Потерянные горные лорды / Peak Lords gone missing

Му Цинфан взял ножницы из своей сумки и взялся за спасение прически шисюна. Он также попытался отвлечь Шан Цинхуа от чрезмерных переживаний с помощью беседы. — Вот это шисюн имел в виду, говоря о Зол… золу… — Преображение Золушки? Не совсем, но близко. — Почему же оно так называется? — Ну, эм, существует уйма всяких ТВ-шоу, построенных на комплексе «гадкого утенка», — начал было Шан Цинхуа, но остановился, увидев оторопь на лице Му Цинфана. — Окей, жила-была одна тян… — Тян? — Девушка, и звали ее Золушка. — Оу. — Ее семья была ужасной, жизнь была ужасной, но с помощью мышей и тыквы она заарканила принца, который безумно влюбился в нее. — Как? — Ее крестная… — Кто? — Крестная… Ну, это… женщина, которая должна засвидетельствовать, что ребенок прошел обряд крещения и стал христианином. — Христианином? Шан Цинхуа застонал. — Проехали. Просто забудь. Как оказалось, Золушка — это чересчур мудреная история. В общем-то, Му Цинфан уже догадывался, что не найдет свитка с упоминанием этой девушки в библиотеке. — Шисюн, мне нужно знать. — Это всего лишь тупая детская сказочка. Не самое необходимое знание, чтобы тебе нужно было забивать этим голову. Детская сказочка? Выходит, Шан-шисюн слышал ее, когда был маленьким? — Пожалуйста. — Нууууу ладно. Итак, Золушка — это девушка, у которой вся семья плохая, за исключением одной родственницы — феи с большими связями среди небесных чиновников. — Серьезно? — Ага, она умеет летать, владеет магическим артефактом, который называется «волшебная палочка», а еще превращает невинных зверушек в своих рабов и предметы мебели. — Звучит, как будто она не очень-то приятная женщина. — Ну да, наверное, но она любит свою крестницу, поэтому превращает ее лохмотья в шикарное платье. И принц, повстречав Золушку, думает, что она из богатой семьи. — И в чем заключается мораль этой сказки, шисюн? — Если брать самую суть, то она в том, что важно знать нужных людей, пользоваться косметикой и ложиться спать до полуночи. Му Цинфан расхохотался. — Хотел бы я иметь крестную, чтобы она заставляла меня ложиться спать вовремя. — Мне об этом можешь не рассказывать, — сказал Шан Цинхуа, по всей видимости, вспоминая неоконченные расчеты, ожидающие его на пике Аньдин. Дыхание шисюна стало ровным. Он смог наконец расслабиться рядом с Му Цинфаном. Целитель закончил обрезать самые неряшливые локоны. Теперь волосы Шан Цинхуа выглядели совсем короткими, как у маленькой девочки, разве что пушистее. — У тебя есть зеркало? — Да, шисюн. Увидев свое отражение, Шан Цинхуа надолго впал в молчание. — Шан-шисюн, они отрастут снова, — утешил его Му Цинфан. — Я знаю средство, которое ускоряет рост волос. — Ты не врубаешься, док, — Шан Цинхуа все никак не мог оторвать взгляд от своего отражения. — Понимаешь, это вроде как первый раз, когда я узнаю себя в зеркале. У меня была в точности такая же стрижка перед тем, как я умер.