1
30 мая 2020 г., 23:51
Дарт Мол
Удар пришелся такой силы, что ему показалось — переломилось основание черепа… вышибло дух вместе с этим столкновением с чем-то, что было недостаточно жестким, чтобы прервать его жизнь. Он коротко, хрипло застонал и выкашлял кровь из ушибленных легких, оцепенело лежа на спине и чувствуя… … покой. Поверженный и уничтоженный, разрубленный пополам и оставленный погибать, он смотрел в далекую высоту, не веря, что упал оттуда и выжил. Как это возможно? Он лениво думал об этом, перекатывая мысли в голове и пытаясь заглушить свирепую боль, охватившую каждую клеточку его тела, и в то же время — утихомиривая свои крики. С самого раннего детства его жестоко тренировали, но ни одна тренировка не могла сравниться с тем, что он ощущал сейчас. Он кипел в персональном аду, сгорая в собственной боли и мечтая, что случится что-то, что сию же секунду окончит его страдания. С усталой надеждой в золотых глазах он посмотрел на меркнущий свет в вышине. Быть может, это джедайский ховер?.. Тот джедай спустится вниз, чтобы проверить, мертв ли его враг, и будет столь милостив, что просто добьет его? Мол на секунду задумался об этом, горячо призывая в Силе: приди, приди! Убей меня. Никто не пришел. Мол вымученно изогнулся дугой — то, что от него осталось — и на лице, покрытом потом и кровью, проступила по капле густая ярость, которую кажется можно было потрогать. Он закричал — так, как не кричал никогда в жизни — стараясь быть услышанным хоть раз. Бесполезно. Его здесь оставили. Теряясь в бесконечной боли и хрипя в агонии, он терял сознание — отчасти все же оставаясь в нем. Если бы только он мог провалиться в обморок, если бы только не выдержало сердце — и он просто умер… Бесполезно. Чертово тело хотело жить, цеплялось за ниточку, которая не могла бы его вытянуть из этой бездны, и Мол ненавидел уже себя за то, что он такой невыносимо крепкий, и за то, что он все еще держится. Сколько он так пролежал?.. Он не помнил, не понимал. Сознание уже отходило, угасало в ярком свете, спускающемся с высоты платформы, и глаза стекленели, останавливаясь двумя узкими точками на беспилотном звездолете… который погрузил весь пластиковый мусор на борт — вместе с практически бездыханным ситхом… И, разложив крылья, стремительно вылетел через открывшийся ангар. Так Мол покинул Набу и оказался на Лото-Миноре.Морли.
На далекой планете-свалке Лото-Минор, иначе называемой Малым Лото… На планете во Внешнем Кольце в секторе Вацта… На той самой планете, известной как «Последнее пристанище мусора», куда свозили со всей Галактики самые разнообразные отходы… Именно там — жила Морли. В тот день, когда вся ее жизнь переменилась и полетела к Нагу под хвост, Морли все делала как обычно. Избежав столкновения с «огнедышащими» машинами, которые слыли некими биомеханическими существами — как то говорили местные мусорщики — молодая нага притаилась за разрушенным двигателем «Барышника» и, поправив на плече котомку, продолжила свои увлекательные поиски в горах нескончаемого мусора. Тихонько обвив длинным и гибким золотистым хвостом одну из деталей корабля, она разглядывала разнообразные предметы, стараясь определить, что из них ей пригодится для выживания, а что — нет. Порой среди мусора можно было найти настоящие сокровища… ведь не все, что попадает на свалку, заслуживает такой участи. Морли отбросила назад белоснежные длинные волосы и склонилась над разрозненными металлическими частями бывшего меддроида 2-1B, перебирая тонкими пальцами белые фоторецепторы, которые выглядели из-за преломления света драгоценными камнями. Морли мягко улыбнулась своим мыслям: она везде умела находить красоту. И видеть её — во многом. Иначе нельзя: по-другому здесь не выжить. Морли наполнила свою сумку ровно наполовину, когда один из беспилотников вошел в атмосферу, разгоняя кучевые облака, и деловито сгрузил свой мусор — целую кучу — неподалеку от Морли. Девушка притихла, задумавшись, а не стоит ли ей наведаться к этой самой куче? Быть может, там найдется что-нибудь полезное и интересное, пока вперед нее не поживились находкой мусорщики. Она поправила белую ткань топа на плече и немного суетливо плеснула мощным хвостом, изгибая его и по-змеиному скользя по поверхности, которая представляла из себя одну гигантскую… свалку. Багряное небо, зараженное кислотными осадками и засоренное пылью, выглядело воспаленным, но Морли не видела другого неба — а потому задумчиво посмотрела на него и подумала, что грядет песчаная буря. Нужно бы поторопиться. Она доползла до кучи достаточно быстро — но не была первой. Каким-то образом мусорщики оказались там быстрее: они уже ворошили полезный хлам — пластиковые и титановые сокровища, разбирая их по своим тележкам на гравидосках. Морли устало вздохнула и раздраженно ударила хвостом близлежащую кучку пластика. Всё не то… Она думала, здесь будут какие-то бытовые отходы, эти ее не особенно интересуют. NF — Mansion: Can You Hold Me Нага повернулась спиной к мусору — и вдруг услышала нечто странное, что заставило ее медленно посмотреть себе за плечо. Тихий стон, кажется, мужской, доносился из-под горы этого самого мусора, звучал глухо, но ясно, хотя Морли сперва показалось, что она просто ослышалась. Однако мусорщики также услышали это — и воодушевленно поспешили к источнику звука, самозабвенно откапывая из-под горы пластика… тело. Морли поняла, что волосы на голове у нее зашевелились, когда они вытащили наружу даже не человека и не ксеноса — его останки, обрубок, аккуратно, практически ювелирно отсеченный ровно по пояс. Морли осторожно спряталась за мусорную кучу — и выглянула из-за нее, смущенно обвив себя кольцами хвоста. Кто это такой? По виду, забрак… Датомирских забраков порой она видела здесь, они прилетали и улетали, сопровождая бледных высоких женщин с лицевыми татуировками. Этот мужчина определенно был забраком, но что же с ним приключилось? Морли нахмурилась, не веря, что он все еще жив. Выкинуть на свалку живое существо… как это в духе прогнившего мира за пределами Малого Лото. Невысокие и закутанные в тряпки мусорщики, чьи лица были покрыты железом, а тела по большей части заменяли кибернетические протезы, приблизились с осторожностью к смертельно раненому забраку. Они что-то заговорили на местном языке, своем языке, и один из них, посмелее, ткнул бластерной винтовкой забрака в руку. Тот взревел, яростно, как зверь, и дернулся, вскидывая ту самую руку, в которую только что ткнуло дуло винтовки. Ладонь, покрытая черной перчаткой, простерлась в сторону мусорщика — и Морли изумленно присела, когда осознала, что в мгновение ока и точно по волшебству этот забрак, даже не дотронувшись до обидчика, сломал ему шею! Безжизненное тело ударилось о землю, а прочие мусорщики отпрянули в стороны, наставляя на мужчину свои винтовки. Морли вздрогнула, лихорадочно думая. Что же делать? Он все еще жив, жив и сопротивляется. Нельзя его здесь… За спиной послышался рев огнедышащего, гигантского дроида, столетиями носившегося по планете в поисках бесконечного пропитания. Он двигался издалека, но так быстро, что легко бы нагнал Морли, даже если бы она уже что есть сил уползала от него. Испуганно Морли выскользнула из своего убежища и попалась на глаза забраку, столкнувшись с ним взглядом. У нее не было времени остановиться и помочь ему, но и бросить его здесь… Он не жилец, а ты вот — вполне себе живая, и если огнедышащий тебя найдет, он это быстро исправит! Морли замешкалась, дернув хвостом. Бежать или попытаться помочь? Что делать?! Она невольно столкнулась взглядом с его глазами — двумя яркими золотыми точками, мутными от непереносимой боли, вымученными и воспаленными. Это были глаза умирающего существа, мечущегося в агонии, но Морли обернулась — оценила расстояние. Нет, бросать нельзя. Он же живой. Огнедышащий сожжет его. Ругнувшись на себя, нага стремительно подползла к забраку, вернее, к тому что от нее осталось, и обхватила его предплечья руками, с усилием потянув на себя. Но новый крик, преисполненный боли, вырвался из его груди, и Морли в следующую секунду отшвырнуло назад. Она задохнулась, ощутив весьма болезненный толчок, но тут же поднялась, свернув хвост кольцом и снова хватаясь за раненого. — Тихо, не буянь! — прикрикнула она. — Терпи, я тебя не брошу! Она крепко схватилась за него, обняв за грудь и сцепив руки в замок, и поволокла свою добычу подальше, буксуя и плеща по рассыпающемуся мусору своим золотым хвостом. Отчего он такой тяжелый?.. Забраки вообще тяжелые, кости у них очень плотные. Морли успешно волокла его все дальше и дальше, но огнедышащий о шести ногах, с огромной пламенеющей пастью, приближался быстрее. Морли могла бы взять забрака более сильным хвостом… но тогда передвигаться было бы сложнее, да и — кто знает — может, так она лишь навредит ему. В ее глазах отражались блики пламени из пасти огнедышащего, куда она зачарованно смотрела, продолжая тащить и тащить. Брось! — кричало все в ней, но сделать это было невозможно: руки словно оцепенели, во рту пересохло, и она, прямо так, в обнимку с этим уже полумертвым существом, наблюдала за тем, как к ней стремительно приближается огнедышащая смерть. Какой бесславный конец, — только и сумела подумать Морли, сжимаясь в тугой комок и невольно заваливаясь назад. Сбежать от дроида она бы не успела — бесполезно барахтаться… когда твоя участь предрешена. — Нет! — только и успела пискнуть она, сжимаясь. Дроид был гигантским: метров тридцати в высоту, многорукий, дышащий пламенем через мусоросжигающую печь, напоминавшую жуткую пасть. Со спины его валил черный дым. Он поедал всё, что попадалось ему на пути, и уже схватил своей клешней зазевавшегося мусорщика, отправляя его гореть заживо. Морли расширила глаза, затаив дыхание. Она ожидала, когда клешня схватит и ее… ведь робот был в каких-то трех метрах от наги, и ему было все равно, сожрать ее или кусок пластиковой обшивки корабля. Он протянул «руку» к ней, с жарким гулом обдал огненным дыханием… и вдруг был в один момент смят, скомкан, изжеван и уничтожен, точно нечто огромное и невидимое вдруг нанесло ему сокрушительный удар прямо в корпус. Клешню это нечто также разорвало, а самого дроида отбросило далеко назад, продолжая мять и рушить. Морли все еще дрожала, глядя на то, как робот погибает в останках мусора, выдыхая пламя прямо в пыльный воздух. Девушка не понимала, что произошло, что ее спасло, как так вышло, что этот гигант оказался просто втоптан в поверхность свалки… и вдруг взгляд ее упал на забрака, которого она держала перед собой. Он простер вперед руку, раскрыв ладонь с длинными пальцами, покрытыми перчаткой, и вдруг Морли осознала, что это очень непростой забрак. Он сжал руку в кулак, и тотчас сжигающая печь внутри огнедышащего взорвалась, разрывая и его пополам. Пламя горело в яростных глазах раненого мужчины, и он источал чистую боль, злость, силу и ярость — пока не потерял сознание, уничтожив из последних сил дроида. Он осел в руках Морли, запрокинув назад голову, увенчанную короткими рогами, и наконец впервые за столько времени отключился, отдав себя в распоряжение тьме. Пораженная, Морли слегка дрожала, все еще продолжая крепко держать своего найденыша — и очнулась, когда еще один котел внутри огнедышащего взорвался от нанесенных повреждений. Он. Завалил. Монстра. В одиночку. Морли моргнула, хмурясь. Он спас ей жизнь. Бросить его теперь она просто не могла, а потому тихонько оттащила его в сторону — еще и еще, пока не отбуксировала к входу в свою Нору и не утащила его туда, в полутьму и безопасность, надежно пряча от тех невзгод, что поджидали его на Лото-Миноре.
