Доброй охоты

      Сара с радостью бы провела всю свою жизнь, нежась в постели, пока лучи утреннего солнца, проникая в комнату через окно, ласкали ее кожу своим теплом. Дом, в котором она проводила много времени в детстве, оказался идеальным пристанищем для беглянки. Потянувшись после крепкого сна, Сара прислушалась к звукам, доносящимся с первого этажа. Эрин наверняка уже давно была на ногах, она гремела на кухне посудой и что-то бормотала себе под нос. Могла ли Сара раньше хотя бы допустить мысль о том, что она снова будет лежать в кровати, застеленной постельным бельем, на котором изображены зайчики, и гадать, что делает на кухне бабушка? Жизнь может очень круто измениться всего за одно мгновение. Никто от этого не застрахован, и никто не может этого предвидеть. Будучи еще совсем девчонкой, Сара была уверена, что люди, окружающие ее, все без исключения являются ее друзьями, и что они без раздумий придут ей на помощь по первому ее зову, а на самом деле на помощь ей приходили почти незнакомые люди и те, с кем Сара не виделась много лет. Саре казалось, что ее жизнь, состоящая из красивых вещей, милых безделушек и светских разговоров, была пределом мечтаний, она считала себя свободной и счастливой, и даже не подозревала, как сильно ошибается.       Когда Саре исполнилось шестнадцать лет, ее ненавидящие друг друга родители, наконец, решили развестись и пойти разными дорогами. Мать, никогда не питавшая к своей дочери теплых чувств, канула в лету, оставив после себя лишь со временем выцветающие фотографии и парочку платьев, которые не нужны ей были в новой жизни, в шкафу. Сара осталась с отцом в Балтиморе, она наблюдала, как он строит свою империю и считала его идеалом мужчины, она слушала его речи с открытым ртом и улыбалась, когда он говорил ей, что однажды, когда Сара станет взрослой, она унаследует дело всей его жизни. Маленькая глупышка Сара не понимала, что любимый папочка давно написал к ее жизни четкий сценарий. Он продумал каждую мелочь, сделал Сару частью своего идеального бизнес-плана и потирал руки в ожидании прибыли. Но однажды Сара наотрез отказалась играть по чужим правилам и сбежала. Она оказалась тем самым маленьким винтиком, из-за которого скоро перестанет работать огромный механизм, обрушившись и похоронив под собой своих же создателей.       Оборвав все связи, Сара сбежала. Она скрывалась, боялась и озиралась, но не отступала, она шла вперед, и ее уверенность в собственной правоте укреплялась с каждым сделанным ею шагом. Упорхнув из золотой клетки, она, впервые в жизни, почувствовала, что живет. У Сары появилось время на самопознание, на изучение мира, на хобби и на размышления. Она забыла почти все свои старые привычки, кроме одной — всегда выглядеть хорошо.       Сколь бы ни заманчива была перспектива провести остаток жизни в кровати, Сара, скрипя сердцем, выскользнула из-под теплого одеяла, чтобы привести себя в порядок. Обычные утренние процедуры — душ, укладка, легкий макияж и одежда. Волосы были убраны в небрежный пучок, на карих глазах красовались тонкие черные стрелки, губы подкрашены помадой на тон темнее их естественного цвета, а тело украсило черное платье-жакет длиной до середины бедра, на ногах — неприлично дорогие и до ужаса неудобные туфли лодочки. Жизнь становится гораздо приятнее, когда глаза радуются, глядя на отражение в зеркале.       — Доброе утро. — Сара спустилась на первый этаж, не забыв нацепить на лицо маску бесконечного спокойствия. На кухонном столе ее уже ждал завтрак, а за ним — бабушка с крайне обеспокоенным выражением лица.       — Вчера вечером звонил твой отец.       Только что радующееся новому дню сердце упало в пятки, Сару прошиб холодный пот, а руки, уже успевшие ухватиться за чашку с кофе, пробрала мелкая дрожь. Если отец вышел на ее след, то вскоре стоит ожидать гостей, которых она не будет рада видеть.       — И что он сказал?       — Попросил связаться с ним, если ты объявишься. — Эрин фыркнула и покачала седой головой. — Идиот.       В семьях, как известно, со временем устанавливаются правила и порядки, которых придерживаются их члены, и не понимают посторонние. У многих семей есть традиции, привычки или даже внутренние законы. Человек, попавший в чужую семью, не сможет сразу адаптироваться к правилам, по которым эта семья живет. А еще существовали семьи, подобные той, в которой родилась Сара. В таких семьях вместо традиций из поколения в поколение передаются скелеты из шкафов или мрачные тайны. Отец, который достиг высот в бизнесе, совсем забыл о существовании женщины, подарившей ему жизнь, он не помогал ей и даже не удостаивал звонков или сообщений. Эрин приняла такое отношение своего сына с достоинством и отплатила ему той же монетой. Бабушка была единственным человеком, знавшим о том, что в семье разразилась самая настоящая война, и у нее ни на секунду не возникло сомнений в том, чью сторону она примет. Она выбрала Сару. Давно повзрослевшая девушка всегда могла рассчитывать на помощь и поддержку бабушки, но не хотела втягивать ее в то, что творилось в ее жизни, подвергнув ее опасности.       — Я посоветовала ему катиться к черту, но тебе стоило бы подыскать другое жилье, дорогая. — Лицо старушки погрустнело. — Чтоб им пусто было!       — Да, ты права. — Сара расслабилась, поняв, что отец не знает, где она находится. У нее еще есть время на отдых. — Я попрошу мистера Хилла заплатить мне вперед.       — Мистера Хилла? Когда вы успели познакомиться?       — Вчера я встретила Кэнди Нельсон… то есть уже Никсон, она предложила мне пройти собеседование на ее должность.       — Я думала, ты будешь работать в лавке.       — Не работать, а, скорее, помогать, бабушка. — Смутившись, Сара опустила взгляд. — Мне нужны деньги, а не способ убить время.              Этот день отличался от сотен дней, которые Сара прожила до него. Солнце заливало улицы Сентфора, по которым неспешно прохаживались местные жители, не обремененные обязанностями, а голова Сары, вопреки обыкновению, не была забита мрачными мыслями. После утреннего разговора с бабушкой за столом, Сара вдруг с удивлением для самой себя осознала, насколько изменилась ее жизнь после переезда в Сентфор, мир Сары О’Нил начал утрачивать серые краски и приобретать новые. Скрестив ноги, Сара сидела за стойкой в пыльной антикварной лавке, выводя на листке бумаги незамысловатые узоры. Рисование помогало ей справиться со стрессом и привести мысли в порядок, это был прекрасный способ самовыражения, и Сара жалела, что открыла в себе эту страсть так поздно. Линии и завитки складывались во вполне узнаваемую пару спокойных глаз, внимательный взгляд которых прошлым вечером ощупывал пузырь, который окружал Сару, пытаясь отыскать в нем брешь. Глаза Аарона Хилла.       Сара выронила из рук ручку и мысленно отругала себя за то, что позволила себе слишком много думать об этом мужчине.       Жизнь имеет странную привычку переворачиваться с ног на голову всего за одно мгновение. Пару дней назад Сара жила в городе, где у нее не было ни единой родной души, она месяцами не разговаривала с людьми и крайне редко покидала квартиры, в которых находила пристанище. А теперь она сидит на стуле и удивляется чувству спокойствия, охватившего ее, и, наблюдая, как миссис Хилл пытается разместить на витрине все свои сокровища таким образом, чтобы они не выглядели, как гора мусора.       Неиссякаемый оптимизм этой женщины передавался Саре воздушно-капельным путем, вызывая на лице девушки улыбку.       — Миссис Хилл, вы не будете против, если сегодня я уйду пораньше?       — А я сразу заметила, что ты сегодня выглядишь иначе. — Старушка заговорщицки подмигнула ничего не понимающей Саре, оторвавшись от своих пыльных безделушек. — Уже нашелся достойный мужчина?       — Я иду на работу. — Женщины поколения миссис Хилл не понимали женщин поколения Сары, стремящихся к независимости — к моральной и финансовой.       Старушка лишь цокнула языком и вернулась к своему занятию. А Сара снова улыбалась, понимая, что только что увела из-под носа главной сплетницы Сентфора вкусную тему для обсуждений. Никто в этом городе не знал, что Сара давно поставила крест на межличностных отношениях, да никто и не мог знать. Она хранила свое мрачное прошлое под семью печатями, не подпуская никого к хранимым ею тайнам.              Сара пришла в казино раньше, чем начиналась ее рабочая смена. Возле стальной блестящей двери на импровизированной парковке стояли мотоциклы — черные, манящие, опасные, а, прислонившись спиной к кирпичной стене, курил мужчина, в котором Сара сразу узнала охранника заведения. Он выпустил в небо порцию едкого дыма и смерил застывшую напротив него девушку взглядом.       — Ты еще кто такая?       — Новый администратор. Я была здесь вчера.       — Что-то не припомню.       — Напрягитесь. — Сощурив глаза, Сара сделала шаг к двери, намереваясь пробиться внутрь или дать нахалу отпор, если потребуется, но петли заскрипели, возвещая о том, что-то кто-то выходит наружу, раньше, чем рука Сары коснулась ручки. Озорной кудрявый брюнет, хихикая и обнимая за плечи вульгарно одетую девицу, вышел из мрака казино на свет.       — Эй, Вишня, тут какая-то дамочка ломится. — Протянул охранник, указывая пальцами с зажатой в них дымящейся сигаретой на Сару.       Взгляд голубых глаз мгновенно нашел «дамочку» и пробежался по ее телу и лицу. Вишня небрежно отпихнул свою спутницу, чем заслужил полный негодования взгляд ее густо подведенных глаз и обиженно надутые красные губы. На его лице заиграла улыбка, которую он наверняка использовал, чтобы соблазнять девчушек вроде той, что стоит, сложив руки на груди и молча наблюдая за представлением. Но Сара лишь ухмыльнулась ему в ответ, кивнула в знак приветствия и направилась в казино, желая поскорее приступить к выполнению работы, за которую ей заплатят.       — Постой, Принцесса! — Торопливые шаги за спиной не смогли заставить Сару остановиться.       — Меня зовут Сара.       — А я думаю, ты больше похожа на Принцессу, чем на какую-то Сару. Да постой же ты! — Брюнет попытался ухватить ее за предплечье, но девушка ловко увернулась, словно у нее на затылке был третий глаз как раз для таких случаев, и продолжила свое гордое шествие. — Тебе нельзя туда!       Поздно. Сара ворвалась в зал, битком набитый людьми в кожаных куртках и утопающий в сигаретном дыму. Глаза всех собравшихся устремились на нее, неловко застывшую у входа, кто-то смотрел с интересом, кто-то равнодушно, а кто-то с удивлением. Аарон Хилл гордо восседал посреди океана кожаных косух и качал головой, поджав губы.       Эта девушка умела эффектно появиться. За своей спиной Хилл уже слышал одобрительный шепот и смешки. Никто из Драконов не остался равнодушным к красоте столь неожиданно вломившейся на их собрание девушки. В тумане сигаретного дыма она выглядела еще загадочнее, чем в прошлую их встречу. Переминаясь с одной стройной ноги на другую, Сара О’Нил не знала куда себя деть, но, к счастью, Вишня пришел ей на помощь. Обвив рукой ее талию, он потащил девушку в сторону коридора, где располагались кабинеты.       — Идем-ка, Принцесса. — Шепнул брюнет ей на ухо. — Не будем мешать взрослым обсуждать дела.       Наблюдая, как Сара безропотно следует за Вишней, Хилл нахмурился. Он помнил, как она отшатнулась от его прикосновения в прошлую их встречу, а сейчас, похоже, ничего не имела против руки кудрявого балбеса, обвивающей ее талию. Аарон Хилл не умел проигрывать, не умел отступать и уступать, особенно когда речь шла о женщинах. Всю прошедшую ночь из его головы не шел образ Сары, подернутый пеленой таинственности, который он нестерпимо жаждал рассеять.       Уж кем Сара О’Нил не была, так это полной идиоткой. Стоило ей увидеть всех этих людей, облаченных в кожаные куртки с изображениями Драконов на спинах, как она сразу срастила в своем сознании рассказ Дерека Никсона и то, что перед ней предстало. Она неожиданно для себя попала на сходку бандитской банды, и они явно этому не обрадовались. Словно тряпичная безвольная кукла, Сара плелась за Вишней, что-то бормочущим себе под нос. Странно, но девушка не испытывала страха. Эти люди, которые, возможно, связаны с криминалом, не показались Саре чем-то худшим, чем то зло, с которым ей уже довелось столкнуться.       — Твой очаровательный носик залез туда, куда не следовало. — Вишня затолкал Сару в какой-то кабинет и закрыл дверь. Потирая лицо руками, брюнет принялся ходить из стороны в сторону, иногда бросая на Сару косые взгляды. — Ох, Принцесса, что же нам с тобой делать?       Девушка сразу же поняла, кто является хозяином этого кабинета. Аскетичная обстановка комнаты, запах, витающий в ее стенах, и сдержанность, которая просматривалась в каждом предмете интерьера. Массивный письменный стол красного дуба, на котором в легком беспорядке расположились какие-то бумаги, исписанные неровным почерком, черный кожаный диван, пара таких же кресел и большой книжный шкаф. Сара улыбнулась, заглядывая за застекленные дверки — лишь парочка книг о менеджменте и бизнесе, куча папок с документами и, конечно, бутылки со спиртным. Здесь работал Аарон Хилл. Девушка могла живо представить, как он сидит за столом, как пряди его темных волос спадают на высокий нахмуренный лоб, как он проводит ладонью по лицу и устало выдыхает.       — Черт. — Прошептала Сара. Ей нравилось то, что она представила, и это пугало ее. Она не позволяла себе думать в подобном ключе о мужчинах. Она не думала, что сможет подпустить к себе кого-то, но Аарон Хилл подобрался к ней, возможно, сам того не подозревая. — Черт!       — Что, наконец, дошло, что именно ты увидела? — Усмехнулся брюнет, о присутствии которого Сара совершенно забыла.       — Плевать мне на ваши темные делишки. — Сара пыталась разобраться в своих чувствах, а усмехающийся Вишня никак ей в этом не помогал. — Мне бы со своими разобраться для начала.       — А вот с этого места поподробнее. — Дверь в кабинет открылась, и порог переступил как всегда спокойный Аарон Хилл.       Сара закусила губу и отвела взгляд, ругая себя за то, что позволила себе сболтнуть лишнего. Чувствуя на своем лице заинтересованный взгляд, девушка начинала краснеть. Непривычные чувства захлестывали ее, и Сара не знала, куда себя деть. Обостренный инстинкт самосохранения приказывал ей бежать, а истосковавшееся по любви сердце призывало остаться. Этот мужчина был хорош собой, его спокойный голос, аромат его кожи, пронзительный взгляд и та уверенность, которую он источал всем своим видом, пригвождали Сару к стенке, заставляли ее сердце гулко колотиться в грудной клетке.       — Я пришла, чтобы работать, а не болтать. — С трудом выдавила из себя Сара, не осмеливаясь поднять взгляд, прикованный к напольному покрытию.       — Похвально. — Хилл двинулся вперед. — Я понимаю, что вы не были осведомлены о том, что сюда нельзя врываться без стука, и, возможно, это мое упущение. Но, к сожалению, мисс О’Нил, вы увидели то, что не должны были видеть.       — Хотите меня запугать, Аарон? — Девушка гордо вскинула подбородок. Две пары карих глаз встретились. Хилл замер и затаил дыхание, наблюдая, как ее лицо преображается до неузнаваемости. Пылающие щеки утратили алый оттенок, глаза сверкнули и впились в него ожесточенным взглядом. Клацнув зубами, Сара сжала челюсти, отчего ее скулы еще ярче выделились на худом лице. Девушка сжала кулаки и встряхнула головой, она стала похожа на загнанную в угол дикую кошку, готовую защищать свою территорию. — Я не боюсь вас и ваших Драконов. Если хотите заставить меня убежать, поджав хвост, то постарайтесь придумать что-то поинтереснее.       Вишня тихо присвистнул, наблюдая за противостоянием двух несгибаемых людей. Кажется, маленькая комнатушка вот-вот взорвется от повисшего в ней напряжения. Хилл сверлил взглядом каменное лицо своей визави, не представляя, что делать с ней и ее осведомленностью.       — Откуда вы знаете? — Прошипел мужчина.       — Недавно я ужинала с Кэнди, которая работала на вас, и с ее мужем, который мечтает увидеть вас за решеткой. — Поняв, что она сказала то, чего говорить не следовало, Сара прикусила язык и снова потупила взгляд. Меньше всего ей хотелось доставлять проблемы тем людям, которые отнеслись к ней по-человечески. Но ход уже был сделан, и Сара прекрасно знала, что сказанных слов назад не воротишь.       — Отлично. — Усталый вздох Хилла привел девушку в замешательство, но не заставил снова взглянуть на него. — Сара, вы понимаете, что мы не очень любим распространяться о своих делах?       — Я ведь не полная идиотка. — Обижено фыркнула девушка.       Все понимали, когда принимали ее на работу, что она в любом случае узнает правду, что это только вопрос времени, да и Кэнди Никсон никогда не была кремнем, если дело касалось хранения секретов. Даже если бы блондинка смогла держать язык за зубами, то кто-то из жителей города, наверняка, оповестил Сару о том, с кем именно она связалась. Все знали, что Аарон Хилл, вернувшийся из Лос-Анджелеса в родные пенаты, уже не был тем соседским пареньком, у которого были проблемы со вспышками гнева, слухи о том, что он сколотил банду, быстро обуяли маленький город, лишив его спокойствия. Люди знали, что живут бок о бок с бандитами, но не видели ничего дальше своих собственных носов.       — Покажи ей кабинет, Вишня. — Махнув рукой, Хилл дал понять своему кудрявому помощнику и девушке, создающей проблемы, что разговор окончен. Дождавшись, пока они покинут его кабинет, Дракон со вздохом опустился на диван и закрыл лицо руками.       Он устал. Он тащил на своих плечах слишком много. Ему нужна была передышка, и когда, наконец, она замаячила на горизонте, в самый разгар собрания в казино ворвалась очаровательная Сара О’Нил. Конечно, члены банды не испытывали восторга по поводу ее появления, все они были довольно закрытыми людьми со своими тайнами и секретами. Когда Вишня увел Сару, все остальные наперебой начали требовать у Хилла решить вопрос с девушкой, которая сунула нос в их дела. Отношения Аарона с бандой строились на доверии, взаимоуважении и семейных принципах. Да, Драконы были настоящей семьей, и ни одной семье не понравилось бы, если бы в их узкий круг вторгся чужак.       Чужаки приносят с собой изменения, а изменения никто не любит. Никто не любит чужаков. Сара была чужой в этом городе, в этом казино, в этой банде. Она не принадлежала их миру, и Хилл хотел, чтобы так и оставалось, но банда поставила вопрос ребром — либо она уходит и держит рот на замке, либо становится одной из них. Аарон понимал их опасения, но сам он доверял Саре, хотя совершенно ее не знал. У него было чутье на ложь, и от этой девушки ею не пахло. Но если он проигнорирует требование своей банды, то это может привести к непоправимым последствиям. Для него и для девушки, которая стала невольным свидетелем их конфиденциального разговора, не предназначающегося для ее ушей.       Она подозрительно спокойно отреагировала на сложившуюся ситуацию, и это подбрасывало Хиллу пищу для размышлений. Не могла же она не понять, что вляпалась в дерьмо? И что она имела в виду, когда говорила о своих «темных делишках»? Не может быть, чтобы девушка вроде Сары О’Нил вела двойную жизнь. Хилл знал ее семью. Ее бабушка — Эрин — дружила с Элеонорой, ее отец известный в Мэриленде бизнесмен, связанный с машиностроением, он никогда не был замечен в чем-то незаконном, насколько Хиллу были известно, о матери он ничего не знал. Сара была золотой девочкой. Наверняка у нее есть какой-то трастовый фонд или вроде того, тогда зачем ей работа?              В зале казино собралось много гостей. Богатые мужчины, занимающие высокие чины в Сентфоре, в сопровождении красивых женщин, которые в большинстве своем не являлись их женами, вальяжно восседали за игральными столами, пили дорогой алкоголь и надеялись, что им улыбнется удача. Дамы, нацепившие на себя все самое лучшее, скучающе отпивали из изящных бокалов вино или вермут маленькими глотками, всем своим видом показывая готовность к интересным знакомствам. Бомонд маленького городка стянулся этим вечером в казино Драконов, чтобы посмотреть на других и, конечно, показать себя.       За дальними столиками несколько мужчин обсуждали дела. Их слова заглушала приятная музыка, а лица скрывала полутьма, которая добавляла этому месту какой-то таинственности.       Саре нравилось то, что она видела. Она, стоя у барной стойки, сканировала зал взглядом в поисках того, что могло потребовать ее вмешательства, но все шло, как по маслу. Официанты медленно двигались между столами, разнося на подносах фужеры с шампанским, стаканы с виски и бокалы с коктейлями, никто их них ни разу не сбился с хорошо отрепетированного маршрута и ни разу не изменил ритма своего шествия. В этом заведении все работало также хорошо, как старые часы в антикварной лавке миссис Хилл. Невооруженным взглядом можно было увидеть, сколько сил, времени и денег было вложено хозяевами в их детище, чтобы добиться такого результата. Интерьер, музыка, персонал — все было на высшем уровне. Это было не такое казино, как в Лас-Вегасе или Атлантик-Сити, это было чем-то более изящным, приватным и интригующим. Вряд ли сюда может попасть любой желающий, даже если его кошелек трещит по швам от количества денег, которые в нем хранятся. Дело было не в деньгах, а в статусе. Драконы явно не были простой шайкой разбойников, коими их считало большинство жителей Сентфора и Сара в том числе. У них было влияние, связи и ресурсы.       — Как первый рабочий день? — Сара не услышала, как сзади к ней подкрался Аарон Хилл, вышедший в зал, чтобы узнать, как идут дела, из-за музыки. Едва заметно вздрогнув, девушка повернулась к нему лицом.       — Я ожидала гораздо меньшего. — Честно призналась она. — Но, признаю, вы смогли меня удивить.       — Вишня вложил душу в это место. — Жестом Хилл предложил Саре присоединиться к нему за барной стойкой. Он решил, что пришло время для правды, и Сара приняла его приглашение, не подозревая, что за этим последует. — Даме белое сухое вино, а мне как обычно.       Улыбка слабой тенью коснулась лица девушки, но она быстро спрятала ее за привычной маской отстраненности, ожидая, когда бармен подаст ей заказ Аарона. Ей польстило, что он запомнил такую мелочь, как предпочтения в напитках.       — Так, это его заведение? — Сара придвинула к себе бокал с вином, который бармен поставил на стойку.       — Ну, я вложил деньги, а Вишня — душу. Мы партнеры.       — А вы не вложили душу, потому что у вас ее нет?       — Мне на руку, если окружающие так думают. — Хилл сделал глоток виски и развернулся лицом к залу. — Может, все-таки перейдем на «ты»?       Девушка коротко кивнула и, сделав глоток вина, последовала его примеру, разворачиваясь к залу. Ее движения завораживали, приковывали взгляд. То, как она сжимала ножку бокала тонкими пальцами, как перекидывала ногу на ногу, как проводила ладонью по волосам, поправляя прическу.       — Посмотри на этих женщин, Сара. Что ты видишь? — Хилл указал на зал взмахом ладони.       — Ничего. — Девушка равнодушно пожала плечами. — Они не представляют для меня интереса, потому что они пусты. У них нет ничего своего, только власть и богатство их отцов или мужей. Они приходят сюда одни или со спутниками, чтобы показать всем, что у них в жизни все сложилось так, как надо, а на деле, скорее всего, они глубоко несчастны.       — Откуда ты это знаешь?       — Я могла бы сейчас быть одной из них. Могла бы сидеть там с картами в руке и бриллиантовым ошейником на шее, возможно, меня бы обнимал мужчина, который этим жестом показывал бы всем остальным, что я принадлежу ему, это бы не было проявлением заботы и любви ко мне. Моя жизнь изменилась, и их тоже может.       Глядя на Аарона Хилла, Сара видела спокойного, рассудительного, умного мужчину, у которого были связи и положение в обществе, сила и уверенность в себе. В игре, которую Сара вела уже долгие годы, ей мог бы пригодиться такой союзник, как Аарон. Осталось только понять для себя, готова ли она впустить в свою жизнь нового человека. Опасного человека. Сара не тешила себя мыслями о том, что Хилл был обычным человеком, что его жизнь состояла только из деловых встреч и перерывов на кофе, она знала, что он лидер банды, но не представляла, чем он занимается.       — Разве не проще было бы сидеть там, среди этих женщин, Сара?       — Конечно, проще. — Усмехнулась девушка. — Но, когда судьба поставила передо мной выбор — жизнь или комфорт — я выбрала жизнь.       Он не понимал, о чем она говорит, он горел от желания получить свои ответы, но не хотел давить на нее. Сара явно была напугана, вряд ли бы она стала доверять человеку, требующему от нее немедленно выложить на стол все свои козыри. Страх за свою жизнь — мощный толчок к переменам, но что могло напугать девушку из богатой семьи до такой степени, чтобы она сбежала из роскошного особняка своего отца и нашла работу?       — Вишня сказал, что у меня могут возникнуть проблемы из-за моего неосознанного вторжения на ваш… на вашу встречу.       — Могут. — Если он хотел от нее честности, то и сам не должен был лгать. — Твое появление никого не оставило равнодушным.       — Я не привыкла много болтать и задавать лишних вопросов. Меня не волнует, чем вы занимаетесь, и, если честно, я не хочу этого знать. Просто давай оставим все, как есть? Я буду просто работать здесь и не стану лезть не в свое дело.       — Все несколько сложнее. Мои люди недовольны, и я не могу оставить это без внимания.       — И какие у нас варианты?       — Никто из посторонних не должен присутствовать на наших собраниях. — Хилл вздохнул, ему не хотелось произносить то, что он должен был произнести. Не должна была напуганная девушка представать перед таким выбором. — Либо ты уходишь и забываешь обо всем ради своего же блага, либо становишься одной из нас.       — Вот так просто? — Искренний смех слетел с ее губ. — Я думала, вы серьезная организация, а вы принимаете в свои ряды кого ни попадя.       — То есть первый вариант ты даже рассматривать не собираешься?       — Мне некуда идти, Аарон. У меня нет дома, нет семьи, нет друзей. Чем Черные Драконы хуже такой жизни?       — Тем, что для попадания к нам, ты должна предоставить компромат на себя, чтобы мы были уверены в твоей преданности.       — Ах, вот, с какой стороны ты решил подойти к раскрытию моих секретов! — Она снова рассмеялась, удивляясь самой себе. Сколько она уже не слышала своего собственного смеха? Семь лет? Восемь?       — Сара, это серьезное решение.       — Я могу тебе доверять?       Да, такое стечение обстоятельств было на руку Саре. Возможно, примкнув к Драконам, она получит защиту, в которой так нуждалась. Но стоит ли игра свеч? Этого она не знала. Но, в конце концов, что мешает ей снова сбежать в пустоту, если что-то пойдет не так? Вряд ли Драконы обладали большими ресурсами, чем те люди, которые искали ее долгие годы.       Сара задала ключевой вопрос, Сара решила поставить на карту все, что у нее было, Сара не хотела отступать. Пришло время снова менять свою жизнь и, наконец, сбросить с себя оковы, которые ограничивали ее движения, лишали свободы и перекрывали ток кислорода. Хилл не понимал, что Сара не простая девушка, которая хранит свои тайны, а самая настоящая беглянка, всегда готовая ко всему. Он не знал, что у нее под кроватью хранится всегда собранная сумка, чтобы при необходимости, она могла схватить ее и улизнуть. Сара не боялась его и страшных Драконов, потому что видела в жизни кое-что пострашнее. Был в ее жизни человек, который являл собой настоящее зло. Ничем не прикрытое и леденящее кровь. Оно явило ей свое лицо не сразу, оно прощупывало почву, оно готовилось к атаке, оно усыпляло ее бдительность. И Аарон Хилл не был похож на этого человека. Она уже доверяла ему, и вполне готова была рассказать правду, которая и станет ее билетом в ряды Черных Драконов.