Прости, мой милый друг.

Хуайсан уже давно замечал одного очень странного парня в ордене Цзинь. Тот ходил всегда с испуганным видом, синяками и ранами от побоев, но с его лица не сходила глупая улыбка. Внешность у него была изящная. Он был чуть выше Не, но постоянно ходил с опущенной головой. Глаза были большими, но вечно заплакаными. Как-то раз он столкнулся с ним, когда тот защитил птенца, выпавшего из гнезда, от других адептов, за что и получил. Хуайсан тогда и узнал имя парня, но больше с ним не пересекался, так как уехал в Нечистую юдоль. Через два года Мо выгнали из клана Цзинь, из-за одного инцидента. Его застали верхом на Гуаньшане в парке. Глава Цзинь изобразил гримасу отвращения, хотя сам принуждал сына к этому. Мадам Цзинь неделю назад запретила ему покидать резеденцию и вообще приблежатся к женскому полу и тот поймал Мо, который был покорный, словно девушка. Он не давал парню покоя и постоянно лез к нему, когда по близости не было людей. Бедного парня выгнали с позором и тумаками, но он не сразу вернулся в свою деревню, так как на улице его нашел Не Хуайсан, который шел с выставки вееров недалеко от башни Кои. Мо и вправду оказался обрезанным руковом и постоянно глупо улыбался Незнайке, но не лез. Мо Сюаньюй рассказал все без утайки, о всем что с ним происходило в его доме и в ордене продолжая улыбаться иногда хихикая. Не приютил парня на время сняв недалеко от своего дома комнату в гостинице. Каждый день они проводили вместе. По началу Хуайсану не нравилось, как на его смотрит его новый друг, но затем привык. Они вместе гуляли по живописным местам, ходили на выставки живописи, даже разписывали веера. Позже Сюаньюй подарил Не веер, который расписал сам. На веере была изображена маленькая птичка в окружении цветов. Хуайсан с радостью принял подарок и в честь этого принес вино. Когда они оба напились, то с пьяни приняли вместе ванну, которая как раз и отрезвила обоих: один буквально сиял от счастья глупо улыбаясь и заливаясь румянцем, другой готов был утопиться от стыда. Но вскоре мирные, наполненные счастьем деньки кончились. Однажды Хуайсан не пришел к Мо и тот прождав два дня пробрался в резеденцию ордена и нашел полностью разбитого Не. Не Минцзюэ скончался и все резко свалилось на хрупкие плечи нового главы Цинхе Не. Все зная его, говорили что орден распадётся, так как Незнайка отличался от своего брата: не был силен ни духовно, ни физических, да и умственными успехами не блестал. Никто не пытался его поддержать или утешить. Но рядом оказался Мо Сюаньюй, который откинул свое дурачество и стал опорой сломленного парня. Он ни в чем не отказывал другу, кроме приказов убираться. Заставлял есть, держал за руку после пробуждения от кошмаров, убирался за ним, после того как он разбушуется. И однажды вечером крепко обнял того со спины, чтобы передать хоть какие-то, но духовные силы. Его тонкие руки покрытые царапинами и синяками обвивали грудь Не и отдавали свое тепло. В этот момент Хуайсан отдался в добрые руки своего младшего, наконец приняв смерть даге. И всю оставшуюся ночь они и пробыли так- прижавшись друг к другу. Вскоре Мо пришлось вернуться обратно в деревню из за плачевного состояния его матери. После этого Хуайсан узнал обо всем и обо всех истину. В тот момент что-то щелкнуло и поменялось. Если рядом с ним был бы Мо, тогда может быть он бы не совершил тех ошибок о которых пожалел позже. На людях он оставался все тем же Незнайкой, но вот когда был один... Он все же нашел руку брата, но на этом поиски зашли в тупик. При чем он не мог сдерживать демоническую руку бывшего главы. Никто не сможет с ней совладать, кроме... Глава ордена Не выкрал из тайной комнаты своего врага нужный ритуал. «Запретный ритуал призыва душ» автором был его друг, которого нужно было вернуть в этот мир. Проблема заключалась только в отсутствии жертвы, которая готова продать свою тело и душу ради мести. Таких людей в окружении Не не было, хотя...был только Мо. Нет он не может использовать его положение в своих целях, но не в его силах сдерживать демоническую руку, а помощи просить нельзя иначе все раскроется, придется поведать всем. Однажды ночью рука вырвалась, но ее успели поймать и запечатать до того как она начнет убивать. Это и оказалось спусковым крючком. На следующий день Не отправился в деревню Мо. Он отправился туда не как глава ордена, а как Незнайка. Ни каких помощников или груза, просто как странник. Он походил по городу и отправился на окраину по кривой неровной дороге. Как только он начал подходить к маленькой ветхой деревянной постройке из нее слышались слова ругани и оскорблений, вскоре оттуда вышел толстый, нискорослый и неуклюжий господин похожый на жабу, а за ним мельтишил слуга. Когда младший Не заглянул в хлев, то увидел как в углу скрючевшись лежал парень. Открытие участки тела спрошь покрывали синяки. У молодого главы клана сердце сжалось от этой картины, а ноги так и хотели бросится к Мо, обнять его, сказать что все хорошо, но он сдержался. Тем временем побитый встал и развернулся лицом к двери. Все его лицо было в грязи, а из носа и уголка губ шла кровь. От представшего его глазам у Хуайсана выпал из рук веер и их взгляды пересеклись. Сюаньюй, который до этого был угрюм и подавлен, сразу же просеял и бросился к проходу с радостным криком: Не-сюн!!! Его оттолкнули. Кончиком веера в грудь, а затем с гримасой отвращения вытерая место прекосновения его гордости платком. Мо ошарашенно, но лаского смотрел на это величественное, по настоящему прекрасное лицо главы клана Цинхэ Не, а его и взгляда не удостоили. Бросив взгляд в посудину с водой и наскоро, неаккуратно вытерая лицо руковами, парень бросился в след уходящему другу. -Прочь. Ты жалкое отродье ещё смеешь идти за мной. Мусор. Обрезанный рукав. Мо Сюаньюй получил пинок от своего дрожайшего главы Не прикрывающегося веером. -Нет! Это, не Не-сюн. Не-сюн добрый и отзывчивый. Он бы никогда не стал говорить такие слова. Глаза парня наполнялись слезами и чтобы не разрыдаться он сжал в руках низ одеяний и замер. В него полетел веер и раскрыв его он увидел маленькую птичку в окружении цветов. Это был подарок Не Хуайсану от него. Он лично его расписывал. Другого такого нет. Не Хуайсан не мог посмотреть не то что в глаза, на самого Мо Сюаньюя. Этот наивный, добрый, открытый, любимый... Если он сейчас на него посмотрит то, то, то... У него чуть не отсох язык, когда он говорил все эти гадости, а ногу, которой пнул хотелось сломать. Сердце пронзали тысячи, сотни тысяч клинков, невидимых лезвий. А может хрен с этой рукой, с этим постом главы, он кинет все и будет рядом со своим младшим, защитит его, но он уже начал... назад дороги нет. Его величайшая драгоценность, которую он получил от этого парня небрежно брошена его создателю. И вот с верху вниз, заслоняя солнце, на избитого людьми и судьбой парня смотрит мрачное лицо, которое частично прикрывает веер. Два пронзительных, словно молния и холодные, будто лед глаза уставились на него придавливая к земле. Не выдержав Не Хуайсан развернулся и ушел, а парень так и остался сидеть на дороге. *** Мо Сюаньюй совершил ритуал призыва в ту же ночь. Не Хуайсан после того как оставил Мо на дороге подбросил в хлев свиток с призывом и выпустил на волю руку брата. Дело сделано, первый шаг совершен, можно радоваться, но почему он плачет. Почему ему так невыносимо больно. Будто бы он ходит по разбитому стеклу, то и дело падая. Он ведь в какой-то части избавил Мо от страданий которые он испытывал с самого детства, но почему его мучает совесть. Хотя глупый вопрос "почему", ответ на который он прекрасно осозновал. Он предал, подтолкнул, воспользовался и сейчас смотрит из-за кулис дёргая за ниточки. Будто бы играл в игру где он сразу выставил свой козырь от которого всю игру несёт потери соперник. Но ему тоже пришлось выйти на сцену и вновь встретиться с Мо, а скорее с его телом, оболочкой в которой сидит душа Старейшины Илин, бывшего Старейшины. Жесты, поведение, манера разговора, даже ходьба- все другое, но почему то до боли знакомая аура. Резкость, быстрые перемены в мимике, болтливость и какая-то знакомая улыбка, но все же не она. Они перекидываются парой фраз и сердце стонет от тоски. Хочется обнять, извинится, раскаяться смотря на этого такого родного, но уже другого друга со смытым макияжем призрака висельника. Как же больно смотреть на эту фугурку которая вновь что-то канючит у Хангуан-Цзюня, слышать этот веселый смех. Не Хуайсан выйграл игру. Но ощущение победы не было. Он вновь увидел брата, но тот не узнал его. Отомстил Яо, но увидел боль Лань Хуаня и непонимание Цзинь Лина. Хуайсан был смущён тем что Вей Ин разгадал его план, но не выдал и почему-то ему в этот момент почудился Мо Сюаньюй, который знал, но всегда молчал. Молча сносил побои, молча выслушивал брань, молча помогал, молча... Молча попрощался с ним ни оставив ничего. В бок что-то ткнулось и Незнайка судорожно принял предмет от мимо проходящего Вей-сюна. Простояв некоторое время в немом шоке Не Хуайсан вышел прочь из храма. Из глаз бежали тонкие прозрачные струйки слез, а в руках был веер с изображением птицы в цветах. Как! Как он оказался сейчас у Вей Ина?! На этот вопрос ему врядли кто-то ответит, а Вей Ина спрашивать уже поздно и поднять эту тему позже он врятли захочет. Не Хуайсан сразу же начал показывать миру заклинателей свои способности, чем поразил. Клан Цинхэ Не процветал как никогда. Интересно чтобы сказал дагэ если увидел это. Учтивый, скромный молодой Господин, который вселяет тихий ужас в остальных. Все также утонченная одежда, дорогая заколка для волос, мягкий голос, который может в момент прибить вас к стенке, изящные кисти держащие веер. Теперь у него не было стеллажей с его дражайшими веерами. Он носил лишь два уже потрёпанных годами веера. От брата и от Мо. Именно по ним можно было иногда определить настроение хозяина Нечистой Юдоли на переговорах и сделках. Веер с горным пейзажем- от брата, говорил что его владелец не намерен церемонится и может в любой момент пронзить собеседника холодом светлых глаз. Веер с птицей в окружении цветов- от Мо, давал понять что переговоры будут спокойны и любезны. По началу было тяжело, очень, очень, невыносимо. Но, Хуайсан держался и выдержал. Ради Сюаньюя, который пожертвовал собой; ради дагэ, который верил в него.