Твои крылья прекрасны, Кас.

Так и проходит несколько дней, очень медленных, длинных и скучных для них обоих. Дин приходит лишь тогда, когда Ангел засыпает, оставлял еду, аккуратно проверяет повязки, иногда меняя бинты, и "исчезает" оставив записку. Как часто Каса стал смаривать сон. Ангел проваливается в небытие, видит сны - то, чего раньше был так лишён, спит долго, крепко. И Винчестер начинает предугадывать моменты, когда Кастиэль может проснуться, когда сон отступает, и выскакивает из комнаты примерно за полчаса до того, как его могут заметить. До этого же он остаётся рядом. Чаще всего безмолвно стоя около двери, следит за Ангелом, "разгадывая" свои мысли и чувства, "разгадывая" эмоции Каса, пытаясь понять, что творится в голове Ангела, пытаясь решить для себя, как поступать дальше. Кастиэль зажался, закрылся в себе. Охотник заботится, да. "Но он зол. Дин злится" - такое решение принял для себя Кастиэль. "Винчестер не желает его видеть, общаться. Помогает, как всегда, потому что Ангелу нужна помощь, потому что Дин – человек, он чувствует, живёт эмоциями, и скорее всего, помогает только поэтому. Просто не может бросить. Обуза, лишний груз на плечах. В который раз". Ангел сжимает голову в тисках своих рук, и нет, не потому что так не хочется быть в тягость Дину, не потому, что боится его злости, а потому, что хочет другого. Чего? Не понимает. Хочет, чтобы охотник снова коснулся его крыльев, хочет, чтобы, не отпускал, хочет так сильно, что в области солнечного сплетения всё сжимается до жуткой боли, заставляя тихо стонать, сдерживать немые крики. Откуда столько эмоций? Душащих, мешающий думать, даже двигаться… Кастиэль тихо стонет от безысходности, как раз в тот момент, когда охотник тихо проходит мимо комнаты в гостиную. Дин замирает, прислушиваясь, и снова улавливает стон полный некого отчаяния, боли? Старший Винчестер глубоко вздыхает, зажмурившись на несколько секунд, и резко открывает дверь в комнату, входя внутрь, заставляя Ангела вздрогнуть от неожиданности. - Как спалось? – холодно, безэмоционально спрашивает он. Кас пару раз моргает, не веря, что охотник заговаривает с ним, в глазах мелькает неподдельное счастье. - Х… хорошо… - напугано отвечает он, боясь даже говорить, что видел сны, сам не зная почему, наверное, из-за их содержания. Ангел бегло смотрит на охотника пронзительными голубыми глазами, в которых теперь столько эмоций. Далёких от человеческих, но, всё же эмоций. - Тебе больно? – вопрос снова холодный, и Ангел не смог уловить в нём беспокойство. - Н... нет, – отвечает Кас, сверля взглядом кровать. – Дин… - тихо зовёт он охотника, но говорит не то, что хочет. – Где Сэм? - Уехал. На одного из его друзей из Стэнфорда напал вервольф. Он решил поехать один. - Почему… не поехал ты? – мужчина всё так же боится посмотреть на охотника. - Сэм настоял. Он задержится там, хочет пообщаться со своими заучками. Мне будет скучно, – слабо усмехается Дин, но потом снова становится строгим. - Дин... прости… - Кас мельком смотрит на охотника, но тут же, снова опускает взгляд. - За что? – на этот раз в голосе на самом деле появилось удивление. - За то... что было…я виноват... Дин слегка хмурится. - Виноват, – усмехнулся мужчина. – Виноват в том, что возбудился? Вопрос Дина заставляет Ангела покраснеть, ещё ниже опустить голову. - Д… да… - Ты эксплуатировал мою помощь для личной выгоды, Кас. Я и не знал, что ты способен на такое. – "Ты же всегда был так холоден, Кас…" - Дин смотрит на смущённого Ангела, но тот истолковывает его слова по-своему. Воспринимает слова Дина "Я и не знал, что ты способен на такое", как упрёк, что Ангел алчный, а не как восхищение тем, что он проявлял эмоции. - Я... наверное, и вправду пойду… - голос Каса дрожит от боли и неожиданно подступающих слёз. Ангел теряется в эмоциях, уже не понимая, что испытывает, проклиная эти чувства, желания. Мужчина слегка сжимается в спине, медленно слезая с кровати и волоча за собой неокрепшие крылья. – Прости… что воспользовался твоей помощью в таких целях… я… не знаю почему… прости… - Ангел медленно делает пару шагов по комнате, не поднимая глаз на Дина, который не знает, как остановить Каса. Внутри Ангела всё сжимается, и он медленно смотрит на охотника, сжав кулак и приложив его к груди, как будто это может унять ноющее, нервирующее чувство тревоги внутри. - Дин… я знаю, что просить не должен, и… отказ приму, пойму. Уйду, правда. Но… прошу... ты можешь… ещё раз... коснуться моих крыльев? – мужчина быстро опускает голову вниз, слегка сгибаясь в спине, крепче прижимая руку к груди, так боясь услышать отказ, зажмурившись, слыша лишь стук собственного сердца. Охотник недоуменно смотрит на Ангела, в три шага преодолевает расстояние между ними, внимательно следя за Касом, который кажется каким-то затравленным. Дин медленно поднимает руку, смотря на неё, как на чужую и еле ощутимо опускает на крыло Каса. Ангел вздрагивает, широко раскрыв глаза, смотрит в пол, на ноги Винчестера, который стоит так близко. "Выполнил просьбу? Почему?" Ангел судорожно и громко сглатывает, пытаясь ухватиться за мысли, которые разбегаются, как тараканы от света. Дин слегка склоняет голову на бок и медленно проводит рукой по крылу, заставляя Каса вздохнуть глубже, зажмуриться, испугавшись, что это сон, что всё сейчас оборвётся. - Тебе это нравится? – мягко спрашивает Дин, в голосе столько нежности, что Ангел недоуменно поднимает взгляд на охотника, смотря ему прямо в глаза. Винчестер слегка запускает пальцы в крылья Ангела и тот надрывисто выдыхает: "Да…" - пошло приоткрыв губы, не отрывая взгляда пронзительных голубых глаз от Дина и начиная снова краснеть. Охотник приближается к Ангелу, оставляя между их лицами расстояние в несколько миллиметров, сознание ещё пытается убедить его, что всё это неправильно, что Ангела трогать нельзя, что Небесное существо должно уйти, но Дин так быстро отгоняет их, так что те больше и не думают возвращаться. - Тогда… не смей уходить… ясно, Кас? Ангел коротко кивает, слегка прогнувшись в спине, рука Дина бережно сжимает перья, и Кас выдыхает горячий воздух в лицо человеку, пытаясь сдержать стон. Всё кажется таким неправильным, хотя, пожалуй, так и есть. Ангелы бесполы? Да. Но не сейчас. Сейчас он в теле этого мужчины. И если Дину кто-то и нужен, то не он, а Джимми, его тело, оболочка, а не Кастиэль, который внутри. В глазах Ангела появляется боль, и он попытается сделать шаг назад, подальше от Дина, но тот снова проводит рукой по крылу и Кастиэль вздрагивает. - Кас, - Дин выдыхает воздух в губы Ангела, смотрит на него, как будто читая мысли, понимая, чего именно он испугался. – Я хочу только тебя, Кас, - снова горячий воздух в лицо, язык охотника по нижней губе и Кас тихо стонет, еле слышно, совсем слабо сопротивляясь, не веря. "Только оболочка… не я…" - мелькает в голове бедного Ангела. - Ты… - как в подтверждение выдыхает Дин, разгоняя печальные мысли Каса, целуя его в губы, ненавязчиво, нежно, едва касаясь. Пытаясь не напугать. И Кас слабо приоткрывает губы, не отвечая, просто поддаваясь его действиям. Дин углубляет поцелуй, как только Ангел слегка подается вперёд. Рука сильнее сжимает крыло и Кас тихо стонет в губы, боится вспугнуть Дина, боится реакций человеческого организма, боится того, что мелькает в голове. Дин притягивает к себе Ангела за талию свободной рукой. Запускает язык в рот Каса, изучая "окрестности", проводя им по дёснам, зубам, сплетая их языки. И Кас отзывается, целует в ответ, всё ещё не смело сжимая одной рукой волосы Дина, подаётся телом вперёд, вжимаясь в охотника, и протяжно стонет в его губы, как только Дин сжимает основание крыла. Винчестер уже понял, что это наиболее чувствительное место. Дин ласково толкает Ангела, опускает его на кровать, нависает сверху, не разрывая поцелуй, массируя крыло. А Кас извивается под охотником, всё более пошло стонет в его губы, краснея, послушно поддаваясь действиям человека. Дин на секунду отрывается от губ Каса, слегка отстраняется, и сжимает крыло, а Ангел прогибается в спине, громко стонет во весь голос. Растрёпанный, краснеющий, губы пересохли, а радужка глаз потемнела с небесно голубой, до иссиня-черной. Такой наивный взгляд и похотливый одновременно, столько эмоций, что Дин сам на секунду замирает от неожиданности. Милый Ангел, как ребёнок, полностью доверившийся своему человеку. Дин наклоняется, проводит языком по пересохшим губам Ангела, целует в скулы, шею, одновременно стягивает с себя футболку, расстёгивает пижаму, которая надета на Касе. А Ангел как будто понимает мысли человека, его желания, кладёт ладонь на руку Дина "испаряя" одежду с себя. Охотник тихо охает, созерцая под собой оголённое тело Ангела, проводит рукой по торсу, как в трансе, заворожено следит за подрагивающими мышцами и улыбается, замечая возбуждение Каса. Охотник быстро освобождается от остатков своей одежды и снова нависает над Касом. Ничего не говорит, слов как таковых и не нужно, за всё говорят эмоции. И нет. Не просто желания, потребности. Чувства. И оба это прекрасно понимают. Дин ласково целует Каса: губы, скулы, шея, ключица. Оставляет засосы-метки. Его Ангел. Только его. Прикусывает сосок, срывая с губ Каса тихий стон, и тут же зализывает укус, рукой уже сжимая достоинство Ангела, заставляя прогнуться в спине, тихо протяжно простонать. Рука быстро сменяется губами охотника и Кастиэль стонет громче. Дин не торопится, ласково, нежно захватывая член Каса губами, проводит пару кругов языком, и медленно заглатывает его глубже, начинает двигаться. Кастиэль дергает крыльями, сжимает простыню одной рукой. Дин двигается быстрее, искуснее водя языком, одна рука ловко скользит вверх и снова массирует крыло Каса, снова пропуская перья между пальцами, вторая же поднимается вверх по бедру, сжимает ягодицу, пальцы проникают внутрь Каса. Один палец, два, Кас тихо шипит от слабой боли, но та тут же проходит. Рука в оперение крыла, губы на члене – достаточно, чтобы забыть о боли. Достоинство парня набухает сильнее. Он кусает губу и сильнее стонет, пошло, громко. Чувствуя ещё более сильное возбуждение Каса, Дин ускоряет темп. Голубоглазый сильнее напрягается, стонет, прогибаясь в спине и беспорядочно дергая крыльями. Ещё пару рывков и семя Ангела наполняет рот охотника. Кас краснеет сильнее. Дин проглатывает всё, что попало к нему в рот. Мерзко? Нет. С Касом всё наоборот правильно. Он проводит языком по достоинству Ангела, собирая остатки, заставляя того слабо вздрагивать. Устраивается между его ног. Сам уже давно терпит, больше нет мочи. Укладывает Каса удобнее, подхватывая под бёдра, видит слабую улыбку на лице, счастливую, ободряющую, и медленно входит в него. Кас морщится, и на глазах появляются слёзы, он слабо сжимает руку Дина на своём бедре, просит не останавливаться, одним взглядом, и Дин понимает этот взгляд. Входит плавнее, раз другой, проводит по перьям Каса, заставляя отвлечься от боли, задевает нужную точку и Ангел нервно, рвано вздыхает. Дин снова перехватывает тело Каса и входит теперь под нужным, "правильным" углом. Кас громко и надрывисто стонет, чуть зажмурившись. Тело ангела сильно напрягается, а на щеках снова появляется румянец. Дин с каждым разом углубляется всё больше, но не делает резких движений, стараясь не сделать Касу больно. Немного привыкнув к боли, Ангел сам подаётся телом вниз, требует большего, тем самым срывая охотника с катушек. Движения становятся быстрее, он входит в Каса целиком, оставляет засосы на шее, зачарованно смотрит за реакцией Каса. А Ангел прогибается сильнее. Запрокинув голову, громко вскрикивает, сжимает плечи Дина пальцами. На напряженном теле блестят капельки пота. Дин продолжает набирать темп, прогнувшись в спине, и томно стонет, ещё несколько раз двигается в Касе и кончает в него. Проводя рукой по достоинству Каса, и этого достаточно, чтобы Ангел кончил снова, попадая жидкостью на себя и Дина. Кас прикрывает глаза, протяжно и долго стонет, а потом смотрит на своего человека из-под густых, полуопущенных ресниц. Дин наклоняется, нежно целуя Ангела в губы и выйдя из него, падает рядом, чудом не зацепив, крыло Каса, проводил рукой по пёрышкам. - Твои крылья прекрасны, Кас... – шепчет он на ухо Небесному воину, заставляя его слегка вздрогнуть и немного покраснеть.