Звезда Аравийского моря

Pov Амрита (Florenc Dahno) - Мой Господин, Вы понимаете, насколько это серьезно? Если Вы дадите клятву, то отказаться потом от своих слов Вы уже не сможете, - тихо говорит мне Базу. - Я принял решение. Вечером пройдет коронация. Если я этого не сделаю, то в случае моей гибели начнется хаос, - я встаю с трона и медленно протягиваю руку к кобре. Та быстро подается вперед и заползает по моей руке вверх на плечи. - Совет старейшин скоро прибудет, - слуга помолчал, а после добавил. - У наших ближайших соседей вводится военное положение, - он говорит тихо, выжидающе глядя на меня. - Сейчас не самое подходящее время для изменений традиций. - Другого раза может не представиться, если верить Зеркалу. - Разве Вы хотите пожертвовать собой? Ведь мальчик может не справиться. Корона - тяжелая ноша. - В нем непростая кровь, - усмехаюсь, водя пальцами по змее, - кто ищет спасения, тот сжигает идолов. Грядет страшная война. Готовь отряд. Скоро мы отправляемся в Долину Возмездия. - Да, мой Господин, - слуга уходит, а я решаю спуститься в закрытый сад к Хайрату. Мой мальчик сидел на скамье под акациями и рисовал цветы. Рядом с ним неподвижно стоял Ранджа. - Так красиво, - говорю я, тихо подойдя к нему со спины, от чего он вздрагивает. - Это пока только наброски, - говорит он, слегка улыбаясь. - Пойдем, - говорю я, протягивая ему ладонь. Он медлит, но все же кладет свою ладошку на мою. Я провожу его по тайным коридорам, где никто и никогда не бывает. Открыв массивную дверь, я впускаю его в просторную светлую комнату и захожу следом за ним. - Здесь красиво... - тихо шепчет он. Комната похожа на маленький сад, стены и потолок украшены винтажными орнаментами. Возле стены стоит большое зеркало и резной стол из слоновой кости. На столе стоят всевозможные сундучки и шкатулки. В них полным полно украшений из драгоценных камней, всевозможных гребней и прочего. Даже отсюда видно, как они сверкают. Вдоль другой стены расположен огромный шкаф из красного дерева. В нем одежды, вышитые золотом. Это все принадлежит моей Махарани, то есть ему. Он проходит вдоль цветов, слегка касаясь их пальцами, пробегает взглядом по шкатулкам на столе. В этот момент я чувствую, что Базу мысленно зовет меня. Я на несколько минут оставляю Хайрата и поднимаюсь в сад. Когда я возвращаюсь, мой мальчик сидит перед зеркалом на большом стуле, чем-то напоминающем трон, и расчесывает свои волосы. Его привлекли не камни и не одежды, а большой гребень. Невольно улыбаюсь. Это мне и нравится - никакой алчности и жадности. У него не было возможности держать в руках расческу, но зато теперь он с упоением расчесывает свои локоны. Волосы отливают огнем и падают жидким пламенем на его спину. Я подхожу к нему и провожу кончиками пальцев по волосам. - Что-то случилось? - спрашивает он, глядя на меня в зеркало. - Сегодня очень важный вечер, - говорю я и открываю самый большой ларец. В нем лежит золотая корона. Он вздрагивает и как-то растерянно смотрит на меня. - Я... я не готов... Зачем это? - Если бы ты не был готов, ты бы не попал в наш мир, - я пристально смотрю на него. На секунду он теряется, но после сразу же берет себя в руки. - Нет... И я не хочу... - он отворачивается, поэтому теперь мне видно только профиль. - И как ты... - Я знаю многое, - говорю я, - и ты должен пройти коронацию, - мое терпение медленно стало заканчиваться, но я старался держать свой пыл. - Я ничего не должен, - гордо говорит он, и я вижу знакомый взгляд. - Ты - моя пара, - я наклоняюсь к нему и легко целую в губы. - Ты - мой муж, и теперь я должен защищать тебя. Эти слова подействовали на него как-то странно. Он резко погрустнел и хотел было встать, но я опередил, подхватывая его на руки. - Не бойся, я никому не дам тебя в обиду, - говорю я, пронзительно смотря в его глаза. Почему я это ему говорю? Возможно, так на меня действует осознание того, что со дня на день может начаться война, и я могу не успеть сказать ему это. В моей душе, если она у меня есть, творится что-то странное, но я не сомневаюсь в том, что я поступаю правильно. Сначала он пытается брыкаться, но потом успокаивается, и слышу еле различимый шепот: - Я не хочу тебя потерять... А потом занимать твое место. - Ты меня не потеряешь, - теперь я просто обязан остаться в живых. Быть может, Зеркало все же ошиблось. А может, и не ошиблось, но мы сможем обыграть судьбу? Коронация - это длительный процесс, особенно если проводить его со всеми обрядами и прочим. Сейчас же огласка не нужна, поэтому на него просто одевается корона, похожая на мою, но меньше, и подписываются соответствующие документы. Я провожу ритуальным ножом по ладони, и на пергамент начинает капать на кровь, навеки превращая его в камень. Мой мальчик вздрагивает, но в целом всю церемонию выдерживает достойно. - Властью, данной мне.... - тихо проговариваю я заклятие, пока кровь пропитывает бумагу. Совет старейшин не одобряет моего решения, но они не могут мне перечить. Через час все заканчивается. Мой мальчик явно подустал, к тому же он стал чувствовать слабость. Скорпион на его груди немного поменял цвет, сообщая тем самым об изменениях в его организме. Хайрат в сопровождении Ранджи был отправлен в мою спальню, а я спустился в лечебницу к брату. - Сколько еще будет проходить очистка? - поинтересовался я у лекаря, разглядывая побледневшее лицо брата. - Еще пара дней, - ответил мне старик Риши, - он был сильно отравлен. Когда я поднимался в свою спальню, то почувствовал, что многие слуги находятся в волнении. Легкий сладковатый запах витал в воздухе, дразня всех альф, находящихся во дворце. Сейчас мне уже было все понятно. Я зашел в спальню, а Ранджа вышел за дверь. Хайрат нервно сжимал кулачки, стоя возле окна. Я не ошибся. Запах моего мальчика наполнял комнату до потолка. - Что такое? - я подошел к нему, чувствуя, как во мне начинает подниматься волна желания. - У меня как-то странное состояние. Я не могу понять, - не очень внятно отозвался он. Я усадил его на кровать и только сейчас заметил, что под длинной куртой нет чуридар. Я вопросительно посмотрел на него, на что он сказал, что снял их только что, так как ему очень неудобно. - У тебя начинается течка, - тихо прошептал я, медленно укладывая его на кровать. Рубаха стала подниматься по мере того, как он ложился на нее. Я кладу руку на колено и кончиками пальцев поднимаю её еще выше, почти до самого бедра. - Чт...то? - немного испуганно говорит он, но тут же издает приглушенный стон. В следующую секунду я завороженно наблюдаю, как он сгибает в коленях ножки, а затем его тоненькие пальчики проскальзывают между ножек и слегка касаются подушечками нежного, уже начавшего истекать смазкой, колечка сфинктера. Он негромко вскрикивает и достает руку, с ужасом глядя на влажные пальчики. - Но... Как... И что это?.. - я вижу в его глазах не столько испуг, сколько непонимание происходящего. - Тише, милый, это для меня, - я беру его ручку за запястье и медленно начинаю обсасывать его сладкие пальчики. Он завороженно наблюдает за тем, как его пальчики погружается в мой рот. Моё же желание просто грозит разорвать меня изнутри. Сейчас чувствую такую мощь, такой прилив силы... и неимоверное желание обладать своей любимой омегой. - Я люблю тебя, - тихо говорю я, отпуская его руку, - не бойся. - Я и не боюсь, - шепчет он в ответ. Да. В этом весь Хайрат. С первого дня нашего знакомства он такой гордый. Не торопясь, что получается с трудом, снимаю с него курту. Под ней надета тонкая рубашка, так соблазнительно обтягивающая его тело. Но и она сейчас не нужна, поэтому снимаю ее. Незаметно и я избавляюсь от так мешающей сейчас одежды. Он шумно дышит, я чувствую под своей ладонью его разгоряченную кожу, вижу его приоткрытые губки, от этого во мне загорается костер, и во время жаркого поцелуя, не контролируя себя, я превращаюсь в нага. По его немного удивленному взгляду, я замечаю, что я как-то успел трансформироваться. - С-с-с-сейчас я обернус-с-с-сь обратно, - тихо шепчу я, нависая над ним, но вдруг чувствую, что он сжимает меня ножками за талию. - Нет, останься так, - беззвучно проговаривает, но я его понимаю и снова накрываю его губы своими. Этот поцелуй сносит голову окончательно даже мне. Вся его робость куда-то испарилась, поэтому он жадно целовал меня, крепко обнимая за шею. На секунду отрываюсь от его губ и смотрю в глаза. - Я, наверное, тоже... тебя... люблю, - неуверенно говорит он и снова тянется к моим губам. Я коротко целую его в губы и, не желая больше медлить, спускаюсь вниз. Его огненные волосы разметались по всей кровати, от этого создается ощущение, что мы в огне. Возможно, мы и правда сейчас с ним горим. Я властно провожу руками по его изящным бедрам, спускаюсь по ногам и крепко беру его ножки за щиколотки, после чего немного приподнимаю их, раздвигая в разные стороны. Накрываю головку губами, слегка посасываю, а затем прокладываю дорожку кончиком язычка вниз. Легкое проникновение острым змеиным язычком - и он изгибается дугой, издавая громкий стон. Такое чувствительное, да? Еще пару секунд исследую его своим длинным язычком, а затем отстраняю голову. Теперь я плавно касаюсь нежной дырочки кончиком хвоста. Сильнее прижимаю чешуйки, от чего он становится более мягким, плавно обвожу им колечко, чтобы увлажнить его, и постепенно проникаю в него хвостом. Мой любимый мечется по кровати и просит о большем. Я с трудом удерживаю себя, чтобы не сорваться и не взять его грубо прямо так, без подготовки, но какая-то часть меня очень боится порвать его... потому что мои размеры слишком уж внушительны. Плавно и уже довольно глубоко проникая в него хвостом, я не забываю ласкать языком и губами его член. Возможно, что мои движения резки и грубы, но по его восхищенным стонам я понимаю, что ему это нравится... Он сильно сжимает мой хвост, от чего я чувствую, какой он узкий и тугой. Но силы мои на исходе... Я извлекаю из него свой хвост и трансформируюсь в человека. Хайрат издает недовольный стон, но я быстро накрываю его губы своими. Через мгновение я начинаю плавно погружаться в него, но он делает резкий толчок мне навстречу, и я целиком(!) оказываюсь в нем, от чего он шумно охает. Это лишний раз доказывает то, что он создан для меня, потому что никто до него не мог принять меня полностью. Его глубина охватывает меня и ласкает. На секунду я замираю, чтобы запомнить это ощущение. Не прекращая его целовать, я начал двигаться, сначала медленно, а потом все быстрее, постепенно переходя на бешеный ритм. Его ножки крепко обхватывают меня за талию, я попадаю в его губы своими через раз, но он каждый раз жадно впивается в меня. Сквозь пелену блаженства накрываю его член ладонью, вожу по всей длине в такт своим движениям, немного сжимаю, обвожу пальцем головку, и вот через секунду с громким криком он изгибается подо мной дугой. Прости малыш, но мне сейчас этого мало... Я беру его за эту ночь раз семь, а может, и больше. Я чувствую, что уже почти на пределе, мой мальчик уже не кричит, он сорвал голос, он просто приглушенно стонет, полностью отдаваясь мне. Мгновение - яркая вспышка... И я чувствую, как бурным потоком изливаюсь в моего мальчика. Он прикусывает губу и жмурит глазки, впиваясь ноготочками в мою спину. Почти сразу образуется большой узел, крепко сцепляя меня с моей омежкой. Еще не успев отойти от яркого оргазма, я переворачиваюсь на спину, увлекая его за собой и укладывая себе на грудь. Он иногда вздрагивает, тяжело дыша. Искоса смотрю на него и замечаю блеск шоколадных глаз. Он улыбается уголками губ и, немного приподнявшись, целует меня в губы. Теперь я не могу не вернуться с войны. Я более чем уверен, что уже сегодня-завтра в моем мальчике зародится новая жизнь. А это значит, что у меня будет наследник, и я просто не могу оставить их. Я хочу что-то сказать ему, но в голове пусто, поэтому я просто перебираю пальцами его волосы и слегка целую в висок. Куда делась моя грубость? Где Кровавый Амрит? Усмехаюсь своим мыслям. Скорее всего, только сейчас я стал таким, каким должен быть. Ведь теперь у меня есть, кого защищать и за что сражаться.