Проснись

— Саске, давай спускайся! Мы и так задержались! — крикнула женщина лет сорока, вынося из дома последнюю коробку, подписанную черным маркером "книги". На лице Микото только начали появляться первые морщинки, но это ничуть не портило ее природную красоту. — Итачи, иди поторопи брата.       Парень с длинными черными волосами, собранными в низкий хвост, сунул в задний карман джинс свой телефон, в котором он залипал с самого утра, пока рабочие выносили вещи и мебель из дома, и быстро поднялся на второй этаж, где была комната младшего Учихи.       Переезд всегда дело утомительное, особенно если уезжать совершенно не хотелось. Но после повышения Фугаку на должность главного директора транспортной компании этого следовало ожидать, и глава семьи Учих твердо решил перебраться подальше от городского шума и суеты. Из прекрасного живого Киото в маленький японский городок Майдзуру, расположившийся на берегу моря. Звучало довольно неплохо, но старый дом Саске все же нравился больше, да и покидать своих и так немногочисленных друзей и заводить новых – затея не фонтан. Тем более парень не отличался разговорчивостью и тягой к социализации в принципе.       Родители списывали все на переходный возраст, будто стараясь не замечать проблем сына. Саске, которому недавно исполнилось семнадцать, постоянно с кем-то дрался, учился средне, врал и часто ночевал не дома. Одноклассники стали косо на него смотреть, а потом и вовсе перестали общаться. Из друзей остался лишь Наруто, который принимал Саске со всеми его странностями. Бойкий парень с самого детства поддерживал и защищал Учиху от нападок сверстников. Микото хоть и переживала за сына, но Фугаку не позволял жене жалеть его, потому как хотел, чтобы сыновья выросли самостоятельными и независимыми. Только Итачи мог успокоить брата, выслушать обо всех его проблемах и переживаниях. И Саске рассказывал, зная, что брат точно не отмахнется от него как отец. Старший сын все же гордость семьи, а младший так, в довесок, сам по себе. — Брат, мама зовёт. Мы уезжаем, — Итачи без стука открыл дверь и встал на пороге, прислонившись плечом к косяку. Комната казалась маленькой и серой, а младший брат – каким-то несуразным темным пятном на фоне тусклого лучей солнца, пробивающихся сквозь плотные грозовые облака.       Саске стоял у окна, глядя на сад позади дома. Осень уже успела украсить листья золотыми бликами, а воздух понемногу становился прохладнее. Это было его любимое время года; контраст серого неба и оранжевой листвы вызывал чувство спокойствия, умиротворения и какого-то баланса внутри него. В осенние дни Саске вел себя более сдержанно, и синяков на теле становилось меньше, оценки лучше, даже Наруто заходил иногда, хотя Учиха не любил пускать кого-либо в свою комнату. Но как только первые снежинки касались земли, унося последнее тепло, то Саске вновь становился самим собой. Диким, грубым, нелюдимым, невидящим смысл в своей жизни, больше похожей на бесконечный день сурка.       Когда Итачи посмотрел на брата, то вдруг понял, что тот заметно повзрослел за последний год. Вытянулся, стал шире в плечах, и вечный беспорядок на голове стал более менее приемлемым. На руках у парня сидел черный кот с прищуренными желтыми глазами. Года два назад он был спасен от собак и притащен домой младшим Учихой. Несмотря на все протесты Фугаку, нетерпевшего животных в доме, Саске буквально со скандалом вытряс из отца право на проживание кота исключительно в своей комнате. С тех пор это запуганное существо по кличке Куро так и осталось в доме Учих, подпуская к себе лишь своего спасителя. Итачи даже мог сказать, что Куро много чем был схож с хозяином. И дело не только в скверном характере. Та же черная, торчащая клочками шерсть, напоминала шевелюру Саске, которую парень наотрез отказывался стричь, поэтому челка все время падала на глаза. Учиха медленно повернулся, окидывая взглядом пустую комнату, которую уже трудно было назвать своей. Только кое-где разрисованные краской обои и парочка старых плакатов каких-то рок-групп мельком напоминали о былых днях. Куро мяукнул и потерся мордочкой об подбородок парня. — Дай мне ещё минуту, — тихо сказал Саске, пряча черные потухшие глаза за неизменной челкой. Итачи вздохнул и вышел, прикрыв дверь.       Кот мягко приземлился на все лапы и недоуменно мяукнул, дёргая кончиком хвоста. Саске присел на корточки и стал шариться ладонью под подоконником. Там находился его личный тайник, в котором отлично скрывались от посторонних глаз пачки сигарет и ещё всякая дрянь, так обожаемая подростками. Итачи давно знал о нем, просто не хотелось в открытую показывать свою темную сторону перед идеальным старшим братом. Так близко он мог подпустить к себе очень редко, и то по собственному желанию, если уже не было сил держать все в себе. И сегодня явно не тот день. Сунув последнюю пачку в карман косухи, парень закрыл окно, заметив, что на улице тихо моросил дождь. Иронично, но на душе у Саске тоже начинался дождь. — Куро, нам пора, — Учиха поднял кота, прижимая его к груди, и застегнул молнию на куртке так, что осталась видна только голова животного. Кот боялся улицы и мог находиться вне дома только таким образом, чувствуя себя в безопасности. Странно, но Саске на секунду тоже захотелось стать котом и спрятаться у кого-нибудь на теплой груди. Только в его жизни таких людей не было.       С каждым шагом вниз по ступенькам становилось все тяжелее. Родной дом, даже будучи совершенно пустым, все же был наполнен воспоминаниями. Саске остановился на середине лестницы и закрыл глаза, пытаясь вдохнуть так глубоко, чтобы впитать в себя остатки того привычного домашнего уюта и тепла, которые ему приходится оставлять здесь. Громкий сигнал машины вырвал из потока мыслей, и парень недовольно цыкнул, выходя на крыльцо. Фугаку, сидящий за рулём, жестом указал на заднее сиденье рядом с Итачи. Саске накинул капюшон, придерживая кота под курткой одной рукой, и быстро подошёл к машине, чтобы не промокнуть под разошедшимся дождем. Итачи помог брату пристегнуться и кивнул отцу, наблюдавшему за сыновьями в зеркало заднего вида. — Дорога займет пару часов. К нашему приезду уже должно быть все на месте, — сказал старший Учиха, и машина медленно отъехала, шурша колесами по мокрому асфальту.       Саске было абсолютно все равно, сколько им ехать, поэтому он тут же достал наушники и уткнулся в экран телефона, включив музыку на всю громкость. Хотелось послушать что-нибудь успокаивающее, но в его плейлисте только самые депрессивные треки. Наруто прислал несколько сообщений с пожеланиями удачи и просьбой приезжать почаще, и это немного радовало. Итачи усмехнулся, наблюдая за лёгкой улыбкой на губах брата, и положил на колени свой новый ноутбук, чтобы продолжить писать исследовательскую работу по экономике для университета. Переезд переездом, а сдавать все лучше вовремя, особенно если ты лучший ученик курса.       Саске даже не заметил как уснул. Мурчание Куро, тепло его мягкой шерсти под курткой, шум дождя за окном, капли, лабиринтами стекающие по стеклу – все это гипнотизировало, вводило тело в расслабленное состояние, отчего глаза закрывались сами собой. Парень бесшумно, словно кот, устроился на сидении, вытянув ноги и положив голову на предварительно скомканный на плече капюшон. Неудобно, но потерпеть можно. Сна, как такового не было, только пустой черный фон, собственно ничем не отличающийся от его обычных сновидений. И бесконечный поток переплетающихся мыслей о том, что его ждёт на новом месте. Как его примут в школе, сможет ли он найти друзей или же придется ездить в родной город, чтобы в жизни было хоть какое-то общество, кроме кота, последней растянутой на пару недель пачки сигарет и старшего брата. Родители не в счёт; взрослые больше внимания уделяли Итачи, который в будущем должен был стать преемником отца, чтобы перенять все его дела в компании. Саске существовал в каком-то отдельном, сюрреалистическом мире, где был только он и серые похожие друг на друга будни.       Машину тряхнуло на очередном повороте. Дождь не прекращался, а только усиливался, поэтому по серпантину приходилось ехать медленнее. Фугаку чертыхнулся и сжал пальцами руль, стараясь вести машину ровно. Микото лишь устало вздохнула, сверяясь со временем. Из-за ливня в дороге они уже больше двух часов. Итачи закрыл ноутбук и потёр пальцами напряжённые глаза. Зрение и так было не стопроцентным, поэтому чтобы хоть немного снять усталость, парень стал разглядывать пейзаж за мутным от капель дождя окном машины. Деревья от сильного морского ветра клонились к самой земле. С одной стороны над дорогой возвышались горы, а с другой виднелось бесконечное синее море. Итачи попробовал зайти в интернет с телефона, чтобы прочитать об этих местах, но над значком 4G навис крестик, означающий полное отсутствие сети. И следующий час пришлось тупо смотреть на зацикленную картинку гор и моря.       Машина выехала на городское шоссе и стала подниматься в гору. Внизу показались крыши домов, разбросанные по долине, чуть покрытой облаком тумана. Новый дом семьи Учих оказался на самом верху в конце дороги. Окружённый со всех сторон лесом двухэтажный коттедж в традиционном японском стиле выглядел внушительно. Все же отец любил простор. Грузовика с рабочими уже не было, из чего следовало, что они закончили перенос коробок прямо к приезду новых хозяев дома. — Саске, проснись, — Итачи легонько потряс спящего брата за плечо, — Мы приехали.       Саске еле разлепил глаза и снова нахмурился. Умиротворенное выражение его лица, которое можно было увидеть у него только во время сна, снова сменилось на привычное раздраженное. Парень протер рукавом запотевшее стекло и посмотрел на улицу. Огромный старый дом, затерявшийся где-то в горных лесах. Просто замечательно. — Здесь красиво, правда? — спросил Итачи, когда Саске наконец неохотно вышел из машины, снова накидывая капюшон. Все же в горах прохладнее, чем в городе. — Ну так себе.       Куро протяжно зашипел под курткой, царапнув парня за руку, и бросился в открытую дверь дома. — Ауч! Что с ним такое, никогда не царапался… — Саске провел пальцем по капельке крови, выступившей из ранки, — Ну и фиг с тобой.       Фугаку уже вошёл в дом, так как Саске заметил, что в окнах на втором этаже загорелся свет, и маячила фигура отца. Только мать стояла на крыльце, осматривая небольшие клумбы, которые она точно заполнит своими любимыми цветами. Итачи положил руку на плечо брата, прижимая того к себе. Саске хотел было выскользнуть из неожиданных объятий, но Итачи держал крепко, поэтому пришлось подчиниться. — Пошли, а то к ужину опоздаем, — сказал Итачи, и братья в обнимку поплелись к дому.       Комната Саске была больше, чем в Киото. Большая кровать с кучей подушек, книжный шкаф, к которому он точно не притронется, стол из темного дерева. За узкой дверью в цвет стены Саске обнаружил ванную и просторную гардеробную. Все же внутри дом был оборудован более современно, чем выглядел снаружи. Широкие окна в пол пропускали много света, и даже имелся выход на балкон. Балкон радовал парня больше всего, так как родительская спальня была в другом крыле дома, а значит их окна выходили во двор. Саске же теперь смотрел на бесконечные зелёные леса, уходящие вверх по горе, сдерживаясь, чтобы не выкурить одну из последних сигарет, запас которых неизвестно когда снова пополнится. Куро забился под кровать в дальний угол и шипел на хозяина при любой попытке достать до него рукой. Саске не хотел получить ещё больше царапин, потому оставил эту затею, и разложил свои вещи, коих у него было не так много. Переодевшись в домашнюю одежду, он решил спуститься на первый этаж, чтобы от скуки прогуляться по дому.       В доме пахло деревом и немного хвоей. Кое-где еще стояли неразобранные подписанные коробки, а мебель была покрыта полупрозрачной пленкой. Половицы тихо поскрипывали от каждого шага. Саске побродил немного, осматривая новое жилище и вскоре вышел на кухню. Удачно, так как ему хотелось найти что-нибудь поесть до того, как мать позовет на ужин, куда идти не было никакого желания. Холодильник оказался полупустым, однако парень все же выудил пачку сока, которую выпил залпом в следующую минуту, и одно из красных яблок, купленных на фермерской ярмарке на выезде из Киото.       Внезапно что-то стукнуло в окно кухни, как будто кто-то кинул маленький камень в стекло. Саске резко повернул голову на звук, но кроме качающихся от порывов ветра деревьев и себя в отражении окна, он ничего больше не увидел. Дом находился у самого леса, поэтому списав все на птиц, парень сел за обеденный стол, вынул телефон из кармана штанов и попытался подключиться к вайфаю. Старый пароль не подошел ни с первого раза, ни с десятого, поэтому Саске бросил эту затею, небрежно закинув гаджет обратно в карман, и потянулся рукой к лежавшему на столе сочному красному фрукту. Стук, снова раздавшийся в тишине дома, резко ударил ушам, отчего Саске вскочил с места и быстро подошёл к окну, всматриваясь в вечерние сумерки. — Что за хрень? — спросил сам себя парень. Стекло уже запотело от его дыхания, но Саске продолжал смотреть в глубину леса, периодически протирая влажную поверхность рукавом.       Когда ладони, плотно прижатые к стеклу, похолодели так, что кончики пальцев стали почти синими, Саске тяжело вздохнул и хотел было прервать эти глупые гляделки ни с чем. Однако край глаза вдруг уловил какое-то движение между деревьями, и парень прищурился, вжавшись лбом в окно. Из-за дерева в нескольких метрах от дома вышла девушка и помахала ему рукой, будто подзывая к себе. На ней было грязное красное кимоно с порванным подолом, а необычные розовые волосы были перевязаны черной лентой. Девушка была совершенно босая, несмотря на колючие ветки и шишки под ногами. У Саске все похолодело внутри, и перехватило дыхание. Он замер, расширив глаза, шумно вдыхая, пытаясь совладать с собой, чтобы не закричать. Чья-то рука легла ему на плечо и заставила вскрикнуть, отпрыгнув от окна. — Твою ж налево! — рыкнул Саске, скидывая необычно холодную руку брата. — Что случилось? Прости, что напугал, — взволнованно сказал Итачи. — Все нормально, — ответил Саске и, взяв со стола яблоко, ретировался в свою комнату, тем самым избегая допросов брата.       Пока он поднимался по лестнице, у него началась одышка, а ноги казались ватными. Все же он действительно испугался. Что это было? Ему точно не привиделось. Добравшись до постели, Саске обессиленно рухнул на мягкое одеяло, отчего Куро недовольно шикнул под кроватью. Парень лег на спину, раскинув руки в стороны, тупо пялясь в потолок. Хотелось забыть о произошедшем как можно скорее. — Она просто местная сумасшедшая. Наверное, — нащупав в кармане яблоко, Саске поднял его перед собой, разглядывая идеально круглый красный фрукт, напоминающий по цвету то самое одеяние. Блестящая поверхность бликовала в свете настольной лампы, так что даже жалко было его есть. Но Саске было как-то всё равно, и он бесжалостно вгрызся зубами в плотную кожицу. — Сладкое... — подумал парень, когда сок тонкой дорожкой стек от краешка губ вниз по щекам.

***

      На ужине младший Учиха не появился, даже когда Итачи попросил брата спуститься. Ему было тошно сидеть рядом со своей семьёй, слушать скучные рассказы отца о его работе, бесконечный трёп матери о садоводстве и новых сортах цветов, доклады Итачи об его успехах в университете. А все потому, что самому Саске было нечего рассказать, хоть его никогда и не спрашивали. Может иногда Итачи заводил тему об увлечениях брата, но кроме как о своем пугливом коте, новой вредной привычке и очередной драке, Саске не о чем было оповещать свою семью. Фугаку обрывал его на полуслове и говорил о чем-то отвлеченном: о погоде, о последних новостях. Микото с жалостью смотрела на поникшего сына и снова делала вид, что внимательно слушает мужа. Саске молча доедал и закрывался ото всех в своей комнате, утопая в выученных наизусть строках любимых песен, стоящих на повторе каждый день.       Электронные часы с горящими зелёным цветом цифрами показывали время далеко за полночь, когда в окно коротко постучали. Саске так и не смог уснуть на новом месте, пребывая в каком-то трансе после произошедшего на кухне, поэтому сразу же приподнялся на локтях, неотрывно глядя на плотные шторы, которые он задвинул перед тем, как лечь спать. И теперь это казалось ему самой лучшей идеей за всю его жизнь. Стук повторился, но Саске сидел неподвижно, боясь шевельнутся, чтобы кровать вдруг не скрипнула, и тот, кто сейчас находился снаружи, не услышал его пробуждения. На какое-то время все стихло, и Саске подумал, что выглядит максимально глупо со стороны, и скорее всего это лишь ночная птица, решившая присесть на его балконе. А если это снова она, та девушка в кимоно? Но как может человек забраться на второй этаж дома? Бред да и только. Куро, сидевший под кроватью с самого вечера, вдруг бесшумно выполз и принюхался. Кот двигался, почти вплотную прижавшись животом к полу, все ближе подходя к тому месту, откуда послышался стук. И чем ближе он подбирался, тем отчетливее Саске слышал его шипение. — Куро! Кс-кс-кс! Иди сюда! — громким шепотом подозвал кота Саске, но тот лишь прогнулся в спине и протяжно устрашающе мяукнул. Шерсть встала дыбом, отчего Куро казался раза в два больше. Кот косился в сторону окна, утробно рыча, как не делал никогда раньше, и будто не слышал зова хозяина.       Саске пошарился рукой по прикроватной тумбочке в поисках телефона, потом аккуратно опустился на пол и на четвереньках подполз к окну. Фонарик не был супер-оружием против всего того, что выстроило богатое воображение парня, но отпугнуть бы точно смог. Оставалось лишь резко раскрыть шторы. — Фух... На счет три. Раз. Два. Три! — Саске дёрнул за край шторы, отодвигая ее в сторону и тут же включая фонарик на всю яркость.       На балконе было пусто. Совершенно никого. Саске дернулся лишь от того, что Куро зашипел и удрал обратно в своё укрытие, откуда видны были только его жёлтые глаза. Парень выдохнул, унимая колотящееся сердце, и посветил ещё раз, внимательно осматривая стекло. Примерно на уровне груди он заметил какие-то черные разводы, будто кто-то стучал грязными костяшками, по размеру чуть меньше его собственных. Но эти пятна могли быть здесь и до этого, так что нельзя утверждать, что они появились именно сейчас. Однако было ещё кое-что, что Саске точно не мог объяснить себе. На идеально чистой плитке балкона отчетливо виднелись следы человеческих ступней. Будто кто-то стоял в полуметре от окна и смотрел вовнутрь. Только два следа и больше ничего. Жуткое зрелище. — Наверное рабочие оставили, когда убирались в доме, — как-то неуверенно сказал сам себе Саске и все же решился выйти на улицу. Просто покурить.       Ночной воздух ударил в лицо, заставляя глубоко вздохнуть. Близость к морю сказывалась на здешнем климате. Мелкая изморозь холодными капельками осела на бледной коже, но парень будто не чувствовал этого, продолжая стоять на улице. Саске облокотся на перила балкона и вгляделся в тьму леса. Все вокруг было наполнено различными звуками. Редкие вскрики птиц, стрекот насекомых, шум редких капель по крыше, шелест ветвей от порывов ветра. Тонкая струйка дыма взвилась над горящим кончиком сигареты, и ядовитые пары мгновенно наполнили лёгкие. Саске расслабился и даже мысленно посмеялся над самим собой. Лёгкий ветерок уносил пепел куда-то вдаль, развевая черные волосы парня. Саске стряхнул с челки капли воды и затушил сигарету об собравшуюся на перилах лужицу. Бычки плохо смывались в туалете, а скидывать их вниз – этот способ однозначно повлек бы за собой выговор от матери, которая непременно заметит окурки в своих клумбах.       Пока Саске думал о том, куда можно было бы утилизировать следы своей вредной привычки, что-то быстро скользнуло из темноты на другом краю балкона. Парень отчетливо услышал какую-то возню и шлепанье босых ног по кафелю, медленно приближающихся к нему. На долю секунды ему показалось, что волосы у него стоят дыбом не хуже, чем шерсть у Куро. Медленно повернув голову на звук, он замер, всматриваясь во тьму. Та же девушка, которую он видел из окна кухни, осторожно приближалась к нему, но Саске почему-то не спешил вернуться в комнату. С одной стороны ему было страшно, так страшно, что хотелось заорать, захлопнуть дверь прямо перед носом этой сумрачной преследовательницы, задернуть шторы и спрятаться под одеялом до самого утра. Потом обязательно вызвать полицию, потому что какого хрена на частной территории шастают какие-то непонятные личности, да ещё и лезут ночью на твой собственный балкон. Но с другой стороны, ему было все равно, что с ним может случиться. Уж слишком надоела однообразная серая жизнь, непонимающие родители, единственный друг и сигаретный дым, постепенно выедающий его лёгкие. — Кто ты? И что тебе нужно? — громко спросил Саске, наконец найдя в себе каплю смелости обратиться к тому, кто стоял перед ним. Вечно хмурые брови вдруг выгнулись в непонимании, а глаза расширились от удивления, но не страха.       Девушка на вид была примерно его возраста. Бледная, чуть ниже ростом, руки и прикрытые подолом до самых щиколоток ноги были покрыты чем-то черным, будто сажей или грязью. Саске вдруг подумал о том, что несмотря на позднюю осень, из одежды на ней было только это рваное красное кимоно, но при этом казалось, что ей ни капли не холодно, хотя сам парень уже продрог до костей. Длинные, почти до пояса, спутанные светло-розовые волосы, перевязанные черной атласной лентой, сальными мокрыми паклями обрамляли маленькое аккуратное лицо, на удивление оказавшееся чистым. Только глаза были серыми и потухшими. — Не молчи! Это же ты была на заднем дворе днём? — более уверенно спросил Саске, поняв, что никакой опасности девушка не представляет.       Она как-то странно, немного диковато улыбнулась, обнажая ряд идеальных белых зубов, так неподходящих к ее внешнему виду, и томно закусила нижнюю губу. Ловкие пальцы медленно стянули вниз грязную красную ткань, открывая вид на острые выступающие ключицы, скользя все ниже. Саске смотрел на ее бледное тело как заворожённый, тяжело вдыхая холодный воздух, выдыхая крохотные облачка пара, тут же рассеивающиеся в воздухе. Свет луны играл в ее волосах, с которых она плавно стянула черную ленту, освещал фарфоровую кожу, которой так и хотелось коснуться. Девушка остановила сползающее платье почти у самой груди и поманила Саске к себе. Парень выронил докуренную сигарету из пальцев и сделал шаг вперёд. Она сделала шаг назад. И так продолжалось, пока девушка не упёрлась поясницей в деревянные перила балкона. Саске на секунду остановился, услышав гневное шипение Куро позади себя, но девушка была настолько привлекательной в тот момент, что все остальное ушло на второй план. — Саске! — чей-то смутно знакомый голос раздался где-то далеко в тишине, но парень не обратил на него внимания.       Он подошёл почти вплотную, поставив руки по обе стороны от незнакомки, и хотел было коснуться губами ее тонкой шеи, которую она будто специально подставила для него, но девушка отклонилась назад, нависая над пустотой. Саске усмехнулся и также склонился ниже, поддаваясь ее игре. — Саске! Проснись! — окрик звучал уже ближе.       Тихий девичий смех и задорные огоньки в ее глазах возбуждали, будоражили сознание, ещё не познавшее близость с женщиной. Сейчас Саске слепо хотелось ее, пока она вот так призывно демонстрирует себя. Где-то далеко в своем сознании отчаянно не понимал, что что-то не так. Внутренний голос звал его, но тело само наклонялось все ниже. Странная, но красивая девушка только заливисто смеялась над его тщетными усилиями. Парень на секунду прикрыл глаза, и в создавшейся темноте вдруг увидел взволнованное лицо брата в ярких лучах белого света. — Саске, что ты делаешь!? — крикнул кто-то совсем близко, но звук был таким далеким, будто из-под воды.       Саске дернулся и сморгнул пару раз. Вместо девушки перед собой парень увидел лишь острые камни гор, рассыпанные внизу. Он стоял, перегнувшись через перила так сильно, что едва касался пола кончиками пальцев. Итачи схватил его за шиворот футболки и оттащил назад. — Я спрашиваю, что ты творишь? — громкий голос брата вмиг сдернул какую-то пелену, затуманившую разум, и Саске наконец собрался с мыслями. — Я… Там была девушка. Она постучала в окно, я вышел... Я её ещё днём видел, она была в лесу... — быстро проговорил парень, все ещё не до конца понимая произошедшее. — Ты чуть не убился, идиот! — в глазах Итачи читался настоящий страх и непонимание. — Но это правда… — немного растерянно сказал младший Учиха, думая, почему у брата все время такие холодные пальцы.       Саске немного знобило и подташнивало, поэтому он оттолкнул руки брата, крепко сжимающие его за плечи, и вернулся в постель, накрываясь одеялом с головой. Итачи закрыл дверь балкона, задернул шторы и подошёл к Саске, которого пробирала крупная дрожь. — Ты же понимаешь, что об этом стоит сказать родителям... — Нет! Если ты скажешь, то ты мне больше не брат! — Саске вскочил, откинув одеяло, и посмотрел на Итачи, — Там была девушка, — буквально прорычал парень, — Почему ты мне не веришь? — старший брат ничего не ответил. — Уходи, прошу, — тихо взмолил Саске, опустив голову.       Итачи сжал кулаки, но послушно вышел, не оборачиваясь. Когда дверь за ним с тихим скрипом закрылась, младший Учиха лег обратно на спину и попытался уснуть. Слушая шум дождя за окном, парень быстро погрузился в сон.       Впервые за последние несколько лет Саске что-то снилось. Он сидел на кухне, в руках красное яблоко. На гладкой поверхности играли блики от лампы. Парень крутил его в ладони, собираясь откусить, как вдруг в окне перед ним возникла та девушка. Она улыбалась и манила его пальцем. Саске равнодушно уронил яблоко на пол и последовал за ней, проходя сквозь стекло. Девушка бежала где-то впереди по лесной тропинке, уходящей в гору. Саске старался не отставать, с трудом преодолевая неровные извилистые корни, торчащие из земли. Узкая тропинка резко кончилась, но девушка не остановилась и пошла дальше, указывая рукой на ствол дерева, странно изогнутый почти под прямым углом. Саске почему-то решил запомнить это и пошел дальше. Девушка пробралась через густую поросль высокой травы и вышла на светлую поляну, где свернула налево, снова маня за собой. Саске уже не шел, а бежал. Девушка перешла через быструю речушку, но ее ноги остались совершенно сухими. Саске совершенно не почувствовал дискомфорта в ступнях от холодной воды, но, несмотря на странное чувство неправильности происходящего, продолжил бежать. Впереди уже виднелся холм, на вершине которого стоял старый буддийский храм. Взбежав по каменным ступенькам, Саске остановился у входа и осмотрелся, ища глазами красное кимоно. Девушки нигде не было. Парень попытался отодвинуть деревянную ширму, чтобы войти внутрь, но та не поддалась, поэтому он быстро обошел здание по узкой веранде и наконец увидел ее. Девушка стояла на небольшой полянке за храмом предназначенной для сада камней. На песке, испещренном бороздками, виднелись следы ступней, ведущих между камней к ногам девушки. Она молча улыбалась, глядя на парня. Саске посмотрел ей в глаза, какие-то мутные и неживые. Лицо незнакомки вдруг стало серьезным. Она протянула ему руку, на которой лежало красное яблоко. Саске хотел было принять его, но оно сгнило за долю секунды и рассыпалось, ускользнув меж ее пальцев. Девушка указала рукой на землю и прошептала одними губами: — Я здесь.