезал каждую свою сигарету марки «COMPLIMENT», словно колбаску. Служивший ему долго верный нож, никогда не подводил, но сейчас затупившееся лезвие лишь мяло сырые сигареты. Сегодня у Пантелеймона случился тот день, который бывает у каждого человека, такой день еще называют «поворотным», это когда ты решаешь сбежать из дома, или бросить работу ради дела всей своей жизни, а иногда, даже, может быть, решаешь бросить курить, как это случилось и с Пантелеймоном. Однако парнишка решил не просто отказаться от табака, он решил для себя кое-что достаточно важное, он больше не хочет себя убивать. -- Что ты творишь?- С надменной интонацией, вклинила «свои пять копеек», мимо проходившая Полина. -- Бросаю курить,- многозначительно отрезал Понт. -- А измываться так над сигаретами за что? Отдал бы кому-нибудь, а если уж такая жажда насилия, почему бы просто их не смять?- Полина действительно не понимала, да и тихо сидевшая рядом я, также задавалась этим вопросом. На счет меня, вам не нужно знать моей личности я пересказываю истории и знакомлю вас с интересными людьми, с которыми была знакома и я. Весь этот рассказ состоит из моего субъективного отношения к каждому человеку имеющему хоть какую-то роль в этом действии. -- Ты не поймешь, если я их кому-нибудь отдам, я дам им второй шанс, а если просто сомну, то они вернуться в мои карманы вновь, мне нужно показать, что я не тот человек, с которым стоит связываться, да и из-за них в моей жизни столько дерьма, что это все еще слишком легкое наказание, и да, мне просто скучно,- Пантелеймон выпустив из себя весь этот философский и псевдоумный бред, словно облегчился. -- Поехали домой, следующей пары не будет.- Полине и Понту было по пути, садиться все равно на одну маршрутку до поскота (поскот - Поселок Котовского, местное сокращение названия поселка в часе езды от центра города). Даже несмотря на то, что Понт каждый раз отказывал, внутри нее теплилась надежда, которая заставляла каждый раз говорить одно и тоже, каждый день. Пантелеймон даже не обратил внимания на ее раскрасневшееся лицо и махом руки отшил ее. Мой друг несмотря на популярность среди девушек, не имел ни подружек ни друзей, даже я оставалась с ним по причине того, что когда он начинал говорить, я включала свою суперспособность - не слышать. Он токсичный маленький мальчик, прячущийся под маской нарциссизма, думающий, что если он будет занижать других и возвышать себя, то никто не осмелиться его обидеть. Все будут бояться перечить такой «красивейшей и умнейшей особе». Так он и отогнал всех от себя, в одном Пантелеймон был прав, никто не «перечил», все просто уходили, игнорировали и тогда он понял: его «красота и ум» никому не сдалась, да и он сам особо то никому и не нужен.Мой друг не всегда был таким, но то мальчик, веселый и задорный мертв и не воскреснет. Небо наливалось синими потеками, на которые Понт особо не обращал внимания, как и на синяки оставшиеся на нем от его матери. --Я сегодня не пойду домой, сегодня мне надо влюбиться.