Уроки любви

"Может быть, она не была еще влюблена, но при первом случайном препятствии или внезапном гонении судьбы пламя страсти должно было вспыхнуть в ее сердце"

Приехав в поместье Кирилы Петровича Троекурова, Владимир молча стоял на крыльце и глядел на дом внушительных размеров. В письме было сказано, что ровно в полдень его встретят у крыльца дома и проведут экскурсию, после чего познакомят с воспитанником и отправят отдыхать. А пока Дубровский под видом Дефоржа стоял и думал, откуда бы начать поджег, дабы отомстить. - Вы и есть мсье Дефорж? Погруженный в свои мысли Владимир, оглянулся на голос и побледнел. Перед ним стояла Марья Троекурова, а подле нее его воспитанник - Саша. Не в силах что-либо ответить, он молча кивнул. - Отец очень извиняется, но утром он и его товарищи уехали на охоту. Он поручил мне провести вам экскурсию по дому, рассказать вам о ваших обязанностях и показать вам вашу комнату. Владимир кивнул. - Вы говорите по-русски? - Д-да, - заикаясь, ответил он. - Ах, да! - опомнилась она. - Это Саша, ваш воспитанник. Маленький мальчик кивнул Дубровскому, широко улыбаясь. - Рад знакомству, - весело ответил Саша. - Взаимно, - легонько улыбнувшись, ответил Дубровский и вновь посмотрел на Марью. - А я Марья Кирилловна Троекурова, дочь Кириллы Петровича. Марья протянула руку Дубровскому, дабы пожать ее. Но Владимир перехватил ее, едва коснувшись ладони губами. Как только Дубровский отпустил руку девушки и вновь посмотрел на неё, то увидел, как порозовели ее щеки. Он незаметно усмехнулся - точно также Машенька краснела от гнева, когда незаметно для обоих отцов уже выросший, казалось, из детских забав Володька подбегал к маленькой девочке Маше и дергал ее за косички. Однажды после очередной экзекуции над ее великолепными длинными густыми каштановыми косами, Машенька настолько сильно покраснела и разозлилась от ухмылки нахального мальчишки Володи, как называли его слуги, что с визгом кинулась на него, чтобы выцарапать ему глаза. Она повалила долговязого крепкого семнадцатилетнего, только что приехавшего из кадетского корпуса, юношу на траву и стала дергать его за русые волосы, а он смеялся и верещал. Машу быстро отпустил гнев и она слезла с Володи и пролепетала что-то наподобие «извини». Он только отсмеялся. Подбежал к ней. И поцеловал в щеку. А потом убежал. «Ты ведёшь себя, как маленький ребёнок, Володя», - с серьезным лицом после этой сцены говорил ему отец, а Троекуров стоял неподалёку и весело глядел то на дочь, то на сына тогдашнего друга. Сейчас Троекурова выглядела также растерянно, как в тот день. - Пройдемте за мной, - прошептала Марья и, пройдя вперёд, вошла в дом. Саша и Дефорж двинулись за ней. «Этого не может быть. Это не может быть он. Но он так похож на этого нахала Володю Дубровского! Боже, где же Володя сейчас? После того, что с его поместьем сделал папенька...Он, конечно, поступил ужасно...Но не может быть, чтобы позади меня шёл Дубровский!» С этими мыслями Марья, гонимая дрожью, провела фальшивого Дефоржа по дому, не замечая его тоскливого взгляда и насмешливого, уже понявшего все, взгляда Саши. - Здесь находится ваша комната. Девушка открыла комнату и пригласила Дубровского внутрь. Тот зашёл в приличных размеров помещение, освещённое яркими солнечными зимними лучами. Огромная двуспальная кровать, рабочий стол, балкон - все, что требовалось для проживания. - Если вас что-то не устраивает, я сообщу об этом отцу... - Нет-нет! - перебил он ее. - Все просто прекрасно, не утруждайте себя! Девушка немного смутилась и кивнула ему. - Если вы не против, вы завтра же приступите к занятиям с этим попугаем... - Я не попугай! - возмутился Саша. - Тогда перестань все время повторять все за отцом! - Ой все! - шуточно обиделся Саша и выбежал из комнаты. Троекурова тяжело вздохнула и села на кровать, подперев голову. Дубровский опустился рядом. - Иногда он напоминает мне одного человека... - Какого? - еле сдерживая трепет в голосе, спросил «Дефорж». - Володю Дубровского, - опустив глаза, тихо ответила она, на что получила ошарашенный взгляд учителя. - Вы его знали? - спросила она его. - Наслышан, - собственный голос показался таким глухим от волнения. Между ними воцарилось молчание. - Я хотела вас попросить об одной услуге, хоть это и не входит в ваши обязанности... - Я постараюсь исполнить любое ваше желание. Марья немного помедлила, прежде чем продолжить. - Отец сказал, что вы учились игре на фортепиано... Она замолчала, потупив взгляд. Дубровский широко улыбнулся, вспомнив этот взгляд. Такой же он был у неё в тот момент, когда они носились по его дому. Володе тогда была тринадцать лет отроду, он приехал на лето к отцу, а Маше - восемь. Машенька споткнулась и опрокинула любимую вазу отца Дубровского. Когда на шум сбежались взрослые из соседней комнаты, они увидели двух детей, у ног которых лежали ошмётки вазы, а Машенька стояла с разбитыми в кровь коленями, один из осколков остался в коже. - Это сделал я! - крикнул Володя, долго не думав. - Отлупите меня, это я ее толкнул! Все взрослые захихикали, а Андрей Гаврилович вздохнул и прикрыл глаза рукой. Конечно, лупить никто Дубровского не стал, но и Машенька избежала наказания. Пока взрослые смеялись, а Троекуров пытался убедить Дубровского в том, что его сын очень хороший мальчик, дети тихо слиняли. Вернувшись в реальность, Дубровский понял, что девушка ожидает ответа. - Я буду рад с вами позаниматься музыкой. - Рада слышать согласие. Оба тепло улыбнулись друг другу. - Жених и невеста! - раздалось под окном. Маша закрыла лицо руками, а Дубровский еле сдерживал смех. - Саша! Кому это ты? - услышали Дубровский и Троекурова из окна мужской голос. Это был Кирила Петрович Троекуров. У Дубровского сами собой сжались руки, костяшки побелели. - Никому! И с этими словами Саша скрылся с другой ребятней. Дубровский услышал, как Кирила Петрович тяжелой поступью вошёл в дом. Когда дверь отворилась, Марья Кирилловна, словно ошпаренная, вскочила с кровати, а за ней и Дефорж. - А! - воскликнул радостно Троекуров. - А вы, смею предположить, мсье Дефорж? - Да-с, - стараясь унять гневные позывы, спокойно ответил Дубровский и ответил на крепкое рукопожатие. - Как доехали? Не укачало? - Кирилла Петрович участливо опустил руки на плечи мужчины. - А мне вы представлялись совершенно другим! Думал, предо мной предстанет хиленький француз, ну уж точно не высокий красавец! Служили? - Да-с, - коротко ответил Дубровский, чувствуя, что в любую минуту может кинуться на него. Останавливала его только Марья Кирилловна, что бледная стояла позади отца. - Что же вы так неразговорчивы? - Троекурову, видно, не понравился тон учителя. - Батюшка, я думаю, господин очень устал с дороги, - послышался вдруг тихий нежный голосок Машеньки, который мигом снял весь гнев с Дубровского. Его сердце пропустило удар. Он не заметил ее взгляда, устремлённого на его руку. Кирилла Петрович призадумался и кивнул. - Да, Машенька, ты, верно, права, - он отступил от Дубровского. - Отдохните, мсье Дефорж. Вечером жду вас на ужин. У нас будет бал! Если вы не решите почтить меня своим визитом, я очень разочаруюсь. - Я буду-с, - сдержанно ответил учитель, постаравшись улыбнуться. Но улыбка вышла натянутая, неестественная, даже насмешливая. Но Троекуров, благо, этого не заметил. Он уже развернулся и направился к выходу из комнаты француза. Дубровский вновь остался наедине с Машенькой, которая, как только отец оставил их, глубоко вздохнула и чуть упала на постель. Дубровского испугала бледность девушки, и он тут же оказался подле ее колен, держа за руки. - Вам плохо? Позвать врача? Воды? - он тут же подскочил и налил ей стакан воды, которую Машенька приняла холодной дрожащей рукой. Она сделала глоток и поставила стакан, но он соскользнул и полетел на пол. Оба сразу же встрепенулись, Дубровскому удалось поймать стакан прямо у пола, правда, разлив все содержимое на пол. - Боже, - тихо прошептала она, закрыв лицо трясущимися руками. - Ничего, - отмахнулся он, не обращая внимания на пролитую жидкость. - Позвать кого-нибудь? Она отрицательно покачала головой. - Не нужно, - она резко поднялась с кровати, отчего чуть не упала, но Дубровский вовремя ее поддержал. - Я сама дойду. Все хорошо... - Боже мой, да вы вся дрожите! Даже не отмахивайтесь, я проведу вас до вашей комнаты. - И, не став слушать возражений Троекуровой, он, все ещё не отпуская ее, держа одной рукой плечи, а другой хрупкую талию, вывел ее из комнаты и направился с ней в комнату. Как только Машенька оказалась у дверей своей спальни, то медленно отстранилась от взволнованного мужчины. Не взглянув на него, она слегка поклонилась, произнеся: - Спасибо, что провели, - после чего тут же скрылась за дверьми. Дубровский не успел и слова вымолвить, как прямо перед носом захлопнулись двери комнаты. Он задумчиво оперся о стену, заламывая пальцы по привычке, а после тяжело вздохнул, последний раз глянул на закрытые двери и двинулся к себе. Как только Марья Кирилловна услышала удаляющиеся шаги, она с тихим стоном сползла по стенке комнаты, закрыла лицо руками и разразилась громким плачем. Дело было в том, что она увидела на руке Дефоржа шрам от какого-то пореза. Вроде ничего страшного, но вот в чем дело - точно такой же шрам был и у Володи Дубровского, на том же самом месте. Дубровский тогда разбил окно в своём доме, когда они с Машенькой играли в догонялки. И она точно помнила, как стёклышко вонзилось в руку Володи, и как она вытаскивала сама это стекло.