satisfaction

— Твой чай, Джош.       Брюнетка протянула парню кружку с горячим напитком, а сама села рядом с Тайлером. Они были в номере Джозефа. Время близилось к ночи/ — Спасибо, Тэй. Ну так что? Как теперь будем обыгрывать этот «метр с кепкой», м?       Только Тайлер услышал о ней, тут же зарылся в собственные ладони и тяжко простонал. — Это всё ошибка. Они не могу быть лучше нас! Не могут! — снова начал он повторять, но кого он пытался убедить? Себя? — Возможно, но не когда ты проигрываешь семь раз подряд, — заметил Джош, попивая чай, отчего вызвал ещё более раздражённый стон со стороны Джозефа.       Парень подскочил с дивана и стал мерить комнату шагами. Всё в его движениях, в резких поворотах головы и дрожании пальцев говорило о том, что он на взводе. Однажды он был таким, когда на спор перепил энергетиков, но даже тогда его нервное возбуждение не казалось таким… тревожным. — Мелкая сука, — выплюнул он сквозь зубы. — Я отыграюсь… Мы! Мы ещё отыграемся! Я так это не оставлю!       Только Тайлер услышал о ней, тут же зарылся в собственные ладони и тяжко простонал. — Это всё ошибка. Они не могу быть лучше нас! Не могут! — снова начал он повторять, но кого он пытался убедить? Себя? — Возможно, но не когда ты проигрываешь семь раз подряд, — заметил Джош, попивая чай, отчего вызвал ещё более раздражённый стон со стороны Джозефа.       Парень подскочил с дивана и стал мерить комнату шагами. Всё в его движениях, в резких поворотах головы и дрожании пальцев говорило о том, что он на взводе. Однажды он был таким, когда на спор перепил энергетиков, но даже тогда его нервное возбуждение не казалось таким… тревожным. — Мелкая сука, — выплюнул он сквозь зубы. — Я отыграюсь… Мы! Мы ещё отыграемся! Я так это не оставлю! — Конечно отыграемся. Только когда? Завтра? Ты уверен, что завтра вообще будешь способен встать с постели? Мы семь раз подряд всосали, Тайлер. Мы пытались, это хорошо, да… Но не думаешь, что нужно было остановиться чуточку пораньше?       Тэйлор смотрела за их пассивной перепалкой и не осмеливалась вставить и слова. Тайлер упёрся лбом в окно. Под ним — ночной Нью-Йорк, на душе — буря. Вопрос Джоша он оставил без ответа, потому что где-то за тоннами эмоций зрело сознание. — Я слишком устал, Джош. Но, да, я собираюсь завтра взять реванш. Не осуждай меня. — Да куда там осуждать… — помотал головой Джош, отпивая из кружки. — Мы сегодня взяли уже. Причём далеко не один. Выглядело не очень.       В комнате снова обосновалась тишина. Тэйлор нырнула куда-то за спинку дивана, на котором сидела. — Печенье? — предложила она Джошу. Парень закивал, хватая одну печенюшку. — Мы все устали. Поэтому завтра нужно хотя бы победу принять достойно, а не рвать волосы на голове при последнем броске. Ты услышал меня?       Тайлер рассерженно зарыл руку в волосы. — Джош, прекрати, — взмолился он. — Она меня вывела, окей? Я старался, я правда старался! И не прекращу стараться. Поэтому, пожалуйста, не надо. Это не сработает, Джош. — Веришь или нет, но тобой разговаривать то же самое, что… — Джош постучал кулаком по стеклянной столешницей перед диваном. — Примерно одинаковая отдача, ага. Упёрся и всё на этом…       Джош не выдержал и вздохнул, потянув ещё печенье, допивая чай. — Парни тоже не в восторге от сегодняшнего. Ещё и после той конференции. Нас как несмышлённых котят всё время мокают в одну и ту же лужу. — А ты что скажешь, Тэй? — шатен выжидающе посмотрел на девушку из дальнего угла комнаты. Она была удивительно тиха после того случая на поле, но не в хорошем смысле. Она была погружена в свои мысли, была… глубоко огорчена. Скорее всего, не только многочисленными проигрышами, но и ним самим. Тайлер будто прозрел, поэтому, когда подошёл к ней, бережно положил руку ей на макушку и запустил пальцы в волосы Тэйлор. — Я не разбираюсь, поэтому даже лезть не буду, — тихонько ответила она, и не зациклилась на прикосновениях Тайлера, а обратила внимание на друга. — Вкусный чай, Джош? — Очень. Но закончился, к сожалению или счастью, — Джош вздохнул, поставив кружку на стол, и поднялся на ноги. — Пойду я, время уже позднее. Нужно спать. Нам завтра рано вставать побеждать.       Он аж хмыкнул от иронии сказанного. Он попрощался с Тэйлор, отбив ей дружескую пятюню, а Тайлеру так и вообще просто помахал, и скрылся за дверью номера практически бесшумно. — Тэй, — тихо позвал Тайлер. — Не злись на меня, прошу. — Я не злюсь, Тайлер. Всё ещё не могу отойти от сегодняшнего.       На удивление, Тайлер не смог выдержать её пронзительного взора, и уставился себе в колени. Очередная волна эмоций охватила его, и на этот раз его обуяли грусть и стыд. — Это было отвратно, — нахмурился шатен. — Я ничего не мог сделать. Словно страшный сон, такое не должно было случиться. Я… — он обреченно закрыл глаза. — Я проиграл!       А потом вдруг плюхнулся рядом с Тэйлор и умостил свою голову у неё на коленях. — Проиграл! — драматично выдал Тайлер. — И всё из-за этой мелкой узкоглазой- ЧЕРТ! Нельзя же так говорить, да?.. — он прикусил собственный кулак. — Из-за этой мелкой… мелкой… мелкой стервы! Которая нарочно просто путалась у меня под ногами я не смог пройти к кольцу! Тэйлор, они даже мяч не дали мне тронуть! Я от силы держал его секунд десять! Где такое видано?! Скажи мне! Что это за тактика игры?! Какого черта она скачет у меня перед носом?! А эти её фразочки! Да что бы они у тебя в глотке застряли! — А теперь выдохни, прикрой глаза и успокойся. Тут никого кроме нас. С тобой только я. Расслабься, Тай.       Сперва ему лишь захотелось продолжать сокрушаться на тот случай, если больше такой возможности не выдастся. Но мягкие касания и не менее мягкий голос Тэйлор заставили его враз передумать, поэтому шатен прикрыл веки и… тут же растаял. Усталость лавиной накатила на все его мышцы. — Вот чёрт… — пробормотал он, нежась на коленях девушки. — Какой я злой, Тэйлор… Во мне нет и капли силы, Джош прав, я просто не выползу на это поле… Я выжат. Останься со мной на сегодня, — Тайлер потянул девушку за запястье на себя. — Не уходи… Побудь рядом. Ты меня успокаиваешь.       Наконец, его брови расслабленно упали, лицо разгладилось. Лишь уголки рта как опустились днём, так и остались такими же до вечера. — Есть ощущение, что я поступил, как идиот. — Все имеют свойство ошибаться, — дёрнула плечами Свон. — И хвастаться. И не признавать очевидных вещей. Каждый из нас грешит этим. И я, и ты, и Мартин, и даже та… Как её зовут? Роу? Даже она. Но, вообще, больше не делай так, хорошо? Я распереживалась сегодня немного.       Девушка задумчиво склонила голову к плечу. — Особенно, когда ты за водой не подошёл.       Тайлер болезненно нахмурился от осознания. — Я такая сволочь. Я будто ослеп, — его глаза, широко раскрытые и блестящие, излучали чистое раскаяние. — Понимаешь? Красная пелена, я бегу, а в мыслях лишь «победа, победа!». И вроде ты рядом, говоришь со мной, но я не слышу. Мне… жаль. Я не хотел такого исхода. — Сейчас уже всё в порядке, — уточнила Тэйлор. — И это самое главное. Тебе нужно отключить мозг на этот вечер и дать волю скопившейся усталости. Сегодня ты играл на эмоциях. Завтра надо играть чем-то другим. Может… поиграть с ними на их языке? Тайлер слегка нахмурил брови. — О чём это ты?

***

      Тренировочная игра была назначена в три часа дня. Оставалось около двух часов, чтобы прийти в себя после жуткого разгрома и собрать все мысли в кучу. Концентрация была как никогда необходима.       До Тайлера лишь утром дошли слова Джоша. Если они проиграют сегодня, то это будет крах для всего Йеля и завтра, на финальной встрече. Но в этот раз Джозеф знал, что ему нужно от сегодняшней игры. Поэтому прибыл на площадку за два часа до назначенного времени.       Тэйлор, которая слегка опаздывала на игру из-за утренней тренировки, стала невольным свидетелем удивительной картины по пути к трибунам: в коридоре она увидела спину Джексона, жестикулирующего и рассказывающего что-то захватывающее. Когда в ответ на его рассказ Свон услышала женский смех, то тут же ныркнула за первый увиденный ею угол, оставшись послушать. — Размяли вы нас вчера от души… — Если бы не ваш капитан, я думаю, мы бы обошлись малыми усилиями, — Тэйлор чётко различила этот высокий голосок с пресс-конференции. Это была Роу. — Так что, говоришь? В Принстоне был капитаном? — Довелось, — удивительно скромно откликнулся Джексон. — Теперь грею позицию лёгкого форварда. Отчасти… Думаю перевестись в другое место. Мне интересна карьера в спорте, но тут ей, будто бы, не бывать… — Н-да, видимо ты глубоко перешёл дорогу сайгаку-Джозефу, — не без ухмылки констатировала кореянка. — Скажи мне, он всегда играет в одиночку?       При упоминании Джозефа было слышно, как Джексон слегка разозлился. — Он выскочка. Вечно терроризирует нас постоянными пассами, говорит об атаке, хотя выполняет её сам, а мы, чаще всего, просто защищаемся. Используем зонную защиту. Насколько я понял, вы любите поманеврировать. Мы, кстати, отрабатывали это в Принстоне. Здесь, как ты понимаешь, этого не выходит. — Ну да… Вижу ты не в восторге от своего главного…       Тэйлор поняла, что Джексон просто взял и растрепал всё, что трепать было нельзя. — Думаешь, только я? У нас был парень, Джек, он во время одного из таймов потянул ногу в том году… Тот заставил его через неделю выйти на поле. Его волновало только то, что Джек идеальный центровой. — Джек… Это который? — Был пятым, после того случая он не с нами. — А-а-а… И как, сейчас у вас все здоровы?       Было видно, как Роу расстроилась от услышанной информации. Очевидно, она очень хотела получить от Джексона ещё чего-нибудь. — Слушай, ты сказал, хочешь поменять место. Не хочешь к нам? У нас в конце года уходит Рам — тяжёлый форвард. Видел его? Чем-то смахивает на тебя.       Джексон помолчал пару секунд. К сожалению, сложно было догадаться по одним лишь звукам, какая эмоция красовалась на его лице. — Слушай, вообще… Я… Чёрт… А это-… — Нет-нет, я всё понимаю, преданность своему капитану и всё такое, Джексон. Йель однажды — Йель навсегда. Просто… Знаешь, если в нашем универе узнают, что к нам пришёл форвард оттуда, то я, как капитан, вполне смогу позаботиться о гранте на обучение для такого талантливого спортсмена, — было слышно, как кореянка открыто начала флиртовать с Морганом.       Теперь уже было слышно томный выдох Джексона — девушка будто коснулась его эрогенной точки. Какой? Тэйлор не видела. — Только в обмен… Ты скажешь мне всё. Расстановку, травмы, тактику, роль и лицо каждого.       Морган пропустил воздух сквозь стиснутые зубы. — А мне что? — Часть приза, — хихикнула Роу. — Небольшая…       И Джексон вскулил. Видимо, от очередного касания капитанши. А затем его язык как помело: он выпаливал всё, что знал, не разбирая, правда это была или ложь. Тэйлор как можно тише пыталась достать телефон из своей сумки, чтобы не издать и малейшего звука, но, неожиданно, из её ладони выпали ключи, которые всё это время она старательно сжимала в ладони. Загадочная пара из коридора кинула взгляд в сторону, откуда послышался звук упавшего железа. Стало очевидно, что их тут было больше, чем двое. Роу в момент отпустила Джексона и направилась в сторону шума. По мере того, как она приближалась, она слышала параллельные себе шаги. Но когда глянула за угол, где предположительно должна была лежать связка упавших ключей, то пред ней предстал лишь пустой коридор.

***

      На площадке царило какое-то небывалое напряжение, которое будто не выветрилось со вчера. Команда Йеля, которая сейчас была в полном составе, ожидали противников, разминаясь и балагуря меж собой. Между ними так и слышалось немое «это бессмысленно», но каждый раз, когда Тайлер улавливал подобный настрой команды, то сам пытался не разнервничаться ещё больше, и просто отчитывал за каждый увиденный косяк. Особая тирада была заготовлена для Джексона, который опоздал на десять минут. Трибуны пополнились — теперь здесь сидело с десяток человек. Тайлер с надеждой окинул взглядом первые ряды. Но Тэйлор там не было. Она появилась в момент, когда зашли противники. Вся взъерошенная, будто пробежала марафон.       На горизонте явилась команда самоуверенных ньюйоркцев. Люди на трибунах, — все, кроме только что усевшейся Тэйлор, — подбадривающе засвистели им.       Роу медленным шагом приблизилась к центру поля, будто бы она шла по подиуму. Бёдра легко покачивались из стороны в сторону, а взгляд был как никогда хитрым, насмешливым, словно она уже заранее знала, чем окончится сегодняшний реванш. Она кокетливо вздёрнула голову в сторону Тайлера. Улыбка её сделалась шире. Тайлер напрягся и поиграл челюстью. Нервно глянул на Джоша, который сцепился взглядом с одним из оппонентов. Нельзя показывать своего волнения, своего страха, нельзя строить из себя жертву, иначе другие займут позицию хищника, и тогда уже не будет пути обратно. Насытившись кровью врага больше ничего не придётся по вкусу.       Роу не отрывала от Тайлера взгляда. «Испытывает, стерва», — подумал он про себя, но не сдался. Она медленно разделалась у него на глазах, оставаясь в очередном узком спортивном топе. За своей спиной капитан команды Йеля услышал одобрительный свист в сторону противницы. Это был… Джексон?       Отодвинув все эмоции на задний план, Тайлер собрал волю в кулак и взглянул на Тэйлор в последний раз. Игра началась.       Было ожидаемо, что розыгрыш мяча будет в пользу Нью-Йорка. Тайлер не обозлился, потому что сегодня только это и надо было. Первые два очка тоже были в пользу Нью-Йорка. По трибунам среди десятка человек пошёл радостный гул, но Джозефа это никак не трогало. Сегодня он выглядел очень спокойным и размеренным. Не то, чтобы он расслабился, вовсе нет. На лице была видна работа мысли. Вот только какой и в какую сторону?       На десятом броске не в их пользу даже Джош начинал заводиться. Но Тайлер, почему-то, всё ещё был спокоен, как удав. Внешне. Внутри у него конечно всё разрывалось от позорной цифры на табло. Игра текла плавно и непосредственно, глаза Джозефа постоянно метались с одного игрока на другого. И если команда пыталась суетиться, то Тайлер делал вид, что делает Роу одолжение этой игрой.       Когда Тайлер в очередной раз упустил мяч, его не накрыла волна ярости, а лишь удовольствие. Он будто предвкушал что-то. То, чего пока ещё не знали другие игроки.       Парни по бокам с каждым разом всё более удивлённо таращились на Тайлера, когда тот вообще никаких яростных действий не воспринимал. Всем не верилось, что вчерашний зверь на поле и сегодняшний Тайлер — это один человек. С трибун свистнули, был объявлен тайм-аут по просьбе Джоша, и команды сбежались в круг. — Что происходит, Тайлер? — хмурится Джош более, чем непонятливо. — Нас долбят всухую! В этом был смысл реванша?!       Тайлер безмятежно вытер пот со лба запястьем, поглядывая на радующуюся собой Роу в стороне со своей командой. — Ты мне доверяешь, дружище? — он посмотрел на Джош исподлобья. — Нет? Так доверься.       Он похлопал Джоша по плечу с задорной улыбкой, а затем свисток огласил окончание тайм-аута.

***

— Я конечно догадывался, что он крыса, но… Сука, — Тайлер не выдержал и засмеялся, выдыхая сигаретный дым. — Насколько же у него давно не было секса, если он повёлся на это? — Судя по всему, последней его пассией была его мама… — выдохнул Джош. А Тэйлор, завернув губы внутрь, не знала, что и ответить. Она выдала парням всё, как есть. Всё, что слышала, и что было после этого. Так как вход в коридор был только один, а Тэйлор, чтобы не быть увиденной, забежала в мужскую уборную, где стала свидетелем ещё одной удивительной сцены. — Гарольд? — послышался голос Джексона, — Да… Да, я скоро буду. Да мне плевать на него, Были указания по игре?       Из соседней кабинки, в трубке телефона был слышен активный ответ на вопрос. — Я задержусь, прикрой меня. Мне кажется, конфетка Роу подтаяла подо мной… Да. Ага. И не говори, — ухмылка сорвалась с губ говорящего. — Она смышлёнее… Но всё равно поверила мне. Если что, притворись, что у тебя травма. Немного, чтобы не запалили… Ага…       С этими словами Джексон вышел из уборной. Ситуация стала ещё непонятнее. На чьей стороне он играет? Было непонятно. Поэтому всё, что было услышано, было тут же доложено. — Это усложняет моё положение, — констатировал Тайлер. — Сегодня не зря была игра в одни ворота, я прислушался к нашему вчерашнему разговору и сделал определённые выводы, но этот… этот… — Сын шлюхи, — добавила Тэйлор. — Точно. Именно он. Спасибо. Он портит мне всю картину послезавтрашнего матча.       Помолчали. Джош не знал, что и добавить. Ситуация и вправду была уничижительной. Тайлер закинул руку на плечо Тэйлор, притягивая её к себе. — Кто-то ещё в курсе? — спросил Джош, чтобы перебить неловкое молчание. — Шутишь? Нет, конечно. Я первым делом побежала на площадку, думала, Вам успею рассказать… — Это было бы бессмысленно, я всё распланировал заранее, так что сегодня ничего не было испорчено. Но спасибо, Тэй. Твоя находчивость и непунктуальность сыграли нам на руку. В следующий раз можешь опаздывать на подольше. И ронять ключи почаще, — ухмыльнулся Тайлер и прильнул к девушке за поцелуем. — А что если… выгнать его из команды, — необычайно гордо сказал Джош. — Если он ведёт самостоятельную игру не только за нашими спинами, об этом должны знать не только мы. — Брось, Джош, ты думаешь я не жду того дня, когда у меня найдётся веский повод для этого? К сожалению, наше единственное доказательство, это- — Мои слова, — закончила Тэйлор. Так что это… бесполезно.

***

      Ещё со школы Тайлер так сильно волновался перед важными событиями, что накануне не мог спать. Сегодняшняя ночь была не исключением. Зима. Он в одном лишь отельном халате стоит на балконе и курит, сквозняк свистит по комнате, в которой тихо спит Тэйлор. Мыслей ноль, мышцы напряженны. Тайлер уже даже забыл, какую по счету сигарету выкурил. Может, пятую? Десятую? Семнадцатую?       Он уже пятый раз прибегает на этот балкон. Подумать, покурить, свести мысли в кучку и не дать им шанса разбежаться раньше завтрашнего дня. Победа чесала ему язык.       Но с каждой сигаретой собирать мысли воедино становилось всё сложнее: они были словно ниточками, которые никак не могли соединиться. Он размышлял о слабых местах в игре Роу, размышлял о том, в чём преуспевает он сам. Но как это совместить? Как обыграть? Как выйти победителем, когда в тебе его не видят?       Он очень долго думал. Пачка медленно подходила к концу, и стало понятно, что так больше продолжаться не может. Он тихо лёг в кровать, укрылся. Тэйлор лежала к нему спиной. Он невольно залюбовался ею, и буквально на пару минут все мысли покинули его голову. Но стоило ему вновь уткнуться взглядом в потолок — как это колесо Сансары возвращалось вновь.       К половине третьего ночи давление на мозг стало невыносимым. Настолько, что височной части головы Тайлер ощущал пульсирующую боль. Мигрень. Плохой знак. Нужен сон.       Он аккуратно прижался к Тэйлор сзади, приобняв её за талию. Так становилось в разы спокойнее. А её тихий вздох сквозь крепкий сон и вовсе оказал на Тайлера влияние: у него понеслись мурашки от ощущения её расслабленного выдоха. Прижавшись щекой к чёрной пелене волос, Тайлер погружался в сон. Медленно, почти невесомо. Напряжение в мышцах постепенно начинало уходить из-за атмосферы абсолютного покоя вокруг. Как вдруг Тайлер снова задумался о завтра. Тэйлор говорила, что нужно играть на их языке. Они очень долго обсуждали эту тему. Настолько долго, что пришли к выводу, что вторая тренировочная игра станет шансом для Тайлера понаблюдать их игру. Наблюдений было достаточно, но способа противостоять такой игре, Тайлер так и не находил. А что, если…       Да. Это несомненно было оно. Да!       Он вскочил, раскрыв глаза, уставившись прямо перед собой с немым криком восторга. Хотелось взвизгнуть от настигнувшей его идеи, да так, чтобы Тэйлор проснулась и оценила всю его гениальность. Но ей нужен сон и отдых. Несомненно. Удивится и увидит тебя победителем завтра, Тайлер. Да.       Она совершенно точно удивится.       Тэйлор и вправду удивилась, но немного по другому поводу. Утром она еле заставила себя подняться с кровати, хотя такого уже давно за собой не наблюдала. Голова была свинцовой, веки тяжёлыми. Но после душа, кофе и лёгкого завтрака она была готова поддерживать Тайлера. Не давала усталости завладеть мыслями, поэтому шла медленно, но радовалась наравне со своим парнем.       Он обнимал её за плечи по пути на арену, а перед раздевалкой, как и обычно, завернул за угол, подальше от лишних глаз, остановился и чмокнул её сначала в левую щеку, потом в правую, потом в самый уголок рта и уже только потом в губы. Он пружинил от энергии, улыбка сверкала на его губах, а глаза азартно блестели. — Я тебе говорю, Тэйлор, — шептал он ей, прижимаясь своим лбом к её. — Я горю, я сожгу их там… Их всех. В честь тебя. — Верю, — ответила она, хихикнув, а затем тяжко шмыгнула носом. — Только смотри, чтобы пожарная тревога от твоего пыла не сработала, хорошо? Джош говорил, что до ужаса боится эвакуации.       Тайлер расплылся в довольной улыбке. Он погладил щеку Тэйлор ладонью и всмотрелся ей в глаза. — Всё хорошо, Тэй? — Ага. Почему ты спрашиваешь?       Она вновь, сама того не замечая, шмыгнула носом. Тайлер потёр пальцем у себя под носом. — Аллергия? — предположил он. — Ты как-то сильно носом тянешь. Ты не заболела, нет? — парень мягко погладил её плечи вверх-вниз. — Всё путём, Тэй? Точно? — Ерунда всё это, — махнула рукой Тэйлор с улыбкой. — Сегодня есть, завтра нет. У меня постоянно такое. Пройдёт. Но спасибо, что заботишься.       Напоследок Тэйлор обняла Тайлера, поднявшись на носочки, чтобы руками дотянуться до его плеч, и подарила поцелуй в шею с напутствующими словами. Он проводил её тяжёлым, скептическим взглядом, который Тэйлор выдержала без стеснения.       На задворках сознания Тайлера загудело волнение, но когда мимо него пронёсся Джексон, нарочно сильно пихая в плечо, он мигом переключился на настоящее время. Он сначала лишь фыркнул из-за встречи с Джексоном, но потом Тайлер вспомнил, что он, вообще-то, здесь прятался только что. А значит, из рассказанного Тэйлор ранее, прятался не только он. Потому что что бы тут делать обычному игроку, который планирует просто отыграть намеченное, а не шариться по углам?       С этими мыслями Тайлер дошёл до раздевалки. — Вот ты где! — перед Тайлером выскочил Джош, а за спиной брюнетка показалась ещё пара голов. — А мы только о тебе вспомнили. Капитан, где наставления? Как играем сегодня? Тактики, схемы передачи мяча? Преимущественно двухочковые или будем играть на первую линию?       Тайлер указал парням на раздевалку. Собрав всех до единого, парень организовал совет, как и обычно они делали на всех матчах. Они встали в плотный круг, положив друг другу руки на плечи. Десяток сосредоточенных лиц уставились на Тайлера в ожидании, что он скажет что-то мощное и искрометное, что отложится в сердцах его подопечных, но вместо этого он выдал: — В дворовой баскетбол когда-нибудь играли?       Трибуны бушевали. Кажется здесь было собрано около тысячи поклонников точно. Повсюду были натыканы камеры, чуть выше трибун была установлена будка, где находились дикторы и судьи. Финальные соревнования всегда были самыми шумными. Особенным фаворитами были игры по футболку и баскетболу. У многих в руках были флаги или другие атрибуты, указывающие, за кого они болеют. Среди фанатов в первых рядах затесалась и наша Тэйлор с причудливыми полосами на щеках. По пути на трибуны, она увидела парочку ребят, которые делали бесплатный аквагрим в цветовой гамме двух разных команд. На лице Тэйлор красовались две синие полоски и флажок с логотипом Йельского университета.       Встречайте! Команда Йельского университета под предводительством Тайлера Роберта Джозефа!       Под громкие аплодисменты, на площадке появились они. Высокие, хорошо сложенные, напряжённые, но необычайно улыбчивые. Джош, зайдя на площадку, первым делом начал оглядываться. Тэйлор выкрикнула его имя, и не была уверена, что сквозь такой шум он услышит, но аллилуйя! Он обернулся и коротко помахал девушке, а затем и незаметно пихнул вбок Тайлера, указывая в сторону, где сидела Свон.       Тайлер снова послал ей длинный, запоминающийся взгляд. Пытался запомнить выражение её радующегося лица, чтобы оно отпечаталось у него на сетчатке и он не отвлекался во время игры на то, какой она была…       А потом вдруг прямо перед его глазами выскочила Роу, закрывая обзор на сок чудесное, что было в этом зале. Китаянка осторожно встала на носочки, чтобы немного сравняться с капитаном-противником по росту, и заискивающе улыбнулась ему во все тридцать два. Тайлер сохранял спокойствие, поэтому выражение его лица не изменилось ни на йоту. — Храни свои секреты дальше, капитан, — прошептала Роу, проплывая мимо него. — Но не забудь приготовиться к поражению. — Конечно-конечно, — слюбезничал Тайлер еле слышно, проводив соперницу по полю хитрым взглядом. У него аж всё сжалось внутри от нетерпения. Хотелось как можно скорее утереть улыбку с этого лестно уродливого лица, и чтобы она расплакалась от продуманности Тайлера. Чтобы Роу почувствовала ту боль проигрыша, впитала её по полной программе…       И когда он стал таким жестоким?       Послышался свисток. Капитаны вышли в центр поля. К ним подошёл судья довольно крепкого телосложения. Роу в последний раз переглянулась с Тайлером, и на удивление девушки Тайлер ей подмигнул. Всё трое подготовились к броску, а болельщики будто замерли в ожидании.       Судья чуть только подкинул мяч, как Роу уже подскочила за ним ввысь, однако ловчее её оказался Тайлер, мгновенно вытянувший руку вверх, проскользив под рукой девушки так, что она оказалась ниже. Вчера на тренировке он заметил, что каждый раз она проворачивает одну и ту же схему, и все те проигрыши были наточены на то, чтобы выяснить последовательность её ходов и пасов. Одной из её фишек была суетливость во время розыгрыша мяча, и если она была на шаг впереди, то Тайлер обязан был быть на два. Пальцы Тайлера чуть ли не забрали мяч из-под руки судьи и увели его в свой сторону. С трибун послышался одобрительный свист, когда мяч оказался у Тайлера в руках.       Ему удалось увести мяч в самом начале, и это уже было немыслимо. Роу и другие игроки мгновенно рванули за Тайлером, и тот отважился пасовать. Отдал мяч Джошу, а тот продумал обманку: оббежал соперников со спины, погоняя их по площадке, и вновь вернулся к их кольцу. Затем пасовал Брайану, а тот, не раздумывая, снова Тайлеру. Ещё одним удивительным моментов, замеченным Тайлером, стало то, как вся команда соперников охотилась за ним во время игры. Тайлер понял свою ошибку — он мало маневрировал мячом по площадке. А это было необходимо, потому что… Слабым местом капитанши была, как бы это удивительно не звучало, дальняя игра.       Но пас Брайана забрал соперник, начиная уводить мяч на другую сторону площадки, как вдруг он напоролся на из ниоткуда вывалившегося Тайлера, и тот, в самой грубой манере, увёл мяч к себе. Осталось пасануть Джошу, тот бы отдал дело Гарольду и очко было бы их, но перед Тайлером начала виться необычайно красная Роу с намерением так же неожиданно отобрать мяч. Тайлер мало того, что начал менять руки, так и принялся петлять по полю, путая соперницу. На долю секунды она отстала, и парень воспользовался этим моментом: решил забросить сам, без паса. Двухочковый пришёлся прямо в яблочко, и мяч с громким хлипом ударился об площадку. И этот удар стал подтверждением теории Тайлера, которую он обдумывал всю вчерашнюю игру.       Тактика брюнетки как по нотам была расписана от начала до конца. Те же движения, те же прыжки и подачи. Тайлер понял, что отвлекло его в прошлую игру: её суетливость, изворотливость. Это его насторожило, и в процессе игры Тайлер понял, что не так. Роу боялась идти не по плану, боялась, что если она не успеет, то упустит ситуацию из рук, поэтому так мельтешила, изо всех сил хватаясь за мяч. И если сбить её с самого начала, она начнёт суетиться ещё больше.       Роу резко обернулась на кольцо, провожая взглядом вольно летящий мяч. Игра только началась, но её лицо было уже таким красным, будто она готова была разрыдаться. Сжав кулаки, китаянка побежала в другую сторону поля, не забыв метнуть в беспечного Тайлера взгляд полный ненависти. В ответ он развёл руками и пожал плечами, мол «даже сам не знаю, как так вышло», и убежал, довольный собой. Рукой распутывал вьющиеся волосы, но на Тэйлор пока не смотрел нарочно: хотел впитать всю её эйфорию в конец игры. Когда он выиграет.       Кореянке уже не казалось всё таким смешным, когда и второй мяч от неё ушёл. Она жалела, что не может разорваться на поле, чтобы остановить Тайлера и его безбашенную игру, и в то же время попытаться найти окошко, чтобы пробиться к кольцу противников. Девушка отчаянно вилась под ногами у Тайлера, который с немой издёвкой забирал у неё мяч, крутил его, чтобы запутать Роу. Мяч мельтешил у неё перед глазами, в какой-то момент она схватилась за мяч, побежала, но снова наткнулась на Тайлера, отчего чуть не взвыла. Окна для подачи не было, а бороться против него было почти бессмысленно. Влево — его рука, вправо — обе руки. Только один ловкий манёвр позволил Роу выбраться. Ликуя, она и вовсе подзабыла, что на поле они не одни, поэтому мяч беспечно ушёл в руки Джошу от затуманенной Роу.       Тайлер нарушал шуструю тактику Роу обычной дворовой схемой, когда ваша цель как можно дольше подержать мяч у себя и не дать его сопернику, и когда нет определённой схемы подач. Вы просто действуете по ситуации и без тактик. В этом был весь секрет. Ну и ещё, конечно же, Тайлер всё ещё намеренно вёл дальнюю игру, так как заметил, как Роу лажает именно в ней несколько раз подряд.       И не то чтобы игра шла всухую: Роу спасали и другие профи из её команды, пытаясь отобрать мяч там, где ей это было не доступно, и пасли корзину соперников. Однако то, как управлялся Йель сегодня, было для них удивительно. В команде Нью-Йорка всё-таки оказался такой же догадливый парень, который понял, что следующий ход Йеля в этот раз точно не угадать, и именно он пас мяч больше всех, пытаясь так же вертеться с ним, лишь бы не пасовать. Но у него ничего не выходило. Его же тиммейты наорали на него из-за того, что он бездействует.       Когда злость на поле достигла пика, то Роу начала играть очень жёстко. Она толкала игроков на поле, и один раз из-за неё чуть даже не упал Гарольд, за что Нью-Йорк была присуждена штрафная карточка. Это совсем плохо повлияло на капитаншу: после каждого забросанного мяча в её корзину она прикрывала лицо руками и уголки её губ падали всё ниже.       А тем временем до конца оставались считанные минуты. Роу носилась так, как необузданный зверь в клетке. Когда мяч оказался в её цепках руках, Тайлер решил не пресекать на корню её попыток, а сделать ещё… больнее.       Роу сделала разворот, оказавшись спиной к полю противников и неспешна повела мяч, выискивая щель для выхода. Как вдруг натолкнулась спиной на Тайлера, который был так близко, что она чувствовала его всем своим яством. Она от него устала, потому что Тайлер был везде, и она тонула в его всеобъемлющем контроле на поле, которые должно было принадлежать ей. У неё дрожал подбородок, когда она пыталась дать пас, но Тайлер перехватывал мяч и нарочно возвращал его Роу, которая в изнеможении металась взглядом вокруг.       Они снова столкнулись. Тайлер сзади, его грудь почти прижата к её спине. Роу задыхается от усталости, пот заливает ей глаза, ноги гудят от беспрестанного бега. — Что такое? — успел прошептать Тайлер, и она как бешеная толкнула мяч в сторону, но он снова вернулся ей в руки. Тайлер подал. Роу уже была не рада, что он у неё оказался в руках. — Нет-нет, давай… Забей последний мяч. Я хочу, чтобы ты забила этот мяч. Давай. Ну же.       Роу не замедилась ни на секунду и перед тем, как подбросить мяч, украдкой взглянула на Тайлера. В этом взгляде не было ничего, кроме сожаления. Из последних сил она совершила прыжок, и с остервенелым криком швырнула мяч в кольцо. Тайлер сделал два шага назад от Роу, которая свалилась на колени в изнеможении. Но фанаты абсолютно не «фанатели» от такого броска. Казалось бы, что могло пойти не так? — Не может быть! Не может быть! Я вижу такое впервые за шесть сезонов! Автогол команде Нью-Йорка! Дамы и господа, автогол!       Глаза Роу распахнулись в немом испуге. — Как… Как автогол… Нет! Нет, судья, — девушка мгновенно вскочила. — Господин судья, неужели не видно, что это было умышленно? Я была зажата противником в угол, и мне некуда было девать мяч! Это умышленный автогол, господин судья!       Вмешался Тайлер с притворно-сладкой улыбкой на лице: — Как же нарочно? Ты всё время отбирала у меня мяч по пути к своему же кольцу. Я пытался тебе намекнуть, но ты была так увлечена, — он выкатил нижнюю губу, а через секунду изменился в лице и посмотрел на судью: — так что с очками? На сей счёт?       Немного подумав, мужчина поднял руку в воздух и дунул в свисток. — Очки Йелю!       И этот взгляд Тайлера нужно было только видеть. Он был таким сладким и уничтожающим одновременно. У Роу чуть не слетел с языка жгучее «вот ты сука, Джозеф», но она сжала зубы крепко-накрепко, и её без того красное лицо словно позеленело. Такой униженной она себя никогда не чувствовала. Она попятилась назад, глядя на Тайлера впритык, а затем развернулась и, сжав кулаки, что-то рыча про себя, пошла на выход с поля, проходя мимо Тайлера, нарочно задев его плечом. — Эй! А как же попрощаться?! — крикнул он ей вслед, отчего Роу утроила скорость и исчезла.       И секунды не прошло, как к Тайлеру вернулось осознание всего происходящего: они победили. Они победили! — Да, дамы и господа! Это чистая победа! Поприветствуйте нашу лигу чемпионов!       С этого момента для Тайлера было всё как в тумане: награды, форой фанатов, их поливают шампанским с ног до головы, кто-то жарко целует его в щеку, причём явно не девушка, но это всё пустяки. Победа. Сладкая, долгожданная победа, с ней, как и с усталостью, по рукам и ногам растекается приятная истома. Очнулся от этого наваждения Тайлер уже в объятиях Тэйлор в какой-то подсобке. Вернее, когда его губы жадно прижимались к её и сминали из в головокружительных резких поцелуях, а руки почти болезненно сжимали ее бёдра, притягивая их ближе.       Поцелуй стал становиться всё глубже, и никто из них двоих ни капли не перечил этому, как вдруг Тэйлор резко оттолкнула от себя Тайлера, закашлявшись. Она приложила руку к грудной клетке, будто это могло бы ей помочь. К счастью, кашель прошёл быстро: хватило всего пары секунд. Тайлер был так слаб после игры, что он аж отлетел к противоположной стене и замер в шоке. Дыхание его было глубоким, частым, но слегка сбивалось. — Кому-то не мешало бы бросить курить, — поддразнил он, вздергивая подбородок. — Или это какой-то хитрый ход? Я тебе что, разонравился? — Я воздухом подавилась, кажется, — неожиданно схмурилась Тэйлор, попытаюсь оправиться, пройдя пару шагов до Тайлера. — И не говори глупостей. Моя симпатия коротка, но не настолько. — Теперь наша главная цель — атлетика, Тэй, — отвлёкся Тайлер. — Мы обязаны победить. — Обязаны — значит, победим!