Enigma

      Он нравился всем поголовно. Абсолютно всем. Даже своим врагам и соперникам, которые утаивали это, банально завидуя всеобщему вниманию в его сторону. Магнетический взгляд красных глаз. Размеренная походка. Ни одного резкого движения. Всегда черная одежда. Идеальные черные, как смоль, волосы. Острые черты лица. Все это смешивалось в нем, превращаясь в дьявольскую сексуальность. И неудивительно. Он же все-таки сын Сатаны. Было бы смешно, если бы он выглядел противоположным образом. Только единственным недостатком на фоне всего сексуального магнетизма был отвратительный взбалмошный характер как у неуравновешенного подростка, который только вступил в пубертат и переживал переходный возраст. По крайней мере, у нее сложилось такое впечатление.       Да, неудивительно и то, что Дженнифер Уокер тоже влюбилась в Люцифера, сына Сатаны, как и все в этой проклятой школе. Влюбилась и открыто ненавидела всеми фибрами души. Впервые она оказывалась на таких адских качелях, чувствуя, как психика банально не выдерживает после каждого выкрутаса Люци, чтоб земля под ним провалилась. В отношениях Джен привыкла к стабильности, размеренному развитию событий, а этот мерзавец, как ураган, сметал все на своем пути, порой причиняя невыносимую боль, а порой доставляя удовольствие парочкой глупых ласковых слов.       Между тем, сама Дженнифер никогда не была подарком. Особенно в земной жизни. Несмотря на то, что отец души в ней не чаял, Джен была той еще оторвой, вечно лезла туда, куда не следовало, и, возможно, поэтому перешла кому-то дорогу и позже за это поплатилась. Кто знает? Но факт остается фактом. Джен была стервозной натурой, и ее поспешный выбор демонической стороны нисколько неудивителен для нее самой. Потому что Уокер саму себя знала так, как не знал никто. Ну, какой из нее, черт возьми, ангелок в белом одеянии да с нимбом над головой? Правильно, паршивый. Девушка наконец очнулась от самовлюбленных размышлений и снова перевела осторожный, отчасти пытливый взгляд в сторону предмета своих воздыханий.       Сегодня у них была очередная лекция в библиотеке в Аду, Геральд что-то рассказывал про различия между Непризнанными и остальными, что ей быстро наскучило. Уж лучше вспоминать головокружительный поцелуй Люцифера на вершине горы, чем выслушивать в сотый раз факты о собственной ничтожности. Джен опустила взгляд в тетрадь, чувствуя, как щеки зарделись румянцем, который довольно быстро исчез. Интересно, скольких девушек он приводил туда и сводил с ума подобным образом? Мерзавец. Наверняка предостаточно, крутил и вертел ими, как хотела его черная демоническая душонка. Но ему было невозможно отказать, от слова совсем.       Джен тихо перевела дыхание, постаралась направить мысли в другое русло, как вдруг скомканная бумажка прилетела прямо в голову. Девушка нахмурила густые черные брови и бросила возмущенный взгляд на того, кто это сделал. Мими мило подмигнула, и Джен не смогла не улыбнуться в ответ, разворачивая скомканный лист бумаги, на котором размашистым почерком было написано: «Что у тебя на уме?». Конечно, отвечать прямым текстом Уокер не собиралась. Она неопределенно повела плечом, отчего Мими хмыкнула и отвернулась.       Лекция тянулась словно целую вечность, а когда Геральд объявил об окончании и попросил всех расходиться, весь класс как будто облегченно выдохнул. Дженнифер лениво поднялась с места, бросив короткий взгляд в сторону Люцифера, который в это мгновение тоже смотрел на нее, и на его губах замерла странная усмешка. Девушка дернула головой, закрыла тетрадь и учебник, прижимая к груди, и направилась на выход из библиотеки, оказываясь в самом хвосте.       Кто-то мягко потянул ее за локоть, заставляя попятиться назад и притормозить. Джен в первую очередь подумала о Мими, но каково же было удивление увидеть перед собой Люци, продолжавшего самодовольно ухмыляться. Он специально дождался, пока все выйдут из просторного зала библиотеки, утягивая Дженнифер к самым дальним стеллажам, покрытыми пылью и паутиной. Любопытство двигало ею, заставляя подчиниться Люциферу, который явно что-то задумал. — Чего тебе? — с некоторым раздражением в голосе спросила Дженнифер, вскидывая голову, когда они остановились в тени двух самых дальних стеллажей. Тут же промелькнула мысль о том, что в этом отсеке вряд ли кто-то бывал, кроме самого Люция. — Не дерзи мне, — шикнул мужчина и властным движением руки притянул ее ближе к себе. — Если я охотно иду с тобой на контакт, то может в ответ сделаешь хоть раз то же самое? — Люцифер, что ты хочешь от меня? — нахмурилась брюнетка, поджав губы. — Тебя хочу, — без тени сексуального подтекста сказал он. Вполне серьезно и убедительно. Сердце Джен на минуту даже оттаяло, но здравый рассудок не позволял целиком и полностью довериться Люциферу, который менял своих подружек так же часто, как люди меняли перчатки.       Дженнифер опустила взгляд, усмехнувшись. — Скольким девушкам ты говорил это до меня? — Что тебе даст конкретное число? — Ничего, но я хочу быть уверена, что далеко не первая, кто ведется на все вот эти вот твои, — она помахала пальцем перед ним, указывая на дьявольски красивое лицо, черную рубашку, татуировку на шее, — сексуальные примочки. — Какая же ты дура, Дженнифер, — широко улыбнулся мужчина, подошел на шаг и осторожно забрал учебник с тетрадью, откладывая на ближайшую полку стеллажа. — Почему тебя нужно убеждать в собственной исключительности? Разве тебе недостаточно того, что ты видишь видения точно такие же, как и я? Разве тебе недостаточно того, что о тебе говорит вся школа? Недостаточно родственной связи с высшим ангелом и внимание со стороны, как минимум, двух лучших учеников этой проклятой школы?       Джен фыркнула, скрестив руки на груди и отвернувшись. Люцифер подступил вплотную, утыкаясь носом в черную макушку и вдыхая в легкие аромат волос, которые пахли корицей, легкой смесью глифта и красного вина. Он улыбнулся, услышав, как с губ Джен сорвался тихий судорожный вздох. Эта близость им обоим дарила обжигающее тепло, вызывая будоражащее кровь желание. — Скажи мне, тебе обязательно всегда быть таким мерзким? — опустив голову, прошептала Дженнифер. Люци тихо рассмеялся своим бархатным низким голосом, от которого каждый раз мурашки пробегали по ее телу. — Тебе обязательно задавать идиотские вопросы в самый неподходящий момент? — парировал он, устроив руки на талии девушки. Джен прижалась спиной к его груди, ягодицами к паху, ощущая, как легкая дрожь касается ее тела. Боже, они еще ни разу не были настолько близко друг другу. От одной только мысли об этом голова кружилась, и пол ускользал из-под ног. Дженнифер готова была забыть о всей своей ненависти к Люциферу и отдаться ему прямо здесь, прямо сейчас. — Люцифер. — Дженнифер. — Что тебе нужно от меня? — серьезно спросила Джен и наконец нашла в себе силы, чтобы обернуться к нему лицом. Всмотрелась в красные глаза, в которых плясали дьявольские искорки. Но его настрой быстро переменился, потому что, кажется, Джен не собиралась играть по его правилам. Мужчина, нахмурившись, убрал руки в карманы брюк. — Я для тебя очередное развлечение, ведь так? — О святые угодники, ты вынуждаешь меня говорить с тобой о чувствах? Какая ты зануда, Уокер. Я думал, ты изо всех сил стараешься быть демоном, а по итогу ты всего лишь никчемная идиотка. Тупая Непризнанная. И что особенного я в тебе увидел, хуй поймешь, — проворчал себе под нос Люци, отворачиваясь и отходя на несколько шагов. — Обычная стервозная идиотка.       Дженнифер тихо прыснула от смеха. — Может быть, то, что я не кинулась к тебе на шею, как это делает Ости? Не стала охмурять в первую очередь? — Да? По-твоему, первая твоя выходка в качестве привлечения внимания — это не банальная попытка флиртовать со мной? — злорадно ухмыльнулся Люци, посмотрев на нее через плечо. — Да ты такая же, как все остальные. Только тебе повезло чуть больше. Может быть, я все-таки оттрахаю тебя хорошенько, и вся дурь сразу же улетучится из твоей головы, — прорычал мужчина, тотчас оказываясь рядом с Дженнифер и вжимая ее в книжный стеллаж. Она судорожно перевела дыхание от легкого испуга, закрыла глаза на мгновение, а потом нашла в себе силы, чтобы взглянуть в лицо Люция. — Правда, после этого я больше ни на шаг к тебе не подойду, проклятая Непризнанная. Тебя устраивает такой расклад?       Дженнифер выдержала его тяжелый холодный взгляд, облизала пересохшие губы, замечая, что Люци не оставил короткий жест без внимания. Мужчина коротко ухмыльнулся. — Сучка, как же я тебя ненавижу, — прошипел он, и сильная рука сжала челюсть Джен, заставляя сильнее вскинуть голову, вытянуть шею. — И вместе с тем до безумия хочу каждую минуту, что ты оказываешься рядом. Что в тебе такого особенного, чего нет в других? — Я задаюсь тем же вопросом, — нахмурилась Джен, чувствуя, как с каждой секундой боль становилась острее, а хватка Люци — крепче. Девушка стиснула зубы, закрывая глаза, в уголках которых собрались слезы. — Люци, мне больно. Прекрати, пожалуйста.       Он кивнул, опустил руку, и Дженнифер с облегчением выдохнула, вытирая выступившие слезы. Люцифер коснулся ее плеч, тихо шепнув: — Прости. Я не на такой разговор рассчитывал, Дженнифер.       Девушка на мгновение закрыла лицо ладонями, вслушалась в тишину библиотеки и ровное размеренное дыхание Люци, который все так же стоял напротив и дожидался хоть какой-либо реакции с ее стороны. Пришлось снова вскинуть голову и заглянуть в эти дьявольские океаны. Мужчина слабо улыбнулся левым уголком губ, и Джен попыталась улыбнуться в ответ, но вышло криво. Весь разговор казался полным абсурдом. У них был всего лишь один поцелуй, после которого они принялись выяснять отношения так, будто бы встречались уже не первый год. Что за идиотизм? — Люци, тот поцелуй… он что-то значил для тебя, так? — осторожно поинтересовалась Джен, коснувшись плеча демона, который снова смотрел ей прямо в лицо. Молчание затянулось. Дженнифер решила признаться первой, неуверенно заговорив: — С того момента ты… т-ты не выходишь из моей головы. Знаю, ты поступал со мной во многом паршиво, как, впрочем, и с остальными. И я тебя искренне ненавижу за это, но вместе с тем… Люци, ты мне очень нравишься.       Люцифер лишь фыркнул. — О да, подобных признаний ты, наверное, слышал тысячи, миллионы тысяч раз, — пробормотала Джен, после сразу же вспылив. — Господи, да ответь ты мне хоть раз по-нормальному! Прошу тебя. — Психопатка, — шепнул ей прямо в губы Люцифер, целуя медленно и нежно, совсем иначе. Джен с удовольствием ответила, обнимая его за плечи и утопая в небывалой эйфории. — Если бы это ничего не значило, — каждое слово он сопровождал коротким поцелуем, — то я бы тебя не остановил. — Ну, спасибо и на этом. — Не нарывайся, Дженни.       Девушка прикусила его нижнюю губу, отчего Люци недовольно простонал, а затем поцелуй стал совсем смазанным из-за их смеха. Дженнифер отстранилась лишь тогда, когда в легких начало саднить от боли, а перед глазами всё поплыло. Внизу живота затянулся тугой узел, желая разрядки. Уокер нервно сглотнула и одурманенным взглядом всмотрелась в такие же пьяные глаза Люцифера. — Никому ни слова, Уокер, — строго сказал Люци. — О том, что между нами. — А как же Ости? — злорадно прыснула Джен. Люцифер ущипнул ее за бок, отчего она тихо ойкнула. — Я со всем разберусь, а теперь иди на урок. Наверняка тебя уже спохватились. — Ты портишь мою репутацию, Люций. — Было бы что портить. — Ублюдок. — Идиотка.       Дженнифер прыснула от смеха и поспешила уйти из библиотеки, напоследок получив сильный шлепок по заднице. Она кое-как сдержала возмущенный стон и порыв наброситься на Люцифера с дикими поцелуями, но напоследок лишь одарила его лукавым взглядом, как и он ее.

***

      До бала, организованного в честь последнего экзаменационного задания, оставалось буквально пара свободных дней, которые Джен провела в полном безделье и за бессмысленными прогулками с Мими, Ади и Энди. Они один раз собирались все вместе у плачущих дев, обсуждали грядущее торжество и поддерживали Ади, чтобы тот не слишком сильно зацикливался на скорби. Дженнифер сама едва могла сосредоточиться на чем-то одном, потому что Люци то и дело мелькал где-то неподалеку, а возле него все время вилась Ости. То вешалась к нему на шею, то брала за руки, но сам мужчина никак не реагировал на нее. Его красные глаза всегда скучающе обводили все вокруг, и стоило им заметить Джен среди остальных, ненадолго задерживались на ней с интересом.       Дженнифер в ответ улыбалась лишь уголками губ, а затем первой отводила взгляд, потому что не хотела, чтобы эти переглядки заметила Мими или еще кто-нибудь. Она все чаще думала о случившемся в библиотеке, без конца и края прокручивала в голове их диалог, и сейчас, сидя на крыше школы и глядя на звездное небо, тоже думала об этом. Обняла себя за колени и чуть понурила голову, наслаждаясь, как прохладный ветер развевал черные густые волосы и дул в лицо. Наверное, в ночь, последнюю ночь перед грандиозным балом, все думали о том, как пройдет мероприятие, что надеть и чем оно закончится. Странное волнение с предвкушением охватывало все естество Дженнифер, которая всеми фибрами души чувствовала, что произойдет что-то важное, что-то очень значимое. Но она тотчас отвлеклась от мыслей, когда за спиной раздались чьи-то тихие шаги.       Девушка бросила взгляд через плечо, удивленно вскидывая брови. Это был Люцифер. В своем неизменном черном одеянии. Он ухмыльнулся в знак приветствия, на что Джен только лишь беззвучно хмыкнула, отворачиваясь обратно к ночному, усыпанному мириадами звезд небу. — Я знал, что найду тебя здесь, — спокойно сказал Люци, присаживаясь рядом. — Не спится? — Нет, — призналась Джен и посмотрела на него. — Тебе Мими сказала, что я здесь? — Твой дружок непризнанный. Случайно пересеклись в коридоре, когда я шел к тебе в комнату, — пожал плечами он, а Дженнифер удивилась еще сильнее. Это было непохоже на Энди. Разве он сказал бы Люциферу, где она любила проводить целые вечера напролет в одиночестве? Джен хорошо знала Энди, которому явно не нравилось ее «общение» с Люци.       Дженнифер молча кивнула в ответ, испытывая странную неловкость рядом с ним. Будто бы она превратилась в маленькую влюбленную девочку, неспособную контролировать свои чувства. Щеки предательски зарделись, стоило Люциферу сесть немного ближе. О, Шепфа всемогущий, такие спокойные мгновения, когда они не ненавидели друг друга лютой ненавистью, можно по пальцам пересчитать. — И зачем ты искал меня? — пауза очень сильно затянулась, поэтому Джен нашла в себе смелость заговорить первой, но пришлось отвернуться, чтобы скрыть свое смущение. — Не знаю. Возможно, это была не самая лучшая моя идея, — усмехнулся Люцифер, и девушка нахмурилась. Ей казалось, что после разговора в библиотеке между ними все будет по-другому, но, кажется, ошиблась. Люци был неисправимым грубияном. Джен уткнулась подбородком в левое плечо, тяжко вздохнула и на мгновение закрыла глаза. — Если хочешь, я уйду. — Нет, останься, — строго отчеканила Уокер, наконец посмотрев на него. Люцифер довольно улыбнулся и подсел ближе, сокращая между ними последнее расстояние. Девушка с удовольствием вдохнула в легкие запах, который всегда исходил от него. Этот запах нельзя было описать никакими словами. Что-то невероятное смешивалось в нем, дурманило голову и стирало все границы разумного. В этом запахе читались ноты мяты, леса после дождя, чего-то терпкого как корица, — в общем, всего того, что так безумно нравилось Дженнифер. — С кем пойдешь на бал? — полюбопытствовала она, заглядывая в красные глаза. — Я хотел идти один, но, похоже, Ости не собирается давать мне прохода, — недовольно фыркнул Люций, и его рука осторожно легла на плечо Джен, касаясь черных прядей волос и ласково перебирая. Дженнифер закрыла глаза от приятных прикосновений, едва ли не мурлыкая, как кошка. — С удовольствием пошел бы с тобой, Дженнифер, но, боюсь, этого шага с моей стороны никто не оценит. — Тебя так сильно заботит общественное мнение, аж тошно становится. — Дело далеко не только в общественном мнении. — А в чем еще? — она лениво разлепила глаза, обнаруживая, что уже сидела с ним в обнимку. Как будто они действительно были влюбленной парочкой. — В запрете, Уокер. — Я думала, уж вам-то, демонам, плевать на запрет, — обиженно фыркнула она, поднимая голову и пальцами касаясь щетины Люцифера. — На подпольных вечеринках — да, на официальных мероприятиях — нет. Определишься с курсом окончательно, перестанешь быть непризнанной, и будет тебе официальное приглашение на бал от меня, — мужчина наклонился к губам Джен, оставляя на них невесомый поцелуй. — Но сейчас, знаешь, что я хочу больше всего? — Что? — томным голосом спросила Дженнифер, улыбаясь уголками губ. — Показать тебе одно место, — его глаза дьявольски сверкнули, совсем не по-доброму. Джен даже передернуло, но она не стала придавать этому значение. Люцифер помог подняться ей на ноги, сжал тонкую ладонь в своей и потянул к краю крыши. — О, тебе понравится, поверь мне.       Дженнифер ничего не ответила, лишь молча решила следовать за ним. Люцифер по-прежнему оставался для нее нерешенной загадкой, на которую она никак не могла найти ответ. То он был внимательным, осторожным, чутким и даже нежным, то бестолковым, несносным и просто невыносимым негодяем. Как будто у него были проблемы с головой, конкретные проблемы. И за эмоциональными переменами Джен никак не могла понять, каким Люцифер, сын Сатаны, был на самом деле. Конечно, она очень сильно сомневалась, что демон мог быть нежным ангелочком в своей черной душонке, но ей безумно хотелось разгадать все грани его характера, узнать, какой он на самом деле.       Мужчина резко дернул ее за руку, и они вместе камнем полетели вниз с крыши. Джен вскрикнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки и раскрыла крылья после того, как он сделал это. Ночное небо было холодным и отчужденным, даже отталкивающим. Синие густые облака рассеивались перед ними и исчезали. Пикирование стало головокружительным. Весь дух Джен перехватило. Еще ни с кем она так не летала. Всякий страх улетучился, и ничего не осталось, кроме искреннего восторга и ощущения безумной свободы. Люцифер знал толк в полетах, в отличие от нее.       Они пролетели парящий остров со школой, отправляясь в самый низ. Джен удивилась, ведь они летели прямиком в самый Ад, но только уже совсем в другую сторону, не к «общему» входу, через который водили всех учеников школы. Они пролетели горящие скалы, горы и вулканы, откуда водопадом стекала лава. Пролетели дальше, и странный запах, похожий на обычную сырость в лесу, ударил в нос. Появился густой белый туман, сквозь который не было ничего видно, благо Люци до сих пор не отпустил ее руки.       Вскоре он приземлился на ровную поверхность земли, заставляя Джен приземлиться рядом. Девушка удивленно оглядела пустое пространство вокруг, покрытое ластящимся молочным туманом. Земля под ногами ощущалась совсем ровной, будто бы они приземлились на асфальт посреди широкого шоссе. Издалека доносилось эхо неразборчивого шепота, шелест листвы деревьев и даже карканье ворон.       Дженнифер, не отпуская руки Люцифера, шла следом за ним. Он ориентировался в тумане так, словно был здесь каждый день, поэтому у нее назрел весьма логичный вопрос. Девушка просто не могла молчать. — Где мы, Люци? — Это начало Лимба, — спокойно ответил он, и земля под их ногами постепенно становилась рыхлой и сырой, будто бы они приближались к болотам. Дженнифер поморщилась, почувствовав противный запах гнили. — Уверен, ты читала «Божественную комедию»? — Отрывками, — призналась Уокер, нахмурившись. — Неужели Ад действительно такой, каким его представил Данте? — Он во многом оказался прав, — загадочно протянул Люцифер и глянул на нее через плечо. — Через Лимб проходят все умершие души, которые погибли естественной смертью, которые выполнили свое жизненное предназначение. Долго блуждают, а потом спускаются ниже, откуда отправляются уже на суд. Там мой отец и Шепфа решают, где душа останется навсегда. Каждая душа, Дженнифер, должна пройти через Ад практически целиком.       Его было очень интересно слушать. Люцифер знал, как стоит повествовать рассказ. Низкий баритон приятно ласкал слух, и хотелось, чтобы он рассказывал и рассказывал об Аде дальше, чтобы не останавливался ни на минуту. Однако Джен одернула себя от подобных мыслей, замечая, что туман немного рассеивается и они подходят к подножию широкой черной лестницы, пара первых ступеней которой были покрыты густым мхом. Ее наклона не было видно совсем, отчего она казалась вовсе вертикальной. — Это самый короткий путь, что я тебе показал, — ухмыльнулся он, оказываясь за спиной Джен и подталкивая к крутой лестнице. — Обратно мы вернемся этой же дорогой. — Подожди, Люци. Что именно ты хочешь мне показать? — с каждым мгновением Дженнифер становилось все больше не по себе. Она встревоженно взглянула на мужчину, который ничего не ответил, рукой указал на лестницу, предлагая спуститься первой. Джен бросила взгляд в черную пучину, холод пробежал по спине, и липкий страх сдавил горло. — Почему я должна идти первой? — Тебе страшно, моя дорогая? — со злорадной усмешкой спросил Люци. — Какая прелесть! А я думал, ты бесстрашная после всего того, что ты вытворяла на Земле и в школе. Стоило увидеть другую сторону Ада, так поджилки затряслись. Небось, в штаны еще наложила?       Дженнифер нахмурилась и гневно огрызнулась: — Да пошел ты. — Только после тебя.       Девушка раздраженно закатила глаза, перевела дыхание и схватилась за перила, неуверенно делая первый шаг. Расстояние между ступеньками оказалось немного больше, чем она ожидала, поэтому очередная волна мурашек от страха пробежала по спине. Перила покрыты чем-то вязким и липким, но отпускать металлическую балку Дженнифер не собиралась, потому что боялась кубарем покатиться вниз по лестнице, ступенек которой практически не видно.       Тьма постепенно рассеивалась, и все вокруг приобретало красноватый оттенок. Джен пару раз посмотрела через плечо, убеждаясь, что Люци спускался за ней. Сердце в груди бешено колотилось, будто вот-вот собиралось выскочить оттуда. Еще один шаг, и мертвая тишина сменилась на неразборчивое эхо. Дженнифер передернуло от ужаса, стоило услышать чей-то истошный крик. Боже, и на кой черт она согласилась сюда спуститься? Неужели это какая-то проверка от Люцифера? Чего он добивается? Страх продолжал окутывать все естество, и Дженнифер действительно становилось не по себе каждую секунду.       Может быть, показав «круги» Ада, Люцифер хотел узнать, насколько она готова стать демоном? Хотел таким образом испытать на прочность? Дженнифер мотнула головой, отгоняя все ненужные размышления и сосредотачиваясь на спуске. Рука окончательно покрылась мерзкой слизью, но теперь спуск ощущался уже не так сильно. Поэтому Джен убрала ладонь от перил, отряхивая и даже вытирая об собственную штанину. Поднести к лицу и принюхаться не решилась. Слишком уж не по себе ей было. — Мы почти пришли, — раздался над ухом ласковый баритон, и Дженнифер готова была с облегчением выдохнуть.       Наконец они оказались у подножия лестницы. Темное пространство, покрытое красноватым пульсирующим и слабым светом, было совершенно пустым, но впереди виднелись высокие черные ворота, из-за которых доносились те ужасающие и леденящие душу стоны, как будто там располагалась самая страшная пыточная. Под ногами слабо ластился бордовый туман. Люцифер, лукаво улыбнувшись, указал рукой вперед, и Джен неуверенно направилась в сторону черных ворот. Дверные ручки представляли из себя сплетение щупалец осьминога, и все ворота были покрыты тонким слоем слизи, которая, кажется, была на лестнице.       Дженнифер протянула дрожащую руку к двери, но в следующее мгновение резко отскочила назад. Перед ней возник холодный белый туман, постепенно сформировавшийся в высокого и тонкого человека. Призрак с маской, на которой было изображено абсолютное безразличие, преградил ей путь, а длинные кривые пальцы рук потянулись к ней. — Вход воспрещен, Непризнанная, — прошипел призрак, черными глазницами всматриваясь прямо в душу. Дженнифер отошла на несколько шагов назад, врезаясь спиной в Люцифера, который быстро оказался впереди. — Пропусти нас, Харон, — серьезно сказал Люцифер. Его слова больше звучали как строгий приказ, чем просьба. — Я не ослушаюсь твоего отца и не буду пускать Непризнанную, Люцифер, на круг, — теперь он переключил все внимание на мужчину, согнувшись в три погибели, чтобы смотреть ему прямо в глаза. — Не стану слушать тебя, даже несмотря на то, что ты его сын. Твои глупые выходки ни к чему хорошему не приведут. — Пропусти, я сказал. — А что, собственно, за той дверью? — между делом поинтересовалась Дженнифер, выглядывая из-за плеча Люция.       Страж Лимба перевел пустые глазницы на непризнанную, чуть прищурил их и холодным ровным тоном сказал: — Царство греха. — Какого из?.. — Джен стала загибать пальцы, мысленно перебирая все грехи между собой. Люцифер шикнул на нее, а затем смерил призрака укоризненным взглядом, как бы говоря ему, чтобы тот молчал. Но Харон не собирался подчиняться Люциферу. Никто из стражей не подчинялся взбалмошному сыну Сатаны. Ну, может быть, только фурии, которые были очарованы его дьявольской красотой. — Царство похоти, Непризнанная.       Дженнифер озадаченно вскинула брови, несколько минут пытаясь переварить полученную информацию. Зачем Люцифер хотел ей показать круг похоти? С какой целью? Он хотел, чтобы она увидела мучающиеся души, которые всю жизнь отдали этому греху? Или хотел увидеть ее реакцию на какую-то адскую оргию? Господи, да что с ним не так? Дженнифер мгновенно вспыхнула от злости, едва слушая, что дальше говорили эти двое. — Джен, это чисто в учебных целях, — оправдывался Люций. — Никто из учителей школы не водит Непризнанных, ангелов или демонов в эту часть Ада. Это запрещено, Люцифер, и ты это прекрасно знаешь. Ты знаешь, что души Непризнанных могут затеряться в Лимбе или прилипнуть к одному из кругов, так, зачем ты привел эту несчастную сюда? Решил от нее избавиться? — скороговоркой говорил призрак, а Дженнифер возмущенно выдохнула, едва веря собственным ушам. — Ты хотел меня убить?! — Вовсе нет! — вспылил Люцифер, нахмурившись. — Не слушай его, я не для… — Какой же ты… сукин сын! — закричала Дженнифер, резко сорвавшись с места и побежав прочь. Она взмахнула крыльями, попыталась взлететь, но тело едва слушалось ее. Джен взлетела только со второй попытки, сильнее замахала крыльями и практически в два счета преодолела лестницу. Всю ее трясло от злости и невыносимого отчаяния. Ей с огромным трудом верилось в происходящее. Неужели Люцифер устроил весь этот цирк только ради того, чтобы избавиться от нее? Будь он проклят. Идиот. Придурок. Дженнифер не могла подобрать слов, чтобы описать всю ту злость, что переполняла ее сейчас.       Оказавшись в Лимбе, Джен устало перевела дыхание и неуверенно двинулась вперед. Слова стража Харона эхом повторялись в голове, как заевшая пластинка. Слезы побежали по щекам, и Дженнифер с отчаянием бросилась бежать в неизвестном направлении. Хотелось поскорее убрать из этого проклятого места, убраться из школы, спрятаться где-нибудь на краю света, чтобы все о ней забыли и никогда не вспоминали. Ей не хотелось этой дикой жизни, жить в этом непонятном мире и познавать его грани. Дженнифер думала, что свыклась с собственной смертью, но сейчас желание вернуться обратно к нормальной человеческой жизни стало сильным, как никогда прежде.       Именно поэтому она совсем не заметила, как сбилась с пути, резко врезалась в дерево и свалилась в густую мягкую траву. Перед глазами на мгновение помутнело, границы реальности исчезли, и Джен опустошенным взглядом стала всматриваться в серое тяжелое небо, проплывающее над головой. Может быть, ей суждено было изначально потеряться в Лимбе? Дженнифер устало перевела дыхание, слезы стекали по щекам на траву, а сердце в груди размеренно колотилось. Эхо стихло, и вокруг наступила мертвая тишина, не предвещающая ничего хорошего. Нужно было встать и продолжить идти дальше, но сил не осталось.       Дженнифер судорожно вздохнула, закрыла глаза на мгновение, собираясь так и лежать, пока кто-нибудь в школе ее не спохватится, например, Мими или Энди. Кто-нибудь из учителей. Наверное, за такую выходку Люциферу влетит не только от отца, но и от серафима Кроули. Разве можно поступить таким образом ради шутки? Каким надо быть мерзавцем, чтобы сделать такое? Джен нахмурилась. Таким, как Люцифер. Дура, глупая дура, корила она себя. Как она могла повестись на эти чары? Поверить ему? Джен тихо всхлипнула, теперь во всем обвиняя только саму себя. — Если ты продолжишь дальше так рыдать, то зальешь своими слезами весь Лимб, — раздался над ней знакомый баритон, и Дженнифер медленно распахнула глаза, видя, как Люцифер смотрел на нее сверху вниз. — Оставь меня в покое, — процедила сквозь зубы девушка, снова закрывая глаза. — Я не хочу тебя больше видеть. — Дженнифер, послушай меня, — строго сказал Люций, присев на корточки рядом с ней. — Я не собирался тебя убивать. И к тем убийствам в школе, я не имею никакого отношения, — серьезно говорил он, касаясь пальцами ее щеки и вытирая мокрые дорожки. Джен нахмурилась, отвернувшись. — Тогда зачем ты меня сюда повел? — Я хотел показать тебе не Похоть, а Ледяное озеро, — улыбнувшись уголками губ, заявил мужчина, и Джен снова взглянула на него. — К Ледяному озеру можно попасть только через Похоть. На Земле люди считают, что это Центр Ада, но на самом деле это не так. — А мне что с этого? — продолжала ворчать Джен. — На Ледяном озере нас бы никто не смог найти. Там нет Стражей, и я думал, что мы сможем пройти мимо Харона. Я бы не дал тебя в обиду и не позволил бы потеряться в Лимбе. — Если ты хотел со мной потрахаться, то мог бы отвести в укромное место где-нибудь в школе, а не в Аду, черт тебя дери, — фыркнула Дженнифер, а Люцифер искренне рассмеялся, глядя на нее. — Чего? Что смешного? — В школе везде глаза и уши, даже в тех укромных местах, где ты тусуешься со своими друзьями. В Аду никто из учителей не появляется, — перестав смеяться, сказал Люци и помог ей подняться на ноги. — Единственное исключение — поезд, в котором проводят вечеринки, но учителя закрывают глаза на это, потому что понимают, что глупым ангелочкам и демонам нужно изредка развлекаться, иначе все просто-напросто сойдут с ума от занудной учебы. — То есть ты не отрицаешь, что привел меня сюда ради секса?       Люцифер неопределенно повел плечами, отчего Джен раздраженно закатила глаза. — Идиот, — буркнула себе под нос девушка и направилась вперед, сама того не зная дальше вглубь Лимба. Люцифер мягко остановил ее за руку, указывая, что выход в другой стороне. — Если ты так сильно меня хочешь, чего не оприходуешь где-нибудь в библиотеке или в заброшенном бальном зале? Да даже на той же крыше. — Я не ищу легких путей.       Когда они оказались на выходе из Лимба, Дженнифер с облегчением выдохнула, даже почувствовала, как гора с плеч свалилась. Внутри Лимба ей было очень не по себе, как будто все прежние земные тревоги разом вернулись и навалились на нее, не давая покоя. Может быть, в этом и было главная особенность Лимба, но Джен не стала особо вдумываться, спокойно взяла Люция за руку и полетела рядом, поднимаясь из Ада прямиком к школе. В данный момент ненависть к нему по-прежнему распирала изнутри, но уже не так сильно.       Впрочем, Дженнифер сама была виновата в том, что влюбилась в такого психопата. Теперь ей, видимо, придется часто мириться с подобными выходками. Мириться и привыкать. Иначе никак. Может быть, поэтому никто из подружек Люция долго с ним не задерживался? Потому что он всех выматывал подобным. Его же было просто невозможно терпеть, но Дженнифер каким-то образом умудрялась находить в себе силы и мгновенно переключалась, забывая всякую обиду, стоило на милом личике появиться ухмылке. — Дженнифер, — позвал ее Люци, когда они уже были в пустом внутреннем дворе школы. Девушка с неохотой остановилась и вскинула голову. — Прости. Я не думал, что все так выйдет. — Забудь, — отмахнулась девушка и не спеша направилась к себе в комнату. — Спокойной ночи, Люцифер. — Спокойной.       Она чувствовала на себе взгляд мужчины до тех пор, пока окончательно не скрылась во тьме школьного коридора. Да уж, такую прогулку по Аду Джен еще долго не забудет. Завтрашний день наверняка выкинет что-нибудь еще, похлеще. Она нисколько не сомневалась, но сейчас не хотелось даже думать об этом. Нужно прийти в комнату и завалиться спать.