1. Красота твоя бескрайний океан.
11 июня 2020 г., 07:59
Верно, чувак, ты сошёл с ума Сумасшествие, что ты не чокнулся в таком мире.
Шуршание книги и аромат горячего шоколада. Теплый плед на плечах и мягкая постель. За окном дождливая погода так и норовит испортить настроение своей серостью и тусклостью. Когда знаешь, как с этим бороться, не так уж страшно. Воображаемый мир втянул в себя так, что невольно представляешь себя одним из героев, проживающих яркую, наполненную событиями жизнь. В зависимости от жанра книги ты в силах пережить любые эмоции. Поистине прекрасное чувство. Страница за страницей оказываются прочитанными, уже близится конец захватывающей истории. Время, потраченное на книгу, не считается проведенным в пустую. Стук в дверь так нагло и безжалостно вырывает из воображаемой жизни, с головой окуная в серую реальность, где за окном бушует гроза, раскачивая деревья в разные стороны, срывая с них пока еще зеленые листья. — Сынок, у меня для тебя есть сюрприз, — тихо произносит женщина, приоткрывшая дверь. По радостной улыбке Чонгук понимает, что мать приготовила действительно что-то стоящее. — Сегодня какой-то праздник? — Чонгук не может не улыбнуться в ответ. Откладывает книгу, кладя ее на постель страницами вниз. Скидывает плед и поднимается с теплой кровати. — Увидишь, — женщина заинтригованно смотрит на сына, в груди которого с каждой миллисекундой растет любопытство. Госпожа Чон скрывается за дверью, и Чонгуку не остается ничего, кроме как последовать за матерью. Чонгук торопливо спускается по тихо скрипящей лестнице — побыстрее хочется увидеть о каком сюрпризе шла речь. Застывает на предпоследней ступени, впадая в легкий шок и ступор. Возле входной двери стоит его брат, с которым он не виделся слишком давно, но не переставал думать о нем ежедневно. — Не хочешь обнять брата? — парень вскидывает руки в приглашающем жесте. — Хосок-хен! — Чонгук находит в себе силы, и заставляет отмереть. Быстро несется к брату, перепрыгивая эти две несчастные ступени, так же быстро преодолевая расстояние между ним и парнем. Чуть не сносит того с ног, когда налетает с крепкими объятиями. Хосок не уступает в силе, так же крепко прижимая младшего к себе. Тот нереально взволнован, ему так многое хочется спросить, но не может подобрать подходящих слов. Хвостик, скрытый под плотной тканью домашних штанов, в предвкушении дергается. — Почему ты не сказал, что приедешь, мы бы встретили тебя, — говорит женщина, что до этого с любовью в глазах смотрела на своих сыновей. — Я хотел устроить сюрприз. Как видите, он удался, — Хосок смеется, когда получает тычок в бок от Чонгука. — Поездка на самом деле была незапланированная, — парень пожимает плечами и трет заднюю сторону шеи. — Что-то случилось? — госпожа Чон с беспокойством спрашивает. Подходит к сыну и кладет ладонь ему на плечо в успокаивающем жесте. — Да, я поругался с отцом. Крупно поссорился, поэтому пришлось уехать, — грусть от одного распространяется на других. Чонгуку больно видеть печаль в вечно веселых глазах брата. Он снова прижимается к старшему Чону, гладя по спине. — Теперь все будет хорошо, ты дома, хен, — шепчет на ухо и отстраняется. Дарит брату подбадривающую улыбку. — Не волнуйся, сынок, — женщина заглядывает сыну в глаза, запуская руку в чуть растрепанные после долгой дороги волосы. — Иди, отдохни. Я знаю, что ты устал.***
После приезда Хосока прошло несколько дней, и все это время парни старались проводить как можно больше времени вместе, восполняя упущенные годы разлуки. За эти дни Чонгук почувствовал себя самым счастливым человеком на всем земном шаре. Парни сидели в комнате Чонгука, играя в приставку. Хосок радостно что-то кричал, снова и снова побеждая младшего. Щеки младшего устали от постоянного смеха и улыбок, но он не обращает на это внимание. Сейчас, когда его любимый брат рядом с ним, улыбается ему, смеется с ним, Чонгуку все остальное кажется просто ничем. Он бы все отдал за то, чтобы это никогда не прекращалось. — Я снова победил тебя, Гук-и, — Хосок самодовольно откидывается на край кровати. Сидят они на полу, поэтому оба Чона чувствуют, что их пятые точки ужасно затекли. — Брось, я просто тебе поддавался, — хмыкает Чонгук и откидывает за спину джойстик. Хосок открывает рот, чтобы что-то сказать, но его прерывает настойчивый звонок в дверь. — Кого это там принесло? — Чонгук поднимается с пола, разминая уставшие ноги. Следует к входной двери, слыша шаги за спиной. — Ты ждешь кого-то? — оборачивается на ходу, заглядывая на брата. Тот отрицательно машет головой. Приближается к двери, открывает, не заглядывая в глазок. С той стороны с непониманием на него взирают несколько пар глаз. — А где… — Ребята! — Хосок неожиданно втискивается между дверью и Чонгуком, набрасываясь на пятерых парней. Все начинают радостно кричать, от чего Чонгук теряется. — Я так по вам скучал, вы не поверите! — Хосок подавляет в себе радостный визг. — Это еще что за милашка? — какой-то парень неожиданно вырывается из объятий, обращая свое внимание, а позже и внимание остальных на Чонгука. Последний начинает волноваться, но выдавливает приветливую улыбку. — Меня зовут Чонгук, — машет ладошкой, надеясь, что кончики ушей не выдали его волнения. — Почему ты скрывал от нас эту прелесть? — квадратная улыбка оказывается у самого лица. Чуть жесткие кончики пальцев хватаются за щеки. Чонгук впадает в ступор от неожиданной тактильности в его сторону. Не каждый день встретишь незнакомца, который так нагло вторгается в личное пространство и начинает мацать твои щеки. — Поэтому и скрывал, — Хосок жестом приглашает остальных зайти, закатывая глаза на наглость друга. Как же он по этому соскучился. — Тэхен, отойди от него уже, не пугай мне братишку, — смеется старший Чон, смотря на испуганные глаза мальчишки. — Но он ведь такой милый, — Чонгука начинает пугать этот парень. Он во все глаза таращится на Тэхена, который все больше и больше влезаетв его личное пространство, и улыбается этой своей широкой улыбочкой. Чонгук думает, что тот идеально сошел бы за маньяка, встреться они при других обстоятельствах. — Хосок прав, Тэ, отойди от парня, — Чонгук переводит взгляд на парня с пухлыми губами и чуть низким ростом. Тот улыбается приветливо, от чего его глаза превращаются в маленькие щелочки. — Еще поболтаем, милашка, — Тэхен подмигивает Чонгуку и, наконец, возвращает необходимую дистанцию. Парень спокойно выдыхает, ощущая, насколько его плечи напряглись. — Познакомься, Гук, это Чимин, — Хосок раскрытой ладонью указывает на того самого парня с пухлыми губами. Чонгук слегка кланяется. — Юнги, — следом показывает на парня, совсем немного ниже Чимина. Улыбка у того такая красивая, что Чон невольно засматривается. — Зови меня хеном, малой, — чуть хриплый низкий голос ласкает слух. Лисьи глаза с озорством сморят в ответ. — Как скажешь, хен, — Чонгук хихикает, мило морща нос, не замечая, что от этого действия в комнате морально умирает как минимум один человек. — Ким Намджун, — парень в очках вдруг представляется сам, протягивая большую ладонь Чонгуку. Последний чувствует авторитет Намджуна, несмотря на вежливую улыбку. Но его взгляд говорит все сам за себя. Немного серьезный, с нотками усталости. Чонгук правда не понимает, почему такой статный парень носится с его братом, у которого, очевидно, шило в одном месте. Чонгук жмет руку и даже немного склоняет голову, боясь испортить первое впечатление. — Это Ким Сокджин, — Хосок возвращает себе возможность представлять оставшихся двух парней. — Называй меня всемирным красавчиком, — Сокджин отправляет Чонгуку его коронный воздушный поцелуй. Парни взрываются ярким смехом, заражая и Чонгука. — Ну, а это Ким Тэхен, — Хосок смотрит на парня взглядом, которым родители одаривают своих непослушных детей. — Будь с ним осторожнее, он тот еще прилипала, — шепчет на ухо, и Чонгук согласно кивает. Он и так успел это понять. — Вот и познакомились, крольчонок, — Чонгук вдруг замирает и со страхом в глазах косится на Хосока. Тот отрицательно машет головой так, чтобы это было не слишком заметно. — Я что-то не так сказал? Если тебя это задевает, то извини, но ты и правда похож на крольчонка, — Тэхен виновато улыбается и трет затылок. Он не хочет задеть или обидеть Чонгука. — Все в порядке, — Чонгук заставляет себя улыбнуться, но пульс предательски не желает нормализоваться. — Слушайте, мама на работе до завтрашнего утра, может устроим небольшую вечеринку? — Хосок нарушает образовавшееся молчание. Парни согласно кивают головами, поддерживая предложение друга. Кто они такие, чтобы отказываться, учитывая тот факт, что после последней встречи с Хосоком прошло огромное количество времени. Чонгук тоже поддерживает затею, возбужденно хлопая в ладоши, чуть подпрыгивая на месте. Тэхен правда искренне не понимает, чем его зацепил брат Хосока. Вроде ничем не примечательный подросток, немного милый и похож на крольчонка, но по всему Сеулу едва ли не найдется такой же. Тэхен взглядом очерчивает формы младшего брата Хосока. Вот черт, Ким крупно вляпался. — Нам нужно разделиться. Кто-то отправится в магазин, а кто-то должен остаться и приготовить дом, — Намджун с видом, будто объясняет решение одной из сложных математических задач из проблем Гильберта. — Отлично, я и Чонгук-и пойдем в магазин, а вы уж как-нибудь сами решите, что вы будете делать, — Чонгук не успевает даже подумать, когда его крепкой, но нежной хваткой, берут за запястье и выставляют из дома. Чон смотрит на чужую спину, еле перебирая ногами. Наглость неслыханная, Тэхен должен был спросить его, хочет ли он пойти с ним. Но тот снова бесцеремонно вторгся в его личное пространство, ломая всевозможные рамки нормального поведения с незнакомцами. Чонгук пытается вырвать руку из довольно крепкого захвата, несмотря на то, что парень не отличался количеством мышечной массы, в отличие от Чонгука. — Может перестанешь меня тащить, как собаку на привязи? — раздраженно повышает тон голоса, дергая рукой. — Ты даже когда злишься, выглядишь таким милашкой, — Тэхен наконец отпускает руку паренька, и тот мысленно считает до десяти, дабы не врезать наглецу. — Ну что за прелесть? — Ким прикасается к щечкам Чонгука, растягивая в стороны и немного тряся. Ему кажется это невероятно милым, в то время как сам Чонгук сохраняет последние капли самообладания. В следующую секунду, Тэхен отпускает Чонгука и разворачивается, неспешным шагом направляясь в сторону торгового центра. Парень стоит несколько секунд, пытаясь избавиться от раздражения и, Чонгук не хочет этого признавать, но нотки смущения греют кончики ушей. — Рассказывай, — Чонгук ровняется с Тэхеном, но создает дистанцию в пол метра, для собственной безопасности. — Что рассказывать? — косится в сторону Кима, замечая веселую улыбку, растянувшуюся на лице. Тот еще маньячила, думает Чонгук. — Что угодно. Хочу узнать тебя, — жмет плечами, поворачивая голову и заглядывая в темные глаза напротив. — Последнее аниме, которое ты смотрел; какой цвет тебе нравится; где учишься, да что угодно, все, что связано с тобой, для меня в любом случае будет интересно, — говорит таким спокойным тоном, словно он произносит это не в первый раз. Словно текст заучен, и Чонгук не первый, кому Тэхен это говорит. — Ты странный, — фыркает Гук, видя в нескольких метрах здание торгового центра. Прибавляет шаг, чтобы поскорее покончить с этим. Чонгуку неловко. До нервно стекающего пота по вискам. Тэхен смущает его до красных щек. Чонгуку непривычно это чувство. Это его и пугает. Тэхен проявляет к нему знаки внимания, только слепой не заметит этого. Но Чонгук не уверен, что Ким не обидит его, когда узнает его секрет. Чон знает, что Хосок не выбирает плохих друзей, а это значит, что на каждого из них можно положиться. Можно довериться, но Гуку так тяжело это сделать. Боится, что его не примут, вышвырнут из общества, как ненужного котенка. Это до дрожи в коленях пугает парня, он ничего не может с собой поделать. — Я пытаюсь поддержать разговор, в этом нет ничего странного, Чонгук-и, — Ким нагоняет младшего, шагая с ним в ногу. — У тебя это плохо получается, — выдыхает брюнет, движением головы смахивая упавшую на глаза отросшую челку. — Да брось, просто скажи, что я тебя смущаю, вот и все, — низко хихикает Тэхен, и Чонгук отказывается принимать то, что по рукам пробежал табун мурашек от этого. Хорошо, что он в мешковатом худи, и виновник этого состояния не увидит вставшие дыбом волоски на руках. — Думаешь, я не вижу твои красные щечки? — с языка Кима чуть не срывается ласковое «крольчонок», но парень сдерживает себя, вспоминая странную реакцию Чонгука на это прозвище. — Ничего подобного! — голос предательски срывается, когда Чонгук возмущается и прикрикивает, по инерции дуя губы и заглядывая на старшего. — Мне просто жарко, вот и все, — отворачивается, пряча доказательство того, что Тэхен прав. Указательным пальцем сдвигает вновь упавшую на глаза челку в сторону. Тэхен снова смеется, а в груди все больно сжимается от чувства умиления. «Незаконно быть таким невинным, » — думает Тэхен. — Я пойду куплю алкоголь, а ты иди за едой. Выбирай, что повреднее, — подмигивает и отправляется в сторону алкогольного магазина. Чонгук слушается и направляется в противоположную сторону. Спустя час, парни встречаются на том же месте, откуда разошлись. В руках Чонгука три тяжелых на вид пакета, с вредной, как и сказал Ким, едой. Тэхен выхватывает из рук Чона один пакет, гремя другим, наполненным разными видами пива и несколькими бутылками соджу. — Вечеринке быть! — вскрикивает Тэхен, и Чонгук хочет скрыться или отойди от Кима, когда на него сразу поворачиваются несколько людей, одаривая насмешливым взглядом. — Не кричи, люди же смотрят, — все же шикает на Тэхена Чонгук, осуждающе заглядывая в глаза. Надоедливая челка закрывает обзор, поэтому снова откидывается вбок. — Стой, — Тэхен шуршит пакетами, ставя их на пол. Чонгук оборачивается, непонимающе хмурясь. — Что… — брови Чонгука в удивлении вскакивают вверх, а губы чуть приоткрываются, когда Тэхен сокращает расстояние и наклоняется к лицу Чонгука. Сердце последнего оказывается прямо на дне желудка. Бьется так, что кажется, готово пробить грудную клетку. А потом Тэхен ласково убирает челку с глаз Чона, закалывая ее розовой заколкой с Хэллоу Китти. Ким выдыхает, сдерживая порыв, потому что безумно хочется завизжать от восторга и умиления. Чонгук похож на маленького ребенка с застывшим в глазах удивлением. Младший стал выглядеть еще более мило, отчего у Кима начал развиваться собственный кинк. — Вот так, теперь она тебе не будет мешать, — ласково произносит, улыбаясь Чонгуку. Отходит, смотрит на всю картину целиком и вздыхает. Как сдержать себя, чтобы не накинуться на младшего с объятиями? Тэхен хватает брошенные пакеты, и проходит мимо младшего, еще раз на него взглянув. А тот до сих пор пытается переварить ситуацию. Бесцеремонное вторжение в его личное пространство скоро выведет его из себя. Но, Чонгук отчасти благодарен Тэхену, ведь волосы и правда жутко мешали, но состригать их совершенно не хотелось, — он слишком долго их отращивал, чтобы вот так, в один миг, просто взять и срезать. Чонгук достает из кармана телефон, глядя в экран, используя его вместо зеркала. Улыбается заколке, показывая передние зубки. Хорошо, что Ким этого не видел, а то точно скончался бы на месте. — Я что, девчонка? — качает головой, и торопится догнать отошедшего на приличное расстояние Тэхена.***
— Да начнется тусовка! — взбудораженные парни весело улюлюкают, вскидывая вверх пластиковые стаканчики с алкоголем. Вечер обещает быть веселым. Плейлист, рассчитанный до самого утра крутит уже пятую песню, разогревая парней своей энергичностью настолько, что хочется залезть на стол, отплясывая так, чтобы на следующий день ломило конечности. Чонгук сидит на диване, ярко улыбаясь, пока Хосок рассказывает очередную веселую историю, которые постоянно случаются с ним. Рядом сидит Тэхен, который словно на зло младшему не отходит от него с самого их возвращения из магазина. Парень отпивает из своего стаканчика, в отвращении скривив лицо, когда языка касается горечь охлажденного пива. Конечно, Чонгук пьет алкоголь далеко не в первый раз, ведь он подросток, требующий чего-то нового и интересного в своей жизни. Не первая тусовка, на которой он оказывается. Но сколько бы он не пытался пить алкоголь, тот не нравится ему от слова совсем. Неприятная горечь сменяется жжением внутри живота, что хочется засунуть в рот два пальца и прочистить желудок. Тэхен наблюдает за младшим, постоянно бросая взгляд на заколку, все еще сдерживающую челку. После того, как они вернулись, парни не могли не заметить маленькое розовое украшение на волосах Чонгука, но отчего-то не проронили ни слова — Тэхен думает, что это для того, чтобы не смущать младшего. Ким поднимается с дивана, куда-то направляясь. Чонгук кидает на него быстрый взгляд, но тут же отдает все внимание Чимину, что пьяно распластался на коленях Юнги. Чонгук думает, что эти двое странно себя ведут — слишком тактильные и внимательные по отношению к друг другу, в сравнении с другими. Чон предполагает, что Юнги и Чимина связывает более тесная связь, чем между кем-либо в этой сумасшедшей компании. Чонгук весело хрюкает, когда брат заканчивает свой рассказ каким-то нелепым движением, издавая странные звуки. Перед лицом неожиданно вырастает Тэхен, закрывая обзор на парней. Тот протягивает ему стаканчик, на красных стенках которого собрался конденсат. — Что это? — спрашивает, но стаканчик принимает почти сразу же. Из второй руки нагло забирают такой же, но наполненный алкоголем. — Кола. Я вижу, что тебе не нравится, так что не нужно вливать это в себя насильно, — Тэхен жмет плечами, ставит стакан Чонгука на журнальный столик и снова садится рядом. Настолько, что бедра и плечи соприкасаются с друг другом. — Спасибо, — бурчит под нос, и отпивает. На этот раз приятная сладость скатывается в горло, и Чонгук благодарно кивает Киму еще раз. Тот улыбается одним уголком губ, и отпивает из своего. Хосок, как внимательный старший брат, все это время хмуро наблюдал за этими двоими, и не мог не заметить так странно блестящих глаз Тэхена, когда тот смотрел на Чонгука. Обещает себе обсудить это с Кимом, а потом отворачивается, возвращая все внимание на рассказывающего свои дедовские шутки Сокджина. Насколько бы глупыми и странными они не были, под градусом абсолютно все становится в тысячу раз смешнее, поэтому реагировать на них не составляет никакого труда. — Парни, парни! — Чимин соскакивает с коленей Юнги, на которых лежал, взбудораженно привлекая внимание. — Что насчет правды или действия? — растягивает губы в предвкушении веселой игры. Обводит взглядом друзей, надеясь на согласие. — Брось, Чимин, самая неловкая игра на вечеринках, которая либо сблизит кого-то, либо наоборот. Ты что, совсем американские фильмы не смотришь? Да и на собственном опыте пора бы убедиться, что это никогда не заканчивается ничем хорошим, — Намджун смотрит на донсена расплывчатым взглядом, подтягивая очки на переносице. — Вы не можете мне отказать! — Пак хочет притопнуть ногой от разочарования. Дует пухлые губы, а затем плюхается на диван, обиженно складывая руки на груди. — Хоть Намджун-хен и прав, я за, — Тэхен опирается на колени локтями, широко улыбаясь. Пьяный Тэхен согласен абсолютно на все, да и если это поможет ему сблизиться с Чонгуком, то он всеми конечностями за. — Бро-о-о, — тянет Чимин, протягивая Тэхену кулак. Тот ударяет в него, смотря на Намджуна. — Это из братской солидарности? — в подозрении щурится Ким, видя уверенный взгляд Тэхена. — Давай, Нам, я тоже не против, — Сокджин ударяет друга в плечо, заглядывая в глаза. — И я. — Да, я тоже не прочь повеселиться. — Чонгук-и, что скажешь? — никто иной, как Тэхен, поворачивается к Чонгуку, немного сокращая расстояние между лицами. — Неплохая идея, — Чонгук улыбается, заглядывая в глаза Тэхену, тело которого качается из стороны в сторону из-за ударившего в голову алкоголя. Ким улыбается и падает на спинку дивана. Прикрывается глаза на несколько секунд, дабы хоть немного нормализовать зрение, ведь перед глазами все плывет и кружится, растекаясь. — Правда или действие, Намджун-и?***
Ворох бессмысленных вопросов и глупых заданий, по типу «залезь на стол и прокукарекай пять раз» совсем перестают быть интересными. Становятся невыносимо скучными, выполняясь через силу. Хочется чего-то нового, совсем безбашенного настолько, что будет стыдно не только на следующий день, но и вспоминаться будет всю оставшуюся жизнь. Парням нереально наскучило выполнять какие-то нелепые и детские задания, и отвечать на никому неинтересные вопросы, поэтому в ход идет тяжелая артиллерия в лице, кто бы мог подумать, того самого, кто с самого начала отказывался играть. Намджун смотрит на друзей, выбирая жертву для следующего действия. Выбора между правдой и действием не осталось — парни для честности решили использовать только две правды, а затем действие. Все уже использовали правду, поэтому осталось определить счастливчика, на которого падет жестокая участь игрока. Взгляд Намджуна напрягает, если честно. Хмурый, серьезный, словно парню не двадцать пять, а все сорок, и за его спиной тысяча и одна история, каждая добавляющая плюс один к его жизненному опыту. Еще пальцами так хрустит, что нагоняет мурашки, — явно что-то нехорошее задумал. И вот взгляд останавливается на Чонгуке. Тот как-то нервно передергивает плечами и ждет самого худшего. Взгляды парней это подтверждают. Все же, они не первый день знают Намджуна, им ли не знать этого парня. — Чонгук, твое действие: сесть на колени к кому угодно, здесь твое право выбора, и изображать оргазм, — немая сцена. Чонгук, кажется, давится собственными слюнями. Он мог ожидать такое от кого угодно, но не от Намджуна. Парни ожидали чего-то такого, они не один раз выполняли подобные действия. Но это ведь Чонгук. Он впервые играет с ними, и Хосок не уверен, что его братишка сможет выполнить такое. Он замечает густо налившиеся красным щеки Чона, и ему уже становится жаль брата. Намджун жестокий, вот вам вывод. Хосок думает, что если Чонгук будет слишком часто находится в их компании, то от его невинности не останется и следа. В самом прямом смысле из всех существующих, потому черт его дери, Хосок видит, каким взглядом одаривает его брата Тэхен. — Если тебе слишком неловко, ты можешь сделать это наедине, — Намджун осознает, что задание для не натренированного к таким ситуациям Чонгука, слишком жесткое. Пьяный Намджун — развратный Намджун, очередной вывод, сделанный Чоном младшим. Он начинает жалеть, что согласился на это. Чонгук растерянным взглядом смотрит на парней, понимая, что отказаться от желания не может, ведь тогда он покажет, что скучный, неинтересный и трусливый. А Чонгуку важно, что о нем подумают, да не абы кто, а друзья его брата. Чонгук бегает глазами по парням, от одного возвращаясь к другому. Смотрит на Чимина, распластавшего свою тушку на Юнги, обнимающего его за талию. На лицах играет волнение за Чонгука, и парень откидывает этих двоих. Сокджин слишком взрослый, и Чонгуку будет максимально неловко, хоть Джин и достаточно понимающий, но Гук не в силах пересилить себя. Намджун отпадает сто процентов, тут даже не нужны причины. Хосок его брат, а Чонгук не интересуется инцестом. Остается только парень, сидящий рядом. Сердце Чонгука бьется в агонии, ударяясь о грудную клетку с такой силой, что это доставляет боль. Пульс отдается в ушах и венка на шее ощутимо вздувается от напряжения. Чонгук большими оленьими глазами смотрит на Тэхена, который сидит без единой эмоции, тупо пяля в стену. Чимин понимает, что друг в говнище. Несмотря на абсолютный покер-фейс, Пак наверняка знает, что в голове у Тэхена происходит такой всплеск эмоций, что если бы он слышал Тэхена на телепатическом уровне, то наверняка бы оглох. Сокджин прикусил губу, наблюдая за парнями напротив. Он с самого начала, как и все остальные, заметил неясную тягу младшего Кима к братишке Хосока. Признаться, он даже начал их шипперить. Хосок же сидит с лицом лица. Он определенно недоволен сложившейся ситуацией. Он не имеет ничего против Тэхена, но он знает, какой он. Знает, что бывает, когда Тэхена клинит, знает, что не так с Тэхеном. Знают и остальные четверо друзей, но этого не знает Чонгук. Хосок всего-навсего беспокоится за моральное состояние брата. Юнги косится на Тэхена, ведя бровью. Он даже знать не желает, что творится в голове его донсена, поэтому опускает свою, рассматривая обеспокоенное лицо Чимина. Чонгук вздыхает, собираясь с силами. Его напрягает безэмоциональное лицо Тэхена, но действие есть действие — надо выполнять. — Хорошо, — кивает скорее сам себе, чем кому-то другому. Медленно встает с дивана, оттягивая момент, который, возможно, изменит их отношения в отрицательное русло, именно со стороны Чонгука. Молча берет горячую ладонь Тэхена в свою, отдающую холодом. Последний наконец одаривает Чона вниманием. Тот же боится заглядывать в эти темные глаза, одурманенные большим количеством пива и соджу. Ведет за собой, а Тэхен послушно следует. Поднимается на второй этаж в свою комнату, чтобы хоть как-то ощущать себя в зоне комфорта. Тэхен молчит, и это напрягает. Чон не хочет думать о том, что он сейчас будет делать. Он ведь просто побыстрее покончит с этим и все. Старается контролировать хвостик, жалобно поджимающийся и трущийся о ткань. — Ты не обязан, Гук-и, — наконец тихо выдавливает Тэхен, но Чонгук мягко толкает его в грудь, чтобы тот опустился на кровать. Тэхен, координация которого сейчас нервно курит в сторонке, просто падает на мягкий матрас, опираясь за спиной на локти. — Я согласился, значит, должен выполнить, — голос Чонгука дрожит от волнения, как и нижняя губа, с которой уже давно пропал персиковый бальзам для губ. Тэхен громко сглатывает и будто за секунду трезвеет, когда Чонгук осторожно забирается на его колени. Его пальцы на руках сжимаются в кулаки, дабы они не легли на мощные бедра, которые сейчас сжимают его бока. — Я ведь должен стонать, да? И делать так? — Чонгук совсем не щадит Тэхена, когда зачем-то садится еще ближе, в опасной близости к паху, и делает волну задницей. Чертовой задницей, на которую Тэхен с самого утра положил глаз, по его бедрам. Ким закусывает губу и жмурится, приказывая своему другу в штанах лежать и не двигаться. Мягкий голосок Чонгука, когда он спрашивал, уже снес Тэхену голову, поэтому он боится даже представить, что случится позже. Приходит осознание, что Чонгук совсем неопытный, и Ким волком воет внутри себя, понимая, что вляпался в такой невинный цветочек, что теперь боится, что его засудят за педофилию. Все-таки Гук ведь еще школьник. — Ч-Чонгук-а, правда, н-не стоит, — Ким открывает плотно зажмуренные глаза и смотрит на Чонгука. Щеки того ужасно красные, а глаза немного слезятся. Парень сверху невероятно напряжен и смущен. — Но хен ведь сказал… — Давай ты просто будешь громко стонать, без движений, и тогда Намджун поймет, что действие ты выполнил, — Тэхен находит в себе силы сесть прямо, оказываясь почти нос к носу с Чонгуком. Все же опускает руки на бедра парня, заставляя себя удерживать их в одном положении, а не скользить вверх-вниз. Чонгук невероятный, думает Ким. В комнате темно, но свет уличного фонаря все же проникает через окно, падая прямо на лицо Чонгука. Его темные отросшие волосы совсем немного растрепались, а заколка все так же сдерживает непослушную челку. Глаза блестят, а пухлые губы чуть приоткрыты. Тэхен знает, что Чонгук безумно волнуется, но не знает, что сделать, чтобы тот не чувствовал этого. — Что мне сделать, чтобы ты так не волновался? Мы ведь не делаем ничего такого, Чонгук, тебе нужно всего лишь выполнить задание, — решает спросить напрямую. Зачем-то понижает громкость голоса до шепота. Заглядывает в глаза, обрамленные пушистым веером ресниц, тени от которых падают на чуть по-детски пухлые щеки. — Ты можешь не смотреть на меня? — шепчет, аккуратно укладывая руки на чужих плечах. Ким кивает и отворачивает голову вбок. Чонгук ерзает, устраиваясь на бедрах Тэхена удобнее. Вздыхает, переводя дух. — Что-то они долго, — нетерпеливо выдает Хосок, дергая ногой, представляя самые худшие сценарии того, что сейчас происходит в комнате Чонгука. — Дай парню собраться, ты же как никто другой должен знать, что Чонгук сейчас невероятно смущен. Не будь таким нетерпеливым, Хосок, — Юнги смотрит на парня, нервно покусывающего кончик указательного парня. — Ты прав, чего это я? — хмыкает, поражаясь собственной глупости. Хосок благодарен Юнги, потому что тот всегда вставляет ему мозги на их законное место. — Чонгук? — Тэхен поворачивает голову, обеспокоенно глядя на парня. Но тот пальцами, уперев их в щеку Тэхена, отворачивает его голову обратно. — Я нервничаю, мне нужно собраться, — Чонгук признается, и на секунду упирается лбом в плечо Тэхена. Снова вздыхает, и тихо издает первый звук, больше похожий на жалобное мяуканье. Тэхен беззлобно хихикает, за что получает слабый удар в живот. — Тебе нужно делать это громче, чтобы парни на первом этаже услышали, а пока это слышу только я, — Тэхен подбадривающе хлопает по бедру Чонгука. Черт, да эти бедра благословил сам боженька. — Легко сказать. Чонгук уверяет себя, что это не стыдно. Ему просто нужно сделать это. В следующую секунду он издает такой звук, что сердце Кима делает тройное сальто назад. Он уверен, что это самый прекрасный стон, который он когда либо слышал. — Продолжай, — хрипит и прочищает горло. Чонгук слушается, звуча более уверенно. Его голос высокий и нежный, а еще раздается Тэхену в самое ухо. У того бегут мурашки по всему телу, а пальцы на чужих ногах невольно с силой сжимаются. Чонгук повторяет еще несколько раз, и кажется, перестает смущаться, по крайней мере, не так сильно. «Пожалуйста, только без движений» — посылает сигналы Тэхен, направляя их прямиком в свои штаны. Чонгук стонет так, будто делал это не один раз, но звук все еще остается чистым и невинным. Ему не по себе, потому что он правда творит такое со своим голосом впервые. Сам удивляется, что способен на такое. Чонгук заставляет себя не смотреть на реакцию Кима, но наверняка знает, что тому сейчас очень и очень плохо от действий Чонгука. Потому что он знает, что Ким испытывает к нему влечение, не как к брату своего друга, а как к парню. Ведь Чонгук не слепой и не глупый маленький школьник. Он достаточно проницателен, чтобы увидеть это. Но он все еще не знает, что может сделать с этим. — Достаточно? — тихо спрашивает Чонгук, поворачивая голову Тэхена к себе. Поджимает губы, чтобы не засмеяться, когда видит зажмуренные глаза и прикушенную губу. — Определенно, — Тэхен несколько раз кивает и резко поднимается, заставляя Чонгука соскользнуть с его коленей. Уносится прочь, распахивая дверь комнаты Чонгука настежь. — Айщ, это было неловко, — Чонгук трет наверняка красные щеки, смотря вслед удирающему Тэхену. Ким, сравнимый с реактивной ракетой, спускается вниз, возвращаясь к парням. Хватает бутылку еще холодной соджу, отпивая прямо из горла. — Ну ты и говнюк, Ким Намджун, — вскрикивает, срывая голос на последних словах. Ребята смеются, смотря на раскрасневшегося Тэхена. Намджун самоуверенно подтягивает очки на переносице и откидывается назад, под еще громче вспыхнувший смех парней.***
Самое худшее утро, по мнению Ким Тэхена, заключается в самом пробуждении. Ведь пока ты спишь, твое тело окутывает сон, и ты не задумываешься, где ты, кто ты и зачем ты. Но когда твои веки открываются, и ты видишь совершенно незнакомую тебе обстановку, в которой непонятно как оказался, хотя казалось, засыпал на прежнем месте, там, где и собралась вся тусовка — дома у Хосока. И вот теперь, когда глаза Тэхена с невероятным трудом, словно в них засыпали не то что песок, а сухой цемент; когда все его тело, в особенности голова, отдаются болью; когда в горле чертова пустыня Сахара, на Тэхена обрушиваются те самые вопросы, атакующие каждого загулявшего человека. Первые несколько секунд он совершенно растерян, потому что не понимает, ни где он находится, ни кто он, ни что вчера было. Полная растерянность. Но когда взгляд наконец, спустя уйму усилий, начинает проясняться, он определяет, что интерьер дома ему очень даже знаком. И тогда с губ слетает облегченный вздох, а веки на секунду смыкаются, потому что Тэхен хотя бы дома у Чимина, а не у сестры маминой подруги. Такое было, Тэхен это помнит слишком отчетливо. От неприятных воспоминаний по рукам идет дрожь. Но эта история плюс к топ десять самых нелепых историй на утро после бурной вечеринки. Ким начинает понемногу осознавать пространство вокруг себя, а затем чувствует чью-то тушку, свернувшуюся под боком и чуть похрапывающую. Хозяин квартиры крепко спит, сложив конечности на Тэхена. Этому он не удивляется. Пьяный спящий Пак Чимин равняется пьяный спящий невероятно тактильный Пак Чимин. Тэхен аккуратно скидывает тяжелые руки и ноги друга с себя, стараясь не разбудить. Перелезает через спящее тело, поднимаясь с кровати. Потягивается, разминая затекшие от неудобной позы мышцы по всему телу. Скользит взглядом по комнате, дабы найти еще кого-то из парней, но никого больше не обнаруживает. В тишине дома слышен только едва различимый храп Чимина и шаги Тэхена. Тот осматривает другие комнаты на возможное наличие кого-либо. Никого не находит, а поэтому быстрее стремиться на кухню, чтобы утолить жажду, стоявшую сухим комом посреди горла. Бьет по карманам, в попытке найти телефон, но того там не оказывается. На память можно даже не надеяться. Та точно не подкинет ему воспоминаний о прошлой ночи, и где он, вероятно, мог бы найти гаджет. Зато находит телефон Чимина на столе кухни. Разблокирует, потому что на правах лучшего друга знает пароль. Смотрит на время, показывающее ровно два часа дня. В контактах находит свой номер и звонит, надеясь, что трубку поднимут и ему не придется тратить деньги, которых и так в убытке, на новый мобильник. Гудки идут долго, и Тэхен думает, что можно ни на что не надеяться, но в последнюю секунду, когда парень собирается отключиться, на том конце раздается чей-то сонный голос. — Алло, Чимин, если ты звонишь Тэхену, то его тут нет, я понятия не имею, где может находиться это придурок. — Сам ты придурок, Хосок-хен! — Тэхен обиженно повышает голос, позже об этом жалея — голова отдается острой болью, и не у него одного. — А, Тэхен, это ты? — болезненно тянет Хосок, потому что у него тоже пробуждение не из приятных. — Я скоро приду за телефоном, — сообщает, и сбрасывает. Кидает телефон Пака на стол, и хватается за виски, массируя. — Что вчера было-о-о? — на кухню заходит потрепанный прошлым вечером Чимин, придерживающий голову за щеки, будто та готова свалится, если он ее отпустит. — Мне бы кто сказал, — вздыхает и жмет плечами. Затем направляется в сторону ванной комнаты, ибо вонь из собственного рта вызывает отвращение и подавленный рвотный рефлекс. Так ничего и не вспомнив, даже общими усилиями с Чимином, оба решили просто забить на это, и не придавать особого значения. Не в первый раз, все-таки. Тэхен, более менее почувствовав себя человеком, а не бесформенным желе, отправился домой к Хосоку. На улице невероятное пекло, и он поскорее спешит оказаться дома у хена. Торопится, быстрее перебирая ногами, попутно надеясь, что Чимин не умрет там от похмелья, обещая себе на обратном пути заглянуть в аптеку за лекарством от ужасного недуга. За этими думами не замечает, как за несколько минут оказывается на крыльце дома своего хена. Живут все шестеро, теперь уже семеро друзей, с учетом того, что Чонгук стал неотъемлемой частью их компании, как минимум на правах брата Хосока, живут в нескольких минутах ходьбы. Чимин с Тэхеном так вообще соседи. Этим и объясняется их закадычная дружба, образованная в далеком детстве. Тэхен не стучит, просто аккуратно открывает оказавшуюся не запертой дверь, и проскальзывает внутрь. Знает, что никто за это не отругает, даже если мать хена будет дома. Не чужие же люди для друг друга, в конце концов. Проходит вглубь, собираясь подняться по лестнице на второй этаж, прямиком в комнату Хосока. С кухни неожиданно выруливает Чонгук, которого Тэхен замечает не сразу, а только тогда, когда младший роняет с грохотом ложку, которой собирался есть йогурт, прихваченный из холодильника, вместе с бананово-клубничным молочком. Лучше бы Тэхен позвонил в дверной звонок, чтобы жители дома знали о его присутствии, а сам он не стоял как вкопанный, потому что ступор от вида младшего окутал все тело. Чонгук, который прошлым вечером был одет в просторную мешковатую одежду, сейчас стоит в белой свободной футболке, и мать его коротких серых шортах, смахивающих за девчачьи, только потому, что парни такие не носят. Крепкие, гладкие на вид бедра, на которые Ким откровенно залипал прошлым вечером, сейчас в открытом доступе. Чонгук наклоняется за упавшей ложкой, и Тэхен впадает в ступор дважды, потому что видит неприкрытый ни футболкой, ни шортами, чертов кроличий хвост. Первой мыслью Тэхена, когда он увидел это, было всего лишь: «Я что, сошел с ума?»
Примечания:
*Проблемы Гильберта - набор из двадцати трех математических задач, которые он Гильберт опубликовал в 1900 году.
Начало положено! Файтин!
