Близнецы Поттеры

Августовские дни летели незаметно для обоих двойняшек. После возвращения Гарри и Эмили домой Дурсли делали вид что их вовсе и не существует. Они не ругали их как раньше за малейшую оплошность что полностью устраивало двойняшек. Первое за что взялась Эмили сразу после прибытия домой, это учебник по зельеварению. Она ещё в книжном магазине полистала его и поняла что это самая интересная книга. Зельеварение это было что то на подобии магловской химии которая должна была быть у них в магловской школе. Эмили вообще любила учиться в отличии от ее брата. Он ни взял даже одной книжки за весь август. Под конец августа дети ещё сильнее запереживали поэтому утром 1 сентября они стали в 6:00 утра чтобы уж наверняка никуда не опоздать. Гарри всё время нервничал и поправлял свои волосы, а Эмили закусывала губу. Эмили спустилась чтобы попросить Дурслей отвести их на платформу. — Тётя Петунья, Дядя Вернон можно вас попросить кое о чём? Дядя Вернон нехотя оторвался от просмотра какого-то телешоу и взглянул на неё с презрением в глазах. — Ты чего хотела? спросила он равнодушно — Я хотела попросить вас отвезти нас Гарри на платформу чтобы мы смогли отправиться в Хогвартс, — неловко произнесла она. Всё-таки не знаешь как отреагируют Дурсли на это. Но к её удивлению дядя Вернон лишь гадко улыбнулся и сказал: — Хорошо. Ещё несколько минут она в недоумении, потом она неуверенно кивнула и побежала на второй этаж в комнату к Гарри. — Ну что, они согласились? — сразу начал он когда она вошла в комнату. — Да и это как-то странно — она посмотрела на него. — Ну если согласились значит всё нормально, — на это Эмили лишь вздохнула и потащила свой чемодан вниз на первый этаж где их уже ждали собранные Дурсли. Они положили чемоданы в багажник машины и сели на заднее сиденье вместе с Дадли, который занимал большую часть заднего сиденья, поэтому им пришлось потесниться друг с другом. Они ехали не спеша так как было еще много времени и всё это время Эмили смотрела в окно. Она размышляла о том как будет учиться в Хогвартсе, заведёт ли она друзей? И конечно же она обязана учится хорошо, потому что что это не какая-нибудь там магловская школа в которой хочется спать на уроках, а школа волшебства, где они будут обучаться магии и это будет требовать много сил и упорства. Она конечно сомневается, что Гарри будет так усердно учиться, но она ему поможет если что. В учебнике по истории Хогвартса она прочитала что там есть четыре факультета. Эмили очень надеется что в не важно на какой факультет она попадёт, главное чтоб она была вместе с братом.                                  

******

              

  От лица Эмили Поттер

Я вынимала чемодан из багажника машины. Мы остановились рядом с вокзалом Кингс Кросс и искали глазами платформу. Вот 9 платформа  и 10. А где плат­форма 9 и ¾? В недоумении я переглянулась с Гарри и посмотрели на Дурслей. — Ну вот, — начал дядя Вернон с гаденькой улыбочкой, — Нигде нет вашей платформы. О чём я и говорил. — Но Хагрид сказал… — начал говорить Гарри. — Мне всё равно, — равнодушно продолжил дядя Вернон, — Платформу я не вижу, поэтому ищите ее сами. С этими словами они начали уходить к машине, а мне в голову пришла мысль. — Стойте! — крикнула я, и Дурсли остановились посмотрев на меня презрительно, — Тётя Петунья вы точно знаете где эта платформа, вы же провожали маму когда она ехала в Хогвартс. Тётя Петунья на секунду расстерялась, но потом собралась и ответила мне: — Я не ходила её провожать. И всё. Это всё что она скажет? Почему она не хочет им помочь, неужели она настолько нас ненавидит? Я абсолютно на сто процентов уверена что она знает где находится платформа, она просто не говорит из своей же вредности и ненависти. Я уверена, будь Тётя Петунья волшебницей она попала бы на Слизерин. Дурсли ушли оставив нас с Гарри одних на вокзале. В такие моменты одиночества и безысходства я понимаю что мы с братом одиноки в этом мире. Никто нам не поможет, а надеется стоит только на собственные силы. Поэтому я предлодила сесть на скамейку между платформами 9 и 10, и следить за всеми кто будет подозрительно выглядеть. Не могло же нам это привидиться? На удивление Гарри согласился. Хотя соглашаться было то и не на что. Выбора не было. Мы взяли чемоданы с клетками и пошли к ближайшей скамейке. Пол часа ничего не присходило, но тут я увидела рыжую женщину с детьми, в довольно странной одежде. Ведь обычные люди не одевают синий чепчик и зелёную жилетку поверх розовой рубашки. Я пригляделась и тут до меня долетела фраза: — Каждый год одно и тоже, опять целая толпа маглов… Маглов? Они волшебники! — Гарри! — сказала я брату и встав со скамейки пошла в сторону семейства. Гарри ничего не оставалось как идти за мной. Дойдя до них мы встали возле колонны неподалёку от них и стали наблюдать. — Перси иди первым, — сказала эта женщина и один из мальчиков, на вид походу самый старший из них, разбежался и..... прошел сквозь стену! Что? Как это? — Фред, теперь ты Я перевела взгляд на следующего мальчика и увидела что их двое. Они совершенно одинаковые. Хотя если приглядется можно найти массу отличий. Видимо для Гарри эти близнецы показались чем то сверхъественным, потому что он стоял и смотрел на них с открытым ртом. — Гарри, — шёпотом отдёрнула я его — Невежливо так пялиться на людей. Притупив взгляд он сделался слегка виноватым. — Фред, не он, а я. И вы еще мадам называетесь нашей матерью? — заговорил второй близнец. — Ох, прости Джордж, — извинилась женщина. Джордж подошел к калонне и сказав: — Шучу. На самом деле я Фред, — въехал в стену. А за ним его близнец. — Надо действовать, — шепнула я брату и мы подошли к женщине. — Извините, — сказал Гарри и когда на него обратили внимание, продолжил — А как попасть на платформу 9 и ¾? — Ох вы в первый раз да? — спросила женщина — Мой сын Рон тоже в первый раз едет в Хогвартс. Сзади нее показался мальчик который неловко улыбался и помахал нам рукой. Мы помохали в ответ. — Всё что вам нужно сделать это разбежаться прямо в стену, можно зажмурить глаза если вам страшно, — сказала женщина. Взявшись с братом за руки мы зажмурив глаза разбежались и въехали в стену. Открыв глаза я увидела алый поезд который выпускает много дыма и родителей, которые провожают своих детей.                 Платформа 9 и ¾…                         

*****

Поезд чуть вильнул вправо, и платформа пропала из вида. За окном замелькали дома. Эмили ощутила прилив возбуждения. Она ещё не знала, что ждет их там, куда они едут, но она была уверена: это будет лучше, чем то, что они с братом оставляли позади.   Дверь в купе приоткрылась и внутрь заглянул один из рыжий мальчик.   — Здесь свободно? — спросил он у тебя, указывая на сиденье напротив. — В других вообще сесть некуда.    Гарри кивнул, и рыжий быстро уселся. Он украдкой покосился на Гарри, а потом на Эмили, но тут же перевел взгляд, делая вид, что его очень интересует пейзаж за окном.     — Вы действительно Гарри и Эмили Поттер? — выпалил вдруг Рон, и сразу стало понятно, что его распирало от желания задать этот вопрос. Он ради этого и подсел в купе ребят, хотя в вагоне была куча свободных мест. Эмили кивнула. — О, а я уж подумал, что это очередная шутка Фреда и Джорджа, — выдохнул Рон. — А у тебя действительно есть… ну, ты знаешь… Он вытянул палец, указывая на лоб Гарри. Гарри провел рукой по волосам, открывая лоб. Рон, увидев шрам, не сводил с него глаз. — Значит, это сюда Ты-Знаешь-Кто…    — Да, — подтвердил Гарри. — Но мы этого не помним.    — Совсем ничего не помните? — судя по голосу, Рон надеялся на обратное. — Ну вообще ничего?     — Я помню лишь много зеленого света, и все.    — Ух ты, — качнул головой Рон. Он сидел и смотрел на Гарри, не отводя глаз, как зачарованный, но потом спохватился и уставился в окно.    — У тебя в семье все волшебники? — спросил Гарри. Рон был ему интересен в той же степени, насколько он был интересен Рону.    — Э-э-э… да. Думаю, да, — после некоторого раздумья выдал Рон. — Кажется, у мамы есть двоюродный брат, он из маглов, бухгалтер, но мы о нем никогда не говорим. — Вполне очевидно, что Уизли были из тех настоящих семей волшебников, о которых говорил бледный мальчик в магазине, где близнецы купили школьную форму. — Я слышал, что вы жили у маглов. — в глазах Рона светилось жуткое любопытство. — Какие они вообще?    — Ужасные… хотя, наверное, не все. Но мои тетя, дядя и двоюродный брат — они ужасные.    — Оу, мне жаль. Вау, у вас очень красивая сова.    — Спасибо, а у тебя есть животное? — поинтересовалась Эмили.    Рон запустил руку во внутренний карман куртки и вытащил оттуда жирную серую крысу, которая безмятежно спала. — Её зовут Короста, и она абсолютно бесполезная — спит целыми днями. Отец подарил Перси сову, когда узнал, что тот будет старостой, и я тоже хотел, но у них нет де… я хотел сказать, что вместо этого получил крысу. — у Рона покраснели уши. Казалось, он решил, что сказал много лишнего, поэтому замолчал и стал смотреть в окно. Эмили подумала, что не стоит стесняться того, что у твоих родителей нет денег, чтобы купить сову. В конце концов, у них никогда в жизни не было денег—до начала прошлого месяца, — и она рассказала об этом Рону. И о том, как Гарри донашивал за Дадли старую одежду и никогда не получал нормальных подарков на дни рождения. Рон немного приободрился.    — А пока Хагрид нам не рассказал, мы даже не знали о том, что волшебники, — продолжал Гарри.   — Да, и ничего не знали о своих родителях и о Волан-де-Морте… — Рон отпрянул от девочки, когда она это произнесла, вцепившись в сиденье.    — Ты что? — удивилась Эмили.    — Ты назвала по имени Ты-Знаешь-Кого! — В голосе Рона звучали испуг и уважение. — Я-то думал, что кто-кто, но вы…    — Мы вовсе не пытаемся казаться храбрецами, — пояснил Гарри.   — Просто мы не знали, что это имя нельзя произносить. Теперь ты понял, о чем я говорила?    — Мы еще столько всего не знали, нам ещё столько предстоит выучить… И боюсь… Боюсь, что я буду худшим учеником в школе –Гарри выразил мысль, которая уже давно его тревожила.    — Не бойтесь, — обнадежил его Рон. — В школе много учеников, которые выросли в семьях маглов, и они довольно быстро всему учатся.     Пока они болтали, поезд выехал из Лондона и сейчас несся мимо полей и лугов, на которых паслись коровы и овцы. Ребята примолкли, глядя в окно. Примерно в половине первого из тамбура донесся стук, а затем в купе заглянула улыбающаяся женщина с ямочкой на подбородке.    — Хотите чем-нибудь перекусить, ребята? — близнецы не ели со вчерашнего вечера и Гарри поспешно вскочил, услышав заманчивое предложение. У Рона снова покраснели уши, и он пробормотал что-то насчет того, что прихватил с собой сандвичи. Так что в коридор Гарри вышел один. Когда они жили с Дурслями, у них никогда не было в карманах денег, а следовательно, и возможности покупать себе сладости. Но сейчас их карманы были полны золотых и серебряных монет, и они были готовы купить столько батончиков «Марс», сколько смогут унести. Но у женщины не было батончиков «Марс». На её лотке лежали пакетики с круглыми конфетками-драже «Берти Боттс», которые, если верить надписи на пакетиках, отличались самым разнообразным вкусом. Ещё у неё была «лучшая взрывающаяся жевательная резинка Друбблс», «шоколадные лягушки», тыквенное печенье, сдобные котелки, лакричные палочки и прочие сладости мира волшебников, которых Поттеры никогда не видели и не пробовали. Чтобы ничего не упустить, Гарри набрал всего понемногу и заплатил женщине одиннадцать серебряных сиклей и семь бронзовых кнатов. Рон удивленно смотрел, как Гарри возвращается на свое место с полными руками и сваливает покупки на свободное сиденье.    — Вы такие голодные?    —Я умираю с голоду, — ответила Эмили разворачивая тыквенное печенье в то время как Гарри уже ел какую-то конфету. Рон вытащил откуда-то бумажный пакет и вынул из него четыре сандвича.    — Она всегда забывает, что я не люблю копченую говядину, — грустно произнес он.    — Меняю на свое. — Эмили протянула ему печенье. — Давай присоединяйся…    —Да нет, тебе эти сандвичи не понравятся — мясо сухое, и соуса никакого нет, — покачал головой Рон и вдруг напрягся. — Мама просто забыла — нас же у нее много…   — Давай ешь. — Гарри кивнул на сладости, у них никогда не было того, чем можно было бы поделиться с другими. Так что они испытывали очень приятное чувство, сидя напротив Рона и вместе с ним поедая купленные припасы. Про сандвичи они так и забыли.    — А это что? — спросила Эмил, беря в руки упаковку «шоколадных лягушек».    — Это ведь не настоящие лягушки, правда? —  Следовало признать, что Гарри не удивился бы, если бы лягушки оказались настоящими. Ему вообще казалось, что теперь его ничем не удивишь.    — Нет, не настоящие, они только сделаны в форме лягушек, а сами из шоколада, — улыбнулся Рон. — Будешь есть, вкладыш не выбрасывай — у меня Агриппы не хватает…    — Что? — не поняла Эмилии.    — А, ну конечно, вы не знаете, — спохватился Рон. — Там внутри коллекционные карточки. Из серии «Знаменитые волшебницы и волшебники». Многие ребята их собирают. У меня их примерно пять сотен, только вот Агриппы нет и Птолемея, кажется, тоже.    Эмилии развернула «лягушку» и вытащила карточку. На ней был изображен человек в затемненных очках, с длинным крючковатым носом и вьющимися седыми волосами, седыми усами и седой бородой. «Альбус Дамблдор» гласила подпись под картинкой.    — Так вот какой он, этот Дамблдор! — воскликнул Гарри.    — Только не говорите мне, что вы никогда не слышали о Дамблдоре! — запротестовал Рон. — Можно, я возьму одну «лягушку» — может быть, Агриппа попадется…    Эмилии перевернула карточку и прочитала: «Альбус Дамблдор, в настоящее время директор школы «Хогвартс». Считается величайшим волшебником нашего времени. Профессор знаменит своей победой над темным волшебником Грин-де-Валъдом в 1945 году, открытием двенадцати способов применения крови дракона и своими трудами по алхимии в соавторстве с Николасом Фламе-лем. Хобби — камерная музыка и игра в кегли». Эмили снова перевернула карточку и она с братом удивлением заметили, что картинка куда-то делась.    — Он куда-то исчез! — завопил Гарри.    — Но ты же не ждал, что он будет торчать тут целый день, — заметил Рон. — Он вернется. А вот мне опять попалась Моргана, а у меня таких уже шесть штук. Может, возьмешь и начнешь собирать коллекцию? — Рон как бы случайно окинул взглядом кучку «лягушек», которые дожидались, когда их развернут.    — Угощайся, — предложил Гарри, проследив направление его взгляда.    — Кстати, ты знаешь, что у маглов, если человека фотографируют, то он никуда не исчезает с фотографии? — поинтересовалась Эмили    — Да ты что? — ужасно удивился Рон. — Что, они вообще не двигаются? Ну дела! — Гари сидел и смотрел на карточку до тех пор, пока на ней снова не появилось изображение Дамблдора, который неожиданно улыбнулся им. Рон этого не заметил, вопреки заверениям, его вообще куда больше интересовал процесс поглощения шоколада, чем разглядывание карточек. А Гарри глаз не мог от них отвести. Скоро, помимо Дамблдора и Морганы, в их коллекции появились Хенгист из Вудкрофта, Альбе-рик Граннион, Цирцея, Парацельс и Мерлин.    Прошло немало времени, прежде чем они отложили последнюю карточку, на которой неспешно почесывала нос жрица друидов Клиодна.    —Ты поосторожнее, — посоветовал Рон, заметив, что Эмили взяла в руки пакетик с драже. — Там написано, что у них самый разный вкус, так вот, это истинная правда. Нет, там есть вполне нормальные вкусы — апельсин, скажем, или шоколад, или мята, но иногда попадается шпинат, или почки, или требуха. Джордж уверяет, что ему как-то попалась конфета со вкусом соплей. — Рон выбрал зеленое драже, внимательно осмотрел его и откусил кусок — Фу! — поморщился он. — Брюссельская капуста!    Они неплохо повеселились, поедая эти драже. Эмили попробовала конфеты со вкусом жареного хлеба, кокоса, фасоли, клубники, карри, травы, кофе и сардин. А Гарри смело откусил кусочек от серой конфетки, к которой Рон побоялся прикоснуться, — оказалось, что она была со вкусом перца.    Местность за окном резко изменилась. На смену возделанным полям пришли леса, реки и зеленые холмы. Кто-то постучал в дверь купе.  Выглядел он так, словно собирался вот-вот расплакаться.    — Извините, — сказал мальчик — Вы тут не видели жабу? — Рон и Гарри дружно покачали головами, и мальчик начал причитать. — Я потерял её! Она вечно от меня убегает!    — Она найдется, — заверила его Эмили.    — Да, наверное, — грустно произнес круглолицый. — Что ж, если вы ее увидите… — И с этими словами он ушел.    — Не пойму, чего он так волнуется. — Рон пожал плечами. — Если бы я вез с собой жабу, я бы потерял её ещё на платформе. Хотя моя крыса немногим лучше жабы, так что не мне об этом говорить.    Крыса все еще спала, уютно устроившись у Рона за пазухой.    — Может, она давно умерла, а может, и спит — разницы никакой. Выглядит одинаково, — с отвращением проговорил Рон. — Вчера я пытался ее заколдовать, чтобы она стала желтого цвета — я подумал, что так она будет выглядеть поинтереснее, — но ничего не получилось. Я вам сейчас покажу, смотрите… Рон порылся в своем чемодане и вытащил оттуда потрепанного вида волшебную палочку. Она была выщерблена в нескольких местах, а на конце поблескивало что-то белое.    — Шерсть единорога почти вылезла наружу, — смущенно заметил Рон. — Итак…    Не успел он поднять палочку, как дверь купе снова открылась. На пороге снова появился круглолицый мальчик, но на этот раз с ним была девочка с густыми каштановыми волосами, уже переодевшаяся в школьную форму. Её передние зубы были чуть крупнее, чем надо.    — Никто не видел жабу? Невилл её потерял, а я помогаю ему её отыскать. Так вы её видели или нет? — спросила девочка прямо-таки начальственным тоном.    — Он здесь уже был, и мы ему сказали, что не видели, — ответил Рон, но девочка, кажется, его не слушала, её внимание было приковано к волшебной палочке в руках Рона.    — О, ты показываешь чудеса? Давай, мы тоже посмотрим. — Она опустилась на свободное сиденье, и Рон занервничал.    — Э-э-э… — нерешительно протянул он. — Ну ладно.   Он прокашлялся и снова поднял палочку:    —Жирная глупая крыса, перекрасься ты в желтый цвет и стань такой же, как масло, как яркий солнечный свет. — Он помахал палочкой, но ничего не произошло. Короста по-прежнему оставалась серой и все так же безмятежно спала.    — Не расстраивайся, мы с братом тоже ещё не смогли сделать не одного заклинания, уверена, что в школе нам все расскажут и покажут, и чуть позже ты обязательно сможешь изменить цвет Коросты на жёлтый, — тепло улыбнулась Эмили, увидев что мальчик расстроено опустил взгляд в пол, после её слов он весь покраснел, и начал буравить свои руки взглядом, но на этот раз из-за смущения.    — Ты уверен, что это правильное заклинание? — поинтересовалась девочка. — Что-то оно не действует, ты не заметил? А я тут взяла из книг несколько простых заклинаний, чтобы немного попрактиковаться, — и все получилось. В моей семье нет волшебников, я была так ужасно удивлена, когда получила письмо из Хогвартса, — я имею в виду, приятно удивлена, ведь это лучшая школа волшебства в мире. И конечно, я уже выучила наизусть все наши учебники — надеюсь, что этого будет достаточно для того, чтобы учиться лучше всех. Да, кстати, меня зовут Гермиона Грэйнджер, а вас?    Она говорила очень быстро, и все же Эмили уловила смысл сказанного и забеспокоилась. Но, посмотрев на Рона, по его застывшему лицу убедилась, что тот тоже не выучил учебники наизусть.    — Я — Рон Уизли, — пробормотал Рон.    — Гарри Поттер.    — Эмили Поттер, — представилась Эмили.    — Вы действительно близнецы Поттер? — взгляд девочки стал очень внимательным. — Можете не сомневаться, я все о вас знаю. Я купила несколько книг, которых не было в списке, просто для дополнительного чтения, и ваше имя упоминается в «Современной истории магии», и в «Развитии и упадке Темных искусств», и в «Величайших событиях волшебного мира в двадцатом веке».    — Да? — только и вымолвил Гарри. Они были слишком ошеломленны, чтобы сказать что-то более значительное.   — Господи, неужели вы не знали? — удивилась девочка. — Если бы я была на вашем месте, я бы прочитала о себе все, что можно найти в книгах. Да, вы не знаете, на какой факультет попадете? Я уже кое-что разузнала, и хочется верить, что я буду в Гриффиндоре. Похоже, это лучший вариант. Я слышала, что сам Дамблдор когда-то учился на этом факультете. Кстати, думаю, что попасть в Когтевран тоже было бы неплохо… Ладно, мы пойдем искать жабу Невилла. А вы трое лучше переоденьтесь, я думаю, мы уже скоро приедем. — и она ушла, забрав с собой круглолицего.    — Не знаю, на каком я буду факультете, но надеюсь, мы с ней окажемся на разных, — прошептал Рон и засунул волшебную палочку обратно в чемодан, — Ничего у меня не вышло, и все из-за этого глупого заклятия. Джордж меня уверял, что оно сработает, а теперь мне кажется, что он сам его придумал, чтобы надо мной подшутить.    — А на каком факультете учатся твои братья? — спросил Гарри.    — Гриффиндор, — кивнул Рон, снова погрустнев. — Мама и папа тоже там были. Не знаю, что будет, если я попаду на какой-нибудь другой. Неплохо было бы попасть в Когтевран, но не представляю, что будет, если меня определят в Слизерин.    — Это тот факультет, где учился Волан… Ты-Знаешь-Кто?    — Ага, — кивнул Рон и замолчал. Вид у него был какой-то подавленный.    Дверь купе снова открылась. Но это уже был не потерявший жабу Невилл в компании Гермионы Грэйнджер. В купе вошли трое мальчишек, и Эмили сразу узнала того, кто был в центре, — тот бледный мальчик из магазина мадам Малкин, где Поттеры покупали школьную форму. Сейчас он смотрел на близнецов с куда большим интересом, чем тогда в магазине.    — Это правда? — с порога спросил бледнолицый. — По всему поезду говорят, что в этом купе едут Гарри и Эмили Поттер. Значит, это вы, верно?    — Верно, — кивнула Эмили. Те двое, что пришли с бледнолицым, были крепкие ребята, и вид у них был довольно неприятный. Стоя по бокам бледнолицего, они напоминали его телохранителей.    — Это Крэбб, а это Гойл, — небрежно представил их бледнолицый, заметив, что Гарри рассматривает его спутников. — А я Малфой, Драко Малфой.    Рон прокашлялся. Гарри показалось, что он таким образом сдерживает смех. Драко Малфой неодобрительно покосился на Рона.   — Мое имя тебе кажется смешным, не так ли? Даже не буду спрашивать, как тебя зовут. Мой отец рассказал мне, что если видишь рыжего и веснушчатого мальчишку, значит, он из семьи Уизли.    Малфой снова повернулся к Гарри и Эмили: — Вы скоро узнаете, что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые куда круче всех остальных. Вам ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. Я помогу вам во всем разобраться.     Он протянул руку для рукопожатия, но Гарри сделал вид, что этого не заметил.     — Спасибо, но я думаю, что сам могу понять, кто чего достоин, — холодно заметил он.     Драко Малфой не покраснел, но на его бледных щеках появились розовые пятна.    — На твоем месте я был бы поосторожнее, Поттер, — медленно произнес он. — Надеюсь что твоя сестра будет более благоразумнее, — посмотрев на Эмили произнёс Драко и вышел из купе