Золотая заря крылья распахнула перед миром, что границ лишён 2

      Цунаде тихо шипела от абсурдности результатов себе под нос.       — Да быть этого не может, Ками, она врала! Так легко и искренне! Я верила, что все её слова — сущая правда!       Сейчас бурную реакцию нельзя выместить ни на что находящееся по близости, она сидит в окружении пробирок с реагентами и оборудованием, что стоят кругленькую сумму. А Орочимару её за этот скачок гнева по голове не погладит, и заставит раз тридцать рассказывать правила безопасности в лаборатории.       — Биджу бы тебя подрал, Наруко! — закусив ноготь большого пальца, она тщетно пыталась успокоиться.       — Ха, и главное, никто не заподозрил ни капли лжи? Филигранный контроль эмоций и чакры, — уже спокойней прошептала Сенджу. — Так значит из будущего...       Переведя взгляд на часы, Сенджу отметила, что скоро заявится Минато и, возможно, Кушина. Подобрав листы с результатами, она скривила губы.       — Почему же ты не сказала нам этого?       Мотнув головой, она прошла в свой кабинет и присела в кресло. Мало ей своих забот, так теперь ещё и за Наруко перед её родителями объясняться. Увидит в следующий раз, одними словами не отделается!       — Цунаде-сама? Вы не заняты?       — А... — фокус глаз стал чётким. — Проходи, — снисходительно кивнула Сенджу, подцепляя пальцами результаты.       Минато нетерпеливо ждал, но видя неопределённый взгляд женщины, перенял настроение Сенджу.       — Слушай, Минато, — протянула она, замолкая. — Ты предполагал такую вероятность, что она из будущего?       — Почему Вы пришли к таким выводам? — осторожно спросил Минато, нервничая. Что-то ему не давало покоя.       — Она дочь. Ваша с Кушиной дочь.       Минато застыл.       Ребёнок? Их ребёнок? Это многое объясняет...       — Можно? — хрипло поинтпресовался он, получая бумаги в руки.       — Стакан воды? — предложила Цунаде, наблюдая за ошеломлённым Намикадзе.       — Это объясняет наличие Кьюби, — отстраненно подметил Минато, хоть и в мыслях думал о другом.       Как на это отреагирует Кушина и сама Наруко? Напарник Наруко родственник или всё же просто знакомый? Возможно, что отстранённое поведение её способ защиты от их внимания?       — Надо срочно брать миссию и идти на поиски! — Минато подорвался к окну, чувствуя волнение обо всём связанном с их ребёнком.       — Никогда не видела его таким серьёзным... — заметила Цунаде, глядя в окно, где исчез Намикадзе.

***

      Какая миссия?       Мысленно усмехался про себя блондин. Он уже немного успокоился, дал остыть воспалённому мозгу, смог обдумать и проанализировать прошлое в поиске ответов.       У неё психические расстройства, которые она скрыла под выдуманной историей. Её безразличность — постоянное эмоциональное состояние. Он не смог уберечь её? и неужели даже Кушина из будущего не смогла вытянуть её из... страданий?       Нервно сглотнув, Минато продолжил путь до своей будующей супруги. Оказавшись на пороге, он уловил сладкий аромат и прошёл на кухню, застав Узумаки за готовкой, напевающей себе что-то под нос.       — Минато, ты сегодня рано, говорил, что ближе к вечеру вернёшься, — говорила она с мягкой улыбкой, не забывая помешивать ягоды, что варились в сахарном сиропе.       — Да, должен был, но... — Минато поджал губы и, тихо выдохнув, поинтересовался. — Этот десерт, его же Наруко готовила?       — Да! Такой вкусный и насыщенный, она переплюнула кондитерские нашего времени! — Кушина принялась активнее помешивать загустевшую массу, едва ли не подпрыгивая у плиты. — И главное всё зависит от количества сахара! Хочешь кислее? Добавь меньше сахара. Слаще? Больше! — зачерпнув немного сладости, она преодолев расстояние поднесла край лопатки к губам Намикадзе, с нетерпением призывая попробовать.       — Дочь, — чувствуя, как горло пересыхает, Минато закончил уже тихим шёпотом. — Наруко наша дочь, — и пока смысл не дошёл до Узумаки, он выхватил кухонную утварь, всунув результаты ДНК-теста в руку девушки, а сам присосался к горячей лопатке, через жжение слизывая кисло-сладкую жижу.       Как же трудно об этом говорить. Скорее невыносимо.       Кушина неосознанно сжала листы, притянув их к груди, и, посмотрев ошалелыми глазами на Минато, открывала и закрывала рот не в силах сделать глоток воздуха.       — Ками... — тихо выдохнула она, шатнувшись к столу. — Что мы с ней сделали? Что? — она заплакала, ей больно. Неужели всё то враньё и отстраненность лишь из-за их с Минато ошибок в будущем? — Как будущие мы могли такое допустить?! — она рваным движением развернула результаты тестов, шмыгая носом и смаргивая слёзы. — Девяносто пять целых девяносто восемь сотых процента, и это если обходить особенности её тела...       — Возможно, что её напарник это наш сын... — Узумаки расширила глаза, впившись взглядом в Намикадзе, что от бушующей гаммы чувств, ему скрутило желудок. — Мы его не видели, просто он ведь тоже Узумаки, и-и вероятность есть! — когда его девушка на нервах, он тоже не спокоен. Минато быстро оказавшись у Кушины обнял её. — Пусть это и нарушает законы мира, мы должны им помочь.       — Просто обязаны, — прошипели ему в грудь, потирая слезившиеся глаза.       Верно, обязаны. Это наш долг, как родителей.

***

      Шёл ливень. Сильный ливень, что прибил множество культурных растений в землю. Внешняя красота многих двориков Конохи была стёрта стараниями Наруко и её спонтанным желанием.       Она вернулась с миссии, отдала отчёт, который не мог не обрадывать многих коноховцев, и шла по пустым улицам в квартал Узумаки. Минато зябко ёжился, его волосы облепили лицо, закрывая обзор. Таких ливней эти края не видели ни разу в жизни. Их ноги по щиколотку были в воде и если Намикадзе ходил по поверхности воды, то Наруко апатично шла рядом перебирая ногами в грязной воде, иногда поглядывая на небо, будто что-то искала.       Небо дрогнуло яркой вспышкой. Молния протянулась в даль, так и не дав понять Жёлтой Молнии Конохи, где та обрушит свою силу.       — Что ты делаешь? — недоумевая, решил заговорить он.       — Делаю что? — пластины белой брони впервые глухо стукнулись друг о друга, прорезая звук ливня. Разные глаза были устремлены на его губы, отчего тот неожиданно для себя стыдливо отвёл взгляд.       Послышался грохот, дёрнувшись Намикадзе увидел обломок крыши, упавший на цветочный горшок с розовым красивым цветком, всего лишь край, но и этого достаточно чтобы начать волноваться.       — Наруко, пожалуйста, усмирите непогоду.       Минато вздрогнул, пустые глаза, смотревшие на его губы, засветились потусторонним светом и, посмотрев на темное серое небо, губы сухо протянули:       — Нет.       — Нет? — эхом повторил он.       — У Вас что-то случилось. Вы растеряны и не знаете, как подойти ко мне.       Разговор умолк. Намикадзе впал в ступор. Они уже прошли клановый барьер.       Наруко остановилась и огляделась. Минато прошёл несколько метров вперёд, прежде чем наблюдать нечто шокирующее. Тучи, что нависли над деревней перестали лить воду. А дальше...       Вся вода, затопившая квартал, собралась к краям барьера и вылилась быстрым потоком за его пределы. Минато едва ли успел спрыгнуть в грязь, а не то его вынесло бы. Скользкая земля под ногами стала быстро твердеть, засыхая. Будто и не было дождя.       Он обернулся, чтобы, наверное, отблагодарить её даже за такое исполнение его просьбы, но шагнул вперёд. По её щекам струились две чёрные полоски.       А взгляд трещал гулом. Жутким гулом, а ещё... на него кто-то посмотрел в ответ.