Катарсис

Дино проснулся оттого, что где-то рядом сиреной противно орал будильник. Он оторвал сонную голову от подушки, слепо пошарил около себя, но так и не нашёл телефон, продолжающий надсадно надрываться так, будто на них, как минимум, наступили британские колонисты. Он спустил руку ниже и пошарил по полу, пальцы наконец нащупали злосчастный сотовый, и Дино с облегчением отключил будильник. За окном уже рассвело, птицы распевали свои радостные мелодии, едва колыхал деревья слабый и тёплый ветер. Цифры на наручных часах, брошенных на прикроватную тумбочку, показывали шесть с копейками. Дино разблокировал телефон и вгляделся в экран, сонно щуря глаза от слишком яркого свечения: пропущенный от Вики, семь сообщений от неё же на фейсбуке, два в твиттере, ещё одиннадцать в аймесседж и э-мэйл от отца. Дино заблокировал телефон и кинул на кровать, переворачиваясь на бок. Голова трещала так, что ещё немного и точно бы лопнула. Он подложил под голову локоть и тепло улыбнулся, протянул руку, поглаживая спящего Люцифера по щетинистой щеке. Тот даже и ухом не повёл: если его не разбудил сигнал тревоги, то надеяться на то, что его разбудит лёгкое касание, было глупо. Его грудная клетка, украшенная чернильными узорами, мерно вздымалась под тихое дыхание, мелко дрожали пушистые ресницы. Дино вдруг подумал, что когда он спит и не пытается открывать рот или красноречиво смотреть своими невозможными глазами, то выглядит дьявольски милым и умиротворенным. Дино аккуратно подтянулся ближе, перекинул через Люцифера ногу, замирая над ним на коленях, и нагнулся ниже, невесомо поцеловал в яремную впадинку — ноль реакции. Он тихо, едва слышно, хмыкнул и поцеловал ещё раз ниже, у самой груди в один из витков подвыцветшей на загоревшей коже татуировке — всё то же сопение. Дино смешливо выдохнул, мотнув головой, и снова поцеловал его грудь, спускаясь влажными, лёгкими поцелуями к низу живота. — Вот это я называю добрыми утрами, — хрипло раздалось сверху, когда Дино широко провёл языком по внутренней стороне бедра Люцифера, обдавая горячим дыханием пах. Дино поднял на него светлый взгляд, встречаясь с тёмным, пропитанным привычной томностью и усмешкой, не отрываясь, провёл языком по твердеющему члену, и Люцифер полузадушенно, отзывчиво выдохнул, зарываясь пальцами в пшеничные волосы на затылке.

***

— Нет же, нет, наверху! — прикрикнул Дино, пытаясь на ходу застегнуть манжеты чёрной рубашки. — В коробке «книги»! — Почему галстуки в коробке с книгами? — раздалось откуда-то со второго этажа. Люцифер на несколько ступеней спустился вниз, перегибаясь через лакированные перила из красного дерева. — А документы на подписание где? — Потому что кому-то приспичило заняться сексом за четыре часа до вылета, и сгребать вещи приходилось, как карта ляжет? — Дино поддёрнул бровь, задирая голову к Люциферу. На барной стойке опять завибрировал телефон, и он потянулся за ним, принимая вызов. Ткнул Люциферу пальцем на низкий кофейный стол в зоне гостиной, где валялись в полном беспорядке какие-то бумаги. Люцифер пожал плечами, добавляя тише, чтобы не перебивать: — Скажи ещё, не понравилось, ангел, — фыркнул он и вбежал по лестнице наверх. До встречи оставалось меньше получаса, а «доброе утро» внезапно переросло в заход: «доброе утро: 2», «добрейшее утро» и «сильнее, детка». Дино закатил глаза. — Да, мы уже едем, — не соврал, а прогнозирующе приукрасил. — Пробки жуткие, Вики, сама понимаешь. Люцифер с лестницы смешливо приподнял бровь. Дино отмахнулся от него и сгрёб все бумаги в аккуратную стопку, ища глазами кейс. — Да, скоро будем, просто задержи их как-нибудь, закажи вина, — он удивленно вскинул брови. — Точно, девять утра… Впрочем, Джонатан явно не откажетс… Ауч! За что?! Люцифер позади кинул на него красноречивый взгляд и заправил ремень, которым секундой назад хлёстко огрел Дино по заднице, в шлевки. — Не трепли, — спокойно сказал он, поправил рубашку, заправленную в брюки, и шагнул к Дино, выхватывая у того из руки телефон. — Уокер, — низко и бархатисто произнёс он в трубку. — Займи их и перестань психовать, ты же умная девочка. Поводи по Заппиону, покажи залы, расскажи про фон Хансена… Ты в Афинах, мать твою, а не в пригороде Ричмонда, у тебя все тузы в рукаве. Пошевели хоть раз своими извилинами. Люцифер сбросил вызов и засунул телефон Дино в передний карман, не преминув огладить его по бедру и умастить подбородок на крепкое плечо, насладиться парой секунд спокойствия перед всей этой суматохой с их первой сделкой на международной арене. Дино закинул руку назад и нежно погладил его по загривку. — Что она сказала? — «Катись к чёрту, Люцифер», — смешливо хмыкнул он. — Откуда, она думает, я пришёл? Дино развернулся в объятиях и взял его лицо в ладони, оглаживая скулы большими пальцами, потянулся и медленно, тягуче поцеловал, выдыхая в самые губы: — Если Ад — это ты, а ты — это Ад, — вдруг сказал он и на дне его голубых глаз не отображалось ничего, кроме сосредоточенной серьезности. — То я готов пасть. Люцифер ухмыльнулся и обнял Дино за талию, притягивая к себе теснее и жарче. — Тебе не придётся, ангел, — шепнул он. — Потому что я всегда поймаю тебя. Что бы ни случилось. Дино улыбнулся и снова втянул Люцифера в поцелуй. Порой нам кажется, что судьба пытается нас обмануть, выбить из колеи и заставить играть по её правилам, а порой получается так, что мы просто не видим картины полностью, упрямо сопротивляемся и молитвенно спрашиваем Бога, чем же мы заслужили такие страдания, но когда пазл, кусочек за кусочком, наконец складывается воедино — мы понимаем, что это был не злой рок, а всего-навсего благосклонный подарок судьбы. Скажи ему кто-нибудь ещё два года назад, что он закончит Йель с отличием, перечеркнёт всю свою прилежную, распланированную жизнь и той же неделей переедет в другую страну, — он бы посмеялся и посоветовал чудаку проспаться. Но сейчас, стоя посреди их общей кухни, — он понимал, что всё ровно так, как должно было быть. Сверни он на миллиметр левее — жизнь рано или поздно всё равно бы вернула его на нужный путь. Вернула бы его к Люциферу. — Знаешь, что нам нужно сделать сегодня? — вдруг спросил Люцифер и заправил светлую прядь Дино за ухо. — Что? — Снять номер в Олимпике. Дино с усмешкой поддёрнул бровь и снова притянул Люцифера к себе, наматывая его галстук на кулак. Да. Всё определенно так, как должно было быть. Больше никакого притворства и жизни по чужим правилам, больше никакого звенящего осуждения в чужих глазах, если он и научился чему-то от Люцифера за эти два долгих года, так это тому, что жить нужно так, как ты сам этого хочешь. А всё, что он когда-либо хотел и о чём когда-либо смел мечтать, теперь было рядом.