Потерянные горные лорды / Peak Lords gone missing

Самолет заботливо усадил его на один из стульев в своем кабинете. Шэнь Цинцю сперва порывался встать, но его тело в последнее время слишком ослабло. Как будто он снова превратился в больного ребенка, в безвольную куклу, которую можно толкать сколько угодно, потому что у нее нет силы. Самолет сел подле него, продолжая пить все тот же дерьмовый чай. Его одежды теперь пропахли чернилами и той травой. Сама мысль о том, что эта трава примешалась к первоначальному сильному аромату, почему-то ужасно пугала. Ци опять закололась в меридианах Шэнь Цинцю. Больно! Он поморщился. — Бро, ты в порядке? Шэнь Цинцю помотал головой, хотя его гордость умоляла не делать этого. Его душа и тело были не в ладах друг с другом. — Ты можешь?.. — произнес он. Черт, ну вот как ему попросить о таком… Сама мысль об этом вгоняла его в краску своей бесстыжестью. — Тебе что-то нужно? — спросил Самолет. Шэнь Цинцю открыл рот. Закрыл. Он мог просить проституток, чтобы они подарили ему ощущение комфорта, разве это чем-то отличалось? Но они делали это за деньги, а Самолет был горным лордом, который мог бы сам купить целый бордель. Что Шэнь Цинцю мог ему предложить такого, чего горный лорд Аньдин не имел? — Когда я напал на тебя… — Ой, братан, не надо, не начинай, — Самолет закатил глаза. — Нет, я хочу сказать, после этого… Ты сделал это… ты… Твою мать, от волнения его замутило. — Э-э? — Что ты за это хочешь? — За что? — Я думаю, что у меня какой-то кинк на чернила или что-то в этом роде. На тебя, — Шэнь Цинцю горько рассмеялся. — Блядь, что я говорю? — он прикрыл лицо рукой. — О, так ты имеешь в виду обнимашки, — Самолет моргнул. — Назови цену, что ты хочешь от меня за это? — ШТАААА?! Черт, он так и знал. Он противен Самолету. Ему следовало бы обратиться за этим к проституткам. — Цену? За обнимашки? Бро, ты совсем тупой, что ли? Видимо, да. И нуждающаяся грязная потаскуха вдобавок. — Забудь, я… Он пойдет в бордель. — Гуцинь, — оборвал его Самолет, не давая в этот момент вскочить со стула. Что? — Цена за обнимашки. — Ты даже не умеешь играть на этом инструменте. Почему ты хочешь, чтобы я купил тебе гуцинь? — Не купил, бро. Я хочу, чтобы ты сыграл на нем для меня. Ой… Он мог это сделать. Будь проклята его гордость. Он кивнул. — Давай пойдем в комнату, где ты спал, — Самолет встал, жестом приглашая его следовать за ним. Шэнь Цинцю повиновался. Как покорная шлюха. Они покинули кабинет и пошли по коридору в гостевую комнату, которую он занимал. Когда они вошли, Самолет закрыл дверь изнутри на замок. Горный лорд Аньдин сел на кровати. — Ляг и положи голову мне на колени. Но он просил всего лишь обнять его, разве нет? — Давай, не стой там как вкопанный. Шэнь Цинцю наконец сдвинулся с места, хотя и неуверенно. Что происходит у Самолета в голове? Автор так сильно изменился после отклонения ци. Прежний Самолет поднял бы визг сразу после странного запроса, едва услышав про чернильный кинк. Однако Шэнь Цинцю сделал то, о чем его просили. Когда он лег, Самолет наградил его обнимашками за послушание. Колотье ци в его меридианах начало утихать, и головокружение постепенно исчезло. Чернила и человеческое тепло успокоили его нервы, хотя и не полностью. Какая-то часть его души не могла избавиться от ощущения, что вся эта ситуация — ловушка, пока это чувство не утонуло в усталости, которую испытывало его тело, а отсюда было недалеко и до сонливости. Шэнь Цинцю зевнул. — Ты не мог уснуть с тех пор, как проснулся несколько дней назад, верно, бро? Как, черт возьми, он об этом догадался? Ну, типа, откуда?! Не только про вчера, но и про предыдущие дни тоже? Как?! Нет, он не мог уснуть. Вообще не мог, ведь это была не его бамбуковая хижина, но пик Аньдин. Он мог спать в борделе, но это было так давно. Гостевая комната на вершине Аньдин была милой, но слишком чужой, чтобы ослабить бдительность. — Ты знал? — неверяще прошептал Шэнь Цинцю. — Ага. — Ты… Как? Блядь, ты это специально придумал! Тебе не нужна моя музыка, ты хотел затащить меня в постель! — Потому что ты — тот еще кусок дерьма с закидонами, когда ты невыспавшийся, бро. Это не причина! Нет, он должен сейчас же встать и прекратить это нелепое безумие, но усталость была сильнее, чем команда, отданная им своему телу. Его усталость — и рука Самолета на его плече, не дающая ему подняться. Твою мать, он в ловушке! — Я буду приходить к тебе по вечерам, чтобы ты мог нормально уснуть, — буднично произнес Самолет. — Ты! Ты знал! Ты, дерьмовый автор, откуда?! — Удачная догадка. — Да черта с два я тебе поверю. На лице Самолета сразу же возникла эта блядская самодовольная ухмылка. — Я не понял, ты разве не считаешь, что я долбаный извращенец?! У меня кинк на чернила! Самолет погладил его по голове вместо ответа, и Шэнь Цинцю почувствовал, как его лицо краснеет от стыда. — Ты хочешь меня трахнуть, бро? Глаза Шэнь Цинцю расширились от шока. — Что? Нет! — Ты уверен? Я симпатичный, ты знаешь, здесь совершенно нечего стыдиться. Шэнь Цинцю врезал бы ему по лицу, если бы не был так обессилен. — НЕТ! Не хочу я тебя трахать! Дерьмовый автор! О чем он только думает?! — В таком случае твой диагноз таков: ты явный цундере, бро, — Самолет захихикал. Что за черт? — Никакой ты не извращенец. Просто у тебя такой способ справляться с твоими проблемами с доверием. — Чего?! — Ты мог бы позволить проститутке-мужчине тебя успокоить? Шэнь Цинцю содрогнулся, когда заглянул в глаза Самолету. Этот всезнающий взгляд не на шутку пугал. — Ну, так мог бы? — …нет. — И ты не хочешь со мной трахаться? — НЕТ! — в отчаянии выкрикнул Шэнь Цинцю. — Я уже говорил тебе, я не… Ты — мой друг! — Вот именно, — говоря это, Самолет не переставал гладить его по волосам. Шэнь Цинцю в страхе цепенел от этих прикосновений и в то же время жаждал их. Это было до обидного смущающе. Его голова снова заболела. — Ты не должен платить мне за обнимашки, бро. Это же так просто. Мне не нужны деньги, мне не нужно твое тело, мне не нужно, чтобы ты играл мне на гуцине. — Тогда чего же ты хочешь? — недоверчиво спросил Шэнь Цинцю. — Ох, — Самолет засмеялся. — Скажем так, у меня есть кинк на счастливого Огурца. Шэнь Цинцю ударил его. Дерьмовый автор! — Ай! За что? Это не запрещенный кинк! Почему тебе можно иметь кинк на чернила, а меня за подобное ты осуждаешь? — Заткнись! — Как я и говорил, классический случай цундере. — Иди на хуй! — Так ты все-таки хочешь?.. Шэнь Цинцю снова его ударил. Как же его бесит эта крыса! Самолет на это только посмеялся. Шэнь Цинцю был практически уверен, что у него из ушей валит пар — до того он был зол. — Ну что? Ты наконец расслабился? Да? Ой, блин, ци перестала скакать по его меридианам. Наконец-то! — Ты надо мной просто прикалывался, говнюк недоделанный. — Это твое «спасибо» на цундерском? Я не эксперт по твоему родному языку, братан. Шэнь Цинцю и хотел бы выбить из него все дерьмо за такие комментарии, но в этот раз изнеможение оказалось сильнее его. Он провалился в сон, так и не сумев придумать остроумного ответа. Все, о чем он мог думать, это был запах чернил.