Потерянные горные лорды / Peak Lords gone missing

— Моя вершина насквозь просмердела твоей тоской, демон, — сказал Шан Цинхуа, когда опять обнаружил Ло Бинхэ перед воротами Аньдин. — В твоей грязной родословной случаем скунсы не пробегали? — Этот лорд желает видеть Учителя. — Разве я не предупреждал, чтобы ты придержал свой член, м? Или твоя память такая же дырявая, как твоя задница? Полукровный дебил положил руку на Синьмо. Горному лорду Аньдин было на это наплевать. — Оооооой мамочки, кто-нибудь, спасите этого бедного мастера от великого грозного Синьмо! О, горе мне! Я умру от того же меча, которым ты истязал своего Учителя! О ужас! Шан Цинхуа охватило злорадное удовольствие, когда лицо полукровного ублюдка исказилось от боли. Гребаные демоны. — Ты отрезал ему язык, выколол глаз, откромсал конечности, убил его семью, не оставил и осколка от души Юэ Цинъюаня, способного реинкарнировать. — Это все в прошлом, — процедил сквозь зубы Ло Бинхэ. — Сейчас я изменился. — Да ты что? — Шан Цинхуа фыркнул. — Ты делаешь все, чтобы он поскорее умер, на этот раз от отклонения ци. — Этот лорд никогда не причинит вреда Учителю. Шан Цинхуа сделал фейспалм. — Мы уже говорили об этом, отродье. Ты согласился держаться от него подальше. Или твой член опять поборол твой разум? — Следи за языком. — Шкет, ты бы давным-давно убил меня за длинный язык, если бы не понимал, что я прав, — сказал Шан Цинхуа, скрестив руки на груди. — Учитель так и не вспомнил? — Божечки, а я все думаю, почему его мозг так упорно избегает тех самых воспоминаний о тебе? — Шан Цинхуа закатил глаза. — Нет, он не вспомнил. — Если он увидит этого лорда, он обязательно вспомнит все. Шан Цинхуа испустил громкий вздох. Демоны. Никаких мозгов. — Я умер, будучи задушен, и ты знаешь, я и по сей день жутко расстроен из-за своего убийства, — горный лорд объяснял медленно, словно разговаривал с маленьким ребенком. — Каждый гребаный день я просыпаюсь от кошмара, в котором не могу дышать! Ну же, скажи мне, как по-твоему, я выгляжу счастливым и здоровым человеком? — О ужас, — передразнил его этот скунс. — Прекрасно, — Шан Цинхуа отступил в сторонку, давая демону возможность пройти сквозь ворота. — Проходи. Пускай твой драгоценный Учитель окончательно сбрендит от вызванных тобой плохих воспоминаний. Ему же ничего не сделается от очередного большого отклонения ци, учитывая, что от одного он только что оправился, ага-ага. — Это только возможность, а не доказанный факт. — Основание Шэнь Цинцю слабее даже моего, а его смерть была значительно хуже, чем моя. Если бы ты всерьез верил, что он переживет эти воспоминания в своем нынешнем состоянии, ты бы давно уже меня убил и проник на мою вершину. Ты достаточно наблюдателен, чтобы видеть мое плохое состояние, поэтому ты не хочешь рисковать. Опять же, ты понимаешь, что я прав, так к чему весь этот сыр-бор, демон? Тишина. Наконец-то. Его уши успели свернуться в трубочку, слушая эту бредятину. — Парень, ну что с тобой, мы же говорили об этом. Дай своему Учителю немного пространства. Тогда он увидел слезы на щеках полудемона. Неподдельные. Вот дерьмо. — Шан-шишу, что мне делать? — вытирая слезы, прохныкало отродье. — Что, если Учитель захочет развода? Ой, блядь. — Малыш, я боюсь, что новое отклонение ци случится вовсе не из-за того, что Учитель возненавидит тебя после возвращения воспоминаний, а из-за того, что он по-прежнему будет любить тебя. Солнышко, разве тебе не хотелось убить себя, когда ты вспомнил все те плохие вещи, которые ты с ним делал? Демон закивал. — Вот именно, шкет, он может сам разрушить свое ядро от ужаса. Он заставил тебя пройти через Бездну! Дважды! Он испаскудил твое детство. Дважды! И это если не упоминать всего прочего дерьма, которое он натворил в своей предыдущей жизни. Ты ужасно зол на себя за убийство собственного мужа! Шэнь Цинцю имеет целый список людей, которых он сейчас любит — это практически вся школа — и которым он принес смерть тем, что издевался над тобой. То, что я пережил смерть от удушения и предал школу дважды, это детский лепет по сравнению с этим. Ты знаешь, что я прав. Хотел бы он ошибаться. Демонический лорд выглядел побежденным. Шан Цинхуа помассировал виски. — Головные боли по-прежнему беспокоят тебя, шишу? — Его они тоже беспокоят, если это был такой завуалированный намек от тебя. — Нет, мой вопрос касается конкретно Шан-шишу. Какой милый ребенок. Туповатый, но милый. — Спасибо тебе за то, что по крайней мере Шэнь Цинцю не видит кошмаров, шкет. Я это ценю. — Этот лорд сожалеет, что у него в данное время не хватает силы на Шан-шишу. Сны Учителя… — Я все понимаю, даже у тебя есть предел для просмотров мерзких ужастиков по ночам, — вздохнул Шан Цинхуа. — Этот лорд достал травы, которые Му-шиди прописал Шан-шишу. — Ну, офигеть, спасибо! Я сейчас не могу позволить себе седативные средства, потому что они замедляют мыслительный процесс. Все, что нашлось у нас в школе, никуда не годится. Эта штука, которую ты принес, не имеет побочных эффектов, верно? — Розу Лунных Небес непросто было найти, — кивнул Ло Бинхэ. — Шкет, я практически люблю тебя в данный момент, несмотря на то, что ты демон. Это растение настолько редкое, ты просто не поверишь, — Шан Цинхуа улыбался, беря мешочек с травами из рук демона. — Этому лорду посчастливилось его найти. Он же избранный, чему тут удивляться. — А как там… ну ты понял… — Мобэй Цзюнь не испытывает счастья по поводу того, что убил шишу своими руками. — Ага… — Шишу потребует развода? — Рассчитываешь собственные шансы сохранить брак, шкет? — Шишу, пожалуйста. — Ну что тебе? — Если шишу считает, что его вершина провоняла тоской, он просто еще не нюхал того, чем пропах дворец этого лорда. Имей милосердие! А, чтоб меня, этот ребенок говорит это так серьезно! — Шкет, ты не шутишь? — Шишу, во снах его тоска только усиливается. Поверь, Обида Чуншань — это высоконравственная литература по сравнению с тем, что Мобэй Цзюнь желает сделать с шишу, этот лорд сам видел. Лицо Шан Цинхуа стало красным. — На хрена ты взялся подглядывать, извращенец? — Приношу извинения, шишу, у меня совсем не осталось сил, чтобы заблокировать свое сознание от этих сновидений, — невинно произнес демон. Этот ублюдок выгораживает своего подчиненного, так? Не сегодня! — Не меняй тему. И держись подальше от Аньдин. — Шишу… — Шкет, нет, — Шан Цинхуа не дрогнул. Глупый ребенок выглядел совсем грустным. Был ли Мобэй Цзюнь в таком же отчаянии, как и этот тупой демон? Твою мать. — Однако приготовленная тобой еда будет пропущена. Это привлекло внимание демона. — Шишу? — По крайней мере, с этой едой связаны самые приятные воспоминания о тебе. И не смотри на меня так! Да, у меня тоже слюнки текут при одной мысли об этом, и не смей меня судить! А теперь выметайся с моего пика и пиздуй на кухню, пока я не передумал. Ло Бинхэ не понадобилось просить дважды. Шан Цинхуа тем временем сделал глубокий вдох. Наконец-то на его вершине воздух очистится от демонической вони. Повезло, что погода сегодня была ветреной.