Путь Двоих. Парное Совершенствование. Бесконечная Бездна

      Смотреть на заплаканные лица было очень неприятно, хотя скорее это чувство стоило бы назвать либо грустью, либо досадой. Не сказать, чтобы Шан Цинхуа был таким уж разнеженным человеком, чтобы садиться и рыдать рядом, однако банальное сочувствие вовсе не было ему чуждо.       Отведя взгляд от женщины, которая совсем недавно потеряла своих близких, он уставился на прежде красивую чашу, которая сейчас, сломанная, одиноко лежала на полу рядом с рассыпавшимися палочками ладана и каких-то листиков. Слишком приторный запах в этом доме в какой-то степени напоминал лабораторию, где он часами сидел, ожидая маму.       Со вздохом Шан Цинхуа пообещал жительнице разобраться со всем и медленным шагом направился к своей хижине, что им временно выделили. Домик встретил его полной тишиной, в которой не было слышно ни звука.       Только в одной комнате сиротливо горела маленькая свечка: Юэ Цинъюань решил заняться медитацией до тех пор, пока не найдутся хоть какие-то зацепки. Возражать никто не стал, поскольку даже Лю Цингэ заметил, насколько раздражительным и каким-то рассеянным стал Глава Школы.       Стал меньше разговаривать, окончательно отказался пить и есть — да, бессмертным итак не нужно было этого делать, однако раньше мужчина не отказывался от еды — да и как-то равнодушно относился ко всей ситуации в Жулине.       Шан Цинхуа только качал головой. Что им делать? В городок они приехал два дня назад, а никаких новых нападений или жертв не было. К тому же Му Цинфан должен был приехать еще нескоро: дел на пике Цяньцао было невпроворот.       С улицы доносились прерывистые вздохи и тихий свист — это Лю Цингэ не вытерпел ожидания и решил тренироваться, выпуская пар и эмоции. Ему так же нелегко далась эта неделя, учитывая, что никто кроме самого автора не знал о настоящей судьбе двух «погибших».       Легкие нотки сандала и чего-то сладкого расслабляли тело. Раскинув руки в сторону, заклинатель спокойно лежал на кровати. Двигаться не хотелось, однако назойливая мысль мешала спать.  — Система, разве эта арка была в романе? Не помню, чтобы описывал что-то подобное, — осторожно обратился он к программе. Ответ последовал незамедлительно:       [Пользователю наверняка лучше знать — текст-то написан вами] — равнодушно напечатала чертовка в ответ, наверняка в душе фыркая на его слова. А у Систем вообще бывает душа? Что-то уж больно мстительная она для обычной программы…       Еще пару раз вздохнув, Шан Цинхуа-таки поднялся с постели, планируя переодеться и лечь спать. Отдых ему не помешал бы…

***

      Следующие несколько дней прошли в почти таком же темпе. Он просыпался рано утром, отправляясь опрашивать каждого потерпевшего — ну как потерпевшего, точнее его родственников, ведь не трупов же ему опрашивать, в самом-то деле.       Стандартные вопросы, снова и снова, обещания что-то сделать, и цикл начинается заново. Конечно, кому-то они и помогали: где-то он ставил специальные талисманы от слабых надоедливых духов, а Лю Цингэ уничтожил пару-тройку низших демонов, — однако главную проблему это так и не решило. Как назло в голову ничего не приходило.       К тому же в последние дни Юэ Цинъюань совсем заперся в доме. С места не двигался, отговариваясь медитациями, лишь Лю Цингэ изредка мог вытащить совершенствующегося оттуда, хотя и это удавалось не всегда.       Разговаривать совсем не хотел, постоянно отказываясь, да и уж больно замкнутым и тихим стал после "смерти" Шэнь Цинцю— нет, Цинхуа, конечно, как-то прописывал в своей работе тесные взаимоотношения между главным злодеем и Главой Школы, но не настолько же. Это было уже в черновиках, но ведь Система говорила, что в этом мире только то, что он когда-то написал в оригинале.       Кстати о Системе…  — Система, а, Система, а мне полагается рояль? — спросил он, мысленно молясь на положительный ответ, ведь иначе им никогда не пройти эту арку.       [Вы имеете в виду «Упрощенный режим»? Он вам нужен?]       Едва ли не вскинув руки к небу или не запрыгав на месте от счастья, Шан Цинхуа торопливо закивал головой, как болванчик, бормоча:  — Да, да. Прямо сейчас! — но уже через мгновение его радость слегка угасла…       [С вас 300 баллов] — ответила Системе. И этот момент был для писателя таким же печальным, как когда в магазине узнаешь, что акция на покупку кучи дошираков закончилась…       Во всяком случае писатель сам до сих пор поражался тому, как дожил до сегодняшнего дня и не умер или не обеднел, потому что его программа, которая, казалось бы, должна быть отличным помощником или хотя бы советником, на деле действовала хуже заклятого врага.  — …согласен, — в итоге лишь оставалось согласиться заклинателю, пока мысленно он обещал себе, что как только закончится сюжет, он мигом смотается из этого мира и уже в своей реальности напишет рассказ, где будет всячески издеваться над Системой. Месть, ха.       Впрочем, до этого момента еще годы и годы, а пока Цинхуа нужно работать.       [Упрощенный режим запущен!] — радостно оповестила последняя механическим голосом, а в следующий момент кусок стены сбоку от его кровати оказался пробит какой-то длинной палкой.       Маленькие частицы стены посыпались на пол, а сердце бедного попаданца ушло в пятки. В голове сиреной заголосил инстинкт самосохранения, так что уже через секунду заклинатель выхватил меч из ножен, острием направив его в сторону дыры, а сам осторожно начал пятиться назад.       Правда, наличие меча вообще никак не спасало ситуацию, потому что тело Лорда Аньдин было самым слабым из всех Глав пиков, да и его основная работа заключалась в заполнении бумаг, проверке и инвентаризации всего Цанцюн, а не в сражениях.       Пока Шан Цинхуа судорожно размышлял, как бы одолеть врага, который до сих пор не появился, из-за дыры показался рукав знакомого цвета — точно такие же цвета носил Юэ Цинъюань.  — Глава Школы! Чжаньмэн-шисюн! Вы как раз вовремя! — затараторил писатель, собираясь подойти поближе, но внезапно оторопел, замерев.       Обычно спокойный и слегка загадочный блеск в глазах человека напротив сменился каким-то мутным и рассерженным, словно весь мир провинился перед ним, и он готов был уничтожить этот самый мир.       Сюаньсу все еще находился в ножнах — похоже, внутренние устои и правила еще не были уничтожены безумием — однако Глава Юэ даже без меча был самым сильным во всей школе, да и считался одним из самым одаренных своего поколения.       И что прикажете делать? [Новое задание: помогите вернуть рассудок Юэ Цинъюаню!] [Награда: 500 баллов. Штраф: -1000 баллов]       Проклинать Систему уже не было смысла — если бы слова действовали на нее хоть как-то, то от программы уже давно бы не осталось и буквы, но даже обещания написать на нее жалобу были тут бессильно. Особенно они, когда эта чертовка обижалась на попаданца, игнорируя его последующие просьбы.       Заклинатель завертел головой, ища место для ловушки, — в кармане ханьфу лежала парочка семян с эффектом, похожим на дымовые шашки, — если он бросит их в лицо совершенствующемуся, а после попытается хотя бы временно лишить его координации, то уже тем самым выиграет время для Лю Цингэ. И где того только носит?       Глава Школы за один прыжок оказался рядом, взмахивая длинной палкой для удара. Шан Цинхуа в последний момент успел уклониться, отскакивая назад. На месте, где он раньше стоял, образовалась неплохая такая вмятина, а само оружие нападавшего начало осыпаться щепками, но того это не остановило.       Еще некоторое время ему удавалось избегать прямых атак, но он чувствовал, что скоро может выдохнуться, так что вложил в один удар все силы, все-таки умудряясь отправить противника в короткий полет, в конце которого тот врезался в балку, являющуюся основанием хлипкого домика.       Строение рухнуло, заставив пыль подняться столбом, попаданец часто-часто дышал, пытаясь восстановить душевное равновесие и придумать, что делать дальше.  — Шан! Цинхуа! Какого черта ты творишь?! — раздался рык сбоку от него, а в следующую секунду писатель почувствовал, как ткань на груди натянулась — Лю Цингэ схватил его за ворот одежд, разозленно глядя ему в глаза.       Не получив ответа, Лорд Байчжань тут же тряхнул рукой, заставив Цинхуа почувствовать дискомфорт.  — О… отпусти меня, — взбрыкнулся попаданец, пытаясь ослабить чужую хватку. — Лучше посмотри на его глаза, с ним что-то не так!  — Да это с тобой-       Однако не успел он закончить фразу, как их с силой откинуло в разные стороны.       Шан Цинхуа успел лишь приоткрыть рот, чтобы ответить, как его швырнули куда подальше. Врезавшись в какой-то дом по соседству, он закашлялся, сплевывая кровь.  — Система, это и есть твой «упрощенный режим»?! — хотелось громко кричать ему, но вслух он ничего не сказал. В голове всплывали разные сцены из новеллы, наверняка где-нибудь он да писал что-то про такой эффект, но где…       [Подсказку?] — проворно предложила Система, прекрасно понимая, что он в безвыходной ситуации, и что баллов сейчас он явно жалеть не станет, может, его даже умудрятся раскрутить на положительный отзыв.  — Сколько? — устало вздохнул Цинхуа, пока поднимался на ноги.       [Бесплатно] — ошарашила его программа, а затем показала всю имеющуюся информацию насчет предметов или растений, способных таким образом повлиять на человеческий разум.  — Я уже говорил, что люблю тебя? — с улыбкой на лице хмыкнул он, внимательно вчитываясь в строки текста.       [-10 баллов за глупости!]       Тем временем Лю Цингэ использовал ножны для защиты себя, поскольку, вытащив для сражения Чэнлуань, он мог ненароком сильно ранить мужчину, с которым никогда в жизни не думал столкнуться на настоящем поле боя как с противником.  — Юэ Цинъюань! Хватит! Приди в себя, — кричал Цингэ, пока уверенно, но не слишком грубо отбивал резкие атаки. На удивление, движения заклинателя напротив были чёткими и совсем не медлительными, сложно было представить, что он мог быть под чьим-то гипнозом, или его разум мог оказаться отравлен.  — Цинъюань! — рявкнул он еще раз, наконец заставив мужчину поднять на него взгляд. В чужих глазах отчётливо виднелась жажда крови.

***

      Он и сам не знает по какой причине, но изредка все перед глазами окрашивается красным, превращаясь в некое подобие марева.       Голова начала подозрительно знакомо побаливать, кровь настойчиво забилась в висках, заставляя его крепко зажмуриться.       С того момента, как они попали в это поганое место, такие боли происходили не раз и не два. Почти каждую ночь, если, конечно, в Бесконечной Бездне время вообще можно было разделить на день и ночь, как там, наверху.       В голове кто-то настойчиво пробивался, пытаясь завладеть его мыслями, но Ло Бинхэ не собирался отдавать контроль внезапному вторженцу.       Стиснув зубы, он тихо терпел, не желая тревожить Учителя по поводу каких-то мелочей. Ему просто нужно успокоиться.  — Разве тебе не хочется стать самым сильным? Самым могущественным, — назойливо шептал некто в мыслях, но Бинхэ не мог понять, откуда звук.       Не мог понять, пока не перевел взгляд на меч. Острие соблазнительно блеснуло, а рукоятка на миг показалась очень удобной. Синьмо, тот самый дьявольский меч, из-за которого была возможность, что Учитель бросит его, возненавидев.       Замотав головой, он как можно дальше отодвинулся от клинка, даже не пытаясь смотреть на него.  — Станешь сильнее, и он наконец обратит на тебя внимание. Перестанет считать просто ребёнком, — настаивал голос.  — Заткнись.       Почти выплюнув это слово, Ло Бинхэ повернулся лицом к тому месту, где медитировал прекрасный мужчина, заклинатель пика Цинцзин и его Учитель.       Спокойное и умиротворенное выражение лица, закрытые глаза, чей зеленый цвет был насыщеннее самой зеленой и молодой травы, которую ему когда-либо доводилось видеть.       Слегка посиневшие от обилия тёмной энергии и недостатка светлой губы. Свисающая с плеч одежда, которая лишь чудом закрывала все остальное.       От мысли о нем все внутри затрепетало, и желание поскорее вырасти лишь сильнее укоренилось в душе. Однако пользоваться демоническим мечом ему не хотелось, но и бросать его нельзя, ведь без него им не выжить.       Затылок продолжало покалывать, меч подбрасывал в его мысли предложения, смутные образы, где угадывался сам Ло Бинхэ, заставляющий всех вставать на колени, могущий сделать и взять все, что он пожелает.       Нет. Нельзя. Если Учитель узнает — бросит его. Он станет сильнее, и неважно, с мечом или без.