Through red eyes

Я сверлил их взглядом, всё ещё тяжело дыша. Ангел и демон смотрели на меня со смесью удивления и раздражения, но без доли страха. — Перед твоим появлением мы с ангелом Фенцио как раз обсуждали данный… инцидент. — спокойно начал Геральд, смело встречая мой взгляд. — В тот день, Энди было дано иное, абсолютно обычное задание на Земле. Но, скрывшись от нашего взора, он, по всей видимости… — на мгновение он замялся, будто правильно подбирая слова. — Скрыть от ваших глаз его мог только амулет. — жёстко перебил я, переводя свой взгляд на ангела, чьи крылья в бешенстве раскрылись, — А на сколько я знаю, это ваше увлечение, Фенцио! Ангел дёрнулся, тяжело выдыхая и буравя меня яростным взглядом, рывком подойдя к стене и отодвигая картину, вытаскивая сине-фиолетовый камень. Геральд вдохнул и продолжил также спокойно: — Мы уже проверяли, Люцифер. Но кулон либо был украден, и его вернули на место, либо… Кто-то другой дал ему такой же. — заключил он. Контраст двух учителей был виден невооружённым взглядом. Геральд — выражающий властную, спокойную энергию. И Фенцио — ярость и гнев, которые молниями блистали в глазах ангела. Ключевое — ангела. Я тяжело выдохнул и выпрямился, разминая затёкшую от сидячего сна шею. Всю ночь она проспала на моих руках. А я, чувствуя отчаянный запах жасмина, даже не противился этому. Но сейчас, оставив Уокер в своей комнате, я думал только о том, кто посмел влезть в темницу Ада и убить её узника. Учителя явно ничего не знали, и в данный момент их усилия были абсолютно бесполезны для меня. Щелчок. И теперь передо мной высокие двери в кабинет моего Отца, Сатаны. Если кто и будет знать, что происходит, то только Владыка всей Преисподней. Тяжело выдохнул, попытавшись хоть на грамм успокоить свою ярость перед встречей с Отцом. Толкнул широкие створки и сделал шаг в светлое помещение, вымощенное терракотовым мрамором и украшенное кремовой лепниной, обрамляющую оригинал росписи Мариано России — потолок в Галерее Боргезе. Мужчина в полностью чёрном костюме даже не поднял головы. — Люцифер. — произнёс он. — Отец, мне нужно задать тебе один вопрос. — начал я, Сатана медленно выпрямился и поднял на меня взгляд, осмотрев с ног до головы, слегка кивнул, позволяя продолжить. — Кто приказал Непризнанному убить Уокер? Сатана выжидающе посмотрел на меня, словно прикидывая что-то в голове, прищурившись и усмехнувшись, раздался его голос: — Ты же знаешь ответ сам. Я же слышу его в твоей голове. — всё тот же выжидающе-буравящий взгляд. Поглощённый раздумиями и его глазами я не сразу отреагировал на тихонько отворившиеся двери за моей спиной. В голове крутилось одно единственное имя, качая головой с сомнением, я произнёс его, слишком тихо, как казалось мне, но слишком громко для того, чтобы дверь за моей спиной ударилась об створки. Отец поднял руку, останавливая меня, я обернулся. — Селина? — удивился, оглядывая вошедшую демоницу. Дочь Бельфегора, подруга моего детства, с которой было связано слишком много событий. Здесь, сейчас я точно не ожидал увидеть её. Она явно слышала имя, произнесённое мной и явно поняла о чём идёт речь, ведь о событиях прошедшего утра говорила уже вся Школа. — Здравствуй, Люци. — промурлыкала она, подходя ближе и кладя руку мне на щёку, нежно ею провела, растягивая на губах игривую улыбку. — Владыка. — улыбнулась она Сатане. — Я пришла к Вам. — Люцифер, думаю у вас ещё будет время поговорить наедине. — властно произнёс Отец, усмехнувшись вновь и намекая на конец нашей с ним беседы. Щёлкнул пальцами и занёс их в волосы, тяжело выдыхая уже в своей комнате. Информация полученная от Сатаны была скорее намёком, догадкой, а не подтверждённым фактом, который стоило бы пока говорить Уокер. Да и, узнав о том, что Непризнанный её убил, она спалила ему крылья. Ей нужно обуздать свою силу, прежде, чем она услышит имя своего истинного убийцы. Точнее убийц. Теперь, это не вопрос жизни и смерти какого-то человека. В темнице Ада, за моей спиной, был убит заключённый, который нарушил все мыслимые Законы Равновесия. Я сам разберусь с этим, тем более новообращённому демону нечего в это вмешиваться. Сейчас не время для личной вендетты Уокер. Ситуация зашла слишком далеко. «Да и откуда у бывшей Непризнанной в принципе такая сила? Из всех существ Ада, огонь доступен только некоторым из Высших Демонов…», в комнате было подозрительно тихо, поднял голову, взглянув на кровать, где утром оставил Уокер. Пусто. Злость прошедших событий вновь начала накатывать с новой силой. Закрыл глаза, я чувствовал, что она рядом. Щёлкнул вновь. Гостинная. Велиал. Бельфегор. И, душистый от волнения жасмин. — Велиал. — в упор посмотрел на Демона, переводя взгляд и в приветственном кивке продолжая, — Бельфегор. Ты к Отцу? Засунул руки в карманы брюк, пытаясь вызвать контроль над своими растущим раздражением. «Неужели она не могла понять, что выходить из комнаты в Аду запрещено…», снова почувствовал этот чёртов жасмин. — Здравствуй, Люцифер. — ответил Бельфегор. — Да, к нему. К слову, Селина передавала тебе привет, вы давно не встречались. В ответ я лишь усмехнулся, вспоминая прикосновение демоницы к своей щеке несколько минут назад, и кивнул, снова щёлкнув пальцами и забирая наполненный страхами жасмин с собой. Вновь стоя в своей комнате и глядя в окно и вновь разгорался от гнева. — Тебе очень хочется умереть ещё раз, Уокер? — спросил я ужасающе спокойно, поворачивая голову на дрожащую девушку. Передо мной вновь завертелся вихрь её эмоций со смесью жасмина и ванили, волнение, страх, боль, отчаяние. Она будто не осознала суть моего вопроса, услышав одно единственное слово «умереть». — Люцифер, я хочу увидеться с матерью. — быстро выпалила она, сжавшись от страха ещё больше. Неожиданность этого вопроса удивила меня, но, в то же мгновение, в камине резко вспыхнуло пламя, вырывающееся из решетки длинными языками. Я снова удивлённо перевёл взгляд с огня на девушку, побледневшую от зрелища, которое сама же и сотворила. Окинул её взглядом, вновь не понимая, откуда в этой девчонке может быть такая сила. Взгляд упал на кофейное пятно на толстовке, виновником которого являлся по сути я, своим неожиданным прерыванием её уютного завтрака с друзьями Сатаны. «О чем она вообще думала?», в то же мгновение мне захотелось разорвать этот чёрный кусок ткани прямо на ней. — Тебе нужно контролировать свою силу. — бросил я, подытожив свои же размышления и щёлкнув пальцами, отправляя чёрную материю подальше от своих взбешённых глаз. Снова скользнул взглядом по стройному телу. Спортивные штаны не скрывали стройных ножек, а оставшийся на ней чёрный топ, заканчивающейся прямо на талии и подчеркивающий полную грудь — слегка возбуждал своим достаточно глубоким вырезом. — Что спровоцировало у тебя вчера сожжение крыльев Непризнанного? — спросил недовольным тоном. — Гнев, я захотела, чтобы он сгорел. — на секунду задумавшись, ответила она, вновь уносясь ароматами в пучину волнения и злобы. Услышав её энергию, пламя, длинными языками вспыхнуло вновь, лаская белый мрамор на стенах. Не оборачиваясь, щелкнул пальцами, погасив его и вновь скользя по её телу взглядом и делая пару шагов к ней, нависая над девушкой, гипнотизирующей меня. — Эмоции, Уокер. Ты должна научиться их контролировать. Ты должна их чувствовать. — произнёс я, заглядывая в её лицо, — Закрой глаза. — велел я, а она — мгновенно послушалась, — Вспомни другое воспоминание из недавних, яркое, которое не вызывает у тебя злобы. — обходя её со спины и отведя тёмные локоны в сторону, чувствую вновь аромат жасмина, но уже более возбуждённого с ноткой сладострастной ванили, усмехнулся про себя, понимая, какое воспоминание прошедших дней, крутится в голове брюнетки. Гневная энергия девушки, постепенно, начала уходить, освобождая место пламени внутри неё, которое я чувствовал. — Продолжай. — прошептал прямо на ухо, вдыхая тонкий, еле уловимый аромат её цветочных духов и кожи. Аромат её бархатной, нежной кожи… По которой уже побеждали мурашки, не скрывшиеся от моего взора и вызванные моим же дыханием. Я снова усмехнулся, чувствуя возбуждённый жасмин и разгорающуюся энергию внутри брюнетки, так похожую на мою. — Любопытно. — продолжил я, — Какое воспоминание пробудило тепло здесь. — кладу руку на низ её живота, чувствуя бархат обнажённой кожи и новую стайку пробежавших мурашек, властно притягиваю её к себе, своим пахом ощущая её упругое тело, тем временем продолжая, — Каждая эмоция… — сильнее вжимаю в себя, -…гнев, страх, вожделение — это источник сильной энергии. Эта энергия может разрушать и созидать, поэтому её необходимо уметь контролировать. Продолжаю снова шептать, щекоча её шею своим дыханием и словами, чувствуя растущий огонь со смесью возбуждения, пробуждающиеся и во мне, тянущиеся к ней, откликающиеся позывам её тела и желаний. И, словно давая молчаливый ответ, сливаясь с моим огнём, разгорающимся пламенем под моей рукой у нее, она наклоняет голову назад, будто падая на моё плечо и ещё больше выгибая нежную шею. — Уокер, сконцентрируйся! — бросил я, стараясь сделать тон недовольным, и ещё больше разворачивая голову, касаясь щекой манящей кожи, чувствуя огненный шар, нарастающий в её теле. «Откуда в ней такая сильная энергия?..» — Отпусти его, Уокер. — продолжаю, — Дай этому жару заполнить всё твоё тело. — медленно прокладываю огненный путь, от живота и выше, между полных грудей, останавливая руку над ними, накрывая ладонью пылающий кулон. Чувствую, как моя же энергия, сосредоточенная в амулете, будто просачивается внутрь девушки, заполняя её как сосуд. Моя энергия в ней. Огненными языками она растекается по её телу, заполняя её, пульсируя и будто бы вырываясь наружу. — Ты чувствуешь, как он пульсирует? Ощути его границы. — наблюдаю за изгибом её шеи, за трепещущими ресницами и тяжёлым дыханием, которое замирает от моих прикосновений, — А теперь медленно, мысленно, сжимай это тепло, концентрируй до маленькой точки чистой энергии под моей ладонью и придай ей иную форму проявления. Энергия под моей рукой, будто бы собирается воедино, образуя небольшой шар, который полностью контролирует брюнетка. «Мой огонь, который проникает и заполняет её, она может его контролировать». Кладу вторую руку на её расслабленное запястье, скольжу прикосновением вдоль кисти и сплетаю наши пальцы воедино, приподнимаю перед нами, наблюдая, как маленькими блестящими искрами, волнующими бликами, расцветает огонь. Чувствую тяжёлый выдох брюнетки и удивлённо смотрю на пламя, соединяющее наши руки. С восторгом и волнением девушка оглядывается на меня, улавливая мой изумлённый взгляд. «Это невозможно…», рассматриваю я наше пляшущее пламя, которому вторит моё пламя на моём потолке в моей комнате в Аду. Резко слышу чуть раздражительные хлопки и перехватываю острый взгляд Селины, буравящий меня. Чувствую недовольство демоницы и непонимание брюнетки, всё ещё находившейся в моих руках. В голове проскользнул разговор с Отцом и имя, которое я произнёс. — Селина… — ухмыляюсь я, вспоминая её излюбленные дерзкие выходки с посещением моей комнаты. Но сейчас, раздражённая демоница явно может сказать лишнее, щелкаю пальцами, перенося Уокер в её комнату. — Я говорил уже, что не люблю, когда ты так заявляешься. — сжимаю в кулаке остатки пламени и засовываю руки в карманы брюк, делая шаг в сторону незваной гости. — Раньше тебе это нравилось, Люц. — щебечет она, усаживаясь на мой стол и закидывая ногу за ногу, соблазнительно улыбается. — Эта та самая Уокер, которую убили? Ты вроде даже говорил что это сделали… — Селина. — раздражённо произношу я, нависая над брюнеткой и буравя её огненным предупреждающим взглядом. — Тише, тише дорогой. — произносит она. — Ради тебя, я буду молчать, пока что. — снова ухмыляется и облокачивается рукой на поверхность стола. — Ты просто будешь молчать, Селина. — властно зажимаю её подбородок, заглядывая огненным взглядом в блестящие синие глаза, аромат недовольного нектарина омывает меня в ответ, — Ты поняла меня? — ещё больше нависаю над ней. — Встретимся позже, Люц. — вырывая своё лицо из моих рук, она протягивает последнее слово, снова ухмыляясь, щёлкает пальцами и исчезает. Снова гнев, яростная волна, которая обрушивается мне на голову. Одним движением крыла я смахиваю всё содержимое стола на пол.

***

Лежала, всё ещё уставившись в потолок и рассматривая причудливые узоры, бегающие золотой нитью вдоль стен и выше. Раздался мягкий стук в дверь, от чего, милующаяся парочка брюнетов на соседней кровати резко подскочила на ноги. Встала, подходя и открывая дверь. А душу не покидало какое-то странное предчувствие. Дино стоял, молча опустив голову, будто взвешивая что-то в мыслях и даже не отреагировав на звук открывшейся двери. — Дино? — улыбнулась я, привлекая внимания ангела. — У нас задание, Вики. — как-то вымученно улыбнулся он, а я округлила глаза, совершенно забыв о занятиях в Школе. Кажется мысль об Энди и матери, а затем и об чёртовом Дьяволе с этой непонятной Селиной, совершенно выбили из меня остатки памяти. — Дашь минуту? Я быстро переоденусь. — в надежде взглянула на молчаливо кивнувшего блондина и подбежала к шкафу Мими вытаскивая первый попавшийся чёрный свитер и натягивая джинсы такого же цвета. Зыркнула в сторону брюнетов и оценивающее меня лицо Нибраса, как Мими рывком перевела его голову в свою сторону. Всё-таки даже у нашей развратной демоницы есть чувство ревности. Выскочив к ангелу, снова улыбаюсь ему, и, вновь словила на себе полный сомнения и волнения взгляд. Царапающее чувство беспокойства вновь начало разрастаться внутри. — Что-то случилось, Дино? Ты же не обижаешься на меня за тот случай в саду, я… — не выдержала я, начиная нервно заламывать пальцы. — Вики. Все в порядке. — чуть вымученно улыбнулся он вновь, перебивая меня, — Просто это… — закрыл глаза, будто подбирая слова, — Твоё первое тяжелое задание. Но, я уверен, всё будет хорошо. — положил руку мне на плечо, чуть сдавливая и по всей видимости стараясь подарить крупицу спокойствия, которое сам же и искал. — Главное помни, я рядом, хорошо? — Да… — всё больше не понимала о чём он, но подобного рода заходы меня точно ввергали в ещё большие сомнения. Дальше к водовороту мы шли в тишине, лишь подойдя ближе к светящейся и переливающейся пропасти сквозь облака, Дино вновь взглянул на меня: — Готова? — спросил он и, увидев ответный кивок, неожиданно, взял меня за руку, а кулон на шее обдал предупредительным жаром. Но я уже не чувствовала огонь в груди или какие-то сигналы о недовольстве Дьявола, водоворот выкинул нас около высокого металлического здания, сложенного из офисных кабинетов, наполненный тысячами разных людей. Моё сердце замерло. Внутри было множество человеческих жизней, со своей линией судьбы, ведущей по абсолютно различным путям. А сейчас, я должна выступать в роли демона, совратителя, искусителя. Я знаю это здание, как и нескольких работающих там людей, с которыми встречалась при жизни. Дино всё ещё держит меня за руку и тянет в сторону входа, бросаю взгляд на наше отражение — блондин стал брюнетом в строгом синем костюме, а я — молодая девушка, моего остановившегося возраста, с одним отличием — волосы золотистые, но глаза, неизменно мои. Ангел тянет меня сильнее, направляясь сквозь толпу офисных сотрудников в сторону лифтов, мы заходим вдвоём и я смотрю, как нажимается кнопка последнего этажа. Значит крыша. Я закрываю глаза, а сердце падает под ноги, сжимаю руку Дино со всех сил и молюсь. «Лишь бы не он, лишь бы не он…», как мантра крутится в голове одна единственная мысль. — Мужчина… — моё сердце снова пропустило удар, когда ангел снова начал диалог, по всей видимости обозначая наше задание, — Он хочет совершить самоубийство. — закончил он, — Так как нам выпала весьма подходящая внешность, думаю будет правильно, если мы притворимся ну… — блондин на мгновение замялся, подбирая правильно слово. — влюблёнными. — закончил он. Двери лифта тихо открываются, отзываясь гулом в моём сердце. Следуя за Дино, мы выбираемся на крышу. Неожиданный порыв ветра путает мои волосы, а в отдалении раздаётся грозный раскат грома. А я так и замираю, не в силах сделать шаг от увиденной картины. — Я не могу, Дино. — с мольбой в глазах смотрю на сосредоточенного ангела, — Прошу тебя, я не могу… — пячусь назад, мечтая убежать куда угодно, лишь бы не быть здесь, в этом здании, на этой крыше, в роли демона, перед самоубийством своего отца. — Вики, послушай. — ангел явно пытается помочь мне собраться, обхватывая прохладными руками моё лицо, а я лишь мотаю головой, не в силах оторвать взгляда от спины в сером костюме, напряжённо стоявшей у конца крыши. — Я не могу, не могу… Умоляю, Дино… — шепчу я, а первая слеза скатывается по моей щеке, которой вторит первая капля дождя, упавшая на лицо ангела, смотрящего на меня со смесью сожаления. Я вырываюсь и пячусь назад, слетая по лестнице вниз, и краем глаза замечая, как блондин идёт в сторону отца. Мечтаю убежать отсюда, провалиться сквозь землю, снова умереть. Да что угодно. Как истеричная нажимая на кнопку лифта и лишь молюсь, чтобы ангел отговорил его. «Это ведь его задача? Он же должен наставлять? Дино же спасёт его!..», убеждаю сама себя и забегаю в открывшиеся двери, прижавшись к стене и стараясь унестись как можно дальше отсюда, будто главная беда моего отца именно я. Хотя, по сути так оно и было. «Это я виновата в том, что он хочет сделать сейчас. А теперь, я ещё должна побуждать его совершить это?» Вылетела из здания и побежала не разбирая дороги вдоль широкой улицы и толпы живых людей, спешивших укрыться от дождя. Вода с неба лилась уже практически сплошной стеной, через несколько минут я была мокрая насквозь, забегая в какой-то переулок, обессиленно облокотившись об стену соседнего здания спиной. Поток смеси из дождя и града слез размывали тёмный силуэт передо мной. «Папочка, папа… Прошу тебя… Не делай этого, прошу тебя…», шептала или молилась про себя, я не понимала. А тёмный силуэт подходил всё ближе и становился немного яснее. Чёрная, промокшая насквозь рубашка, прилипшая к широкому телу, как и брюки. Багровые крылья, которые дождь будто обходил стороной, даже каплей не упав на перья. Подняла глаза выше и встретилась с огненным, красным взглядом, буравящим мои глаза. Я снова зажмурилась и накрыла лицо руками, чувствуя огонь, скользивший по моей коже. Тело озябло и начало дрожать. Я снова открыла глаза, откуда выкатился новый поток слёз. Прикрыв ладонью рот и стараясь заглушить всхлипы я, даже не подумав ни одного мгновения, прильнула к широкой горячей груди. Начала дрожать всё сильнее, хоть жар, исходивший от его тела приятно окутывал и проникал внутрь меня. Будто Дьявол пытался согреть. Он не отталкивает меня, но и не обнимает, не прикасается ко мне. Но капли дождя перестают литься по моему лицу и мокрому телу. Поднимаю голову и вижу багровое крыло, которое сдерживает поток небесной воды, обходящий теперь меня стороной. — Я не могу сделать это… — шепчу я, заглядывая в алые глаза, внимательно изучающие мои, — Прошу тебя, Люцифер… Помоги мне. — снова закрываю глаза и утыкаюсь в широкую тёплую грудь. Кулон на шее снова запульсировал огнём, но не обжигающим, а, скорее, успокаивающим. — Ты должна выполнить задание, Уокер. — властный тон, спокойный, но не позволяющий возразить. — Я не могу. — всё же пытаюсь я, попятившись назад и уперевшись в стену, вновь почувствовав капли дождя, стекающие по лицу ледяными дорожками. — Ты должна. — алый цвет на мгновение загорается огненным бликом, — Ты слышала, что сделает с тобой мой Отец, если ты осмелишься нарушать его приказы. — продолжает он. — Я не могу убить своего отца! — сдерживаемая истерика, вырывается наружу больным криком, я сжимаю кулачки с единственным желанием, вдолбить своё «Не могу» в грудь Дьявола. Но, мгновенной реакцией, он перехватывает мои кисти, не отрывая алого взгляда от моих глаз. — Мы не убиваем людей Уокер! — будто бы тише произносит он, — Мы только направляем их и выявляем желания. Щелчок пальцев и в лицо вновь ударят порыв ветра в перемешку с хлещущими каплями. Вижу Дино, мирно сидящего на парапете рядом с мужчиной, склонившим голову вниз. Его фигура кажется в два раза худее той, которую я помню. Серый пиджак, будто сшит не по размеру и бесформенно висит на плечах, слегка сотрясающихся в молчаливых рыданиях. Я глубоко вдыхаю, вновь чувствуя приятное тепло от кулона, ободряющее меня. «Мы только направляем их и выявляем желания…», крутится в голове, а я уже делаю шаг в сторону ангела, будто бы зная, что буду говорить. — А вот и моя девушка. — поднимается Дино, указывая в мою сторону. Но папа будто не шевелится, только кивает головой и снова погружается в свои думы. — Эмилия, это мистер Уокер. — Очень приятно. — застыв на месте, произношу я. Мой голос дрогнул и отец поднял глаза на меня, а моё дыхание снова замерло, провалив сквозь всё высотное здание вниз, моё сердце. Он снова, будто узнал глаза, словно искал их в каждом, а, встретив меня, находил. Впервые, после того задания, я не искала встречи с ним сама, стараясь отпустить его и дать жить спокойно. Но даже сейчас, мой призрак, назойливо мельтешил перед ним. — У вас её глаза. — произнёс он, снова те же самые слова, которые повторял вновь и вновь, — Последнее время я вижу их повсюду. — я замерла, молча протянув к нему руку, прикасаясь к плечу, — Моей дочери, она умерла. — закончил он, вновь опуская голову. — И больше всего на свете, я хочу вновь увидеть её и прижать к себе мою малышку. Плечи мужчины вновь начали сотрясаться от тихих слёз, я бросила взгляд на Дино. И села рядом с отцом, вновь кладя руку ему на плечо и привлекая внимания на себя. — Мистер Уокер. — чуть дрогнувшим голосом начала я, — Вам кажется она хотела бы этого для вас? — как можно мягче продолжила я. — Конечно же нет. — обессиленно прошептал он. — Вы — память о ней, мистер Уокер. Она — жива в вашем сердце. Вы же не можете погубить её так? — он снова глянул в мои глаза, молчаливо вслушиваясь в каждое слово. — Но на том Свете, она наверняка в Раю, моя девочка… И я могу увидеть её… — продолжал шептать он. — Но ведь так вы не попадете в Рай. — ответила я, сжавшись изнутри как пружина, выжидая эффект от своих слов. Отец всегда был глубоко верующим, он знал, что все самоубийцы горят в Аду бесконечно, без права попасть куда-либо еще. И именно на веру папы я уповала в данное мгновение. Снова взглянув мне в глаза, он хмыкнул и затряс головой каким-то своим мыслям. — Всему придёт время, мистер Уокер, и, возможно, когда-то, вы увидите её вновь. Не торопите события. Мягко улыбнулась ему, а он, будто окончательно кивнув своим мыслям, резко встал. Я снова перестала дышать, подскочила следом, молясь лишь о том, чтобы он не прыгнул вниз. Но, неожиданно, он повернулся ко мне и прижал меня к себе. В нос ударил запах его любимого печенья. Того самого, крошки которого всегда оставались на его одежде. Я снова улыбнулась, только сейчас заметив, что между туч показалось солнце. Спускаясь с крыши, увидела алые глаза Люцифера, выжидающе смотревшие на меня внизу. На его лице появилась еле заметная удовлетворённая ухмылка. — Молодец. — мягкое прикосновение ангела к моему плечу, а взгляд молчаливого Дьявола вновь стал огненным, он занёс руку, щёлкая пальцами и перенося нас вновь в свою комнату в Аду. Я обессиленно смотрю в его глаза, чувствуя гнев и от них, и от кулона, и от нависшего надо мной грозового потолка. Он подходит ближе, а я, просто выжидающе встречаю его красный взгляд. Замирает, буравя меня им и будто раздумывая над чем-то. Поднимает в руках маленький полупрозрачный, серебристый флакон, в котором переливается тёмная жидкость. — Выпей его. — властно произносит он. — Что это? — продолжая смотреть ему в глаза, с вызовом спрашиваю я. — То, что ты выкинула. Ты должна стереть привязанность к своему прошлому, Уокер. — я молча беру флакон, зажимая в руках. «А что если дать его отцу?», проносится безумная мысль в моей голове. Я мечтала облегчить его боль, виновницей которой являлась. Сердце защемило от мысли, что единственная память обо мне на Земле — память моего отца, его воспоминания. Сомневаюсь, что мои одногруппники будут часто думать обо мне. «Но ведь мама не может забыть меня, правда?», пробежала другая мысль. — А что будет, если человек выпьет его? — задумчиво произнесла я, а глаза Дьявола опасно блеснули. — Я просто интересуюсь, правда. — Он забудет тебя. — односложно произносит брюнет. «Даже если отец меня забудет и ему станет легче, обо мне будет помнить моя мама…» — О, Вики, ты здесь. — неожиданный голос сбоку, перевожу взгляд на вновь незванно возникшую демоницу, — Ты уже сказал ей? — поворачивается она к Люциферу с игривой улыбкой. — Селина… — предупреждающий, властный голос Дьявола, сотрясающий стены. — Сказал что? — шепчу я, наблюдая за его по-настоящему адски-огненными глазами, угрожающе направленными на девушку. — Что тебя убила твоя мать, Вики. — с ухмылкой на губах произнесла Селина, а моё сердце, оглушительным гулом провалилось уже ниже Ада.